Брайсон В. Гендер и политика времени. Феминистская теория и современные дискуссии - файл n1.doc

приобрести
Брайсон В. Гендер и политика времени. Феминистская теория и современные дискуссии
скачать (2277.1 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc2278kb.19.09.2012 16:14скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


ВАЛЕРИ БРАЙСОН

ГЕНДЕР И ПОЛИТИКА ВРЕМЕНИ

ФЕМИНИСТСКАЯ ТЕОРИЯ И СОВРЕМЕННЫЕ ДИСКУССИИ
Киев

«Центр учебной литературы» 2011

УДК 396:316.356:159.922.1 ББК 60.651.5в6+66.74 Б 87

Это издание осуществлено при поддержке российского научно-образовательного учреждения «ИрлЕМ» (Институт Ритмологии Евдокии Марченко в рамках научного проекта «Время в зеркале науки»

Перевод с английского Алексея Якубина
БрайсонВ.

Б 87 Гендер и политика времени. Феминистская теория и современные дискуссии.-Пер. с англ. - К.: Центр учебной литературы, 2011. — 248 с.

ISBN 978-611-01-0250-6

Одна из наиболее известных работ современного представителя британской поли­тологии и политической социологии В. Брайсон, в которой автор рассматривает пробле­му феминисткой теории и политики времени. Оригинальный подход, который использу­ет британская исследовательница, состоит в рассмотрении с точки зрения феминистиче­ской теории взаимосвязи темпоральных предложений политической теории, темпораль­ных культур, а также средств использования времени в капиталистических обществах и современных социальных государствах.

Для ученых, преподавателей, студентов высших учебных заведений, а также всех, кого интересуют проблемы феминизма и политики времени.

УДК 396:316.356:159.922.1 ББК 60.651.5в6+66.74

ISBN 978-611-01-0250-6

© Серия «Время в зеркале науки»

ОГЛАВЛЕНИЕ

Книга, востребованная временем
О книге, или почему критическое изучение времени может
помочь улучшить наше общество {вступительное слово
переводчика)
8
БЛАГОДАРНОСТИ 14

ВСТУПЛЕНИЕ 15

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ 16

СТРУКТУРА КНИГИ 19

ЧАСТЬ I. ВРЕМЯ, ПОЛИТИКА И ОБЩЕСТВО:

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ИССЛЕДОВАНИЙ

ОСНОВНОГО НАПРАВЛЕНИЯ 23

Глава первая. Время, темпоральность и полити-
ческая теория
23

Темпоральные перспективы: почему история имеет

значение 25

Темпоральность, действие и стратегии для полити-
ческих изменений 29

Социальные государства во времени 31

Политическая теория, политические движения

и изменение представлений о времени 33

Политические последствия и выводы 35
Глава вторая. Темпоральные культуры/культура

и социальная природа времени 38

Дюркгейм и после него: социальные функции времени... 38

От традиционного времени к времени модерна 40

От времен модерна к временам постмодерна 44

Все времена не равны: проблема власти и контроля 46

Выводы: сопротивление капиталистическому времени ... 49

Глава третья. Использование времени

в капиталистических обществах 51

Свободное время как дефицитный ресурс 51

Государства, использование времени и темпоральные

режимы 56

Удлиненный рабочий день и капиталистическая

экономика 61

ЧАСТЬ II. ФЕМИНИСТСКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ:
ПОСТАНОВКА ВОПРОСОВ
67

Глава четвертая. Мужчины и женщины в феми-
нистской политической мысли
67

Женщины и мужчины: естественные и/или социально

обусловленные различия в отношении ко времени? 68

Какие женщины, какая женщина? 71

Влияние постмодернизма 73

И все же 76

От сестринства к солидарности — появление

консенсусов? 80

Выводы 84

Глава пятая. Общественное и частное в феми-
нистской политической мысли
86

Феминистская критика разграничения общественно-
го/частного 86

Общественная и частная работа 87

Гражданство в общественной и частной сферах 94

От частной помощи — к общественному благу 95

Справедливость, время и противопоставление

общественного/частного 99

Выводы 104

Глава шестая. Феминистская политика

и социальные государства 106

Феминистские перспективы социальных государств .... 107

Режимы благосостояния, феминизм и время 111

Женщины, время и политическое представительство.... 116

Социальные государства, глобализация и время 118

Выводы 120

ЧАСТЬ III. К ФЕМИНИСТСКОЙ ПОЛИТИКЕ
ВРЕМЕНИ
123

Глава седьмая. Время и темпоральность в феми-
нистской политической мысли
123

Время и темпоральность в современной феминистской

мысли 124

Роль утопического мышления 127

Локализация феминистских теорий времени во времени . 128

Значение истории для феминизма 130

Возвращение к теориям основного направления:

Маркс, Гидденс и Пайерсон 134

Выводы 145

Глава восьмая. «Женское время» 147

Биология и «женское время» 148

Забота и «женское время» 157

«Женское время» в патриархальном капиталистическом

обществе 167

Выводы 172

Глава девятая. Женщины и использование времени

в современных капиталистических обществах 174

Феминистские утверждения 175

Изучение использования времени 182

Исследования использования времени под присталь-
ным вниманием 187

Изучение использования времени: последние достиже-
ния и результаты 193

Политические последствия и выводы 200

Глава десятая. Время/на, в котором/рых мы нужда-
емся, и время/на, которое/рые у нас есть: полити-
ческие последствия и выводы
202

Ухрония: время/на, которым/рыми мы хотели бы рас-
полагать 202

Время/на, которое/ые у нас есть 207

Отсюда — туда 212

Заключительные замечания 222

Список источников 223

КНИГА, ВОСТРЕБОВАННАЯ ВРЕМЕНЕМ

Уважаемые читатели!
Перевод работы Валери Брайсон «Гендер и политика времени. Феминистская теория и современные дискуссии» является резуль­татом осуществления проекта «Время в зеркале науки», инициато­ром проведения которого в Украине выступает российское научно-образовательное учреждение ИрлЕМ (Институт ритмологии Евдо­кии Марченко).

Уже не первый год Институт ритмологии Евдокии Марченко проводит разнообразные исследования и проекты, цель которых — изучение субстанции времени, влияния этого феномена на развитие человеческого мозга и мышления, возможностей человека в целом.

«Время в зеркале науки» — первый масштабный проект по изу­чению феномена времени в Украине. В его рамках был проведён конкурс переводов, главная цель которого — познакомить отечест­венную научную общественность с зарубежными научными труда­ми по тематике времени, которые ранее не переводились на укра­инский или русский языки. Таким образом, удалось не только популяризировать произведения известных зарубежных исследова­телей, но и пробудить интерес к проблемам исследования времени.

Одним из результатов проекта является книга, которую чита­тель держит в руках. Несколько слов об авторе. Валери Брайсон — яркая представительница современной британской политологии и политической социологии, профессор Университета Хаддерсфилд, одна из наиболее видных адептов особенного теоретического на­правления политических исследований — тендерного аспекта вре­мени. Она является автором нескольких фундаментальных работ в области политической теории феминизма. Сегодня нашему читате­лю предоставляется уникальная возможность познакомиться с ее книгой под названием «Гендер и политика времени. Феминистская теория и современные дискуссии».

Ее оригинальный подход заключается в рассмотрении в рамках феминистической теории трех взаимосвязанных и частично совпа­дающих сфер, таких как темпоральные предположения, лежащие в основе политической теории, природа и значение различных тем­поральных культур и способы контроля и использования времени в капиталистических обществах.

Насколько это актуально и для чего это нужно, неужели дейст­вительно женщины имеют особую «темпоральную культуру»? Или для них существует «другое» политическое время, «другие» вари­анты выбора политики в современных социальных государствах? На эти и другие вопросы Валери Брайсон отвечает в своем иссле­довании, локализируя феминистические темпоральные идеи во времени и анализируя значение истории для феминистической мысли.

Наверное, наиболее точно о важности и актуальности этой ра­боты как в теоретическом, так и в, что особенно важно, практиче­ском плане отозвалась сама Брайсон: «Книга также доказывает, что различные средства использования, контроля и понимания времени все в большей степени приобретают актуальность важного полити­ческого вопроса. И они требуют своего решения, если мы хотим понять политику в целом и природу тендерного неравенства в ча­стности; неуспех в этом начинании будет иметь самые плачевные последствия, и не только для женщин, но и для всего общества».

Издание работы Валери Брайсон на русском языке — важное событие как для научного сообщества политологов, так и для ис­следователей других гуманитарных направлений. Каждый, кто оз­накомится с ней, согласится, что эти исследования имеют междис­циплинарную направленность. Именно поэтому они будут интересны широкому кругу читателей.

Будем искренне признательны и благодарны за отзывы, пред­ложения и замечания к этому изданию.

О КНИГЕ, ИЛИ ПОЧЕМУ КРИТИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ МОЖЕТ ПОМОЧЬ УЛУЧШИТЬ НАШЕ ОБЩЕСТВО
Вступительное слово переводчика
Женское освобождение — тяжелейший процесс, но я верю, что он станет необходимым, ключевым этапом перехода к лучшему обществу для мужчин и женщин.

Г. Маркузе

Представляемая книга Валери Брайсон всецело разделяет по­зицию Маркузе, вынесенную в эпиграф. Ее начальные строки резонируют с таким умонастроением: «Эта книга связана с на­деждой, что политическая теория улучшает наше понимание обществ, в которых мы живем, и, таким образом, ее развитие имеет своей целью ослабить эксплуатацию и дает возможность большему количеству людей проявить заложенный в них потен­циал». Вряд ли можно сказать лучше о предназначении полити­ческой теории, её влиянию на все без исключения стороны жиз­ни современных обществ.

Было бы ошибочным заявлять, что научные изыскания Вале­ри Брайсон совсем уж не известны отечественной научной об­щественности. Одна из ее предыдущих книг «Политическая тео­рия феминизма» уже переводилась на русский язык в 2001 году. Данная работа, без сомнения, ставшая классической в сфере ис­следований взаимосвязи политики и феминизма, сегодня актив­но изучается в ведущих университетах нашей страны. Благодаря как оригиналам работ Брайсон, так и упомянутому выше перево­ду научная общественность Украины может ознакомиться с её теоретическими наработками в области политической теории феминизма.

Тем не менее, представляемая на этот раз работа Брайсон значи­тельно отличается и по своему характеру, и по общей тенденции от предыдущей. Это уже не просто хорошее пособие для тех, кто изу-
1 Брайсон В. Политическая теория феминизма. Пер. с анг. О. Липовской и Т. Липовской. — М: Идея-Пресс, 2001.

чает феминизм, в ней очень явно представлено авторское видение этой проблемы, а также затрагивается новая тема — связь времени и «создания тендера».

В книге «Гендер и политика времени. Феминистская теория и со­временные дискуссии» на опыте Великобритании и США автор де­монстрирует, к каким негативам и опасностям ведет доминирующее часовое время капитализма, какие скрытые и явные последствия несет человеческой природе, обществу, политике и свободе увеличение ра­бочего дня. Ведь не секрет, что многие отечественные реформы копи­руются из этих стран. В некотором роде они — «наше будущее», если такие сценарии у нас будут реализованы.

Заслуживает внимания и сама теоретическая позиция Валери Брайсон. Она определяет ее как марксистский феминизм. Подоб­ные воззрения связаны с британским пониманием теории Маркса, в которых его идеи интерпретируются как призма для анализа посто­янного саморазвития общества, его темпоральной природы, влия­ния сегодняшних процессов на будущее развитие общества. Обще­ство, которое, с одной стороны, порождает различные ограничения, а с другой — создает новые возможности для свободы. Марксизм, в понимании Брайсон, это способ критического взгляда на общество, способ критического мышления, ведь во многом без критического анализа нет и мышления.

Это именно та разновидность англо-саксонского марксизма, ко­торая не только выжила после Второй мировой войны, но и пере­живает сейчас «теоретический и практический ренессанс». Во мно­гом этот марксизм был генеалогически связан с целой плеядой выпускников Кембриджского университета, а также с известным марксистским историческим журналом «Паст энд Презент» {«Про­шлое и Настоящее») и Кембриджской экономической школой во главе с Джоан Робинсон.

2 Брайсон В. Политическая теория феминизма. Введение. — М.: Идея-Пресс. 2001. — С. 90—91.

Феминистский марксизм является одним из наиболее динамич­ных направлений англо-саксонского марксизма, связывающим во­едино вопросы классовой эксплуатации и тендерного угнетения. Как пишет Брайсон: «Марксизм, несомненно, комплексная теория, хотя, открывая для феминизма возможности новых открытий, он не является чем-то типа «клада», из которого по желанию могут быть извлечены готовые ответы. Разработанные Марксом идеи в отно­шении классов и экономических процессов могут быть применены для анализа отношений полов, но их невозможно переносить авто­матически» . Главные аргументы, привлекающие феминисток в марксизме, это указание на исторический, порождающийся харак­тер общественных институций и принятие, актуализация точки зрения наиболее угнетенных групп для понимания реальных прак­тик функционирования того или иного общества.

Именно в рамках марксистского направления в Британии впер­вые была поднята проблема времени. И сделал это известный бри­танский марксист Эдвард Палмер Томпсон (1967), исследуя воз­никновение британского рабочего класса, которое он связал в том числе с появлением темпоральной дисциплины часового времени на заводах и фабриках.

Поэтому попытка Брайсон продолжить эти исследования пред­ставляется, с одной стороны, органичной, с другой — достаточно необычной для этой академической традиции. Во многом это свя­зано со своеобразным пониманием Валери Брайсон концепта «вре­мени», а именно: из текста книги очевидно, что время для нее, с одной стороны, часть объективной реальности, влияющая на жизнь людей (часто очень негативно), а с другой — удобная концепция для координации их деятельности3, характерной особенностью ко­торой является представление о параллельном существовании множества разных времен. Таким образом, Брайсон пытается пре­одолеть классические парадоксы оппозиции реализм—конструкти­визм. Эта оппозиция, на данный момент, является чересчур тесной для всех социальных наук. В качестве примера можно привести классическое исследование нации еще одного британского ученого марксистской традиции Бенедикта Андерсона, сделанного им в книге «Воображаемые сообщества» (1981) , в которой он рассмат­ривает нацию как социально сконструированное сообщество, вооб­ражённое людьми, воспринимающими себя как его часть. Очевид­но, что споры о соотнесении его теории воображаемых сообществ с конструктивизмом или реализмом обнаруживают несостоятель­ность самой этой оппозиции. То же самое можно сказать и о пони­мании времени самой Брайсон.

3 Брайсон даже предлагает в книге для этого аспекта времени использовать по­нятие «relational time», то есть не просто относительное «реляционное» время в первом понимании слова «relational», а как время отношений между людьми, осо­бенно членами одной семьи, родственниками. Именно в таком значении понятие «реляционное время» используется далее по всему тексту перевода.


Андерсон Б. Воображаемые сообщества. — М.: Канон-Йресс-Ц, Кучково поле.

2001.
Эта позиция может показаться противоречивой. Но кто сказал, что противоречивость научного знания — это его недостаток? Вспомним Карла Поппера и его подход, сущность которого состоит в том, что любое научное знание противоречиво и гипотетично по самой своей природе, а все, что непротиворечиво в науке — это не наука, а метафизика, выдающая себя за науку. Думаю, что это име­ет прямое отношение и к разработке научного понимания времени.

Важным компонентом такого взгляда на время является его проективный и творческий характер. То, что было создано однаж­ды людьми, ими же может быть изменено. Тем более, если доми­нирующий тип времени в эпоху капитализма — часовое время ве­дет к негативным последствиям для психического и физического здоровья людей, нарушает их биоритмы, еще более угнетает обез­доленных. Как пишет Брайсон в этой книге, «способы использова­ния, оценки и понимания времени в современных капиталистиче­ских обществах играют центральную роль в поддержании тендерного неравенства в общественной и частной жизни мужчи­ны, как и женщины, терпят ущерб из-за этого процесса». Для изме­нения несправедливых порядков нам снова нужно использовать наше воображение, понять, чего мы хотим, и начинать действовать в желаемом направлении. Этот процесс автор называет «мыслен­ным экспериментом», а желаемое темпоральное положение ве­щей — «ухронией».

Следует отметить, что отечественные исследования времени также начали проводиться в русле советского марксистского обществоведе­ния во второй половине 20-го века. В первую очередь на материале и в связи с исследованиями немецкой классической философии и немец­кой социологической традиции . Марксистские корни отечественных исследований времени {остающиеся в виде уже существующих науч­ных трудов и общего отношения к проблеме) во многом помогут в по­нимании и принятии этой книги. А ее новации, без сомнения, помогут очертить новые ориентиры исследований.

Хотя правдой является и то, что, в отличие от социально-философского и социологического контекстов, взаимосвязь време­ни и политики долгое время не привлекала ученых на постсовет­ском пространстве, возможно, из-за ее кажущейся «философично­сти» и «непрактичности». Только в последние 5—7 лет такие исследования стали появляться, изначально черпая свое вдохнове­ние в так называемом «хронополитическом повороте» ряда совре­менных российских ученых, в первую очередь Михаила Ильина ,

-»11 11 1D1 -Л. yj V7^^ Г 1Г 1 ^ 1V1

5 К примеру, см. обзор исследований социально-исторического времени в мар­ксистском обществознании в книге Лой А.Н. «Социально-историческое содержание категорий «время» и «пространство»». — К., Наукова думка, 1978.


Ильин М.В. Очерки хронополитической типологии. Проблемы и возможности типологического анализа эволюционных форм политических систем. — М: МГИМО,
Ивана Чихарева7.

На сегодня отечественные исследования роли и функций време­ни в политике и политического времени во многом пребывают в самом начале своего пути. Как ни странно, это происходит парал­лельно и пересекаемо с процессами, которые происходят в запад­ной социально-политической мысли в ее попытках осмысления и использования времени. Как пишет Валери Брайсон, «понятие «время» почти не используется в политической теории основного направления (mainstream political theory), оно (время) рассматрива­ется просто как данность, как факт природы (и то второстепен­ный!), как кое-что само собой понятное, и отнюдь не как необхо­димая составляющая политических концепций или предмет, который нуждается в дальнейшем теоретическом и прикладном ис­следовании, за некоторыми редчайшими исключениями, которые лишь подтверждают общее правило. Если вы попробуете поискать информацию о политическом времени на страницах большинства специализированных изданий по политической теории или полити­ческих концепций — вы даже там не найдете ни одного упомина­ния, такой информации там просто нет!»8 Как видим, ситуация по­степенно исправляется, значит, становится все более возможным «время для изменения самого времени».


1995. — 112 с. — (Часть 1: Хронополитическая перспектива); Ильин М. В. Очерки хронополитической типологии. Проблемы и возможности типологического анализа эволюционных форм политических систем. — М: МГИМО, 1995. — 138 с. — (Часть 2: Хронополитическая перспектива; Часть 3: Тенденции и перспективы рос­сийской хронополитики); Ильин М.В. Феномен политического време-ни/ЛТолитические Исследования [ПОЛИС]. — 2005. — № 1. — С. 57—68.
7 Чихарев И.А. Проблематика политического пространства и времени в совре­менной политологии и международных отношениях // Политическая наука. — 2009. — № 1. — С. 7—31; Чихарев И. А. Хронополитика в теории мировой полити­ки [Лучшие кандидатские диссертации философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова]. — М.: Современные тетради, 2006. — 152 с.


Bryson V. Time. — Режим доступа: http://www.hud.ac.uk/politics/research/ confs/index.html
Таков краткий исторический и теоретический контекст перевода «Гендера и политики времени» Валери Брайсон. Насколько он бу­дет убедителен, зависит от читателей, от их желания принять, во­образить, оспорить и идти дальше идей, высказанных в этой книге. Как верно отметил Дж. Кейнс: «Идеи экономистов и политических философов, независимо от того, правильные они или нет, являются гораздо более значительными, чем многим кажется. В действи­тельности они во многом управляют миром. Практики, которые уверены, что свободны от любого интеллектуального влияния, обычно являются рабами какого-нибудь давно умершего эконо­миста».

В заключение хотелось бы выразить благодарность, во-первых, Валери Брайсон как автору за любезное и безвозмездное разреше­ние на выполнение перевода этой научной работы, во-вторых, осо­бая признательность всему коллективу проекта «Время в зеркале науки», проводимого при поддержке Института Ритмологии Евдо­кии Марченко, и лично руководителю проекта — Людмиле Зуб-рицкой за поддержку этого важного начинания, а также моим кол­легам — Максиму Андрущенку {за очень много вещей, научных и не только), Олегу Зубчику {кандидату философских наук — за под­держку), студентам Александре Гончаровой, Дмитрию Рою и Вла­димиру Калинину {за важные критические дискуссии об этой кни­ге) и, конечно же, моей семье.

Алексей Якубин, кандидат политических наук

БЛАГОДАРНОСТИ

Публикация этой работы, как и предыдущих моих книг, была бы невозможна без горячей поддержки и одобрения Джо Камплинг (Jo Campling). Я очень благодарна Рут Листер (Ruth Lister), чья ра­бота первоначально вдохновила меня, за ее конструктивный отклик и поддержку на ранних этапах подготовки рукописи, а также Вики Рэндалл (Vicky Randall) за ободряющие и полезные комментарии ко всему тексту рукописи.

Любые неточности в книге — лишь на моей совести.

Огромное спасибо также Джорджине Блэкли (Georgina Blakeley) — за то, что она для меня самая лучшая и надежная кол­лега, Университету Хаддерсфильда — за предоставленный творче­ский отпуск и Люси Брайсон (Lucy Bryson) — за проверку пра­вильности ссылок на использованные мной источники.

Благодарности другого порядка хочу выразить моей сестре Фран Ламберт (Fran Lambert), давшей мне возможность продол­жить работу над книгой в период затянувшегося семейного кризи­са, и моим друзьям за их горячую поддержку.

Если бы Алан Пирсон (Alan Pearson) терпимо относился к вы­ражению ему благодарности, я бы, конечно, поблагодарила и его — за полезные комментарии к первой редакции этого текста и за мно­гое другое.

ВСТУПЛЕНИЕ

Эта книга связана с надеждой, что политическая теория улуч­шает наше понимание обществ, в которых мы живем, и, таким об­разом, ее развитие имеет своей целью ослабить эксплуатацию и да­ет возможность большему количеству людей проявить заложенный в них потенциал.

Если конкретнее, то эта надежда основывается на феминистской политической теории и убеждении, что неравноправные отношения между женщинами и мужчинами — это реальность, это важная те­ма, и это несправедливо. Фокусируясь на западных социальных го­сударствах, эта книга опровергает бытующее сегодня стереотипное мнение, что феминизм — это пережиток прошлого и что его един­ственным политическим приоритетом и сосредоточением дискус­сий является вопрос тендерного неравенства. Скорее всего, это предложение рассматривать феминистскую политику как нераз­рывную часть остальных «прогрессистских» движений, так как требования женщин не могут быть решены в отрыве от других проблем социально-экономического неравенства, преодоление ко­торых также будет не окончательным, если оставить в стороне «женский вопрос».

Книга также доказывает, что различные средства использова­ния, контроля и понимания времени все больше приобретают акту­альность важного политического вопроса. И они требуют решения, если мы хотим понять политику в целом и природу тендерного не­равенства в частности; неуспех в этом начинании будет иметь са­мые плачевные последствия, и не только для женщин, но и для все­го общества.

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ

Понимание политики как «кто получает, что, когда и как»9 включает в себя и доступность времени наравне с другими дефи­цитными ресурсами. В этом случае время, важное само по себе, иг­рает роль ключевого политического ресурса, в котором нуждаются граждане, если они принимают активное участие в жизни своих со­обществ и защищают собственные интересы и позиции. Один из главных тезисов этой книги состоит в том, что современные прак­тики распределения времени — несправедливы и порождают поли­тическое неравенство. Как будет показано далее, удлиненный ра­бочий день оплачиваемой занятости, особенно в США и Великобритании, оказывает разрушительное воздействие на инди­видов, их семьи и общество, содействуя «дефициту внимания» и падению экономической эффективности наравне с гражданской ак­тивностью. В связи с этим право граждан найти здоровый баланс между оплачиваемой занятостью и другими аспектами жизни должно стать одним из политических приоритетов.


Такая бихевиоралистская модель политики предложена американским поли­тологом Г. Лассуэлом (1902—1978) в 30-х годах XX века в его роботе, которая так и называлась: «Политика — кто получает, что, когда и как» (1935). Эта книга имела огромное влияние на становление и развитие изучения политического поведения людей, управления в политической науке англоязычных стран. — Прим. перевод­чика.
10 Ситуация, когда продолжительность рабочего времени в течение дня больше нормальной; обычно речь идет о графике работы, при котором общая продолжи­тельность рабочей недели составляет более 40—48 часов. — Прим. переводчика.

Эта «политика времени» комплексно связана со стремлением женщин изменить и улучшить нынешнюю семейную, экономиче­скую и политическую ситуации. На первый взгляд, может пока­заться, что общества ожидает полнейший коллапс, если женщины перестанут выполнять свои традиционные и трудоемкие домашние и попечительские обязанности. Несмотря на это, они повсеместно рассматриваются как второсортные и не требующие вознагражде­ния. Эти обязанности всегда ставили женщин в менее выгодное по­ложение и мешали им быть «настоящими работягами» (такими, как мужчины), следствием чего стало непризнание их права на приня­тое в таких случаях вознаграждение — достойную заработную пла­ту и хорошее пенсионное пособие на склоне лет. Недоплата за жен­ские обязанности имела своим следствием ограничения женщин в свободном досуге и политических возможностях. Более столетия назад Ханна Митчел — британская суфражистка и социалистка — с негодованием писала: «Ничто не могло победить обед и чай, и большинство из нас, кто уже успел выйти замуж, должны были по­стоянно бороться, так сказать, с одной постоянно занятой работой рукой» {Mitchell 1977, p. 130). Эта книга показывает, что женская «временная бедность» {«time poverty») продолжает существовать и в наше время в качестве ограничения гражданских прав женщин. Неравенство в способах использования времени и его оценива­нии — это часть «порочного круга», обрекающего многих женщин на экономическую зависимость, уязвимость к эксплуатации и наси­лию в семье, а отсутствие свободного времени делает невозмож­ным обрести им собственный политический голос, опыт граждан­ской деятельности и изменить положение вещей.

В последние годы феминистская критика и движение совпали во времени с увеличением участия женщин на рынке труда и рас­пространении общественного беспокойства о разрушительном эф­фекте удлиненного рабочего дня. Этот вопрос даже попал в пар­тийные программы во многих западных странах. Ощущение актуальности указанной темы нашло свое место в недавнем докла­де британской Комиссии по равным возможностям:

«То, как мы работаем, больше не соответствует миру, в котором мы живем. Если будут изменены привычные представления о рабо­те, то мы бы все от этого только выиграли. Если не будет перемен в этом направлении, нас всех ожидает мрачное будущее: понапрасну растраченный потенциал, меньше времени на социальную опеку, больше болезней, связанных со стрессом, постоянная низкая оплата для женщин и их семей, снижение конкуренции в бизнесе, эконо­мике и даже постоянные пробки и угрозы экологии» {UK's Equal Opportunities Commission 2007, p. 3).

Эта книга только усилит вышеприведенные аргументы. Читатель также увидит, что политика времени ведет нас еще глубже и подни­мает целый комплекс вопросов, затрагивающих значение истории для политической практики, влияние использования времени на тен­дерную идентичность, связь между различными «темпоральными культурами» и моделями власти, способы измерения и оценивания времени. Эти основные, связанные с политикой аргументы прошли через все последующие главы книги, в которых мы покажем, почему время и вознаграждение за него, время, затраченное на заботу о дру­гих, — это важные элементы экономической и общественной дея­тельности. А еще то, что это время должно быть поделено совместно с мужчинами и поддержано широкой общественностью, и что наем­ный труд и социальное обеспечение должны быть реорганизованы соответственно. Возникает также потребность придать должное зна­чение временным ритмам, за пределами овеществленных времени-часов капиталистической экономики, в которой время уравнено с деньгами, где необходимому времени для развития нормальных че­ловеческих отношений просто не остается места.

Все эти аргументы базируются на убеждении, что члены обще­ства имеют наравне с индивидуальными коллективные потребно­сти, интересы и обязанности. Посему одних рыночных сил для их выражения недостаточно. Наше исследование исходит из того, что государства должны поддерживать и обеспечивать социальные службы общества, регулировать заработную плату, давая возмож­ность и мужчинам, и женщинам проявить заботу о других и испол­нять, тем самым, свой долг. Такой политический курс прямо про­тивоположен либеральному индивидуализму, распространенному в США, где наше исследование обнаруживает до предела обострен­ные проблемы, связанные со временем; эти противоречия гораздо более сглажены в социал-демократических странах Скандинавии, где мы находим очень много положительного, хотя отдельные про­блемы есть и там. Эффективная феминистская политика нуждается в признании этих различных исходных позиций. Соответственно, в книге уделено максимум внимания значению различных образов времени в контексте исторического развития и оптимальному ба­лансу между стратегическими целями с более насущными потреб­ностями и требованиями текущего политического курса. В этом ключе переосмысление марксистской теории истории включает в себя адаптацию ее базового концепта «вос(производство)» к лич­ностной сфере человека, делая тем самым все более возможным распознавание изменений, создающих радикальные вызовы тради­ционным тендерным моделям использования времени.

Несмотря на то, что эта книга предлагает рассматривать время как центральный элемент феминистской теории и политической деятель­ности, это не значит, что оно равносильно «окончательному реше­нию». Скорее, политику времени следует рассматривать как часть замкнутого механизма, чьи шестеренки — это различные формы вла­сти и неблагоприятных условий, которые соприкасаются и поддержи­вают друг дружку, при этом они постепенно изнашиваются, и это по­рождает надежду, что феминистические цели достижимы и реальны.

11 Воспроизводство, в хозяйственной жизни (англ. reproduction) — непрерыв­но продолжающийся (незатухающий, бесконечно повторяемый) процесс произ­водства благ, по ходу которого возобновляются (воспроизводятся) и жизненные 'средства, и их производители (человек как потребитель и как рабочая сила), и производственные отношения между участниками этого общественного процесса. Одно из базовых понятий классической марксистской социально-политической и экономической теории. — Прим. переводчика.


СТРУКТУРА КНИГИ
Книга состоит из трех основных частей. В первых трех главах рассмотрены теоретические работы науки основного направления о политике и времени; большинство из них были написаны мужчи­нами. В них можно найти многое, интересующее феминисток, в первую очередь: распространенные и стереотипные представления о том, что мужской опыт работы, семейной жизни и «свободного» времени — это «естественно». С этой доминирующей перспективы, темпоральные переживания и потребности, связанные с женски­ми традиционными домашними обязанностями или их репродук­тивной ролью, игнорируются или маркируются как «маргиналь­ные» и «другие». Напротив, вторая часть работы {с четвертой по шестую главы) показывает, как феминистская перспектива, оттал­кивающаяся от женщин, проводит переформатирование проблемы и обеспечивает нас более широким пониманием. Третья часть {гла­вы седьмая — десятая) посвящена поиску оптимального сочетания выводов первой и второй частей. Ее главная цель — рассмотреть как желаемые возможности, так и реалистические перспективы фе­министской теории и политики времени. В этом заинтересованы все граждане, вне зависимости от их тендерной роли.

Данное исследование стало возможным благодаря использова­нию многих теоретических подходов, и едва ли читатель знаком со всеми из них в достаточной мере. По этой причине мы будем соче­тать раскрытие наших собственных аргументов с описанием ряда существующих концепций, показывая их теоретические последст­вия для тендерной проблематики и политики времени.
12 Социальные и политические науки основного направления {mainstream
political or social sciences) — принятое в западной науке обозначение исследований,
которые не ставят своей целью изменение существующих политических, экономи-
ческих и социальных порядков. Им противостоят — критические исследования,
сторонники которых считают, что все социальные науки латентно идеологические
по своей сути и потому их главная цель — показать эту заангажированность и вы-
ступать на стороне угнетенных групп общества. — Прим. переводчика.

13 Темпоральность {англ. временные особенности) — временная сущность яв-
лений, порожденная динамикой их особенного движения, в отличие от тех времен-
ных характеристик, которые определяются отношением движения данного явления
к историческим, астрономическим, биологическим, физическим и другим времен-
ным координатам; взаимосвязь моментов времени. В современной философской
культуре понятие темпоральное™ вошло через экзистенциалистскую традицию, в
которой темпоральность человеческого бытия противопоставляется вещи, отчуж-
денному, бескачественному, навязчивому, подавляющему времени. — Прим. пере-
водчика.

Первая глава опирается на идеи Карла Маркса и более совре­менные исследования Энтони Гидденса и Пола Пайерсона (Paul Pierson), утверждавших, что, если ми хотим понять настоящее и формировать наше будущее, нам нужно ощущение времени и исто­рический контекст. Это относится и к развитию социальной поли­тики, и к расширению понимания времени как такового, что, без сомнения, изменит как политическую теорию, так и практику. Идея о том, что понимание времени изменчиво, приведет (во второй гла­ве) к детальному обсуждению темпоральной культуры/культур и формированию овеществленного времени-часов капиталистическо­го общества. Хотя такая модель контроля существует сегодня во всем мире, в этой главе показано, что альтернативные формы вре­мени продолжают существовать, и сопротивление доминирующей темпоральной культуре может быть важным политическим дейст­вием. Эта тема продолжена в следующей (третьей) главе, где опи­сано, как люди обычно растрачивают свое время в капиталистиче­ских обществах. Сначала рассмотрим свободное время как редкий ресурс, потом — как оно должно быть распределено и приводит ли нехватка времени у граждан к разрушению политической жизни. Это нужно сделать прежде, чем проанализировать недавние иссле­дования «темпоральных режимов». В заключительной части обсу­ждается, есть ли удлиненный рабочий день неизбежным следстви­ем капиталистической конкуренции или же этого можно избежать; вопреки возрастающему давлению глобальной конкуренции, мы все же находим некоторые основания для надежды.

Четвертая глава готовит почву для последующей дискуссии о том, как мы должны мыслить о «женщине» и «мужчине» в свете последних феминистских исследований о различиях среди женщин и изменчивой, сконструированной природе тендерной идентично­сти. Эта дискуссия связана с широкой феминистской критикой ие­рархических дихотомий мышления, в ней ставятся под сомнение преимущества «нормальных» мужских качеств, интересов и пер­спектив. Еще в этой главе одобряется идея «общности в различи­ях», рассматривающая темпоральные отличия и расхождения, так же как и сходство среди женщин, обращение к группе малоимущих мужчин, аргументируется позиция, почему положение наименее обеспеченных групп — лучшая исходная позиция для анализа.

Пятая глава развивает идею перехода «за пределы дихотомии», фокусируясь на феминистской критике принятого разделения между общественной сферой (сферой политики и оплачиваемой работы) и личной сферой (сфера семьи и личной жизни). Выявляя взаимосвязи, размывающие общественно/личную дихотомию, эта критика пролива­ет свет на семейные предпосылки мужских привилегий в обществен­ной сфере и на гражданское значение активности в общинах и семьях. Утверждается, что феминистская политика должна не только разобла­чать и оспаривать современное распределение оплачиваемой, неопла­чиваемой работ и свободного времени, но должна настойчиво защи­щать идею, что неоплачиваемая работа, в первую очередь время, затраченное на заботу о других, обязано быть оценено и вознаграж­даться как имеющее ключевое значение для благосостояния общества.

Вопрос о том, как можно будет это воплотить и какие формы фе­министской политики могут быть использованы для этого, связан с феминистскими перспективами в социальном государстве, — пред­мет шестой главы. В соответствии с общим неприятием «друго­го/иного мышления», рассмотренных в четвертой и пятой главах, де­лается вывод, что эффективная феминистская политика требует взаимодействия государственных структур и независимой от них деятельности. Такое взаимодействие развивается в современном глобальном контексте, что несет в себе как новые ограничения, так и возможности. И хотя существуют некоторые обнадеживающие при­меры подобного развития, особенно в странах Скандинавии, эта гла­ва поддерживает тезис первой главы в том, что политика не может быть просто «экспортирована» из одной страны в другую, но должна строиться на реалистической оценке локальных условий и традиций.

Седьмая глава связывает новейшие феминистские работы о многозначной и текучей природе человеческого времени с феминист­ским отрицанием дихотомий. В этой главе используются умозак­лючения первой главы для изменения лежащих в основе феминист­ской теории темпоральных представлений и роли истории для фе­министской политики. Возвращаясь к Марксу, Гидденсу и Пайер-сону, здесь исследуется идея, что изменения в материальных условиях {производстве и воспроизводстве), где задействованы люди, суммируется с кумулятивным эффектом ограниченных по своим последствиям изменений привычек и отношений между мужчина­ми и женщинами, приводя к нежизнеспособности нынешние меха­низмы поведения. В результате, возможен парадигмальный сдвиг к социальной политике, признающей важность работы, традиционно выполняемой женщинами, наряду с участием в ней мужчин.

Восьмая глава расширяет аргументацию второй главы о социаль­ной природе времени в вопросе: существует ли специфическая жен­ская «темпоральная культура», связанная с женским телом и/или со­циальной ролью? Если существует, то какова роль такого «женского времени» в патриархальных капиталистических обществах? Следуя за логикой аргументации прошлых глав, в этой главе отбраковывается идея, что «женское время» и «мужское время» можно рассматривать как замкнутые категории. Тем не менее, мы согласны с авторами, ар­гументирующими, что женские традиционные роли и обязанности возникли в связи с естественными темпоральными ритмами и потреб­ностями, часто вступающими в противоречие с доминирующей логи­кой овеществленных времени-часов, к которым женщины обязаны на­сильственно приноравливаться. Такое наложение разных времен с доминантой времени-часов приводит к сокращению времени для за­боты и отношений, что опасно и контрпродуктивно.

Девятая глава использует этот анализ для обсуждения: могут ли количественные исследования использования времени поддержать феминистское утверждение о том, что женская неоплачиваемая работа делает значительный экономический вклад в капиталистических об­ществах, что женщины исполняют такую работу значительно чаще мужчин, что они имеют меньше «свободного» времени, чем мужчины, и что соответствующая политика стран Скандинавии создает более равное распределение времени для его использования между мужчи­нами и женщинами. Факты подтверждают два первых тезиса, но, на первый взгляд, подрывают третий и четвертый. Тем не менее, в главе также показано, что такие исследования в основном базировались на отдельных темпоральных представлениях, не отражающих значимые аспекты женского использования времени и серьезно искажают их опыт «свободного» времени. Поэтому более детальные исследования в большинстве случаев поддерживают аргументы феминисток о жен­ских лишениях и негативных последствиях этого.

В десятой главе сводятся воедино теоретические и эмпириче­ские аргументы всех глав книги для очертания основных контуров феминистской темпоральной утопии, или «ухронии». Это обеспе­чивает контрастное оценивание существующих темпоральных культур, темпоральных ориентации в современных западных соци­альных государствах; сравнительные выводы и политические дис­куссии вокруг рабочего времени и семейных обязанностей. Ее кон­цовка посвящена обсуждению, можно ли и как перейти «отсюда — туда», выявлен ряд движущих факторов для прогрессивных изме­нений, в том числе сила оппозиции. Выводы книги подтверждают центральный аргумент работы: (1) политика времени должна быть в сердце феминизма и (2) феминистская политика времени выдви­гает на передний план политические вопросы, имеющие огромное значение для каждого из нас.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


ВАЛЕРИ БРАЙСОН
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации