Расторгуев С.П. Информационная война - файл n1.doc

приобрести
Расторгуев С.П. Информационная война
скачать (971.4 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc3016kb.12.11.2009 15:12скачать

n1.doc

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21
информационное оружие это прежде всего алгоритм. Применить информационное оружие — это значит так подобрать входные данные для системы, чтобы активизировать в ней определенные алгоритмы, а в случае их отсутствия активизировать алгоритмы генерации нужных алгоритмов.

Имеющаяся на сегодняшний день теория алгоритмов позволяет объяс­нить, каким образом может осуществляться автоматическое написание программ для определенных предметных областей.

Ниже уважаемому читателю предлагается, взяв за основу работу Ч.Тарта «Состояния сознания», попробовать по аналогии перенести методы гипнотического внушения с индивидуума на коллектив.

Наведение гипнотического состояния на отдельного индивидуума у Ч.Тарта описывается в виде алгоритма так:

1) расслабить тело (цель данного действия: организм как целое должен исчезнуть в качестве объекта сознания);

2) слушать только гипнотизера, не обращая внимания на какие-то иные мысли или ощущения (цель: процесс нагружения сознания и действие формирующих сил ослабляются);

3) не размышлять над тем, что говорит гипнотизер (цель:

способствует торможению непрерывного потока мыслей);

4) сосредоточить внимание на каком-то предмете помимо голоса самого гипнотизера (цель: подсистема сознания, ответственная за обработку чувственной информации, оказывается не в состоянии выполнять свою функцию и как бы расстраивается);

5) гипнотизер внушает, что вы спите или засыпаете (цель: внушение сна ослабляет память и чувство самоотождествленности, которыми характеризуется состояние бодрствования);

6) гипнотизер убеждает человека, что этот сои не совсем настоящий сон (цель: создание пассивного, подобного сну состояния сознания, в котором сохраняется возможность контакта с гипнотизером).

По аналогии процесс наведения гипнотического состояния на отдельное общество мог бы, наверное, выглядеть следующим образом:

1) расслабить общество — внушать через средства массовой информации, что врагов нет, при этом обсуждать отдельные исторические периоды и интересы отдельных народностей (цель: общество как целое должно исчезнуть в качестве объекта сознания общества);

2) заставить общество слушать только противника, не обращая внимания на какие-то иные мысли или ощущения, например акцентировать средства массовой информации исключительно на какой-то одной парадигме общественного развития, например западной, исключив любой другой опыт:

Китай, Японию, мусульманский мир (цель: процесс нагружения общественного сознания и действие формирующих сил ослабляются);

3) заставить общество не размышлять над тем, что говорит противник, для этого исключить из средств массовой информации серьезные аналитические исследования проблем (цель: способствовать торможению непрерывного потока мыслей);

4) сосредоточить внимание общества на каком-то предмете помимо входного информационного потока, например внутренние катаклизмы, войны, акты террора (цель: подсистема защиты, ответственная за обработку входной информации, оказывается не в состоянии выполнять свою функцию и как бы расстраивается);

5) постоянно внушать, что само общество становится лучше и лучше, что все окружающие относятся к нему лучше и лучше (цель: подобное внушение ослабляет историческую память и чувство самоотождествленности, которыми характеризуется нормальное состояние общества);

6) средства массовой информации одновременно должны убеждать членов общества, что возникшее состояние— это не совсем то, что должно быть (цель: создание пассивного состояния сознания, в котором сохраняется возможность зависимости от информационного воздействия противника).

Приведенный алгоритм в общих чертах отражает работу средств массовой информации в России времен 1990—1997 it.

В заключении главы напомним, что для точной и своевременной обработки входной информации элементы любой информационной системы должны "питаться", а связи между ними поддерживаться в работоспособном состоянии. Отсюда естественным образом следует, что эффективность целенаправленного информационного воздействия резко увеличивается, если оно сочетается с другими видами воздействия на информационную самообучающуюся систему.

Что же собой представляют эти «другие виды воздействия»?

Любая система, ответственная за обработку входных данных, должна «питаться», т.е. должна потреблять энергию для того, чтобы приводить в действие заложенные в ней алгоритмы обработки входных данных и генерировать новые. Базовые элементы каждой системы имеют определенную физическую природу, которая во многом определяет время реакции, а значит, и выбор того или иного алгоритма решения конкретной задачи.

Понятно, что если речь идет о такой информационной самообучающейся системе, как человек, то системы питания йога, созерцающего собственный пуп в условиях вечного лета, и жителя крайнего севера должны быть различны. И эти различия должны касаться не только количества энергии, заключенного в потребляемой пище, но и ее микроэлементного состава. Системы «Йог» и «Эскимос» обрабатывают разные входные данные, требующие от подсистемы принятия решения в большинстве своем различных выходных результатов.

Сказанное косвенно означает, что для того, чтобы возможности Йога по перепрограммированию Эскимоса на эталон, которым является собственное подобие, возросли, того надо кормить той же самой пищей.

Интересное и оригинальное исследование воздействия пищи и различных наркотических приправ на возможность превращения обезьяны в человека и на поведение современного человечества приведено в работе Теренса Маккенна «Пища богов». Он, в частности, считает, что уровень развития и достижения современных цивилизаций во многом определился и определяется практикой их питания.

В случае рассмотрения в качестве информационных самообучающихся систем государств под «другими видами воздействия» в свете вышесказанного следует понимать в первую очередь экономическую войну. Но не в узком плане, связанном исключительно с экономическими санкциями типа «это нельзя и это нельзя», а в более широком, включающем в себя «экономические интервенции» в виде товаров и продуктов по демпинговым ценам.

Время информационных и экономических войн пришло еще и потому, что сегодняшнему миру уже не свойственен дефицит информации и промышленных товаров, наоборот, его отличает именно их избыток. А это значит, что как и в случае информационной войны, когда система больше должна думать не о защите информации, а о защите от информации и продвижении своего видения мира, так и в условиях экономической войны речь должна идти о защите от чужих товаров и навязывании своих.

Грамотное сочетание всех допустимых видов воздействия на противника представляет собой комплексную стратегию воздействия.

Под допустимыми видами воздействия здесь понимаются такие воздействия, которые «грубо» не нарушают принятые в обществе на текущее время нормы и правила поведения.

Следование принципу комплексности при формировании общей стратегии воздействия на противника позволяет усилить эффект от применения информационного оружия и тем самым может являться еще одним признаком информационной войны.
Глава 13(8). Последствия информационной войны

Изумительное и ужасное совершается в сей земле: пророки пророчествуют ложь, и священники господствуют при посредстве их, и народ Мой любит это. Что же вы будете делать после всего этого?

Иеремии гл. 7.

Прежде чем перейти к исследованию последствий информационной войны, желательно ответить на один принципиальный вопрос: Существуют ли признаки, на основании которых можно судить о степени поражения системы в информационной войне?

Если исходить из того, что информационная война ничем от обычной войны, кроме применяемого оружия, не отличается, то и признаки поражения должны быть точно такими же.

А чем характеризуется система, потерпевшая поражение в обычной войне? Пусть эта система— обычное государство. Тогда для потерпевшей поражение страны в той или иной степени характерно, как показывает практика первой и второй мировых войн:

1) гибель и эмиграция части населения;

2) разрушение промышленности и выплата контрибуции;

3) потеря части территории;

4) политическая зависимость от победителя;

5) уничтожение (резкое сокращение) армии или запрет на собственную армию;

6) вывоз из страны наиболее перспективных и наукоемких технологий. Обобщение сказанного для информационных самообучающихся систем может означать:

1) стабильное сокращение информационной емкости системы, гибель элементов и подструктур; подобное упрощение системы делает ее безопасной для агрессора;

2) решение ранее несвойственных задач, т.е. задач в интересах победителя. Потенция информационной системы направлена на отработку тех входных данных, которые поставляет на вход победитель;

3) побежденная система как бы встраивается в общий алгоритм функционирования победителя, т.е. поглощается структурой победителя.

Таким образом, особой разницы для потерпевшей поражение системы от того, в какой войне: ядерной или информационной, она проиграла, нет.

Разница может быть только в том, что информационная война не имеет финала, так как проблема окончания информационной войны, как и проблема ее начала, относится к алгоритмически неразрешимым проблемам. Более того, нет причин, по которым агрессор прекратил бы свое воздействие на жертву.

После всего сказанного осталось рассмотреть возможные результаты информационной войны, о которых не думает развязавшая ее сторона.

Так, в случае войны огнестрельным автоматическим оружием победителю достаются разрушенные города, уничтоженные и покалеченные человеческие ресурсы. И это понятно: огнестрельное оружие в первую очередь направлено на уничтожение военной техники и живой силы противника.

Ядерным оружием бьют уже по мирному населению, и, как показал опыт его применения США к японским городам,— на равнинах оно более эффективно. До сегодняшнего дня оно применялось в основном для того, чтобы продемонстрировать свою силу, а потом диктовать запуганной жертве правила поведения. Нежелательные же последствия глобальной ядерной войны — ядерная зима.

Информационная оружие направлено непосредственно на изменение поведения информационных систем, а в случае применения против людей — на изменение их мышления и соответственно поведения без предварительного «запугивания».

Таким образом, прослеживается определенная иерархия в типах войн, охватывающих человечество, и применяемом в этих войнах оружие, направленном на (этапы):

1) уничтожение;

2) запугивание;

3) изменение поведения.

В конце-то концов цель любой войны заключается в изменении поведения противника, в постановке его на то место, где его хотелось бы видеть. Но если все предыдущие войны вели к желаемому результату через запугивание и уничтожение, то при информационной войне это делается непосредственно напрямую и может продолжаться сколь угодно долго, до тех пор пока «кот сам не захочет отпустить мышь».

Общий алгоритм представляется в виде, показанном на рис. 2.3.



Рис. 2.3. Обобщенная схема войны.

Так каковы же могут быть дополнительные последствия информационной войны, кроме желаемых, кроме таких, когда «в ответ в вас летят мешки с долларами, фунтами, марками и франками?

Победителем информационной войны становится та сторона, которая более полно способна промоделировать поведение противника в различных ситуациях, определить собственный алгоритм поведения и реализовать его. Более полно промоделировать поведение противника — это значит в больших объемах собирать, хранить и обрабатывать информацию о противнике: это значит более полно изучить поведение противника знать и понимать его историю, культуру, религию, быт и т.п.

Для решения этой задачи наилучшими инструментами являются средства вычислительной техники с соответствующим программным обеспечением. Ситуационное моделирование в режиме реального времени сегодня вполне по плечу высокопроизводительным комплексам; проблема только в реализуемой поведенческой модели конкретных социальных объектов, конкретных людей. И проблема эта тем лучше решается, чем больше информации об анализируемых и моделируемых объектах.

Здесь, безусловно, следует согласиться с А.С.Овчинским, считающим компьютерное моделирование, направленное на прогнозирование развития социальных ситуаций, информационным оружием [69].

Понятно, что результаты от применения компьютерных моделей тем качественнее, чем серьезнее используемая платформа, включающая в себя:

вычислительные мощности, интеллектуальные возможности программистов-математиков, опыт специалистов, работающих в области практической поведенческой психологии. Серьезность платформы, к сожалению, определяется не идеалами, а финансами. Поэтому, у кого основные капиталы у того более совершенное информационное оружие. В отличие от химического или ядерного, да даже просто, огнестрельного оружия на применение ЭВМ (основного элемента информационного оружия) нет законодательного запрета ни в одной стране мира. Говорильни же о запрете информационного оружия выглядят просто смешными, так как запрет этот ни теоретически, ни практически невозможно проконтролировать. Компьютеры доступны всем. Вопрос только в том, кто первый выстрелит и сумеет «дожать» ситуацию.

Безусловно, информационные войны на нашей планете велись с тех пор, как люди научились говорить, понимать и соответственно этому пониманию запугивать друг друга. Но эффективность подобных информационных операций по сравнению с применением даже примитивного холодного оружия «оставляла желать лучшего». Это объяснимо. Стрела из лука долетит быстрее и сделает больше, чем долгое и нудное объяснение словами, которое к тому же обязано быть убедительным, а иначе оно не способно дать рост мыслям именно в нужном направлении. Компьютер и средства глобальной телекоммуникации изменили окружающее пространство. Теперь воздействовать информацией стало проще, быстрее, безнаказанней, а самое главное, дешевле, чем любым другим видом оружия. Отдельные информационные ручейки между людьми и странами благодаря средствам вычислительной техники и телекоммуникационным системам слились в одну сплошную реку, которую уже невозможно запрудить, ее даже невозможно перекрыть «рыболовными сетями». Время на передачу сообщений свелось к нулю. Время на осмысление полученной информации благодаря соответствующим технологиям также резко сократилось. В этой ситуации что-то делать для информационной защиты традиционными пассивными методами стало бессмысленно.

Более того, используя современные высокопроизводительные компьютеры, появляется возможность создавать искусственные миры и выдавать их за реальные. И как говорится: «Л кто там после разберет?...» Средства вычислительной техники сегодня вполне позволяют в режиме реального времени создать виртуальную модель объекта и его связей, а затем проецировать ее на окружающий мир, на зрителей, ожидающих события.

Всегда побеждает тот, кому уже сегодня принадлежит будущее.

За всем сказанным не только стоит возможность корректировки и подмены выступлений политических лидеров, приказов командующих боевыми соединениями, но проступают черты и более глобальных мистификаций. Если верить книге Р.Рене «Облуненная Америка», то никакого посещения Луны американцами никогда не было; была только серьезная работа по созданию соответствующей виртуальной модели с последующей ее проекцией через средства массовой информации на человечество. Рене внимательно проанализировал все публикации, фотоснимки, телевизионные репортажи с места событий и задал ряд вопросов, типа:

1. Почему телевизионные картинки, показывающие корабли «Аполлон-11» и «Аполлон-12» на Луне, имеют столь низкое качество?

2. Почему американский флаг на месте посадки «Аполлона-11» на Луне колышется?

3. Почему на лунном небе не видно звезд?

4. Почему на снимке, изображающем «Аполлон-14» на Луне, под кораблем абсолютно гладкий грунт и нет следов торможения, хотя от астронавтов следы есть?

5. Почему в публикациях различных авторов, побывавших на Луне или ее орбите, присутствуют серьезные противоречия?

6. Почему только в 1967 погибло 11 американских астронавтов, причем 7 из них — в авиакатастрофах?

Р.Рене делает вывод о том, что все полеты — это хорошо поставленная инсценировка, позволившая решить важнейшую задачу: продемонстрировать миру техническое могущество США и сэкономить миллиарды долларов. Если это действительно так, то здесь имеет место классический вариант применения информационного оружия в глобальном масштабе. Интересные публикации по данной теме, включая интервью с Р.Рене, можно найти в [9].

Техника, необходимая для изготовление подобных фальшивок, сегодня уже вышла за пределы хорошо оснащенных служб и доступна любой конторе:

«Пентиум-100», звуковая карта, сканер, видеобластер, соответствующее программное обеспечение и специалист, умеющий всем этим пользоваться. Результатом работы может стать подпись, печать, бланк, телефонный разговор, фотография, видеоролик, запечатлевший якобы противоправный поступок. Если же взять технику, которая по своим характеристикам была бы чуть-чуть поближе к современным суперЭВМ, то многое из перечисленного, включая трансляцию с места событий, т.е. из виртуального пространства, можно делать в режиме реального времени.

В конце 1996 года компания Intel объявила о создании суперкомпьютера с параллельной обработкой [66], который впервые в истории превысил уровень производительности в один триллион операций с плавающей запятой в секунду. Что означает это события для решения задач по моделированию социальных, военно-политических и других сложных информационных систем — понятно и без комментариев.

С описанием шедевров мира виртуальной реальности, которые сегодня способен изготовить просто так для души грамотный специалист, представленных на прошедшей в начале 1997 года выставке фальшивок можно ознакомиться по обзору в [10]. На стендах были выставлены фотографии известных актеров вкупе с государственными деятелями, с которыми они никогда не встречались при жизни, современных политиков, «застуканных» в компрометирующей их ситуации, и др.

На фестивале профессиональной цифровой видеотехники «Парад планет», прошедшей в Москве в октябре 1996, НПФ «Эра» представила виртуальную студию, технические возможности которой позволяли в режиме реального времени совмещать два анимационных слоя с одним реальным. В результате девушку, реально совершавшую свои действия на обычной сцене, экран монитора показывал на морском дне в окружении дельфинов [72].

Подобные выставки, безусловно, нужны, за что спасибо их организаторам, один из -которых так сформулировал свою задачу: «Если люди будут представлять себе, насколько просто изготовить компромат, то к сообщениям прессы будут относиться осторожно, как первого апреля» [10].

Понятно, что от информационно-психологического давления, оставаясь в поле его действия, человеку укрыться нельзя, ибо «мы живем в языке», как утверждал М.Хайдеггер, и с этим трудно не согласиться. Покинуть поле действия — это значит забыть язык, культуру, т.е. умереть. Единственное надежное средство пассивной защиты от информационного оружия — это глубокая могила. А иначе не получится находиться в одном помещении с другими людьми, но при этом не слышать и не понимать того, что они говорят. Тот, кто убедительно говорит, тот и атакует. А тот, кто атакует в этой сфере, тот и перепрограммирует противника, а значит, победит.

Любое государство может эффективно себя защищать в сфере информационного противодействия исключительно активными методами, т.е. применением всех средств информационного воздействия, включая прогнозное компьютерное моделирование, по всему спектру внешних и внутренних врагов. Именно прогнозное компьютерное моделирование является той сетью, которая набрасывается на мир информационных систем, заставляя эти системы постоянно наращивать собственные мощности, порождая контроль, контроль за контролем и т.д.

Исходными данными систем, функционирующих в социальном пространстве, являются общегосударственные и частные банки данных на граждан, предприятия, услуги, товары и т.п. Объемы этих баз постоянно растут. Туда заносится не только фамилия, имя и отчество, туда заносится весь жизненный путь, включая состояние здоровья на этом пути. А зная прошлое иногда проще прогнозировать будущее.

В описанных выше условиях побежденному в информационной войне не остается никаких шансов на ответный удар. И он это осознает. Поверженный в информационной войне интуитивно понимает, что любое его логически обоснованное рациональное поведение уже просчитано и запрограммировано врагом. Единственное, что ему остается, — это иррациональное поведение.

После информационной войны ядерной зимы не бывает.

Результатом информационной войны становится иррациональное поведение поверженных систем, это их единственный путь «встать на ноги». Иррациональное поведение это хаос. это бесцельная смута, это терроризм.

Не случайно терроризм в настоящее время уже рассматривается как широкомасштабное явление и приобретает все большее политическое звучание. В «Белой книге Российских спецслужб» отмечается, что в современных условиях терроризм стал одним из методов политической борьбы. «Суть этого явления заключается в применении крайних мер насилия или угрозы такового с целью устрашения политических противников, принуждения органов власти или населения к определенным действиям или отказу от них» [4].

При этом наибольший эффект террористические акции могут дать их организаторам через террористическое воздействие на объекты кибернетического пространства. Авторы [4] считают, что: «Самой заманчивой целью для терроризма нового поколения следует признать деловые центры обработки информации, прежде всего компьютеризованные банковские учреждения.

Террористический удар СВЧ-излучения по крупному банку способен вызвать системный кризис всей финансовой системы развитых стран, поскольку он лишает общество доверия к современным технологиям денежного рынка».

Однако, сделав столь категорический вывод, они, возможно, забыли учесть одно маленькое обстоятельство, заключающееся в том, что про факт террористического воздействия на крупный банк общество скорее всего ничего не узнает, так как, когда выгодно владельцам СМИ, они могут дружно навесить ярлык отрицания на любую, даже самую сенсационную информацию. Но а кроме того, всегда надо помнить, что сегодня СМИ уже являются классическим информационным оружием, принадлежащим тому, кто платит, т.е. правящей верхушке, и применяются для управления собственным народом в собственных интересах.
Глава 14(9). Источники цели или кто дергает за веревочку.

Природа — сфинкс. И тем она верней

Своим искусом губит человека,

Что, может статься, никакой от века

Загадки нет и не было у ней.

Ф.И.Тютчев

В этой заключительной главе предлагается еще раз вернуться назад и попробовать обозреть всю цепочку, стоящую за конкретным физическим действием информационной обучающейся системы, в том числе человека.

Информационная система, согласно введенному определению, осуществляет получение входных данных, обработку этих данных и/или изменение собственного внутреннего состояния (внутренних связей/ отношений) и выдачу результата либо изменение своего внешнего состояния (внешних связей/отношений). Здесь событие, связанное с выдачей результата и/или изменением внешнего состояния (внешних связей/отношений), можно определить как некоторое действие-поступок этой информационной системы. Например, человек собирает чемоданы и отправляется за океан— изменение внешних связей/отношений (в том числе географических) или женится, или отправляется в магазин за разрекламированным товаром. Совершать названное действие-поступок человек будет в соответствии с принятым алгоритмом из множества равносильных алгоритмов, позволяющих это совершить. При этом выбор алгоритма из множества равносильных алгоритмов будет осуществляться в соответствии с состоянием системы и поступающими входными данными:

наличие финансовых средств, погода, транспорт и т.п. Таким образом, любое действие-поступок представляет собой факт реализации определенного алгоритма поведения.

Однако, откуда берется сам алгоритм поведения:

а) закладывается ли генетически создателем?

б) копируется с поведения окружающих?

в) генерируется самостоятельно?

Для всех систем класса А и первого подкласса из класса В алгоритм поведения закладывается производителем этих систем.

Для систем из второго и третьего подкласса класса В большинство алгоритмов копируется с поведения окружающих подобных систем— идет естественный и достаточно эффективный процесс самообучения.

Что же касается самостоятельной генерации алгоритма поведения, то в этом случае от системы требуется так называемый в обиходе творческий подход к решению проблемы. А для этого нужен немалый труд по исследованию окружающего мира и себя, порой требующий напряжения всех сил. Кто или что заставляет систему подняться с места и отправиться на поиски Эльдорадо, подвергаясь опасностям и невзгодам?

Как правило, источником создания алгоритма является цель/желание. Иногда желание осознается информационной системой, иногда нет, как, например, в случае наличия в системе инородного включения в виде соответствующей программной закладки, скрытой от средств обеспечения безопасности.

Если все выше сказанное попробовать графически отобразить, то получится примерно следующая схема, представленная на рис.2.4.



Рис.2.4. Схема причинно-следственных связей.

За любым действием-поступком стоит алгоритм его проведения, любой алгоритм в свою очередь реализует определенную цель. За спиной любой осознаваемой цели может стоять скрытая цель — порой она может быть прямо противоположной явной цели.

Но что стоит за скрытой целью? Кто формирует множество равносильных целей и существует ли такое множество? Как сравнивать цели и существует ли для них единица измерения?

То, что стоит за пространством скрытых целей, на схеме обозначено знаком вопроса. Безусловно, за этим знаком вопроса скрываются какие-то иные «сущности» со своими правилами игры, о которых на сегодняшний день нечего сказать, если опираться на логику «здравого смысла». К.Кастанеда, избрав многопозволительную форму повествования, так писал об этих сущностях («Дар Орла»): «Сила, правящая судьбой всех живых существ, называется Орлом... Орел пожирает осознание всех существ, живших на Земле мгновение назад, а сейчас мертвых, прилетевших к клюву Орла, как бесконечный поток мотыльков, летящих на огонь, чтобы встретить своего Хозяина и причину того, что они жили. Орел разрывает эти маленькие осколки пламени, раскладывая их, как скорняк шкурки, а затем съедает, потому что осознание является пищей Орла».

Но Орел тоже обязан подчиняться хоть каким-то своим законам, пусть не понятным нам сегодняшним. К.Г.Юнг видел эти законы в душе, в бессознательном, пытающемся выплеснуться наружу. И у этих законов были свои адепты, свои заклинатели Океана, кричащие на берегу слова молитвы, которые должны остановить волны. «Все тайные учения пытаются уловить невидимые душевные события и все они претендуют на высший авторитет. Это еще в большей мере верно по отношению к господствующим мировым религиям. Они содержат изначально тайное сокровенное знание и выражают тайны души с помощью величественных образов», писал К.Г.Юнг [116].

Мы в данном исследовании не будем опускаться так глубоко и искать скрытые «сущности». Что же касается пространства скрытых целей, то об этом пойдет речь в следующих частях.
Выводы.

Имеющиеся публикации по проблеме «информационной войны» и «информационного оружия» в большей мере относятся к «кибернетической войне» и «кибернетическому оружию». Понятие «информационная война» является болей широким и подразумевает целенаправленные информационные воздействия информационных систем друг на друга с целью получения выигрыша в материальной сфере.

Уровень и полнота восприятия информации системой определяется исключительно возможностями по ее обработке, т.е. в первую очередь алгоритмом обработки.

Таким образом, любое информационное оружие неразрывно связано с понятием алгоритма и раскрывается через понятие алгоритма, на базе теории алгоритмов.

На сегодняшний день наиболее полно теория алгоритмов, как и теория программирования, проработана для информационных систем на базе фон Неймановской вычислительной техники. Именно этим объясняются имеющиеся серьезные результаты в области создания и применения «кибернетического оружия».

Перенос результатов теории программирования в область психологии, психиатрии, социологии, что попытались осуществить Р.Бэндлер и Д.Гриндер, позволяет говорить о начале эры уже действительно классического информационного оружия, направленного на социальную сферу, теория которого пока скрывается за терминами NLP-программирования (нейролингвистическое программирование).

Однако кроме теории нужен еще и соответствующий уровень развития производства. Поэтому подобный перенос стал реален и выгоден именно сейчас, когда появились соответствующие технические средства, способные резко повысить интенсивность информационного взаимодействия информационных систем. Теперь время, необходимое для победы в информационной войне, ранее измеряемое веками и десятилетиями, уже можно сократить до вполне приемлемых сроков. И чем мощнее будут технические средства, направленные на обработку и передачу информации, тем все больше и больше будет сокращаться это время.

В общем виде проблема победы в информационной войне для систем, способных к самомодификации собственных целей, относится к алгоритмически неразрешимым проблемам. Однако этот результат не отрицает возможности успешного применения информационного оружия на определенном интервале времени против конкретного государства, общества, коллектива, человека сложной технической системы, осуществляющей переработку информации. Так, в работе обоснован комплекс приемов информационного воздействия— типовая стратегия информационной войны.

Наличие в жизнедеятельности социума действий, исходящих от потенциального агрессора и одновременно принадлежащих типовой стратегии информационной войны, позволяет предположить, что против соответствующего человека, коллектива, государства применяется информационное оружие.

Побочным результатом в случае победы в информационной войне становится иррациональное поведение информационных систем, что на какое-то время должно сделать применение информационного оружия неэффективным.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

САМОУНИЧТОЖЕНИЕ КАК НЕОТЪЕМЛЕМОЕ СВОЙСТВО САМООБУЧАЕМОЙ СИСТЕМЫ

Не умрешь - рая не увидишь.

Китайская пословица

Оглавление третьей части

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Самоуничтожение как неотъемлемое свойство самообучаемой системы

Введение . 87

Глава 15. Проблема бессмертья информационных систем 88

Глава 16. Распространение информационных волн в социальном пространстве 91

Глава 17. Психические программы самоуничтожения 94

Глава 18. Самоуничтожение в мире программного обеспечения 98

Глава 19. Самоуничтожение цивилизаций 99

Вывод 105
Введение

Основу принципа функционирования огнестрельного оружия составляет химическая реакция, протекающая с выделением энергии. Задача стреляющего только в том, чтобы точно направить это оружие.

В основе принципа функционирования термоядерного оружия лежит реакция ядерного синтеза, протекающая с выделением энергии, которая и используется для уничтожения всего живого вокруг падения снаряда или бом­бы.

Основой принципа функционирования информационного оружия является
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21


информационное оружие — это прежде всего алгоритм
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации