Лисицын Ю.А. Валютная политика. Валютный союз. Евро - файл n1.docx

приобрести
Лисицын Ю.А. Валютная политика. Валютный союз. Евро
скачать (293.9 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.docx294kb.17.09.2012 16:04скачать

n1.docx

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

<258> European Monetary Cooperation Fund.
Основу для создания Европейского фонда валютного сотрудничества заложила Резолюция от 22.03.1971. Европейский фонд валютного сотрудничества, призванный обеспечить функционирование механизма "валютной змеи" через координацию деятельности центральных банков государств - членов Сообщества, был создан в соответствии с Решением Совета ЕЭС в 1973 г. <259> на основании ст. 235 Договора о ЕЭС и стал основой организации объединения центральных банков Сообщества <260>.

--------------------------------

<259> Council Regulation (EEC) N 907/73 // OJ, 1973. L 89/2.

<260> Smits R. The European Central Bank. P. 19.
Указанному органу была предоставлена собственная правосубъектность. Однако решения должны были приниматься на началах единогласия Правлением, состоящим из членов Комитета Управляющих. Такой порядок не способствовал эффективности принятия решений. Кроме того, функции фонда были в основном технического характера и связаны с урегулированием требований и долгов государств-членов друг к другу в связи с займами на проведение интервенций на валютных рынках в случаях превышения пределов колебаний валюты какого-либо из государств-членов.

Механизм "валютной змеи" <261> (механизм коллективного плавания) был далеко не совершенен, что проявлялось прежде всего в отсутствии действенных процедур согласования политик, а следовательно, в использовании отдельными странами ревальваций и девальваций их валют <262>. Более того, крах бреттонвудской системы, основанной на фиксированной привязке к доллару США, разменному на золото (т.е. крах золотодевизного стандарта), выявил необходимость поиска "валютного якоря" (меры стоимости на внешних рынках). В результате в 1975 г. была введена европейская расчетная единица (далее также - ЕРЕ) <263>. ЕРЕ представляла собой валютную корзину <264>, составленную расчетным путем из валют стран-членов. Это делало ее более устойчивой к колебаниям конъюнктуры и биржевым спекуляциям по сравнению с валютой одного государства. В отличие от прежней единицы, которую Сообщества унаследовали от Европейского платежного союза, курс ЕРЕ больше не был привязан к курсу доллара. На дату создания курс ЕРЕ приравнивался к курсу СДР <265> и отталкивался от прежнего золотого содержания доллара. В дальнейшем он определялся ежедневно на основе биржевых котировок входящих в корзину валют (в соответствии с их удельными весами).

--------------------------------

<261> Этот механизм также называют "система змеи внутри тоннеля" (см., напр.: Курочкин Д.Н. Евро: новая валюта для Старого Света. Проблемы становления и перспективы развития Европейского экономического и валютного союза. Минск: Европейский гуманитарный университет, 2000. С. 9; Пебро М. Международные экономические, валютные и финансовые отношения / Пер. с франц.; общ. ред. Н.С. Бабинцевой. С. 241).

<262> Справедливости ради следует отметить, что механизм "валютной змеи" нельзя признать неудачной попыткой интеграции стран ЕЭС в сфере денежно-кредитной и валютной политики. Как отмечает О.В. Буторина, эта "система позволяла западноевропейским странам сохранять, пусть отчасти, стабильность своих денежных единиц и амортизировать воздействие валютных колебаний на мировых рынках. Она дала Западной Европе первый опыт валютного сотрудничества в условиях плавающих курсов" (Буторина О.В. Экономический и валютный союз ЕС. С. 31).

<263> European Unit of Account - счетная единица ЕЭС - была заимствована Сообществами у Европейского платежного союза, счетная единица которого равнялась по золотому содержанию доллару США (Шмелев В.В. Коллективные валюты - от счетных единиц к международным деньгам. С. 35 - 36, 40).

<264> Страны Сообщества договорились, что ЕРЕ будет иметь следующий состав: марка ФРГ - 27,3%, французский франк - 19,5%, фунт стерлингов - 17,5%, итальянская лира - 14,0%, голландский гульден - 9,0%, бельгийский франк - 7,9%, датская крона - 3,0%, ирландский фунт - 1,5% и люксембургский франк - 0,3%.

<265> Special Drawing Rights (специальные права заимствования) - расчетная единица на базе корзины валют, созданная в рамках Международного валютного фонда.
Таким образом, ЕРЕ стала ориентиром, к которому привязывались курсы западноевропейских денежных единиц (до этого в "валютной змее" они прикреплялись только друг к другу, за исключением периода с апреля 1972 г. по март 1973 г., когда они все вместе прикреплялись к доллару) <266>. В 1976 - 1978 гг. ЕРЕ стала применяться в межгосударственных расчетах ЕЭС и в расчетах с некоторыми третьими странами, в ней велись операции Европейского инвестиционного банка, а также бюджет и статистика Сообществ <267>.

--------------------------------

<266> Буторина О.В. Экономический и валютный союз ЕС. С. 32.

<267> Шмелев В.В. Коллективные валюты - от счетных единиц к международным деньгам. С. 42 - 43.
На смену механизму "валютной змеи" 13 марта 1979 г. пришел механизм Европейской валютной системы (European Monetary System) (далее - ЕВС) <268>, который включал в себя три основных элемента:

- механизм регулирования валютных курсов (далее - ERM <269>, или МОК);

- европейскую валютную единицу - ЭКЮ <270>;

- механизм кредитования и процедуры согласования денежно-кредитной и валютной политики.

--------------------------------

<268> См. Резолюцию Совета ЕС об учреждении Европейской валютной системы (Resolution of the European Council on the establishment of the European Monetary System (EMS) and related matters, Brussels, 5 December 1978, annexed to the conclusions of the Presidency of that European Council after the meeting of 6 and 7 July 1978 // Bulletin European Communities 1978. N 6) (далее - Резолюция об ЕВС).

<269> ERM - Exchange Rate Mechanism.

<270> ECU - European Currency Unit.
ERM, так же как и "валютная змея", основана на совместном плавании валют государств-участниц. Особенность заключается в том, что в рамках ERM механизм совместного плавания и ЭКЮ были впервые увязаны в одну систему.

ЭКЮ определялась на основе корзины валют государств-участников. Курс ЭКЮ в отличие от курса ЕРЕ был стабильным (а не менялся каждый день) и мог пересматриваться только раз в несколько лет. Европейскому фонду валютного сотрудничества в соответствии с Резолюцией об ЕВС были предоставлены дополнительные полномочия по выпуску ЭКЮ в соответствии с объемом внесенных в фонд золотовалютных резервов центральных банков государств-участников (вносилось 20% золотовалютных резервов в виде золотого запаса и 20% золотовалютных резервов в виде активов в долларах США). Фактически величина фонда золотовалютных резервов определяла курс ЭКЮ. Курс валют стран - участниц ЕВС устанавливался в соответствующем паритете к ЭКЮ в зависимости от "взноса" в фонд. При этом определялись пределы отклонения (divergence threshold) национальных валют от курса ЭКЮ, а также национальных валют других государств - участниц ЕВС.

Особое внимание в рамках ЕВС уделялось также механизму валютных интервенций, во многом основанному на взаимном кредитовании центральными банками (краткосрочном <271>) и самими государствами-членами (среднесрочном <272>). Тем самым создавались условия для поддержания падающего курса национальной валюты через продажу на внутреннем валютном рынке иностранной валюты <273>.

--------------------------------

<271> Short-term Monetary Support.

<272> Medium-term Financial Assistance.

<273> Правовая основа механизма взаимопомощи в рамках Европейской валютной системы была первоначально определена в Соглашении от 13 марта 1979 г. между центральными банками государств - членов ЕЭС (The Agreement of 13 March 1979 between the central banks of the Member States of the European Economic Community laying down the operational procedures for the European Monetary System) // Compendium of Community Monetary Texts, 1994. P. 62). Впоследствии эти вопросы были урегулированы Уставом Европейского валютного института (т.е. в Приложении к Маастрихтскому договору).
Важной правовой особенностью функционирования ЕВС до Маастрихтского договора было то, что элементы этой системы практически не регулировались коммунитарным правом (Community law) <274>. Основным источником правового регулирования ЕВС до 1993 г. был акт Совета ЕС, который был принят не на основании норм первичного коммунитарного права, и лишь отдельные элементы ЕВС регулировались вторичным правом <275>. Кроме того, важную роль в определении отдельных элементов ЕВС играли соглашения между центральными банками государств - участников ЕВС <276>.

--------------------------------

<274> Под понятием "коммунитарное право" традиционно понимается право Сообществ как первичное (учредительные договоры Европейских Сообществ), так и вторичное (акты, принятые на основании первичного права в порядке, им определенном) (подробнее о понятии "коммунитарное право" см.: Право Европейского союза: Учебник для вузов / Под ред. С.Ю. Кашкина. С. 150 - 153).

<275> Речь идет, например, об определении ЭКЮ (Council Regulation (EEC) N 3180/78 of 18 December 1978 changing the value of the unit account used by the European Monetary Cooperation Fund // OJ, 1978. L 379/1) и ее выпуска (Council Regulation (EEC) N 3181/78 of 18 December 1978 relating to the European Monetary System // OJ, 1978. L 379/2).

<276> См., например, упоминавшееся выше Соглашение от 13 марта 1979 г. между центральными банками государств - членов ЕЭС (Compendium of Community Monetary Texts, 1994. P. 62).
Маастрихтский договор уже содержал упоминания отдельных элементов ЕВС, в частности механизма краткосрочного финансирования валютных интервенций. Сама же Европейская валютная система (а следовательно, ЭКЮ и ERM) просуществовала до начала третьего этапа ЭВС, т.е. до 1999 г. Европейский фонд валютного сотрудничества функционировал до конца 1993 г. и был заменен в начале второго этапа ЭВС Европейским валютным институтом в связи с необходимостью подготовки к третьему этапу ЭВС. Таким образом, функционирование Европейской валютной системы и соответствующего механизма обменных курсов (ERM) не просто создало эмпирическую основу для возникновения Экономического и валютного союза, его значение гораздо важнее: подготовительные этапы ЭВС реализовались в рамках Европейской валютной системы, а заключительный этап ЭВС можно рассматривать как непосредственный результат функционирования Европейской валютной системы, подготовившей переход к единой денежно-кредитной и валютной политике, основанной на единой валюте. План перехода к Экономическому и валютному союзу, предусмотренному Маастрихтским договором, был разработан на основе так называемого Доклада Делора <277>, который, как отмечается в специальных исследованиях, рассматривал ЭВС как совокупность трех элементов: создание внутреннего рынка; создание эффективных инструментов координации экономических политик (экономический союз) и фиксирование обменных курсов с последующим учреждением единой валюты <278>.

--------------------------------

<277> Report on economic and monetary union in the European Community / Committee for the study of economic and monetary union. Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 1989.

<278> § 19 Доклада Делора. - См. также: Smits R. The European Central Bank. P. 38; Patterson В., Jevcak A., Grotti M.C. Background to the euro. - Luxembourg: European Parliament, 2002. - P. 18 - 20.
В соответствии с Докладом Делора предполагалось пройти три стадии на пути к "полному" ЭВС (full EMU). Причем многие идеи этого Доклада были восприняты Маастрихтским договором, который также предусматривал три этапа.

1. Первый этап начался 1 июля 1990 г. и представлял собой подготовительную стадию, целью которой были интенсификация координации экономических политик, а также усиление взаимодействия между центральными банками в целях обеспечения стабильности цен.

Не анализируя подробно содержания всех мероприятий, имевших место на этой стадии <279>, следует отметить, что в сфере реализации денежно-кредитной и валютной политики были расширены полномочия Комитета Управляющих центральными банками <280> в сфере координации денежно-кредитных и валютных политик путем обмена информацией и проведения консультаций до принятия решений в соответствующей сфере.

--------------------------------

<279> Тем более что эти стадии подробно исследованы в многочисленных работах на русском языке.

<280> Council Decision 90/142/EEC of 12 March 1990 amending Council Decision (64/300/EEC) of 8 May 1964 on cooperation between the central banks of the Member States of the European Economic Community // OJ, 1990. L 78/25.
2. Второй этап начался только после заключения и ратификации Маастрихтского договора, с 1 января 1994 г. Во второй этап перешли все 12 государств - членов Европейских Сообществ <281>, поскольку, несмотря на установление определенных требований к национальному законодательству, а также в связи с выполнением критериев конвергенции (сближения) не было установлено последствий невыполнения этих условий. В 1995 г. к ним присоединились Австрия, Финляндия, Швеция.

--------------------------------

<281> См. таблицу 1 Приложения 5 к настоящей работе.
На этой стадии был создан Европейский валютный институт (далее <282> - ЕВИ), который был временным органом, призванным подготовить переход к последнему этапу построения ЭВС в сфере компетенции центральных банков <283> и передать свои полномочия Европейскому центральному банку. Управлял этим органом Совет, состоящий из Глав (Управляющих) центральных банков государств-членов и возглавляемый независимым Председателем. Создание этого органа было обусловлено политическими причинами. Несмотря на то что создание Европейской системы центральных банков согласно Докладу Делора планировалось уже на втором этапе, еще в 1990 г. представители Голландии и Германии высказали опасения относительно целесообразности создания такой системы до передачи всех основных полномочий Европейскому центральному банку, поскольку это может привести к размыванию полномочий: непонятно, за что в такой системе будут отвечать национальные центральные банки, а за что - Европейский центральный банк <284>.

--------------------------------

<282> European Monetary Institute.

<283> См. подробнее ст. 117 (3) Амстердамского договора.

<284> См. подробнее об этом: Smits R. The European Central Bank. P. 47.
Кроме институциональных преобразований рассматриваемый период ознаменовался работой по анализу готовности государств-членов к переходу на следующий этап. Этот анализ строился на основе применения положений Маастрихтского договора о критериях сближения, которые были указаны в ст. 109j (ст. 121 Амстердамского договора) и конкретизированы в Протоколе к Маастрихтскому договору. Выделялись четыре критерия: критерий достижения высокого уровня стабильности цен; критерий защищенности финансового положения; критерий соблюдения установленных пределов курсовых колебаний (критерий нормального участия в механизме обменных курсов); критерий устойчивости сближения государства-члена.

3. Третий этап начался 1 января 1999 г. <285> и ознаменовался учреждением Европейского центрального банка (далее - ЕЦБ) и Европейской системы центральных банков (далее - ЕСЦБ). Одновременно с созданием ЕЦБ и ЕСЦБ в начале третьего этапа был учрежден Экономический и финансовый комитет (далее - ЭФК) <286>, который заменил Валютный комитет, созданный еще в 1958 г. ЭФК так же, как и ЕЦБ обладает определенными полномочиями в сфере осуществления денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза <287>.

--------------------------------

<285> См. ст. 121 (3), (4) Амстердамского договора.

<286> Economic and Financial Committee (см. ст. 114 Амстердамского договора). - См. также: Council Decision of 31 December 1998 adopting the Statutes of the Economic and Financial Committee (1999/8/EC) // OJ, 1999. L 005.

<287> Подробнее см. § 3 настоящей главы.
Однако третий этап ЭВС связан не только с институциональными преобразованиями, но и прежде всего с поэтапным введением евро как законного платежного средства на территории государств-членов, перешедших на этот этап <288>.

--------------------------------

<288> Подробнее о введении евро см. § 2 настоящей главы.
Не все государства перешли на третий этап ЭВС. Образовались две группы государств - членов Европейского союза (с точки зрения специфики осуществления денежно-кредитной и валютной политики):

1) "государства-члены без изъятий" <289> - это государства, перешедшие на третий этап ЭВС. На третий этап ЭВС в 1999 г. перешли Австрия, Бельгия, Ирландия, Испания, Италия, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Финляндия, Франция, Германия. Греция получила статус государства-члена без изъятий с 2001 г. Евро стал для этих государств единственным законным платежным средством. В связи с этим указанные государства называются также странами зоны евро (euro area) <290>. Однако, применяя этот термин, следует учитывать, что, во-первых, в зону евро входит только та часть государств-членов без изъятий, которая является участником Сообществ, а во-вторых, Европейское Сообщество заключило валютные соглашения (monetary agreement) с рядом территорий об официальном принятии ими евро <291>. В первом случае речь идет, в частности, об исключении из зоны евро так называемых заморских территорий Франции, в которых сохранены собственные валюты в качестве законного платежного средства <292>, во втором - о соглашениях, например, с Ватиканом <293>, Княжеством Монако <294>, Республикой Сан-Марино <295>, Княжеством Андорра <296> и другими территориями <297>.

--------------------------------

<289> По тексту Амстердамского договора эти государства обозначаются термином "Member States" или "Member States without a derogation".

<290> См., напр.: Jensen K.R. Inside EU, outside EMU: institutional and legal aspects of the Exchange Rate Mechanism II // Legal aspects of the European System of Central Banks. - Frankfurt am Main: European Central Bank, 2005. - P. 136; Denter E. Representation of the EC in the IMF // International monetary law / Ed. by M. Giovanoli. - N.Y., 2000. - P. 211.

<291> См. подробнее: Cabotte J.C., Moulin A.M. The Legal Status of the Single Currency // Banque De France Bulletin Digest. 2002. N 107. P. 102.

<292> См. Протокол по Франции к Маастрихтскому договору (Protocol (27) on France).

<293> Council Decision of 31 December 1998 on the position to be taken by the Community regarding an agreement concerning the monetary relations with the Vatican City (1999/98/EC) // OJ, 1998. L 139; Monetary agreement between the Italian Republic, on behalf of the European Community, and the Vatican City State and, on its behalf, the Holy See // Compilation of Community legislation on economic and monetary union, July 2004, Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 2005. P. 245 - 248.

<294> Council Decision of 31 December 1998 on the position to be taken by the Community regarding an agreement concerning the monetary relations with the Principality of Monaco (1999/96/EC) // OJ, 1998. L 139; Monetary agreement between the government of the French Republic, on behalf of the European Community, and the government of His Serene Highness the Prince of Monaco // Compilation of Community legislation on economic and monetary union, July 2004, Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 2005. P. 221 - 236.

<295> Council Decision of 31 December 1998 on the position to be taken by the Community regarding an agreement concerning the monetary relations with the Republic of San Marino (1999/97/EC) // OJ, 1998. L 139; Monetary agreement between the Italian Republic, on behalf of the European Community, and the Republic of San Marino // Compilation of Community legislation on economic and monetary union, July 2004, Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 2005. P. 239 - 242.

<296> Council Decision of 11 May 2004 on the position to be taken by the Community regarding an agreement concerning the monetary relations with the Principality of Andorra (2004/548/EC) // Compilation of Community legislation on economic and monetary union, July 2004, Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 2005. P. 251 - 253.

<297> Council Decision of 31 December 1998 concerning the monetary arrangements in the French territorial communities of Saint-Pierre-et-Miquelon and Mayotte (1999/95/EC) // OJ, 1998. L 139.
Кроме того, отсутствует легальное определение термина "euro area". Например, несмотря на его использование в Европейской конституции, он определяется через понятия "государства-члены, валюта которых евро" ("Member States whose currency is the euro") <298>, или "участвующие государства-члены" ("participating Member States") <299>.

--------------------------------

<298> См., например, ст. I-13 (1) Европейской конституции.

<299> См., например, ст. III-194 Европейской конституции.
2) "государства-члены с изъятиями" <300> - это государства, которые к настоящему моменту не перешли на третий этап ЭВС. Можно выделить следующие группы государств-членов с изъятиями:

А. Государства-члены, отказавшиеся от участия в третьем этапе ЭВС с 1 января 1999 г. Этим правом воспользовались Дания, Швеция и Великобритания <301>. Причем если Дания и Великобритания добились юридических оговорок в Маастрихтском договоре (см. протоколы), то Швеция, отказавшись в 1997 г. от перехода на третий этап, провела 14 сентября 2003 г. референдум о присоединении к евро, результатом которого стало: "за" - 42%; "против" - 55,9% <302>. Следующий референдум по этому вопросу в Швеции планируется на 2012 г.

--------------------------------

<300> "Member States with a derogation" (см. ст. 122 Амстердамского договора).

<301> См. соответствующие протоколы к Маастрихтскому договору.

<302> См., напр.: Курочкин Д.Н. Евро: новая валюта для Старого Света. Проблемы становления и перспективы развития Европейского экономического и валютного союза. С. 123 - 126; Rosenberg I. Why is Swedish inflation so low / I. Rosenberg // Bank for International Settlements. BIS Review, 2005. N 25. P. 19 - 29; Swedish monetary policy and EMU / Sveriges Riksbank. Stockholm, 2003.
Кроме того, Швеция и Великобритания не участвуют в европейском механизме обменных курсов, учрежденном в связи с переходом большинства государств - членов Европейского союза на третий этап ЭВС и получившем название Exchange Rate Mechanism II <303> (далее - МОК2). Великобритания вышла из механизма обменных курсов ЕВС и до настоящего времени не присоединилась к МОК2 в результате событий 16 сентября 1992 г. ("черная среда" - спекулятивная атака на фунт стерлингов). И хотя МОК2 не является для государств-членов с изъятиями обязательным условием членства в Европейском союзе, следует учитывать, что участие в нем является необходимым условием перехода на третий этап ЭВС, т.е. для вхождения в зону евро <304>. Именно в этой связи Дания участвует в МОК2.

--------------------------------

<303> Нормативную базу этого механизма составляют: Resolution of the European Council on the establishment of an exchange rate mechanism in the Third Stage of Economic and Monetary Union, Amsterdam, 16 June 1997 // OJ, 1997. C 236; Agreement of 1 September 1998 between the European Central Bank and the national central banks of the Member States outside the euro area laying down the operating procedures for an exchange rate mechanism in Stage Three of Economic and Monetary Union // OJ, 1998. C 345; Agreement of 14 September 2000 // OJ, 2000. C 362; Agreement of 29 April 2004 // OJ, 2004. C 135; Agreement of 16 September 2004 // OJ, 2004. C 281.

<304> См. ст. ст. 122 (2) и 121 (1) Амстердамского договора. Подробнее о сущности и содержании МОК2 см., напр.: Jensen K.R. Inside EU, outside EMU: institutional and legal aspects of the Exchange Rate Mechanism II // Legal aspects of the European System of Central Banks. Frankfurt am Main: European Central Bank. P. 135 - 146; Folsz A. The monetary framework after accession - a political economy analysis of ERM2 // European Integration online Papers (EIoP). Vol. 7. 2003. N 2 [http://eiop.or.at/eiop/texte/2003-002a.htm].
Б. Государства, вновь присоединившиеся к Европейскому союзу. Все государства - члены Европейского союза, присоединившиеся после перехода большинства государств-членов на третий этап ЭВС, являются государствами-членами с изъятиями. При этом к МОК2 присоединились в 2004 г. Эстония, Литва, Словения, в мае 2005 г. - Кипр, Латвия и Мальта; в ноябре 2005 г. - Словакия. Польша, Чехия и Венгрия надеются присоединиться к МОК2 в ближайшее время <305>.

--------------------------------

<305> См. Приложение 1 к Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee, the Committee of the Regions and the European Central Bank - Second report on the practical preparations for the future enlargement of the euro area (SEC(2005)1397) [http://europa.eu.int/eur-lex/lex/LexUriServ/site/en/com/2005/com2005_0545en01.pdf].
Таким образом, территориально зона обращения евро как законного платежного средства (зона евро) в настоящее время не совпадает с территорией Европейского союза ("Евроземлей", "Euroland" <306>), что, естественно, влияет на характеристику специфики денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза. Необходимо четко определить место и роль государств-членов с изъятиями и без изъятий в осуществлении денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза. И первое, что в этой связи можно отметить, - это то, что проведенный выше краткий обзор истории европейской интеграции в денежной сфере продемонстрировал существование определенных ограничений свободы осуществления денежно-кредитных и валютных политик государств - участников Европейских Сообществ еще до образования Европейского валютного союза. В связи с этим представляется целесообразным исследовать природу денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза с точки зрения концепции ограничения денежного суверенитета.

--------------------------------

<306> Этот термин используется иногда в специальной литературе (см., напр.: Christiansen P. The exchange rate regime between "Euroland" and other european countries (with a postscript on Norway) // International monetary law / Ed. by M. Giovanoli. - N. Y., 2000. - P. 225 - 241.
Ограничение свободы осуществления денежно-кредитной и валютной политики наряду с самостоятельным осуществлением денежно-кредитной и валютной политики является одной из форм реализации денежного суверенитета <307>. В гл. 1 настоящей работы речь в основном шла о реализации денежного суверенитета в форме независимого осуществления денежно-кредитной и валютной политики. Такое упрощение позволило сформулировать основу концепции денежного суверенитета. Однако носитель основы денежного суверенитета при его реализации должен, во-первых, учитывать внешние для экономики его страны факторы - взаимовлияние национальных экономик и национальных денежных и валютных систем, - во-вторых, в современных условиях реализация денежного суверенитета связана с вынужденным либо добровольным ограничением правомочий, составляющих денежный суверенитет. В современном мире государства, самостоятельно реализующие денежный суверенитет, всегда вынуждены осуществлять свою денежно-кредитную и валютную политику с учетом процессов глобализации <308>, связанных с интернационализацией всех экономических связей и, соответственно, с либерализацией международных расчетов и валютных отношений. По этой же причине в современном информационном мире сложно найти примеры изолированной реализации денежного суверенитета. Ограничение денежного суверенитета может быть обусловлено самыми различными обстоятельствами, основными из которых являются обеспечение эффективности денежно-кредитной и валютной политики, а также слабость национальной экономики. В первом случае ограничение денежного суверенитета связано в основном с сотрудничеством между государствами в соответствующей области, во втором - с эффектом "долларизации" экономики, когда официально либо фактически иностранная валюта вытесняет национальную из денежного обращения. Обобщая, формы ограничения денежного суверенитета можно свести к двум группам: 1) фактическое ограничение денежного суверенитета; 2) формальное ограничение денежного суверенитета.

--------------------------------

<307> Графическую иллюстрацию различных форм ограничения денежного суверенитета, а также их взаимосвязь с иными элементами системы реализации денежного суверенитета см. в Приложении 1 к настоящей работе.

<308> См., напр.: Инюшин В.В. Эволюция денежно-кредитного регулирования в развитых странах в условиях глобализации: Дис. ...к. э. н. - М., 2001.
Фактические ограничения, в отличие от формальных, напрямую не связаны с заключением каких-либо официальных соглашений (международных договоров), а также с совершением носителем основы каких-либо официальных действий одностороннего характера. При этом от фактического ограничения денежного суверенитета следует отличать его реализацию путем соотнесения, которое является способом относительно свободного осуществления денежно-кредитной и валютной политики. В этом случае носитель основы денежного суверенитета создает внутренние механизмы ориентирования мероприятий своей денежно-кредитной и валютной политики на действия властей другого носителя, связанного с ним не непосредственно в денежной сфере, а через иные экономические взаимоотношения. В качестве примера фактических ограничений денежного суверенитета можно назвать неофициальную "долларизацию" экономики.

Под "долларизацией" понимают замену национальной валюты долларом США, а иногда и любой иностранной валютой, которая "используется в качестве средства обращения и сбережения, а также меры стоимости" <309>. При этом неофициальной (или теневой) "долларизацией" называют (unofficial or shadow dollarization) долларизацию, в рамках которой при сохранении местной денежной единицы параллельно функционирует иностранная валюта <310>. Сущность неофициальной долларизации заключается в том, что при ней иностранная валюта не получает статуса законного платежного средства на территории государства, не являющегося эмитентом данной валюты, но при этом выполняет основные функции денег. Кроме неофициальной долларизации выделяют также полуофициальную долларизацию (semiofficially dollarization), когда национальная валюта сохраняет статус законного платежного средства, но статус "другого легального платежного средства" <311> предоставляется также иностранной валюте, и официальную (полную) долларизацию (official (full) dollarization), когда единственным законным платежным средством является иностранная валюта. В зарубежных исследованиях официальной долларизацией называют любое использование иностранной валюты в качестве законного платежного средства <312>. Основным вопросом экономической науки при изучении явления долларизации является определение положительных и отрицательных эффектов, происходящих в связи с долларизацией механизмов валютного замещения (использования иностранной валюты в качестве средства платежа и обращения) и замещения активов (иностранная валюта используется как средство накопления) <313>. При этом одним из основных недостатков долларизации, и прежде всего полной долларизации, называют наряду с утратой эмиссионного дохода потерю всякой возможности проведения независимой денежно-кредитной и валютной политики <314>. Представляется, что именно этим определяется правовая сущность долларизации как вида ограничения денежного суверенитета.

--------------------------------

<309> Моисеев С.Р. Денежно-кредитная политика: теория и практика: Учеб. пособие. С. 514. - См. также: Актуальные проблемы внешнеэкономической стратегии России / Под ред. С.А. Ситаряна. М.: Наука, 2003. С. 153; Бурлачков В.К. Долларизация экономик суверенных государств: причины и последствия // Денежные реформы в России: История и современность. Сб. статей. - М.: Древлехранилище, 2004. - С. 246; Рудый К.В. Финансовые кризисы: теория, история, политика. - М.: Новое знание, 2003. - С. 279; Berg A. Full Dollarization: The Pros and Cons / A. Berg, E. Borensztein. - Washington: IMF, 2000. - P. 2.

<310> Актуальные проблемы внешнеэкономической стратегии России. / Под ред. С.А. Ситаряна. - М.: Наука, 2003. С. 153.

<311> Моисеев С.Р. Денежно-кредитная политика: теория и практика: Учеб. пособие. С. 517.

<312> Berg A. Full Dollarization: The Pros and Cons / A. Berg, E. Borensztein. P. 2.

<313> Кроме названных выше работ см. также: Борисов С.М. Рубль - валюта России. - М.: "Консалтбанкир", 2004. - С. 221 - 245.

<314> См., напр.: Berg A. Full Dollarization: The Pros and Cons / A. Berg, E. Borensztein. P. 19.
При долларизации происходит ограничение денежного суверенитета путем координации денежно-кредитной и валютной политики с конкретными действиями по реализации денежного суверенитета другого носителя основы денежного суверенитета. Причем в этом случае денежно-кредитные и валютные политики двух носителей основы денежного суверенитета становятся взаимоориентированными. Допуская к обороту на внутреннем рынке иностранную валюту, государство тем самым ставит свои возможности по воздействию на денежный оборот (свои возможности по осуществлению денежно-кредитной и валютной политики) в зависимость от действий в соответствующей сфере носителя основы денежного суверенитета, выпустившего соответствующую валюту. Меры денежно-кредитной и валютной политики последнего будут оказывать непосредственное влияние на денежное обращение государства, в котором функционирует механизм долларизации, основанный на соответствующей иностранной валюте. Иначе говоря, денежно-кредитная и валютная политика государства - эмитента этой валюты становится фактором, определяющим денежно-кредитную и валютную политику государства, использующего ее в своем денежном обороте.

Однако важно иметь в виду, что в случае с долларизацией речь идет именно о координации как одной из форм сотрудничества при реализации денежного суверенитета. Сотрудничество в данном случае проявляется в том, что для принятия экономических решений государству, чья валюта активно используется на территории иных носителей основы денежного суверенитета, также необходимо учитывать этот фактор при осуществлении собственной денежно-кредитной и валютной политики <315>. В результате фактически и его денежный суверенитет, пусть в значительно меньшей степени, но все-таки ограничивается.

--------------------------------

<315> Подробнее об этом см.: Моисеев С.Р. Денежно-кредитная политика: теория и практика: Учеб. пособие. С. 518.
Любой из указанных выше способов реализации денежного суверенитета может быть связан с формальным ограничением денежного суверенитета. Так, учитывая изложенную выше специфику различных видов долларизации, можно отметить, что фактическое ограничение денежного суверенитета происходит только при неофициальной долларизации, при полуофициальной или официальной долларизации осуществляется нормативное определение иностранной валюты в качестве законного платежного средства, следовательно, речь может идти только о формальном ограничении денежного суверенитета.

Вместе с тем формальные ограничения характерны прежде всего для реализации денежного суверенитета путем делегирования и, конечно, наделения основой денежного суверенитета. При использовании именно этих способов реализации денежного суверенитета происходит создание официальных международных и наднациональных механизмов и институтов реализации денежного суверенитета.

Сотрудничество как один из способов реализации денежного суверенитета теснейшим образом связано с категорией "интеграция", активно используемой в современной литературе <316>. Соотношение между этими двумя категориями ("сотрудничество" и "интеграция") можно определить следующим образом: интеграция как процесс объединения разрозненных частей в целое <317> всегда связана с сотрудничеством, однако сотрудничество не всегда происходит в рамках интеграции. Все зависит от конечной цели сотрудничества: интеграция государств в сфере реализации денежного суверенитета имеет целью наделение основой денежного суверенитета наднациональных институтов; сотрудничество же нацелено на повышение эффективности именно национальной денежно-кредитной и валютной политики путем совершения совместных действий с другим носителем основы денежного суверенитета. Таким образом, сотрудничество по своей природе не направлено на отказ от денежного суверенитета, хотя на практике интеграция не может не проходить этапы сотрудничества на пути достижения основной своей цели - создания единого носителя основы денежного суверенитета.

--------------------------------

<316> Категории "экономическая интеграция" и "валютная интеграция" стали предметом исследования, например, следующих работ: Валовая Т.Д. Европейская валютная система; Мишальченко Ю.В. Теория и практика международной экономической интеграции государств: Экономико-правовые и валютно-финансовые аспекты: Дис. ...д. э. н. - СПб., 2000; Костюнина Г.М. Азиатско-Тихоокеанская экономическая интеграция. - М.: Московский государственный институт международных отношений (Университет), "Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), 2002 и др.

<317> ФЭС. 1989. С. 215.
В связи с этим следует обратить внимание на следующий подход к классификации форм валютной интеграции в зависимости от "уровня согласования политик" <318>, предложенный Т.Д. Валовой: 1) координация политик, которая заключается в согласовании государствами целей политик, и проведение консультаций по вопросам использования тех или иных инструментов для достижения этих целей; 2) гармонизация политик, которая предполагает устранение национальных различий на основе сближения структур и использования единых методов и инструментов политики; 3) унификация политик, которая, по Т.Д. Валовой, предполагает проведение единой политики и соответствует "полному экономическому и валютному союзу" <319>. Указанные формы валютной интеграции выделяются Т.Д. Валовой по принципу от наименьшего уровня согласования политик к наивысшему (от координации к унификации). Однако, учитывая изложенный выше подход к соотношению сотрудничества и интеграции, представляется целесообразным несколько иначе подойти к определению содержания соответствующих способов реализации денежного суверенитета. Представляется, что координация является формальным ограничением денежного суверенитета, не связанным с формированием постоянных институтов и механизмов. Передача части полномочий, составляющих денежный суверенитет, осуществляется непосредственно между государствами (носителями основы денежного суверенитета), которые участвуют в координации. Делегирование денежного суверенитета через механизм координации денежно-кредитных и валютных политик носит несистемный характер и связано прежде всего с заключением различного рода межинституциональных (межведомственных) соглашений (например, между эмиссионными банками, министерствами финансов и т.п.) двух и более стран.

--------------------------------

<318> Валовая Т.Д. Европейская валютная система. С. 28 - 29.

<319> Там же. С. 29.
В отличие от координации гармонизация денежно-кредитных и валютных политик связана с функционированием постоянных международных институтов или механизмов, которым делегируется право определять общие ориентиры осуществления этих политик. Задачей соответствующих международных институтов и механизмов при гармонизации является создание правовых средств обеспечения единообразия целей денежно-кредитных и валютных политик и, соответственно, единообразия применяемых государствами средств достижения этих целей. Решения соответствующих институтов являются обязательными для соответствующих государств, участвующих в формировании этих институтов. С другой стороны, государства-участники при гармонизации чаще всего имеют право вето, т.е. большинство решений принимается в соответствующих институтах единогласно.

Специфика унификации по сравнению с гармонизацией заключается в том, что целью унификации является применение основных инструментов и механизмов реализации денежно-кредитной и валютной политики на централизованной основе. Отличительной чертой унификации является создание общих фондов ликвидных ресурсов, необходимых для стабилизации денежно-кредитного и валютного положения государств-участников, а следовательно централизация управления этими фондами.

При унификации, так же как и при гармонизации и координации, не осуществляется передача основы денежного суверенитета государствами-участницами от государств-участниц на наднациональный уровень. В связи с этим представляется не совсем корректной идея Т.Д. Валовой о том, что унификация предполагает "создание единого центрального банка, осуществляющего денежную эмиссию", и "лишение национальных государств их суверенных прав в области валютной политики" <320>. Указанные процессы свидетельствуют об отказе государства от его денежного суверенитета. Отказ представляет собой способ реализации денежного суверенитета, связанный с ограничением денежного суверенитета путем наделения основой денежного суверенитета, приводящего к смене носителя его основы.

--------------------------------

<320> Там же. С. 30.
Таким образом, представляется, что координацию, гармонизацию и унификацию как формы ограничения денежного суверенитета объединяет то, что они не связаны со сменой носителя основы денежного суверенитета: государства, участвующие в механизмах валютной интеграции, сохраняют за собой право определения законного платежного средства. Сохранение этого права указывает на то, что государство не наделило наднациональный уровень (как в свое время его наделило общество) основой денежного суверенитета. При сотрудничестве как форме реализации денежного суверенитета, основанном на механизме делегирования денежного суверенитета, не образуются наднациональные институты и инструменты реализации основы денежного суверенитета. Решения, принимаемые создаваемыми при делегировании денежного суверенитета международными институтами, обязательны для государств - носителей основы денежного суверенитета, только если эти решения принимают форму международных соглашений соответствующих государств. В отличие от делегирования наделение основой денежного суверенитета представляет собой отказ от денежного суверенитета и связано с предоставлением основы денежного суверенитета новому носителю. При этом субъект, отказавшийся от своего денежного суверенитета, лишается возможности определять денежно-кредитную и валютную политику нового носителя основы денежного суверенитета. Наделяющий субъект может, конечно, влиять на нового носителя основы денежного суверенитета примерно так же, как и общество может влиять на денежно-кредитную и валютную политику самого государства, т.е. только косвенно, например путем участия в формировании определенных органов. Влияние государств, отказавшихся в такой форме от своего денежного суверенитета, на денежно-кредитную и валютную политику наднационального института становится общественным, а не политическим, перестает быть властным <321>. В этом случае денежно-кредитная и валютная политика осуществляется на централизованной основе и обозначается термином "единая денежно-кредитная и валютная политика" (single monetary policy). Таким образом, целесообразно выделять сотрудничество и отказ от денежного суверенитета как самостоятельные способы его реализации путем соответственно делегирования и наделения основой денежного суверенитета. При этом интеграцию в денежно-кредитной и валютной сфере ("валютную интеграцию") можно определить как процесс сотрудничества в сфере реализации денежного суверенитета, направленный на образование нового носителя основы денежного суверенитета путем отказа участников интеграции от своего денежного суверенитета <322>.

--------------------------------

<321> Быть может, именно в связи с утратой возможности политического влияния государства на денежно-кредитную и валютную сферы многие говорят об ограничении в связи с этим своего государственного суверенитета. И если, как было показано в § 1 гл. 1 настоящей работы, ограничение государственного суверенитета невозможно, то вполне очевидным представляется то, что осуществление денежного суверенитета невозможно без развитой организационно-правовой структуры, которая предполагает особую политическую организацию. Поэтому повышение эффективности реализации денежного суверенитета на наднациональном уровне психологически связывается с углублением политической интеграции, которое практически невозможно без ущемления политического (государственного) суверенитета. Представляется, что именно эта логика развития европейской интеграции легла в основу концепции Европейской конституции и она же стала одной из основных причин проблем с ее ратификацией в государствах - членах Европейского союза.

--------------------------------

<322> Схематическое изображение описанного выше соотношения категорий "сотрудничество" ("делегирование"), "отказ" ("наделение") и "интеграция" см. в Приложении 1 к настоящей работе.
Сразу же следует оговориться, что от делегирования (и тем более от наделения) необходимо отличать предоставление полномочий носителем основы денежного суверенитета. Если делегирование и наделение связаны с ограничением денежного суверенитета, то предоставление полномочий осуществляется институтом, находящимся под юрисдикцией носителя основы денежного суверенитета, и представляет собой одно из направлений реализации денежного суверенитета, не связанное с его ограничением, - создание и обеспечение функционирования институтов реализации денежного суверенитета <323>.

--------------------------------

<323> См. § 2 гл. 1 настоящей работы и Приложение 1.
Сотрудничество государств в денежной сфере обретает самые различные внешние формы, которые исследуются в рамках теории валютных объединений. Изучение опыта интеграции независимых государств в денежной сфере лежит в основе многочисленных и очень важных экономических исследований, направленных на адаптацию этого опыта к конкретным условиям. В случае с Россией положения теории валютных объединений призваны создавать теоретическую базу для интеграции в валютной сфере государств в рамках Содружества независимых государств <324>, Единого экономического пространства Евразийского экономического сообщества <325>, а также в рамках союза с Белоруссией <326>. Причем большинство исследований в указанной сфере берет свое начало в теории оптимальных валютных зон, на которой во многом базируется концепция единой европейской валюты <327>. Однако теория валютных объединений имеет фундаментальное значение не только для экономической, но и для правовой науки. Сказанное вполне очевидно для определенных институтов международного права, в частности для международного валютного права как института международного финансового права (т.е. для международного публичного валютного права) <328>, и менее очевидно для теории национального (внутригосударственного) финансового права, точнее, для института осуществления денежно-кредитной и валютной политики. Представляется, что для ответа на вопрос, в какой части теория валютных объединений (теория сотрудничества государств в денежно-кредитной и валютной сфере) является непосредственным предметом теории именно национального (внутригосударственного) финансового права, необходимо в общих чертах рассмотреть виды и типы валютных объединений. И в связи с этим приходится констатировать, что, несмотря на значимость теории валютных объединений, можно согласиться со следующим суждением: "Со времен появления работ "первой волны" по проблемам валютных объединений и валютной интеграции значительного прогресса в развитии категориального аппарата достигнуто не было и степень его разработанности остается на прежнем уровне в течение десятилетий" <329>.

--------------------------------

<324> См., напр.: Буторина О.В. 1. Международные валюты. С. 267 - 341; 2. Экономический и валютный союз ЕС. С. 291 - 329; Захаров А.В. Опыт ЕС и политика валютно-финансовой интеграции СНГ // Денежно-кредитная и валютная политика: Научный альманах фундаментальных и прикладных исследований / Гл. ред. Л.Н. Красавина. - М.: "Финансы и статистика", 2003. - С. 254 - 262; Курочкин Д.Н. Евро: новая валюта для Старого Света. Проблемы становления и перспективы развития Европейского экономического и валютного союза. С. 177 - 224; Юсуфович Г.А. Валютное сотрудничество стран СНГ: Проблемы и перспективы: Дис. ...к. э. н. - М., 2000.

<325> См., напр.: Кудрявцев П. Еще раз о "валютной упряжке" // Валютный спекулянт. 2003. N 10. С. 36 - 38; Моисеев С. Евразийская валютная упряжка // Там же. N 9. С. 18 - 22.

<326> См., напр.: Хандруев А. Ну, "зайчик", погоди! Зигзаги валютной интеграции России и Белоруссии // Независимая газета. 2003. 25 июня; Бирюкова О. Белоруссия согласна на единый эмиссионный центр // Российская бизнес-газета. 2003. 24 июня.

<327> См., напр.: Евро - дитя Манделла? Теория оптимальных валютных зон: Сб. статей / Пер. с англ. - М.: Дело, 2002; Усик М.В. Европейский валютный союз: Механизм функционирования и перспективы развития: Дис. ...к. э. н. - М., 2001. - С. 10 - 48.

<328> См. следующие работы, посвященные публичным аспектам международного валютного права: Альтшулер А.Б. Международное валютное право. - М.: Международные отношения, 1984; Беляев А.В. Международно-правовое регулирование Европейской валютной системы: Дис. ...к. ю. н. - М., 1998; Лисовский В.И. Международное торговое и финансовое право: Учеб. пособие для вузов. - М.: "Высш. школа", 1974. - С. 134 - 140, 148 - 186; Сафина О.А. Международно-правовое регулирование кредитно-денежных и расчетных отношений на универсальном уровне: Автореф. дис. ...к. ю. н.; International financial law. Lending, capital transfers and institutions / Ed. by Robert S. Rendell. - L.: Euromoney Publications Limited, Nestor House, Playhouse Yard, 1980.

Сравним с работами, посвященными вопросам коллизионного регулирования международных отношений (вопросам международного частного валютного права): Лунц Л.А. 1. Курс международного частного права: В 3 т. - М.: Спарк, 2002. - С. 616 - 640; 2. Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистических стран // Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. - М., 1999. С. 145 - 346; Эбке В. Международное валютное право / Пер. с нем. - М.: Междунар. отношения, 1997; Comparative financial law / By Philip R. Wood. - London: Sweet&Maxwell, 1995.

<329> Красик А.М. Региональные валютные объединения в мировой экономике. С. 65.
Сам термин "валютное объединение" представляется достаточно условным, поскольку объединяет в себе любые организационные (внешние) формы сотрудничества между носителями основы денежного суверенитета, причем сотрудничества не только в сфере осуществления собственно валютной политики, но и, например, в сфере организации расчетов и платежей (платежные союзы) <330>. Поэтому под соответствующими объединениями целесообразно понимать любые "денежные объединения", точнее, "объединения в сфере реализации денежного суверенитета ("объединения в сфере осуществления денежно-кредитной и валютной политики"). Традиционно в специальных исследованиях выделяются следующие наиболее общие формы валютных объединений <331>: валютные блоки, валютные зоны, валютные союзы. При этом критерием для разграничения валютных блоков от валютных зон называется степень формализации объединения государств в рамках этих объединений: если присоединение к валютным блокам носило фактический односторонний характер и было обусловлено существованием золотодевизного стандарта <332>, то механизм валютной зоны был основан на существовании системы валютных ограничений и валютного контроля. Валютная зона представляла собой валютное объединение, в рамках которого отменялось большинство валютных ограничений, а конкуренция в валютной сфере с третьими странами существенно усиливалась. Государства - участники валютных зон хранили значительную часть своих золотовалютных резервов в банках страны валюты-гегемона <333>. О валютном союзе начали говорить в период усиления темпов экономической интеграции. В связи с этим в качестве отличительных черт валютного союза как разновидности валютных объединений называют единую валюту и единую денежно-кредитную и валютную политику.

--------------------------------

<330> См., напр.: Там же. С. 69 - 91.

<331> Борисов С. Стерлинговая зона в валютной системе капитализма. - М.: Госфиниздат, 1957. - С. 5.

<332> Там же. С. 12.

<333> Подробнее о специфике валютных блоков и валютных зон см. там же; Лисицын А.Ю. Фунт стерлингов и валютная политика Великобритании. С. 155 - 163.
И хотя рассмотренная классификация валютных объединений представляется вполне логичной, динамизм денежных отношений привел к распаду валютных блоков и валютных зон в том понимании, в котором они изложены выше. Существующие в настоящее время валютные объединения должны классифицироваться по несколько другим критериям. Использование устаревших подходов приводит к путанице в терминологии. Например, термин "валютная зона" используется теперь в большей степени для раскрытия экономической теории оптимальных валютных зон, которая базируется преимущественно на экономических предпосылках образования этих зон, а не на юридических <334>, т.е. их анализ теперь не связан с характеристикой системы валютных ограничений и валютного контроля. В связи с этим следует обратить внимание на попытки применения терминологии теории валютных объединений к существующим реалиям, связанные с отказом от терминологического выделения различных видов валютных объединений. Такой подход может проявляться в использовании применительно ко всем видам валютных объединений (в том числе, существовавшим в XIX в. платежным союзам) единого термина, например "валютный союз" <335>, либо в попытке не определять термин, а определять сущность соответствующих видов валютных объединений. В рамках первого проявления рассматриваемого подхода в настоящее время, например, конструируется понятие "валютное пространство" <336>. Второй же подход использует, например, О.В. Буторина, в работах которой выделяются следующие типы "валютных блоков" (в зависимости от степени интеграции) <337>: 1) экономический и валютный союз с единой валютой, которая заменяет собой национальные денежные единицы государств-членов; 2) объединение с коллективной расчетной единицей, которая существует наравне с национальными деньгами государств-членов и используется в основном для внешних расчетов; 3) взаимное соглашение между независимыми государствами об использовании их национальных денежных единиц в качестве законного платежного средства на территории каждого из них (объединение с параллельной циркуляцией национальных валют); 4) взаимное соглашение между независимыми государствами о переходе на денежную единицу одного из них (согласованная замена национальных валют на одну из них); 5) одностороннее решение государства о замене национальной денежной единицы валютой другого государства.

--------------------------------

<334> См., напр.: Красик А.М. Региональные валютные объединения в мировой экономике. С. 32; Мнацаканова М.Э. Актуальные проблемы мировых денег при капитализме: Дис. ...к. э. н. - М., 1991. - С. 136 - 149.

<335> См., напр.: Усик М.В. Региональные валютные объединения в мировой экономике. С. 49 - 61.

<336> Бункина М.К., Семенов А.М. Рубль в валютном пространстве Европы. С. 184 - 189.

<337> Буторина О.В. 1. Международные валюты. С. 307 - 314; 2. Экономический и валютный союз ЕС. С. 292 - 300.
Сказанное демонстрирует всю сложность современной экономической теории валютных объединений, обусловленную комплексным характером исследуемых отношений. Вместе с тем представляется, что подобное усложнение для целей правового исследования является неуместным. Изложенная выше концепция ограничения денежного суверенитета позволяет выделить два типа валютных объединений в зависимости от способа ограничения денежного суверенитета. Если ограничение денежного суверенитета происходит путем делегирования части составляющих его полномочий, то соответствующее валютное объединение носителей основы денежного суверенитета можно именовать валютной группировкой. Иными словами, в настоящей работе, в отличие от более традиционного понимания, термин "валютная группировка" <338> используется для обозначения любой группы государств, реализующих свой денежный суверенитет путем сотрудничества и, соответственно, делегирующих часть полномочий, составляющих денежный суверенитет, либо международной организации, либо одному из государств (государству, являющемуся эмитентом валюты-гегемона) <339>. С этой точки зрения валютными группировками будут не только валютные блоки и валютные зоны, а также все, кроме первого, валютные объединения, выделенные О.В. Буториной, т.е. региональные валютные объединения, но и универсальные <340> - Международный валютный фонд. Более того, термин "валютная группировка" в таком понимании включает в себя и платежные союзы.

--------------------------------

<338> "Валютная группировка" как наиболее широкое понятие, обозначающее группу стран, в рамках которой действует особый валютный механизм, как правило, используется для обобщения примеров конкретных валютных объединений. Так, валютными группировками называют валютные блоки и валютные зоны. Вместе с тем термин "валютная группировка", как правило, не используется, когда речь идет, например, о платежных союзах (Красик А.М. Региональные валютные объединения в мировой экономике. С. 64 - 65).

<339> Схожего подхода к пониманию категории "валютная группировка" придерживался, например, С. Борисов (Борисов С. Стерлинговая зона в валютной системе капитализма. С. 4 - 17).

<340> О тенденциях регионализма и универсализма, остающихся актуальными и для современной системы валютных отношений, см., напр.: Богданов О.С. Валютная система современного капитализма (Основные тенденции и противоречия) / Отв. ред. В.В. Рымалов. - М.: "Мысль". - С. 69 - 70.
При этом существование валютных группировок может быть связано с достаточно серьезными ограничениями денежного суверенитета. Например, Международный валютный фонд можно рассматривать как особую разновидность валютной группировки, существование которой не только связано с определенными требованиями к государствам-членам по избежанию методов регулирования, ограничивающих текущие операции (платежи), но и может выражаться в более серьезных механизмах ограничения денежного суверенитета государств-членов, например в введении валютного совета (currency board) <341>. Механизм валютного совета связан не только с формированием при участии соответствующего валютного объединения (МВФ) определенного института (валютного правления), но и с установлением запрета на применение отдельных мер денежно-кредитной и валютной политики (например, операций на открытых рынках), а также определенных ограничений, связанных с управлением золотовалютными резервами государства, в котором введен этот механизм.

--------------------------------

<341> Подробнее о валютном совете см.: Рудый К.В. Финансовые кризисы. С. 289 - 309; Seminar on currency boards in the context of EU accession, Brussels; 25 November 1999: Summary of proceedings and papers / EU, European Commission EC, 2000; Alternative Monetary Regimes in Entry to EMU / Ed. U. Sepp, M. Randveer. Tallinn: Bank of Estonia, 2002 и др.
Несмотря на это, указанные валютные объединения сохраняют статус валютных группировок до тех пор, пока не произойдет наделения соответствующего объединения основой денежного суверенитета. Если носители основы денежного суверенитета откажутся от него и наделят валютное объединение основой денежного суверенитета, то соответствующее валютное объединение приобретет статус валютного союза, который станет новым носителем основы денежного суверенитета. Участники валютного союза утрачивают основу денежного суверенитета, хотя их институтам и могут быть предоставлены отдельные полномочия, вытекающие из "единого" денежного суверенитета.

Такой же подход к пониманию сущности валютного союза характерен для зарубежной доктрины. В частности, отмечается, что "валютный (денежный) союз в строгом смысле этого слова означает полный отказ от собственной национальной валюты" <342>, причем подчеркивается, что государства, сохраняя политический суверенитет, "делегируют" весь свой денежный суверенитет "общему институту" <343>.

--------------------------------

<342> Cohen В.J. Are Monetary Unions Inevitable? // International Studies Perspectives. 2003. N 4. P. 276.

<343> Ibid. P. 279.
Иными словами, именно в степени ограничения денежного суверенитета заключается фундаментальное отличие между валютным союзом и иными валютными объединениями, как бы последние ни назывались. В связи с этим необходимо, в частности, четко различать валютный союз и платежный союз. Оба представляют собой вид объединения государств в денежной сфере. Однако если первый всегда связан с наделением денежным суверенитетом, то государства, объединяясь в платежный союз, обычно создают только расчетную единицу (так было, например, в ЕПС), т.е. осуществляют делегирование денежного суверенитета. Называя валютные объединения валютными союзами, необходимо однозначно определить, произошло ли наделение этого объединения основой денежного суверенитета. Так, например, тот факт, что государства - члены африканских валютных союзов не имеют национальных центральных банков <344>, не дает основания с точки зрения концепции ограничения денежного суверенитета квалифицировать их как "валютные союзы". Данный факт указывает лишь на то, что в рамках соответствующих объединений произошло пусть существенное, но все-таки делегирование отдельных полномочий денежного суверенитета <345>. Это позволяет выделять их в качестве разновидности валютных группировок.

--------------------------------

<344> Gianviti F. Current legal aspects of monetary sovereignty. IMF, General Counsel. P. 2.

<345> Хотя, конечно, этот вопрос требует дополнительной проработки в рамках самостоятельного исследования.
Таким образом, специфика Европейского валютного союза, его уникальность заключаются в том, что он наделен статусом носителя основы денежного суверенитета, что влечет вполне конкретные правовые последствия: во-первых, Европейский валютный союз тем самым наделен международной правосубъектностью в соответствующей сфере; а во-вторых, решения денежных властей Европейского союза становятся обязательными на территории зоны евро. При этом для целей настоящей работы существенно, что международной правосубъектностью обладает Европейский союз в целом. На основании этого органы, осуществляющие денежно-кредитную и валютную политику в Европейском союзе, имеют право заключать соглашения с соответствующими органами государств - членов Европейского союза, не участвующими в Европейском валютном союзе. Примером таких соглашений являются уже упоминавшиеся выше соглашения в сфере функционирования МОК2.

В связи с международной правосубъектностью Европейского союза в денежно-кредитной и валютной сфере актуальным остается и вопрос взаимодействия Европейского союза с международными финансово-экономическими организациями <346>, и прежде всего с Международным валютным фондом. Основным в этой проблеме является неординарность статуса Европейского союза для целей Статей соглашения МВФ, которые оперируют понятием "страна". Не углубляясь в подробный анализ проблемы, заметим, что Европейский союз, в рамках которого функционирует Европейский валютный союз, для целей Статей соглашения МВФ должен быть признан самостоятельным членом, поскольку он наделен основой денежного суверенитета. При этом государства зоны евро должны утратить самостоятельный статус членов МВФ, а государства-члены с изъятиями должны сохранить данный статус, поскольку первые утратили основу денежного суверенитета, а вторые - нет <347>. Подобная логика используется в зарубежных исследованиях. В частности, в обоснование соответствующей позиции отмечается, что "полномочия по осуществлению денежно-кредитной и валютной политики были полностью переданы Сообществу. Валютная политика формируется и осуществляется органами Сообщества, и с этой целью национальные центральные банки преобразованы во вспомогательные органы Сообщества" <348>.

--------------------------------

<346> См., в частности, дискуссию по этому вопросу в следующих работах: Пищик В.Я. Евро и доллар США. Конкуренция и партнерство в условиях глобализации. - М.: Издательство "Консалтбанкир", 2002. - С. 281 - 290; Denter E. Representation of the EC in the IMF // International monetary law / Ed. by M. Giovanoli. P. 211 - 224; Smits R. The European Central Bank. P. 420 - 452; Weinrichter N. The World Monetary System and External Relations of the EMU - Fasten your safety belts! // European Integration online Papers (EIoP). Vol. 4. 2000. N 10 [http://eiop.or.at/eiop/texte/2000-010a.htm].

<347> Так, например, в соответствии со ст. 43.2 Устава (Статута) Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка, принятого Протоколом (18) к Амстердамскому договору (далее - Устав ЕСЦБ и ЕЦБ), центральные банки государств-членов с изъятиями сохраняют свои полномочия в сфере осуществления денежно-кредитной и валютной политики в соответствии с национальным законодательством.

<348> Denter E. Representation of the EC in the IMF // International monetary law / Ed. by M. Giovanoli. P. 214.
Из приведенной позиции следует, что, несмотря на неутихающие споры относительно правовой природы права Европейского союза <349>, система правового регулирования в сфере осуществления денежно-кредитной и валютной политики приобрела явно выраженные черты внутригосударственного правового порядка. Причем Европейский союз как единое целое (а не каждое государство-член без изъятий в отдельности) выступает в этой сфере на равных с другими носителями денежного суверенитета, в том числе с государствами-членами с изъятием, активно участвующими в иных сферах функционирования Европейского союза <350>. В результате сложилась интереснейшая ситуация: государства Европейского союза разделились на две части. Одна часть участвует в валютном союзе и, соответственно, лишена основы денежного суверенитета. Другая часть участвует вместе с Европейским союзом в валютной группировке, которой всеми ее участниками (в том числе Европейским союзом) делегированы отдельные полномочия, вытекающие из денежного суверенитета.

--------------------------------

<349> См., напр.: Европейское право: Учебник для вузов / Под общ. ред. Л.М. Энтина. - М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002. - С. 39; Маргиев В.И. Внутреннее право международных организаций: Дис. ...д. ю. н. - Майкоп, 1999. - С. 102 - 115; Право Европейского союза: Учебник для вузов / Под ред. С.Ю. Кашкина. С. 103 - 106; Топорнин Б.Н. Европейское право: Учебник. - М.: Юристъ, 1998. - С. 264 - 275 и др.

<350> О взаимоотношениях между государствами - членами зоны евро и государствами-членами с изъятиями см., напр.: Lloyd M. EMU: relations between "ins" and "outs". - Luxembourg, European Parliament, 1998.
В связи с изложенным выше представляется, что в настоящее время понятие "единая денежно-кредитная и валютная политика Европейского валютного союза" тождественно вынесенному в заглавие настоящей работы понятию "денежно-кредитная и валютная политика Европейского союза". Государства-члены с изъятиями не принимают непосредственного участия в осуществлении денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза, но имеют возможность косвенно влиять на эту политику с правовой точки зрения даже не столько как члены Европейского союза, а как равноправные с Европейским союзом участники валютной группировки. Таким образом, специфика денежно-кредитной и валютной политики Европейского союза заключается, с одной стороны, в функционировании Европейского валютного союза, а с другой - в тесном сотрудничестве Европейского союза как самостоятельного носителя основы денежного суверенитета с государствами-членами, не входящими в зону евро. Причем отмеченные выше особенности не только находят свое отражение в статусе евро как единой валюты (т.е. в эмиссионном праве), в статусе органов, реализующих денежный суверенитет Европейского союза, а также в финансовых основах его реализации, но и дают основание с высокой долей уверенности заключить, что реализация денежного суверенитета Европейским союзом связана с формированием комплекса норм, обладающих основными характеристиками норм внутригосударственного (национального), а не международного правопорядка. Именно поэтому предметом настоящего финансово-правового исследования является анализ прежде всего единой денежно-кредитной и валютной политики Европейского валютного союза, а не изучение, например, денежно-кредитных и валютных политик государств - членов Европейского союза. Учитывая изложенное, исследование правовых основ осуществления денежно-кредитной и валютной политики государств-членов, не входящих в зону евро, должно быть предметом международного права.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


European Monetary Cooperation Fund
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации