Контрольная работа - Роль М.К. Тенишевой в развитии русской культуры - файл n1.doc

Контрольная работа - Роль М.К. Тенишевой в развитии русской культуры
скачать (113 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc113kb.31.05.2012 20:04скачать

n1.doc


  1. Охарактеризуйте роль М.К. Тенишевой в развитии русской культуры.

Вопрос о национальном своеобразии встает перед искусством каждой страны. Новое звучание этот вопрос приобрел в конце XIX – начале XX века. В это время социальная направленность творчества передвижников сменилась поиском общенациональных идеалов. Особую остроту для России он получил в связи с ее огромной территорией, множеством национальностей и вероисповеданий, а также в связи с резким переломом, произошедшем в эпоху петровских реформ. “В России, как и во всем мире, становление машинного производства сопровождалось упадком художественного мастерства, что породило в кругах, близких к искусству, движение аналогичное деятельности У. Мориса в Англии, создание творческих объединений художников с привлечением народных мастеров” [1]. Двумя наиболее значимыми центрами таких объединений были Абрамцево под Москвой и Талашкино вблизи Смоленска.

Жизнь и творчество М.К.Тенишевой

Мария Клавдиевна Тенишева (урождённая Пятковская, по отчиму — Мария Морицовна фон Дезен; в первом браке — Николаева; 18581928) — русская дворянка (княгиня), общественный деятель, художник-эмальер, педагог, меценат и коллекционер. Основательница художественной студии в Петербурге, Рисовальной школы и Музея русской старины в Смоленске, училища ремесленных учеников под Брянском, а также художественно-промышленных мастерских в собственном имении Талашкино.

Мария Пятковская родилась 20 мая (1 июня) 1858 г. в Петербурге. Она рано вышла замуж за Рафаила Николаевича Николаева. У супругов родилась дочь, также названная Марией, однако брак не сложился. Вскоре Мария Клавдиевна с маленькой дочерью уезжает в Париж к знаменитой Маркези учиться пению. У нее было прекрасное сопрано. Через некоторое время по возвращении в Россию Мария Клавдиевна знакомится с В. Н. Тенишевым. В 1892 г. Мария вступила в брак с князем Вячеславом Николаевичем Тенишевым — крупным российским промышленником (родные мужа бесприданницу не признали, и в родословную князей Тенишевых Мария Клавдиевна не была вписана). Супруги поселились недалеко от Бежицкого завода в имении Хотылево, приобретенном князем Тенишевым в Брянском уезде Орловской губернии и расположенном на берегу реки Десны, где княгиней была основана одноклассная школа.

1 В.Ф. Рунге. История дизайна, науки и техники, М., 2006, с.143.

Просветительская деятельность княгини Тенишевой началась с организации ремесленного училища близ Бежецкого завода, первый выпуск которого состоялся в мае 1896 года, столовой и клуба для рабочих завода.

М. К. Тенишева обладала великолепным художественным вкусом, чувствовала и любила искусство. «Настоящей Марфой-Посадницей» назвал ее Н. К. Рерих. Тенишева собирала акварели и была знакома с художниками Васнецовым, Врубелем, Рерихом, Малютиным, Бенуа, скульптором Трубецким и многими другими деятелями искусства. Ею была организована студия для подготовки молодых людей к высшему художественному образованию в Петербурге (1894—1904), где преподавал Репин. Параллельно была открыта начальная рисовальная школа в Смоленске 1896—1899 гг. Во время пребывания в Париже Тенишева училась в Академии Жюлиан, серьезно занималась живописью, коллекционированием. Коллекция акварелей русских мастеров была передана Тенишевой в дар Государственному Русскому музею.

Мария Клавдиевна субсидировала (совместно с С. И. Мамонтовым) издание журнала «Мир искусства», материально поддерживала творческую деятельность А. Н. Бенуа, С. П. Дягилева и других выдающихся фигур «Серебряного века».

Заветной мечтой М. К. Тенишевой было эмалевое дело, в котором ее ожидал огромный успех. Именно благодаря трудам Тенишевой и ее исканиям было возрождено эмалевое дело, совместно с художником Жакеном были разработаны и получены более 200 тонов непрозрачной (опаковой) эмали, восстановлен способ изготовления «выемчатой» эмали. Труды Марии Клавдиевны были оценены по достоинству и во Франции она была избрана действительным членом Общества изящных искусств в Париже и членом Союза декоративно-прикладного искусства в Париже. После выставки своих работ в Риме Тенишева получила Почетный диплом от итальянского Министерства народного просвещения и была избрана почетным членом Римского археологического общества.

Истинной страстью М. К. Тенишевой была русская старина. Собранная ею коллекция предметов русской старины была выставлена в Париже и произвела неизгладимое впечатление. Именно эта коллекция стала основой музея «Русская старина» в Смоленске (ныне в собрании Смоленского музея изобразительных и прикладных искусств им. С. Т. Конёнкова). Музей был открыт в 1905 году в Смоленске. Здание музея выстроили по проекту художника С.В. Малютина. В 1907 году шесть тысяч экспонатов музея были выставлены в Лувре. Это была первая выставка русского народного искусства за границей. В 1911 году Тенишева передала в дар Смоленску первый в России музей этнографии и русского декоративно-прикладного искусства «Русская старина».

Одним из главных просветительских проектов в жизни Тенишевой стало Талашкино — родовое имение княгини Екатерины Константиновны Святополк-Четвертинской, которое Тенишевы приобрели в 1893 г. (управление делами было оставлено в руках бывшей хозяйки). Дружившие с детства Тенишева и Святополк-Четвертинская воплотили в Талашкино концепцию «идейного имения», то есть центра просветительства, возрождения традиционной народной художественной культуры и одновременно — развития сельского хозяйства.

В 1894 г. Тенишевы приобрели недалеко от Талашкина хутор Фленово и открыли там уникальную по тем временам сельскохозяйственную школу, собрав превосходных преподавателей и богатейшую библиотеку. Использование самых передовых достижений аграрной науки позволило школе готовить высокоэффективных фермеров, которых требовала реформа Столыпина.

После 26 марта 1919 г. Тенишева вместе с самой близкой подругой Е. К. Святополк-Четвертинской, горничной Лизой и близким другом и помощником В. А. Лидиным покинула Россию навсегда и уехала через Крым во Францию. Написанные в эмиграции и опубликованные в Париже уже после её смерти воспоминания княгини Тенишевой — «Впечатления моей жизни. Воспоминания»[2] — охватывают период с конца 1860-х до новогодней ночи 1917 г.

Тенишева скончалась 14 апреля 1928 г. в парижском пригороде Сен-Клу. В некрологе, посвящённом Марии Клавдиевне, И. Я. Билибин писал: «Всю свою жизнь она посвятила родному русскому искусству, для которого сделала бесконечно много»[3].

Собирательская деятельность М.К. Тенишевой.

М.К. Тенишева была крупнейшим коллекционером; она оставила три коллекции: русской графики (Государственный Русский музей), декоративно- прикладного и народного искусства, эмалей и инкрустаций (обе в Смоленском музее-заповеднике).

В 1890-е годы Тенишева собрала уникальную коллекцию русской и западноевропейской графики, которая показала исключительную зрелость новых сил, вступивших в искусство в конце ХIХ века. Ценность этой коллекции определяется и тем, что рисунок и даже акварель еще не были предметом широкого собирательства и только после опыта Тенишевой в России стали коллекционировать графику.

2 М. Тенишева. Впечатления моей жизни. Воспоминания. — М.: «Захаров», 2002.

3 Билибин И. Памяти кн. М.Кл. Тенишевой // Возрождение. 1928. № 1052 от 19 апреля.

Анализ искусства рубежа XIX – XX веков невозможен и без Талашкина. С этим центром связано начало смоленского музея, здесь была собрана одна из лучших в России коллекций русского народного искусства.

Имение Талашкино Мария Клавдиевна приобрела в 1893 году. Она сумела создать здесь совершенно особую творческую атмосферу, что привлекало сюда людей талантливых и одаренных. “Домовитый очаг полон внимания к лучшим современным изделиям. Работа новых художников, трепет спора выставок близки всем”,– так писал Н.К. Рерих о царившей в усадьбе атмосфере [4].

“Роскошная природа, полная свобода действий, веселье, шум – все дышало жизнью и притом не могло не отразиться на настроении. К тому же общество, где первенствующую роль играли художники, артисты, музыканты, споры и разговоры об искусстве, где каждый занят разрешением какой-нибудь художественной задачи и т.п., похоже, было скорей на Италию времен Ренессанса, чем на Россию XIX века”, – так отзывался о Талашкине композитор Б.К. Яновский, гостивший здесь летом 1899 года [5].

М.К. Тенишева, организатор талашкинского художественного центра, сыграла большую роль в русском искусстве конца ХIХ -начала ХХ века. По размаху ее деятельность близка С.И. Мамонтову, С.П. Дягилеву. С ними она была не только знакома, но и сотрудничала. В Талашкине открылась замечательная страница жизни и деятельности М.К. Тенишевой, связанная с предпринятым ею в крупных масштабах собирательством русских древностей и этнографических коллекций. Здесь заполнялась знаменитая “Скрыня” – вначале так называли талашкинцы созданный Марией Клавдиевной историко-этнографический музей “Русская старина”.

Тенишева знала и видела, что вокруг по городам и селам, по монастырям и храмам, по деревенским избам и погостам таились, а чаще всего просто гибли несметные сокровища, созданные русским народом. Мария Клавдиевна обратилась за добрым советом и к помощи тех, кто имел отношение к изучению истории России и памятников ее материальной культуры. Первым откликнулся профессор- археолог Владимир Ильич Сизов, основатель Исторического музея в Москве, участник археологических раскопок знаменитых Гнездовских курганов под Смоленском. Сизов обратил внимание Тенишевой на чрезвычайно интересные этнографические ценности, сохранившиеся в Смоленской губернии, особенно в ее отдаленных, глухих деревнях.

4 Талашкино. С-Пб., Содружество, 1905, с.55.

5 М.А. Врубель. Переписка. Воспоминания о художнике. Л. - М., 1963, с.250.

Советы ученого решили многое. Тенишева окончательно посвятила себя поискам, изучению и собиранию русских древностей и народного искусства. Поездки в Ростов и Ярославль помогли Тенишевой серьезно определить себя в начатом собирательстве, глубже понять истоки искусства русской старины и национальных художественных промыслов.

По поручениям Тенишевой неутомимый Барщевский – доверенное лицо Тенишевой по поискам и приобретению уникальных предметов и целых коллекций русских древностей и народного творчества и как составитель и хранитель поначалу еще скромной талашкинской “Скрыни”, путешествовал по России, наведываясь в заповедные места и добывая редчайшие, поистине бесценные экспонаты для талашкинской “Скрыни”. Труды и страдания Барщевского не пропали даром. Примерно к 1898 году талашкинские сундуки, чуланы, чердаки, по свидетельству самой Тенишевой, оказались заполненными несметными богатствами. Это прежде всего шедевры живописи – уникальные старинные иконы, первопечатные книги, от объемистых фолиантов, до миниатюрных изданий.

Здесь были собраны удивительные образцы народной резьбы и росписи по дереву: украшения крестьянских изб: их наружный декор (резные наличники окон и дверей, детали фронтонов, карнизов и фризов, надворотные и надкалиточные щиты с изображением на многих из них фантастических зверей, птиц, рыб, чудовищ, компонованных в богатый растительный орнамент); внутреннее убранство избы (столы, лавки и скамьи, висячие шкафчики, стоячие шкафы для посуды, сундуки, ларцы, шкатулки, ложки,...) и т.д.

Керамике в ее великолепном многообразии, от простых гончарных поделок, до высокохудожественной майолики, в виде хитроумно разрисованных, иногда с назидательными надписями печных и декоративных изразцов XVI, XVII, XVIII века.

Это и крестьянская одежда, особенно женская, настолько убедительная в цветовых и конструктивных решениях, что в ней ни убавить, ни прибавить ничего нельзя, не разрушив неповторимо трогательной ее красоты. Здесь представлены разные типы распространенной на Смоленщине традиционной женской одежды: домотканые шерстяные клетчатые синие или красные поневы (снованки); сарафаны разного покроя и из разных материалов: из синей крашенины, набитой масляными красками, с позументом и камешками; шерстяные андараки (юбки); белые куфайки (женские безрукавки); полотняные шушпаны (женская нагрудная одежда); телогрейки; полотняные насовки (женская рабочая летняя одежда).

Из различных типов верхней одежды можно назвать такие, например, интересные экспонаты, как шугай (короткополая кофта с рукавами) из темно-лиловой парчи с золотыми цветами, на беличьем меху, отороченный хорьковой опушкой (Ярославская губерния), или белый суконный зипун с цветной вышивкой по черному бархату.

Были здесь и великолепные пояса, шерстяные и шелковые, в том числе старинные боярские, с разноцветными концами, затканными цветами. Замечательные смоленские полотняные и холстинные полотенца с красными концами, вышитые строчкой и настебкой, с травчатыми узорами, иногда с изображением коней и людей.

Неотразимое впечатление производили собранные в большом количестве разнохарактерные головные уборы крестьянских девушек и замужних женщин (из Смоленской, Ярославской, Костромской, Вологодской, Олонецкой, Новгородской и других губерний): ширинки или наметки (девичьи полотенчатые головные повязки).

Среди металлических изделий привлекли внимание чеканные серебряные, позолоченные и медные братины XVII в. с богатым звериным и растительным орнаментом, чеканные медные кумганы XVII в., медные старинные подсвечники, железные расписные кронштейны, оловянные сосуды для сбитня XVIII в., оковка деревянных сундучков прорезным железом, кресты, большие железные замки с орнаментом “в прорезь” XVIII в.

К этому надо присоединить старинные серьги золотые с жемчужинами, серебряные с эмалевой росписью, изображающей птиц XVII в., некоторые с яхонтовыми бусами или золоченые со стразом (поддельным алмазом) и жемчугом, с подвесками в виде листиков и цветков, с бирюзой и голубыми камнями XVIII в.

В развернутой экспозиции и частично в фондах “Русская старина” насчитывалось около восьми тысяч номеров, значительная часть которых относится к этнографии и народным промыслам крестьян Смоленской губернии.

Тенишевская коллекция была очень велика и заслуживает пристального внимания. Но, к сожалению, часть коллекции исчезла разными путями: украдена, уничтожена, утеряна. В Смоленске тенишевский музей открылся в разгар бурных событий 1905 года. В городе происходили революционные выступления рабочих, учащейся молодежи, ширилось крестьянское движение. М.К. Тенишева закрыла свою школу во Фленове и Талашкинские мастерские и переехала в Смоленск. Здесь у нее возникли серьезные опасения за целость экспонатов музея, которому угрожал разгром со стороны орудовавших в городе черносотенных банд, созданных полицией и монархистами для борьбы с революцией. Такая попытка нападения на музей была уже предпринята. Наиболее ценные экспонаты музея были перевезены Тенишевой в Париж.

В годы Великой Отечественной войны коллекции эвакуировали. Так, в феврале 1942 года было отправлено в Берлин восемь вагонов редких книг. В апреле оккупанты вывезли из Смоленска в Вильнюс 11 вагонов музейных ценностей. В марте 1943 года из фонда смоленских музеев были вывезены археологические коллекции, фарфор, хрусталь, майолика, образцы резьбы по дереву, картины, редкие ткани, произведение скульптуры (35 ящиков); древние книги и гравюры (11 ящиков); древние иконы (4 ящика). Часть этих коллекций были позднее обнаружена и возвращена в Смоленск, но многие экспонаты пропали. Все что оставалось в городе расхищали. Центральный государственный архив в 1947 году сдан на макулатуру. Вещи из Талашкина, картины, мебель разграблены еще в 20-е годы.

Такова судьба бесценных сокровищ, которые собирала для своих потомков М.К. Тенишева.

Культурно-просветительская деятельность М.К. Тенишевой.

После замужества М.К. Тенишева четыре года прожила в Бежице, где находились заводы мужа. Ее поразило тяжелое положение рабочих, их беспросветная нужда, полное бесправие, темнота и безграмотность – на 28 тысяч жителей рабочего поселка существовала одна школа с 400 учениками. Учитель, заведовавший школой, наживался на продаже учебников и тетрадей. В поселке шло почти поголовное пьянство и картежная игра. И над всем этим горстка инженеров и мастеров с непомерно большими окладами и мизерными интересами. Тенишева в 1893 году открыла при заводе ремесленно-духовное училище на 60 человек. Она организует при заводе несколько новых школ. Организовала для рабочих столовую со сценой, где ставила любительские спектакли, был построен и магазин.

В 1891 году Мария Клавдиевна познакомилась с И.Е. Репиным, и это имело для нее исключительное значение, она включается в активную просветительскую работу. Первым начинанием в этом плане явилась организация в собственном доме бесплатной рисовальной студии, которая открылась 16 ноября 1894 года. Руководил ею И.Е. Репин. Ему помогали А.А. Куренной, П.Е. Мясоедов, Д.А. Щирбиновский. В студию поступали те молодые художники, которые из-за слабой подготовки не сдали экзаменов в Академию художеств. Таким образом, путь к академическому классу И.Е. Репина для многих прошел через студию. Атмосфера студии была наполнена творческим горением, спорами об искусстве. В 1897 году Тенишева, опять же при содействии И.Е. Репина, открыла рисовальную школу в Смоленске.

В 1894 году Тенишевы покупают у разорившейся помещицы Красноленской, хутор Фленово по соседству с Талашкино, для устройства там сельскохозяйственной школы.

Школа была особой заботой Марии Клавдиевны, поначалу это была двухклассная школа с сельскохозяйственным уклоном. В нее принимались крестьянские дети-сироты из близлежащих деревень, начиная с девятилетнего возраста. Причем в организации школы исключались всякие любительские мотивы. Были приглашены учителя, закончившие специальные учебные заведения. Первые учителя, Панковы, преподавали также детям игру на балалайках, а при создании оркестра был приглашен профессиональный музыкант, выпускник Петербургской консерватории, участник андреевского оркестра народных инструментов В.А. Лидин. Девочкам, помимо общих предметов, преподавалось еще и рукоделие. Учащимся полагалось бесплатное питание, одежда и учебные пособия.

Было выстроено новое школьное здание (сохранившиеся до наших дней) с удобными классами, библиотекой и учебно-вспомогательными помещениями. Через год двухклассную школу Мария Клавдиевна реорганизовала в низшую сельскохозяйственную школу первого разряда. Министерский школьный устав не отвечал намеченным Тенишевой задачам, и она разработала для своей школы такие учебные планы, в которых значительное место отводилось различным ремеслам и рисованию. Для занятий с учениками в школьных мастерских были приглашены опытные мастера: столяры, резчики по дереву, гончары, а для обучения девочек рукоделию – искусные швеи, вышивальщицы, кружевницы. В Талашкине всячески поощрялись и развились художественные наклонности учащихся.

Большой заслугой М.К. Тенишевой явилось открытие в Талашкине художественных мастерских, для руководства которыми в 1900 году был приглашен художник С.В. Малютин (1859 – 1937). Он начал подбирать для мастерских наиболее способных учеников талашкинской народной школы, стремясь раскрыть им тайны народного искусства, возродить заветы дедов и красоту и прочность старинной работы. Об этом замечательном человеке М.К. Тенишева писала: “Руководителем моей мастерской был С.В. Малютин. Тщедушный, маленький, он и был маленьким во всем, кроме таланта… Он признавал за мной вкус, опыт, а главное, понимание комфорта, которое в нем совершенно отсутствовало, и потому, когда мы начинали создавать разные вещи домашнего обихода в новом русском стиле (выделено автором реферата), он прислушивался к моим советам… Сам же он делал вещи совершенно невозможные для жизни… Раз он сделал табурет, с крупной рельефной резьбой на сиденье, необыкновенно неудобный. Этот табурет сделался знаменитым, и многие просили его фотографию на память как курьез… У Малютина бывали и светлые минуты. Тогда мы с ним дружно беседовали, он угощал меня "красочками", "столбушечками", "зайчиками" – это было очень забавно… Я любила его за направление его сказочной фантазии и чудный колорит. Люблю и теперь за это и хочу помнить только хорошее”[6]. Мастерские в Талашкине организаторы называли художественно-промышленным отделом, сам же Малютин именовал их “столярной художественной индустрией”. В столярной, керамической и вышивальной мастерских под руководством С.В. Малютина учениками изготавливались всевозможные предметы быта, детские игрушки, вышитые полотенца, салфетки, портьеры. Со временем появились более сложные художественные работы: декор для Теремка и театра, гарнитуры мебели.

Лучшие изделия экспонировались на выставках в Смоленске, Петербурге, Париже, Лондоне, отправлялись в Москву в магазин “Родник”, открытый специально для продажи продукции талашкинских мастерских.

Вполне закономерно, что из Талашкинской школы и мастерских вышли не только отличные мастера кустарного дела, но и художники. Так, например, первоначальные навыке живописи и рисовании получил здесь А.П. Самусов и А.П. Мишонов, оба ученики С.В. Малютина.

Возник в Талашкине и самодеятельный театр. В его постановках находило отражение все то, чем жила и дышала эта удивительная колония энтузиастов обновления старины. Тенишева отлично понимала большое воспитательное значение театра, особенно деревенского. Участниками самодеятельных спектаклей в Талашкинском театре выступали не только учащиеся школы и мастерских, но и мастера, художники, учителя и сама Мария Клавдиевна, окрестная молодежь. Ставились в театре небольшие пьесы, устраивались концерты, все это было бесплатно так, как показывалось крестьянам. Недалеко от театра в простых деревянных строениях располагались мастерские.

Постепенно все это преобразилось в своеобразный школьный городок: школьные постройки, мастерские, фруктовый сад, озеро с запрудой и купальней, театр и многое другое.

Среди изделий столярных мастерских большое место занимали балалайки с росписью на деках, выполненной крупными художниками. Из них можно было составить не один оркестр. Больше чем кто-либо сделал таких росписей сам Малютин. В его виртуозных рисунках как бы оживляются с детства знакомые образы былин и сказок.

В 1900 году на Всемирной выставки в Париже экспонировалось 14 талашкинских балалаек, расписанных К.А. Коровиным, А.Я. Головиным,

6 М.К. Тенишева. Впечатление моей жизни. “Искусство”. Ленинградское отделение, 1991, с. 207

М.К. Тенишевой, С.В. Малютиным и М.А. Врубелем, росписи которого привели наибольшее внимание. Врубель с удивительным артистизмом расписал для Тенишевой несколько балалаек на сказочный сюжет, щедро украсив их растительным узором, в чем-то схожем с его орнаментальными росписями в боковых приделах Владимирского собора в Киеве. На выставке Мария Клавдиевна получила целый ряд заманчивых предложений о продаже своих музыкальных экспонатов. Но она такую сделку отклонила и передала все балалайки в талашкинскую “Скрыню”.

Красивые и недорогие изделия своих мастерских Тенишева пыталась противопоставить той мещанской безвкусице, которая захлестнула быт не только малоимущих слоев населения. Она организовала в Смоленске выставку изделий талашкинских мастерских, где можно было купить или заказать любую из выставленных вещей. С этой же целью в 1901 году в Москве был открыт магазин талашкинских кустарных изделий “Родник”, на витринах, прилавках и складе которого постоянно имелся самый разнообразный выбор всего того, что производилось в мастерских.

С большим вниманием М.К. Тенишева относилась к творческим поискам, которые велись в прикладном искусстве на рубеже века, как в России, так и за границей. “Мне давно хотелось,– писала М.К. Тенишева,– осуществить в Талашкине еще один замысел. Русский стиль, как его до сих пор трактовали, был совершенно забыт. Все смотрели на него, как на что-то устарелое, мертвое, неспособное возродиться и занять место в современном искусстве. Наши деды сидели на деревянных скамьях, спали на пуховиках, и конечно, эта обстановка уже перестала удовлетворять современников, но почему же нельзя было построить все наши кресла, диваны, ширмы и трюмо в русском духе, не копируя старины, а только вдохновляясь ею? Мне хотелось попробовать, попытать свои силы в этом направлении, призвать к себе в помощь художника с большой фантазией, работающего над этим старинным, русским сказочным прошлым…” [7].

Говоря о русском стиле в прикладном искусстве, М.К. Тенишева имела в виду “эмоциональное восприятие народного искусства”, требовала от художников не копирования форм и мотивов, а творческого отношения к старине. Это позволило каждому творцу в талашкинских мастерских ярче проявить свою индивидуальность. Все произведения несли на себе отпечаток господствующего в это время модерна, особенно ярко это проявилось в творчестве С.В. Малютина. По его эскизам здесь было выполнено большое количество предметов быта, мебели, декора. Художник приехал в Талашкино с уже сложившимися представлениями о задачах прикладного искусства. В частности, он считал, что искусство “утвари... не менее значительно с всякими другими видами искусства”.

7 М.К. Тенишева. Впечатление моей жизни. “Искусство”. Ленинградское отделение, 1991, с. 153

Изучая собрание талашкинского музея, он имел возможность познакомиться с лучшими работами народных мастеров. Малютинские эскизы для всевозможных полочек, шкатулок, коробочек, рамок оформлены резьбой и росписью. Излюбленный его мотив с жар-птицей можно найти почти на каждом изделии. Ее изображения обычно обрамлены бутонами цветов и листьями.

Запоминается резное с росписью панно “Садко – богатый гость”. Белые птицы, завороженные звуками гуслей, взвились в облака, вытянув длинные шеи. Прислушались к песне Садко гребцы, замерли на мгновение весла в высоких волнах. По всему панно, словно восточные драгоценные камни, мерцают голубыми, красными, белыми, желтыми отблесками краски. В работе присутствуют и наивность, присущая народному искусству, и стилизация модерна.

В Талашкине нашли воплощение и малютинские архитектурные проекты: театр, домик художника, церковь Святого Духа, Теремок, ворота, мостики. В вечерних сумерках сторожили их резные совы, богатыри, фантастические птицы – украшения на столбиках оград.

В 1901 году во Фленове близ Талашкина началось строительство сказочного домика – Теремка, сохранившегося до наших дней. “Главный фасад его украшают резные с росписью наличники: солнце, сказочные коньки, завитки трав, спутанные ветром и дождем, и, конечно же, жар-птица с красным гребешком. Наличники пылают разноцветьем красок. Кровля над фронтоном и спущенная с ее кромок резьба образуют навес-нишу. Более скромно, но выразительно оформлена комната над лестницей. Богато украшено восточное окно Теремка. В центре наличника – лебедь, выше – восходящее солнце, серп луны и звезды. Внутри Теремка особенно привлекательной кажется балконная дверь с изображением медведя и с рисунками цветов и рыбок” [8].

О неорусском ансамбле, созданном Малютиным в Смоленской губернии, Сергей Дягилев писал: “То, о чем мечтал Васнецов в своих архитектурных проектах, то, к чему стремилась даровитая Якунчикова в своих архитектурных игрушках, здесь приведено в исполнение. И при том все это… характерно малютинское, а вместе с тем и русско-деревенское, свежее, фантастичное и живописное” [9].

С.В. Малютин принимал участие в разработке проекта фленовской церкви Святого Духа, строительство которой было начато в 1902 году. Храм стоит недалеко от Теремка на холме.

8 Л.С. Журавлева. Талашкино. “Советская Россия”, 1979, с.9.

9 Сергей Дягилев и русское искусство: Статьи, открытые письма, интервью. Современники о Дягилеве: В 2 т., М., 1982.

Отсюда открывается вид на живописные окрестности: поля, озера, рощи. Архитектурные постройки Талашкина органично вписываются в типично русский пейзаж.

Пребывание в Талашкине много дало художнику. Декоративные эскизы способствовали формированию его творческих взглядов. Самой знаменитой постройкой в Москве по эскизам Малютина стал Дом Перцова, где хорошо прослеживаются элементы талашкинской архитектуры.

После отъезда Малютина из Талашкина в 1903 году сюда для руководства мастерскими были приглашены молодые художники А.П. Зиновьев (1880 – 1942) и В.В. Бекетов (1878 – 1910). Оба окончили Московское Строгановское училище. В Талашкине они плодотворно разрабатывали элементы оформления русского дома, русского жилья.

“В Талашкине работало более 2000 крестьянок-вышивальщиц из 50 деревень округи. Всю работу они выполняли на дому, готовую продукцию сдавали в Талашкино, там же получали холст и нитки для новых работ. В вышивках на салфетках, полотенцах, дорожках использовались народные мотивы. Основная техника талашкинской народной вышивки – древняя “строчка”. Своеобразны талашкинские салфетки, которые делались из одного куска ткани или сшивались из пяти-девяти более мелких кусков. Соединялись куски своеобразными способами “в пищик” и “зубеней”. В первом случае создавалось ощущение единого полотнища, во втором, наоборот, между кусками оставлялось небольшое пространство в виде сквозной ветвистой полоски. Наиболее характерной для талашкинской вышивки была “строчка” в сочетании с “настебкой”, которой вышивались мелкие узоры. Самым богатым и красивым узором в такой технике был мотив “Москва” [10].

В талашкинских мастерских холст и нитки окрашивались в сложные тона. Это было отступлением от местных традиций, однако, основа вышивки не нарушалась, в ней сохранялись техника исполнения и народные орнаменты. Смоленские вышивальщицы, работавшие для талашкинской мастерской, отличались тонким вкусом в подборе узора и цвета.

Талашкинские вышивки выполнялись и по рисункам художников. В них повторялись те мотивы, которые использовались для оформления резных деревянных изделий. Так в оформлении ширмы по рисунку А.П. Зиновьева сочетаются стилизованные мотивы с местной традиционной “строчкой”.

Изделия талашкинских мастерских пользовались большим спросом. “Вообще наши вещи не вызывали восторга, а только немое удивление, которое мы не знали чему приписывать: признанию или отрицанию

10 Л.С. Журавлева. Талашкино. “Советская Россия”, 1979, с.6.

подобного производства, сочувствию или порицанию. Но через несколько лет публика вошла во вкус, и мне пришлось видеть во многих домах мебель и убранство, скопированные с тех вещей, которые сначала вызывали только немое остолбенение. В то же время талашкинское производство привлекло к себе внимание художественной критики. Снимки с наших изделий были помещены в “Мире искусства” и в иностранных художественных журналах” [11].

Интересный эксперимент талашкинцев в разработке “нового русского стиля” в прикладном искусстве вызвал интерес журналистов и критиков. В 1901 году талашкинские изделия были показаны на выставке журнала “Мир искусства” и удостоены золотой медали. Выставлялись они в Париже, Лондоне, Праге.

Талашкино было столь многообразно в своих художественных проявлениях, что всем, кто сюда приезжал, находилось занятие по душе. Привлекали художников прекрасные условия работы, материальная помощь со стороны М.К. Тенишевой, природа Смоленщины.

Начало века в русском искусстве было отмечено повышенным интересом к проблеме творческой индивидуальности. Стремления М.К. Тенишевой как раз и были направлены на то, чтобы отыскать и поддержать яркую художественную натуру. Здесь подолгу работал акварелист Н.А. Гоголинский, часто наезжал и писал свои излюбленные охотничьи сцены П.П. Соколов. Талантливый акварелист Альберт Бенуа, совершивший в свое время длительные путешествия по России на средства М.К. Тенишевой, также бывал в Талашкине.

Несколько полотен написал в Талашкине К.А. Коровин, среди них портрет М.К. Тенишевой. Хотя работа осталась незаконченной, ее художественные достоинства очевидны. Тогда же, в 1898 – 1899 годах, в Талашкине К.А. Коровин расписал несколько балалаек.

В 1899 году в Талашкине отдыхал историк искусства А.В. Прахов (1846 – 1916). Он занимался исследованием древних памятников архитектуры Смоленска, помогал М.К. Тенишевой в комплектовании ее музея народного искусства. Его дочь, художница-прикладница Елена Андриановна, по просьбе М.К. Тенишевой выполнила по эскизам В.М. Васнецова, написанным для Владимирского собора в Киеве, вышивки-панно “Архангел Гавриил” и “Архангел Михаил”.

Значительной страницей в жизни Талашкина был приезд сюда летом 1899 года художника Михаила Александровича Врубеля. М.К. Тенишева была

11 М.К. Тенишева. Впечатление моей жизни. “Искусство”. Ленинградское отделение, 1991. с.159.

давно знакома с М.А. Врубелем, ценила и всячески поддерживала его талант, встречалась с ним в Петербурге и Москве, покупала его картины.

В 1898 году в Москве М.А. Врубель загорелся идеей М.К. Тенишевой создать оркестр расписных балалаек и показать их на Всемирной выставке в Париже. Вскоре он выслал в Талашкино готовые балалайки “Добрыня и Змей Горыныч”, “Касатка” и “Повыше дерева стоячего, пониже облака ходячего”.

Росписи балалаек поражали сложностью композиций изобретательностью, изысканной цветовой гаммой. Вот русский воин с копьем и булавой летит на коне навстречу грозному врагу; на другой балалайке богатырь поражает мечом дракона. Приехав в Талашкино, М.А. Врубель продолжает сказочные росписи балалаек.

“С Врубелем мы были большими приятелями,– писала М.К. Тенишева в воспоминаниях,– это был образованный, умный, симпатичный, гениального творчества человек, которого, к стыду наших современников, не поняли и не оценили. Такие таланты рождаются раз в сто лет и ими, гордится потомство. Сидя со мной, он, бывало, рисовал и часами мечтал вслух, давая волю своей богатой, пышной фантазии. Малейший его эскиз кричал о его огромном даровании. В это время я была занята раскраской акварелью по дереву небольшой рамки, и этот способ его заинтересовал. Шутя, он набросал на рамках и деках несколько рисунков, удивительно богатых по колориту и фантазии, оставив мне их потом на память о своем пребывании в Талашкине” [12].

На выставке в Париже врубелевские балалайки имели успех, их просили продать, но М.К. Тенишева вернула их в Талашкино вместе с балалайками А.Я. Головина, С.В. Малютина, К.А. Коровина.

В 1903 году в Талашкино впервые приезжает известный русский художник Николай Константинович Рерих. С этого момента он становится здесь частым гостем и ревностным защитником всех его художественных начинаний.

Талашкинский музей с великолепными образцами древнего искусства дал Н.К. Рериху богатую пищу для размышлений и фантазий. Сам он немало потрудился здесь. Рериховская мебель, керамика, исполненные в талашкинских мастерских, отличаются простотой форм, удобством, логической завершенностью. Работая в Талашкине, Рерих, по меткому замечанию критика А.И. Гидони, как бы старался “... помочь жизни, как

12 М.А. Врубель. Переписка. Воспоминания о художнике. Л. - М., 1963, с.165-166.

наследнице прошлого, как матери будущего, показать черты своей индивидуальной красоты... ” [13].

О Тенишевой и о ее культурно-просветительской деятельности писали многие; так например К.Д. Данилевич в 1908 году писал “Княгиня Тенишева руководила всей этой работой, сама рисовала, организовала труд, окруженная такими людьми, как Барщевский, Бекертов, Малютин, Мишинов, Зиновьев (...) Талашкино было Афинами русских крестьян, а княгиня Тенишева его Периклом”.


13 Журнал “Аполлон”. 1915, № 4.
ЛИТЕРАТУРА


  1. Билибин И.Я. Памяти кн. М.Кл. Тенишевой // Возрождение. 1928. № 1052 от 19 апреля.

  2. Врубель М.А. . Переписка. Воспоминания о художнике, Л. - М., 1963.

  3. Гидони А.И. «Н.К.Рерих» // «Аполлон», 1915, № 4.

  4. Журавлева Л.С. Талашкино, “Советская Россия”, 1979.

  5. Рунге В.Ф. История дизайна, науки и техники, М., 2006, с.143.

  6. Сергей Дягилев и русское искусство: Статьи, открытые письма, интервью. Современники о Дягилеве: В 2 т., М., 1982.

  7. Талашкино, С-Пб., Содружество, 1905, с.55.

  8. Тенишева М.К. Впечатление моей жизни, “Искусство”. Ленинградское отделение, 1991.

  9. Тенишева М.К. Впечатления моей жизни. Воспоминания. — М.: «Захаров», 2002.


Охарактеризуйте роль М.К. Тенишевой в развитии русской культуры
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации