Попов Д.С. Международно-правовые аспекты членства государств в Шанхайской организации сотрудничества - файл n1.doc

приобрести
Попов Д.С. Международно-правовые аспекты членства государств в Шанхайской организации сотрудничества
скачать (123 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc123kb.17.09.2012 09:20скачать

n1.doc


На правах рукописи


Попов

Дмитрий Сергеевич


Международно-правовые аспекты членства государств

в Шанхайской организации сотрудничества



Специальность 12.00.10 – Международное право.

Европейское право.




АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Казань - 2009



Диссертация выполнена на кафедре иностранного государственного и международного права Уральской государственной юридической академии.
Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент

Лазутин Лев Александрович
Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

Клёмин Андрей Владимирович
кандидат юридических наук

Скуратова Александра Юрьевна
Ведущая организация: Уральский юридический институт

Министерства внутренних дел России
Защита состоится 3 апреля 2009г. в 10.00 на заседании объединенного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.081.12 при Казанском государственном университете им. В.И. Ульянова-Ленина по адресу: 420008, г.Казань, ул.Кремлевская, д.18, юридический факультет, ауд.324.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке им. Н.И.Лобачевского Казанского государственного университета

Автореферат разослан «___» __________2009г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент Каюмова А.Р.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования

Исходный посыл диссертационного исследования состоит в признании важности и необходимости для современного российского государства региональной международной интеграции. Мировой опыт свидетельствует: те страны, которые не способны к объединению усилий, обречены на экономическое и политическое поражение1. Региональная интеграция мыслится не только как экономическая категория, но и политическая, культурная и, вообще, как сложение потенциалов заинтересованных стран. В отечественной науке региональная интеграция рассматривается как противовес наступающему однополярному миру, как возможность сохранения собственной идентичности в условиях базирующейся на западных мировоззренческих стандартах глобализации2.

Поскольку региональная интеграция представляет собой комплексное, многомерное явление, она входит составной частью в предмет изучения сразу нескольких дисциплин, среди которых: геоэкономика, геополитика, культурология, теория международных отношений, история и, конечно, международное право.

Наука международного права вносит свой вклад в развитие представлений о региональном сотрудничестве. Если быть точным, международное право обращает внимание на правовые формы интеграционных процессов. Среди них международно-правовая теория выделяет: традиционную форму (договор и международно-правовой обычай) и организационную (международные организации и институции)3. Исходя из этого, региональная международная организация рассматривается, в том числе, как правовая форма интеграции, как способ объединения государств.

Вместе с тем, практика показывает, что степень участия различных международных организаций в процессах регионального сотрудничества различна: одни структуры активно развивают международную кооперацию и способны в перспективе перейти к новому качеству многосторонних отношений; другие переживают «период полураспада» и превращаются, скорее, в площадку для противостояния государств-членов; третьи, добившись определенного результата, останавливаются на достигнутом уровне, не реализуя до конца свой потенциал. Рассматриваемая в диссертационной работе структура, Шанхайская организация сотрудничества, относится, по всей видимости, к первому типу международных объединений: она активно развивается в последние годы и сохраняет возможности дальнейшего роста. ШОС утвердилась как организация, которая во многом более эффективно в сравнении с другими действующими в данном районе структурами, обеспечивает региональное сотрудничество. Последнее, среди прочего, связано с тем, что в ШОС участвуют два ведущие государства региона (Россия и Китай), образующие здесь стержень интеграционных процессов, «шанхайскую ось».

Шанхайская организация сотрудничества – это объединение, которое способствует действительному развитию интеграционных процессов между Россией и Китаем и вовлекает в этот процесс другие заинтересованные государства региона. В этом ключе ШОС обычно и рассматривается в литературе и, именно с этой точки зрения, она актуальна как международная организация. ШОС востребована, поскольку обеспечивает сближение крупнейших в политическом, экономическом, военном, культурном и демографическом отношении государств, поскольку является организационно-правовой формой интеграции региона, к которому в последние годы особый интерес проявляют все реальные политические силы. Отсюда, многие исследования, касающиеся ШОС, имеют значение уже в силу современной актуальности самой международной организации.

Созданная в 2001 г. Шанхайская организация сотрудничества прошла несколько этапов становления, в ходе которых была в целом сформирована правовая база и оформлена институциональная структура объединения, определены основные направления сотрудничества и проделана большая работа по их наполнению конкретным содержанием. Вместе с тем, сегодня ШОС достигла той стадии, когда необходимо определить дальнейший вектор развития Организации. Вот уже несколько лет на повестке дня стоит вопрос о расширении ШОС, о подключении к региональной интеграции новых государств.

Безусловно, расширение Шанхайской организации, о котором мы говорим, должно сопровождаться, в том числе, решением задач правового свойства: важно выработать параметры, соответствие которым позволяет заинтересованным странам вступать в ШОС без ущерба для самой Организации, сформулировать и закрепить критерии членства в ШОС, а также процессуальный механизм присоединения новых государств. Критерии членства совершенно необходимы, во-первых, государствам-кандидатам на вступление в ШОС - как правовой ориентир, следование которому позволит им войти в объединение; во-вторых, государствам-участникам - как основание для объективной оценки степени готовности к членству государств-кандидатов; в-третьих, самой Шанхайской организации - как гарантия сохранения ее стабильности и дееспособности. В последнем случае критерии членства призваны преодолеть диалектический дуализм между потребностями в росте Организации за счет расширения состава участников и стремлением обеспечить ее устойчивость, о чем крупный теоретик права международных организаций Войцех Моравецкий писал: «Международная организация стремится сохранять относительно самостоятельный состав своих членов… Состав членов предопределяет политический характер организации. От состава зависит расстановка политических сил внутри организации… Поэтому государства, состоящие в организации, придают большое значение возможности контролировать ее состав и особенно прием новых членов»4.

Таким образом, особую актуальность тема настоящего исследования приобретает в свете возможного расширения Шанхайской организации. Дополнительным обстоятельством, делающим рассмотрение вопроса о критериях членства тем более востребованным, является то, что Россия, как один из архитекторов ШОС, председательствует в Организации в 2009 г. А с намеченным на это время саммитом глав государств-членов ШОС в г.Екатеринбурге связывают возможность прорывных решений, в том числе, в вопросе о предоставлении членства новым государствам.

Степень научной разработанности темы исследования

Вопрос о критериях членства в международных объединениях как самостоятельная научная задача в работах отечественных международников не выделялся и рассматривался в качестве сопутствующей проблемы в рамках более широких исследований по праву международных организаций и международной безопасности. Среди таких исследований автор диссертационной работы опирался на труды Абашидзе А.Х., Авакова М.М., Бардина М.П., Бахова А.С., Бирюкова М.М., Блищенко И.П., Бекяшева К.А., Войтович С.А., Галенской Л.Н., Игнатенко Г.В., Ильина Ю.Д., Кашкина С.Ю., Колосова Ю.М., Крылова Н.Б., Крылова С.Б., Курдюкова Г.И., Лукашука И.И., Малинина С.А., Марусина И.С., Мингазова Л.Х., Нешатаевой Т.Н., Поточного М., Рахманова А.Р., Романова В.А., Симоняна Р. Г., Собакина В.К., Солнцевой М.М., Султанова Э.Ш., Топорнина Б.Н., Шаврова В.Ф., Шибаевой Е.А., Ушакова Н.А., Фокеева Г.В., Черниченко С.В., Энтина Л.М.

Кроме того, принимались во внимание работы современных авторов из государств – членов ШОС, в поле зрения научных интересов которых находится Шанхайская организация сотрудничества: Баркова А.В., Воробьева В., Гуанчена С., Дэгуана Ч., Змеевского А.В., Казбекова Б.К., Киреева Г., Кирсанова Г.В., Колосова Ю.М., Лузянина С., Лукина А.В., Павловского В.В., Садыхова Ф., Саматова О.Ж., Чуфрина Г.

Отдельно следует выделить исследования в области международно-правового регионализма, к которым автор обращался в связи с рассмотрением проблемы региона Шанхайской организации сотрудничества: Акопова Г.М., Базилевского Б.Н., Брюля Р., Высоцкого А.Ф., Жилина П.А., Отрубянникова В.Ф., Симоняна Р.Г., Сухарькова И.А., Эмина В.Г.

В работе над диссертацией также учтены публикации зарубежных теоретиков международного права: Бломфилда Э., Броунли Я., , Моравецкого В., Штрауса А., Эдуардо Хименеса де Аречаги.

Предмет исследования

Предметом диссертационного исследования является комплекс международно-правовых норм, регламентирующих вопросы предоставления и сохранения членства в международных межправительственных организациях вообще и в Шанхайской организации сотрудничества в частности.

Объект исследования

Объектом диссертационного исследования являются урегулированные международно-правовыми нормами отношения, складывающиеся между субъектами международного права по поводу предоставления и сохранения членства в международных межправительственных организациях вообще и в Шанхайской организации сотрудничества в частности.

Цель и задачи исследования

Цель работы заключалась: 1) в проведении международно-правового исследования категории критериев членства в международных межправительственных организациях; 2) и в последующем анализе с учетом полученных результатов критериев членства в Шанхайской организации сотрудничества.

Достижение поставленной цели осуществлялось путем решения следующих задач: 1) Изучение опыта и нормативной базы ведущих международных межправительственных организаций в части, касающейся их расширения за счет вступления новых членов; 2) Обобщение, анализ и научная систематизация требований (рекомендаций), предъявляемых к субъектам международного права, заинтересованным в членстве в рассматриваемых международных организациях; 3) Выделение в системе требований к участникам международных организаций категории «критериев членства», исследование их признаков, видов и значения; 4) Международно-правовая оценка нормативно-правовой базы Шанхайской организации сотрудничества в части, касающейся вопросов приема новых членов, а также приостановления прав членства, исключения из Организации, предоставления статуса наблюдателя и партнера по диалогу при ШОС; 5) Рассмотрение категории «критериев членства» применительно к практике Шанхайской организации сотрудничества, определение специфики требований к участникам ШОС; 6) На основе изложенного выявление проблем международно-правового регулирования отношений, связанных с расширением ШОС, формулирование предложений по совершенствованию базовых положений документов, относящихся к вопросу о членстве в Организации.

Методология исследования

Исходя из того, что «выбор метода исследования определяется, в первую очередь, содержанием самого объекта изучения»5, методологическую основу работы составили: 1) формально-логический метод (для адекватной оценки существующих в рамках объекта исследования взаимосвязей и закономерностей, построения достоверных умозаключений и т.д.); 2) диалектический метод, основанный на выявлении единства и борьбы противоположностей (в частности, в работе рассмотрены противоречия и проблема баланса интересов трех сторон: государств-кандидатов в международную организацию, государств-членов международной организации и самой международной организации); 3) системный (в диссертации приведен анализ системы критериев членства в международной организации, системы критериев членства в ШОС, с позиции системного подхода исследован комплекс международно-правовых принципов ШОС, а также нормативно-правовая база Организации); 4) исторический и генетический методы (автор обращается к истории создания и расширения ряда региональных организаций, к историческому контексту принятия отдельных международно-правовых норм, в частности Главы VIII и ст.51 Устава ООН, предлагает периодизацию деятельности самой Шанхайской организации сотрудничества. С учетом генетического метода в работе, среди прочего, прослеживается преемственность и связь российской школы международного права с советской правовой традицией, в частности, в оценке расширения НАТО и попыток создания межрегиональных организаций безопасности); 5) сравнительный метод (памятуя о том, что именно сравнительный метод исследования может содействовать выявлению эффективности договорных и иных международно-правовых норм6, в работе проводится научное сопоставление положений документов различных международных организаций, анализируются особенности российского (советского) и западного доктринальных подходов к вопросам, имеющим отношение к теме диссертационного исследования); 6) геополитический метод, основанный на признании конкретно-географических условий как фактора, непосредственно определяющего закономерности развития международных отношений (методология геополитики учитывалась в ходе анализа понятия региона ШОС и его географических рамок); 7) собственно, формально-юридический метод, как основа для правового исследования нормативного материала.

Кроме того, в диссертации предпринята попытка рассмотреть проблему критериев членства в ШОС и расширения Организации без отрыва от реалий сегодняшнего дня, с учетом современной международно-политической конъюнктуры. Так, в работе анализируются политические последствия принятия таких условий вступления в ШОС, которые допустят в Организацию Иран, принимаются во внимание политические аспекты отношений Пакистана и Индии и т.д. При этом автор отталкивается от ряда справедливых замечаний отечественных международников о соотношении права и политики. «Политика и международное право, - отмечает Глебов И.Н., - взаимосвязаны и представляют собой обширный предмет для теоретических разработок»7. Солидарен с ним Мингазов Л.Х., по словам которого «на формирование международно-правовых норм оказывают воздействие прежде всего политические факторы»8. Более того, игнорирование политического аспекта может иногда снизить научную ценность международно-правового исследования. Так, подтверждая весомый вклад отечественной доктрины в развитие международного права в целом, Нешатаева Т.Н. отмечает, что вклад советской научной мысли в процесс познания международных организаций мог бы быть даже более значительным в случае сочетания традиционных нормативистских и юридико-технических методов с социально-политологическими подходами9.

Международно-правовая база исследования

Международно-правовую базу исследования составили учредительные акты ряда международных объединений (ООН, ШОС, СНГ, Организации Договора о коллективной безопасности, Евразийского экономического сообщества, Организации Североатлантического договора, Европейского союза, Лиги арабских государств, Организации американских государств, Организации Исламская Конференция и т.д.).

В диссертации рассматривается массив международных соглашений и иных правовых актов, принятых непосредственно в рамках ШОС.

Также в работе учтены иные многосторонние и двусторонние международные договоры, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, акты международных организаций, документы международных конференций, имеющие отношение к предмету настоящего исследования.

Научная новизна исследования

Диссертация является одной из первых попыток научно-юридического осмысления деятельности Шанхайской организации сотрудничества. Научная новизна исследования заключается в том, что автором: 1) Предложена периодизация развития ШОС, рассмотрены этапы становления Организации; 2) Представлен анализ институциональной структуры ШОС, поставлены вопросы ее дельнейшего совершенствования: расширения компетенции Секретариата ШОС, дополнительных гарантий независимости служащих Секретариата, усиления взаимодействия Секретариата ШОС и Исполнительного комитета Региональной антитеррористической структуры ШОС; 3) Выделены актуальные проблемы деятельности ШОС, решение которых зависит от последующего совершенствования правовой базы Организации: проблема конкретизации критериев членства в ШОС, проблема идентификации региона ШОС, преодоления параллелизма в работе ШОС, СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС, определения приоритетных направлений деятельности Организации и др.; 4) Осмыслен опыт расширения ряда авторитетных международных межправительственных организаций (ООН, ЕС, НАТО, ОАГ, ЛАГ, ОИК и др.). На этой основе обобщены и структурированы в рамках единой системы требования (рекомендации), предъявляемые к потенциальным и действующим членам рассмотренных международных объединений (предложена «система признаков членства»); 5) Для введения в научный оборот предложены термины «критерий членства», «стандарт членства» и «индивидуально-групповые предписания членства» как компоненты «системы признаков членства», осуществлен правовой анализ данных категорий, сформулированы их признаки, а также предложена их иерархия и виды; 6) С учетом изложенного изучена специфика критериев членства в Шанхайской организации сотрудничества. Раскрыто содержание четырех критериев членства в ШОС: критерия субъекта, регионально-географического, правового критерия и критерия соблюдения целей и принципов. Рассмотрены недостатки и выработаны предложения по совершенствованию системы признаков членства в ШОС.

В диссертации разработаны и выносятся на защиту следующие основные положения:

  1. На современном этапе особую актуальность для ШОС приобрел вопрос о путях дальнейшего развития Организации и о ее расширении за счет привлечения новых членов. В целях расширения ШОС необходимо критически и с учетом мирового опыта проанализировать критерии членства в Организации и обозначить корректные условия приема в объединение новых участников.

  2. Анализ правовой базы и практики деятельности ведущих международных межправительственных организаций (ООН, ЕС, НАТО, ОАГ, ЛАГ, ОИК, СНГ и др.) показывает: в научных целях совокупность признаков, которым должны соответствовать государства-члены международных организаций и государства-кандидаты на вступление в международные организации, целесообразно рассматривать как единую систему. Такая система признаков членства включает три структурных элемента: критерии, стандарты и индивидуально-групповые предписания (рекомендации). Обозначенные элементы находятся в иерархической взаимосвязи: первый уровень системы образуют критерии, которые соответствуют целям и принципам организации; второй – стандарты (выводятся из критериев); третий – индивидуально-групповые предписания (следуют из критериев и стандартов).

  3. Критерии членства – это международно-правовые признаки, 1) которым должны соответствовать государства-кандидаты и государства-члены международной организации; 2) закрепленные в учредительных актах без возможности произвольного дополнения требованиями политического толка; 3) сформулированные в самом общем виде и представляющие собой концентрированное выражение всех предъявляемых к сторонам требований; 4) соответствующие целям, задачам и принципами объединения; 5) а также определяющие условия приема и исключения из организации, условия приостановления и утраты членства.

  4. Стандарты членства – это международно-правовые характеристики, которые 1) в равной мере распространяются на участников международной организации и на все государства, претендующие на членство; 2) конкретизируют критерии и не противоречат им; 3) закрепляются в принимаемых на основе учредительных актов документах международной организации или договорах государств-членов.

  5. Индивидуально-групповые предписания 1) выводятся из критериев и стандартов членства, не противоречат им; 2) ориентированы на урегулирование деятельности отдельных государств или их групп в связи с присоединением к международной организации; 3) фиксируются в односторонних актах объединения (резолюциях, постановлениях, заключениях) либо двусторонних документах организации и государства-кандидата (планах, программах, соглашениях); 4) возможны на любом этапе присоединения (на начальном этапе, как правило, имеют характер рекомендаций государствам-кандидатам, а после формального присоединения принимают форму обязательств новых членов).

  6. Учредительные документы Шанхайской организации сотрудничества предусматривают четыре критерия членства в Организации: 1) критерий субъекта; 2) регионально-географический; 3) правовой и 4) критерий соблюдения целей и принципов. Критерий субъекта указывает на то, какой именно субъект международного права может войти в состав международной организации. Содержание критерия субъекта применительно к ШОС сводится к положению ст.13 Хартии о том, что членами Организации выступают исключительно государства. Критерий субъекта в том виде, в каком он существует в ШОС, нуждается в уточнении, в соответствии с которым членами Организации могут быть независимые государства, признанные в качестве таковых всеми участниками ШОС.

  7. Регионально-географический критерий членства ограничивает возможность участия государства в международной организации требованием его территориальной принадлежности к определенному географическому району. Хартия ШОС предусматривает возможность участия в Организации государств региона ШОС, однако не расшифровывает понятия «регион» и не фиксирует его границы. С точки зрения «объективистского» подхода, регион ШОС можно определить как сложившуюся на общем пространстве заинтересованных в деятельности ШОС государств систему международных отношений, локализованную в настоящее время в центральной части Евразийского континента.

  8. Правовой критерий членства ШОС означает необходимость присоединения нового вступающего в Организацию государства к действующему в ее рамках нормативно-правовому комплексу. Среди основных существующих вариантов распределения «правовой нагрузки» наиболее предпочтительным для ШОС выглядит тот, в соответствии с которым вновь вступающее в Организацию государство должно присоединиться к ряду соглашений и внутренних документов ШОС по специальному списку, утверждаемому ее органами.

  9. Критерий соблюдения целей и принципов рассматривается как необходимость признания со стороны заинтересованного в членстве в ШОС государства целей, задач и принципов Организации. С учетом требований критерия, государство-кандидат должно выразить приверженность принципам ШОС, готовность добиваться реализации целей и задач ШОС, а также, по-возможности, официально признать политическую линию Организации через присоединение к ее программным документам.

Теоретическая и практическая значимость исследования

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что его результаты, касающиеся анализа системы признаков членства, категорий «критерии», «стандарты», «регион международной организации» и др., могут быть использованы в дальнейших научных разработках, связанных с проблематикой права международных организаций как отрасли международного права.

Практическая значимость исследования состоит в возможности применения его результатов при решении прикладных задач расширения Шанхайской организации сотрудничества, в частности, при подготовке Положения о членстве в ШОС, а также других правовых документов, регламентирующих участие в Организации. Выводы работы применимы и могут служить совершенствованию правовой базы других международных объединений с участием России.

Материалы исследования также могут быть использованы в учебном процессе в высших учебных заведениях при чтении курса лекций, проведении семинарских занятий, а также подготовке учебных и методических пособий по международному публичному праву в части, касающейся международных межправительственных организаций.

Апробация результатов исследования

Основные положения диссертационного исследования были отражены в четырех научных статьях (две из которых опубликованы в изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ), использованы в ходе подготовки и проведения лекций и семинарских занятий по курсу «Международное публичное право» в Уральской государственной юридической академии (УрГЮА).

Положения диссертации изложены в ходе научно-практической конференции по проблемам ШОС, состоявшейся 18 февраля 2009г. в УрГЮА (г.Екатеринбург).

Тезисы исследования апробированы в ходе участия автора в дискуссии научного сообщества по проблеме расширения ШОС, организованной 25 апреля 2008г. Министерством иностранных дел РФ (г.Москва).

Структура исследования

Структура диссертационного исследования обусловлена его предметом, целью и задачами. Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих 6 параграфов, заключения, библиографии и двух приложений. Первая глава работы посвящена системе признаков членства в международной организации в контексте возможного расширения ШОС. Вторая – рассмотрению четырех критериев членства в ШОС: критерия субъекта, регионально-географического, правового критерия и критерия соблюдения целей и принципов.
СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ
Во введении обосновываются выбор темы и ее актуальность, определяются объект, предмет, цели и задачи исследования, раскрываются методологическая, теоретическая и нормативно-правовая основы исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту, приводятся данные об апробации результатов исследования.

Первая глава исследования - «Вопрос о критериях членства в международных организациях в контексте возможного расширения Шанхайской организации сотрудничества» - состоит из двух параграфов.

Первый параграф – «Понятие, система и виды критериев членства в международных организациях» – посвящен анализу положений учредительных актов и иных международно-правовых документов, регламентирующих предоставление членства в ведущих международных межправительственных организациях. Прежде чем вести речь о членстве в Шанхайской организации сотрудничества как отдельно взятом международном объединении, автор предпринимает попытку разобраться в том, что представляют собой критерии членства в международных организациях вообще, какова их система и как их можно классифицировать.

Все требования, которые предъявляются к кандидату на вступление в международную организацию целесообразно рассматривать как своего рода систему, которая в диссертации называется «системой признаков членства». В зависимости от степени обобщенности требований, в данной системе можно выделить три уровня. Собственно, критерии членства, как наиболее обобщенные признаки потенциального или действительного участника международной организации, составляют первый уровень системы.

Критериям членства в международной организации как правовой категории свойственны следующие характеристики.

Во-первых, в большинстве случаев критерии членства закреплены в основных учредительных документах организаций – уставах и договорах. Однако сформулированы они, как правило, в самом общем виде. Неопределенность положений о критериях членства во многом характерна для учредительных актов организаций, созданных на пространствах бывшего Союза ССР, в том числе СНГ, Организации «Центрально-Азиатское Сотрудничество», Организации за демократию и экономическое развитие – ГУАМ. Четкие формулировки, относящиеся к критериям членства, отсутствуют и в учредительных документах многих европейских организаций, среди которых ОБСЕ, ЕС и НАТО. На практике это приводит к расширительному толкованию критериев членства и предъявлению дополнительных политических требований к претенденту уже в процессе его принятия в международное объединение. Недопустимость таких «политических» ненормативных требований автор работы обосновывает, ссылаясь на Консультативное заключение Международного суда ООН от 28 мая 1948г., в котором Суд отверг возможность предъявления к государству-кандидату в ООН дополнительных требований политического толка, не предусмотренных в «закрытом» перечне критериев членства Устава ООН.

Во-вторых, с правовой точки зрения, критерии членства должны гармонично вписываться в общую систему базовых документов международной организации, не противоречить ее принципам и целям. Например, можно предположить, что недопустимо будет заблокировать путь в Шанхайскую организацию сотрудничества какому-либо государству только на том основании, что оно уже состоит членом другого межгосударственного объединения, поскольку это противоречило бы принципу «ненаправленности ШОС против других государств и международных организаций» (ст.2 Хартии ШОС).

Наконец, в работе доказывается, что было бы не верным полностью отождествлять «критерии членства в международной организации» и «условия приема в международную организацию». Первая категория объективно шире и включает в себя вторую, поскольку критерии членства распространяются не только на государства, претендующие на участие в объединении, но и на государства, уже в нем состоящие. И кандидаты, и участники в равной мере обязаны соответствовать общим требованиям учредительных актов, в противном случае первым должно быть отказано в членстве, а в отношении вторых поставлен вопрос о приостановлении участия или о полном исключении из организации. Следуя этой логике, помимо собственно условий приема кандидата, критерии членства охватывают также условия участия в организации, условия приостановления членства, условия утраты членства и исключения из состава организации. Так, согласно ч.1 ст.13 Хартии ШОС, Организация открыта для других государств региона, обязующихся соблюдать Хартию и положения других договоров и документов ШОС. В соответствии с ч.3 этой же статьи, членство государства, которое нарушает положения Хартии или систематически не выполняет свои обязательства по договорам и документам ШОС, может быть приостановлено, а впоследствии такое государство может быть исключено. Как видим, условия приема (ч.1 ст.13) и исключения (ч.3 ст.13) суть один и тот же критерий соблюдения обязательств, вытекающих из документов ШОС.

Второй уровень системы признаков членства в международных организациях составляют «стандарты членства». Стандарты членства – это требования, конкретизирующие критерии членства. Практика деятельности международных организаций показала, что одних сформулированных в общем виде критериев недостаточно для полноценной регламентации вопросов членства. К примеру, Устав Организации Исламская Конференция 1974г. предусматривал возможность присоединения к организации любого исламского государства. При этом Устав не расшифровывал понятие «исламское». Из-за неточного закрепления параметров членства статус участника организации в свое время получили государства, в которых мусульманское население составляло меньшинство: Камерун – 20%, Малави – 10% и Уганда – всего 6% от общей численности населения. В то же время такой стране, как Индия, где в абсолютных числах лиц, исповедующих ислам, проживает больше, чем в каком-либо из названных государств, в членстве было отказано.

Шанхайская организация сотрудничества оказалась сегодня в весьма схожем положении: есть Хартия, содержащая обобщенные признаки участника объединения (критерии), но нет документа, конкретизирующего эти признаки и приближающего их к практической плоскости взаимодействия между государствами-членами и государствами-кандидатами (стандартов). Осознавая эту проблему, ряд международных объединений, в особенности тех, которые имеют сложную разветвленную структуру и участие в которых глубоко затрагивает многие сферы жизни государства, традиционно относящиеся к национальной компетенции, не стали ограничиваться только констатацией общих критериев членства и детализировали их в самостоятельных документах. Так, стандарты, детализирующие критерии членства в ЕС, нашли отражение в т.н. «копенгагенских» требованиях, принятых Европейским советом в июне 1993г. А стандарты, конкретизирующие критерии членства в НАТО (предусмотренные Североатлантическим пактом 1949г.), закреплены в Исследовании о расширении НАТО 1995г. и Плане подготовки к членству в НАТО 1999г.

Третий уровень системы признаков членства составляют индивидуально-групповые предписания, представляющие собой обязательные и рекомендательные положения, адресованные отдельным государствам-кандидатам или их группам. В отличие от критериев и стандартов, устанавливающих общие условия членства для любого потенциального или действующего участника международной организации, индивидуально-групповые предписания ориентированы на конкретные, вступающие в международное объединение, государства. Иллюстрацией индивидуально-групповых предписаний могут служить требования, обращенные к России при ее вступлении в Совет Европы. Если критерии и стандарты едины для всех государств-кандидатов, то предусмотренные Заключением ПАСЕ № 193 (1996) постановления о выводе 14-й армии из Молдавии или упразднении центров предварительного заключения ФСБ ориентированы исключительно на Российскую Федерацию. При этом, также как и стандарты, индивидуально-групповые предписания выводятся из критериев членства и не должны им противоречить.

Система признаков членства в международной организации приобретает, тем самым, законченный вид. Все три уровня системы (критерии, стандарты и индивидуально-групповые предписания) взаимодействуют между собой. Положения, образующие нижестоящий уровень, выводятся из положений вышестоящего и не должны противоречить им.

Образующие первый уровень критерии членства достаточно многообразны. В практике международных организаций наиболее часто встречаются следующие виды критериев членства: 1) критерий субъекта (определяет, какие именно субъекты международных отношений могут стать участниками объединения: государства, государствоподобные образования, нации, ведущие борьбу за независимость, другие международные организации, территории, не являющиеся независимыми государствами и др.); 2) этнокультурный критерий (лежит в основе организаций, объединяющих государства, близкие этнически, а также по языку, культуре и религии: Организация Исламская Конференция, Лига арабских государств, Сообщество государств португальского языка, Агентство франкоговорящих государств); 3) географический критерий (лежит в основе международных организаций, включающих страны определенного района земного шара: ШОС, ЕС, НАТО, ЗЕС, ОБСЕ, Ассоциация карибских государств, Организация Восточно-Карибских государств, Организация американских государств и т.д.); 4) правовой критерий (означает необходимость присоединения нового государства-члена к правовой безе международной организации); 5) критерий соблюдения целей и принципов; 6) военный критерий (характерен для военных блоков и организаций безопасности, формулируется в виде обязательства, готовности или возможности государства-претендента вносить вклад в совместные усилия по коллективной обороне и обеспечению безопасности); 7) экономический критерий (присутствует там, где в организацию объединяются страны, выполняющие схожую функцию в международном разделении труда и имеющие в этой связи схожие экономические интересы: ОПЕК, Международная организация по кофе, Международная ассоциация по чаю, Ассоциация стран-экспортеров железной руды и др.); 8) Критерий участия в другой международной организации (Международная ассоциация развития, Международная финансовая корпорация, МБРР) и т.д.

Среди нескольких, предусмотренных в учредительных актах, критериев членства можно выделить тот, который играет ведущую роль. Ведущим будет критерий, который имеет значение основного скрепляющего организацию стержня. Так, для международных организаций стран-экспортеров той или иной продукции ведущим будет экономический критерий, поскольку именно он, в первую очередь, сближает их интересы. Первостепенное значение для международных организаций безопасности, в том числе ШОС, будет иметь регионально-географический фактор, что вытекает из положений Главы VIII Устава ООН.

Второй параграф - «Шанхайская организация сотрудничества: становление, структура, организационно-правовые и институциональные проблемы развития. Вопрос о критериях членства в ШОС как актуальная проблема Организации» - посвящен рассмотрению истории и современного состояния Шанхайской организации сотрудничества, обоснованию актуальности для ШОС проблем критериев членства.

Говоря о становлении ШОС, автор выделяет три этапа развития «шанхайского процесса»: первый – с 1996 по 2001г. (сотрудничество в рамках «Шанхайской пятерки»); второй - с 2001 по 2005г. (учреждение ШОС и ее становление в качестве крупной региональной организации); третий - с 2005г. по настоящее время (практическое утверждение ШОС и развитие в ее рамках многочисленных направлений сотрудничества).

В параграфе дается анализ институциональной структуры ШОС и ставятся вопросы ее дельнейшего совершенствования: расширения компетенции Секретариата, усиления гарантий независимости служащих Секретариата, взаимодействия Секретариата ШОС и Исполнительного комитета Региональной антитеррористической структуры ШОС. Также выделяются актуальные проблемы деятельности ШОС, решение которых зависит от последующего совершенствования правовой базы Организации: проблема идентификации региона ШОС, проблема преодоления параллелизма в работе ШОС, СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС, определения приоритетных направлений деятельности Организации.

Автором обосновывается тот факт, что на современном этапе особую актуальность для ШОС приобрел вопрос о привлечении в Организацию новых членов. При этом доказывается, что в целях расширения ШОС необходимо обозначить адекватные условия приема в объединение новых государств. Назрела необходимость конкретизации общих критериев членства в ШОС, заложенных ст.13 Хартии ШОС, что технически можно сделать путем включения в разрабатываемое Положение о членстве в ШОС детализирующих критерии стандартов. Отметим здесь, что схожая во многом ситуация в рамках ШОС уже имела место, только касалась она не членства в Организации, а института государств-наблюдателей. С момента принятия в 2002г. Хартия ШОС предусматривает наделение заинтересованных в сотрудничестве с ШОС стран статусом наблюдателей (ст.14), однако в действительности такой статус был впервые предоставлен Монголии лишь в 2004г. Произошло это после того, как на состоявшемся в г.Ташкенте 17 июня 2004г. заседании Совета глав государств лидеры Организации утвердили Положение о статусе наблюдателя при ШОС. Этим был дан старт процессу подключения к работе Организации новых государств и уже в течение следующего 2005г. к ШОС на правах наблюдателей присоединились Индия, Пакистан и Иран. Другими словами, ст.14 Хартии, содержащая нормы о наблюдателях при ШОС, на практике заработала только после принятия конкретизирующего ее Положения.

Ст.13 Хартии ШОС предусматривает четыре критерия членства в ШОС: 1) критерий субъекта; 2) регионально-географический; 3) правовой; 4) критерий соблюдения целей и принципов. Соответственно этому вторая глава работы - «Система критериев членства в Шанхайской организации сотрудничества» - состоит из четырех параграфов, каждый из которых посвящен отдельному критерию членства в ШОС.

В первом параграфе второй главы под названием «Критерий субъекта» рассматривается вопрос о том, какие именно субъекты международного права могут быть членами международных межправительственных организаций и какие из них могут быть членами непосредственно ШОС. Как показывает практика международных отношений, основными участниками международных межправительственных организаций выступают государства и другие международные организации. Вместе с тем, современное международное право допускает участие в международных объединениях также и некоторых производных субъектов, обладающих относительно самостоятельным международно-правовым статусом: государствоподобных образований (Ватикан, который является членом Всемирного почтового союза); народов, ведущих борьбу за независимость (состоявшая в ОИК Организация Освобождения Палестины); территориальных образований, не обладающих самостоятельным государственным статусом и находящихся под юрисдикцией других держав.

Хартия ШОС допускает возможность участия в Организации исключительно государств. В этой связи автором предлагаются два уточнения критерия субъекта, которые вполне могли бы быть использованы в Положении о членстве в ШОС. Во-первых, целесообразно утонить, что претендовать на участие в ШОС вправе лишь независимое государство (признак «независимости» встречается в частности в ст.1 Пакта ЛАГ, членом которой может стать любое независимое арабское государство). Во-вторых, страна, претендующая на членство в ШОС, должна, по всей вероятности, быть признана всеми ее участниками в качестве независимого государства (подобное правило предусмотрено ст.6 Устава АСЕАН, где признание всеми государствами-членами АСЕАН является необходимым условием для приема в организацию). Постановка такого вопроса, вероятно, уместна в связи с недавним признанием Россией в качестве новых субъектов международного права Абхазии и Южной Осетии.

Во втором параграфе второй главы под названием «Регионально-географический критерий членства: проблема определения «региона» ШОС» рассматривается вопрос о территориальном векторе развития Организации. Согласно ст.13 Хартии, ШОС открыта для приема в ее члены других государств региона. Тем самым, четко заявлен и нормативно закреплен параметр, которому должно соответствовать любое государство, заинтересованное в участии в ШОС, а именно – принадлежность к «региону». Проблема заключается в том, что, ни Хартия, ни другие принятые в рамках ШОС международные договоры не дают ответа на вопрос, что следует понимать под термином «регион».

Анализируя понятие «регион ШОС», автор отталкивается от т.н. «объективистской» концепции регионализма, согласно которой регион как юридическая категория должен соотноситься с реальным географическим районом Земного шара. Такой «объективистский» подход противопоставляется «субъективистской» трактовке регионов как идеальных моделей, не связанных с объективными географическими рамками. В диссертационном исследовании «субъективистская» концепция региона подвергается критике, поскольку допускает возможность формирования организаций безопасности и обороны, объединяющих государства из разных районов планеты, а значит, по сути, подменяющих сложившуюся универсальную систему безопасности ООН.

С учетом сказанного, к «региону ШОС» автор относит: а) прежде всего, пространство, охваченное государствами-членами ШОС; б) а также территорию государств-наблюдателей при ШОС; в) пространственным же вектором дальнейшего развития ШОС, как это следует из заявлений официальных лиц Организации, является центральная часть Евразийского континента, как «трансконтинентальный» мост между Европой и Азией.

Третий параграф второй главы - «Правовой критерий: содержание и нормативное закрепление» - посвящен анализу правового критерия членства в ШОС, суть которого состоит в требовании к новому члену международной организации присоединиться к созданному в ее рамках нормативно-правовому комплексу.

Присоединение в той или иной форме к правовой базе организации является необходимым условием участия в любой международной структуре. Разница, вместе с тем, состоит в объеме обязательств, которые новый участник должен принять, вступая в объединение. Обобщение практики международных организаций указывает на существование трех основных вариантов распределения «правовой нагрузки»: 1) присоединение ко всем без исключения международным соглашениям, подписанным в рамках организации (ОАГ); 2) присоединение к одному или нескольким основополагающим документам, прямо указанным в учредительных актах (СЭВ); 3) присоединение к актам, подписанным под эгидой организации, по специальному составленному государствами-членами списку (ЕврАзЭС).

Последний вариант выглядит для ШОС наиболее предпочтительным. Во-первых, перечень обеспечивает гибкий и дифференцированный подход к проблеме, позволяя выделить в правовой системе организации те документы, соблюдение которых государствами-кандидатами носит действительно принципиальный характер, и не обременяя новых членов излишними обязательствами. Во-вторых, перечень дает возможность оперативно реагировать на принятие в рамках организации новых важных соглашений, исключая из списка те или иные акты или дополняя его, что на практике удобнее, нежели внесение изменений в соответствующие статьи учредительных документов.

В четвертом параграфе второй главы - «Соблюдение целей и принципов ШОС как критерий членства в Организации» - раскрывается содержание четвертого критерия членства в ШОС.

Указанный критерий рассматривается как необходимость признания со стороны заинтересованного в членстве в ШОС государства целей, задач и принципов Организации. В данном параграфе автор также ставит вопрос о важности признания государствами, намеренными вступить в Организацию, ее политической линии, что «технически» могло бы происходить через присоединение к программным и концептуальным документам ШОС (например, декларациям, где среди прочего члены Шанхайской организации выражают свою позицию по актуальным международным проблемам).

В заключении диссертации содержатся итоговые результаты проведенного исследования. Рассматриваются возможности совершенствования «критериев» членства по трем направлениям: 1) путем корректировки имеющихся в учредительных документах ШОС формулировок критериев; 2) через конкретизацию критериев членства в Положении о членстве в ШОС (т.е. через их развитие до уровня стандартов); 3) а также через доктринальное осмысление, без юридического закрепления.
Основные положения диссертации отражены

в следующих опубликованных работах:
Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, указанных в перечне Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ:


  1. Попов Д.С. Проблема определения «региона» Шанхайской организации сотрудничества // Российский юридический журнал. – 2008. № 5. (0,3 п.л.);

  2. Попов Д. С. О критериях членства государств в НАТО (в контексте возможного вступления в организацию Украины и Грузии) // Российский юридический журнал. – 2009. № 2. (0,2 п.л.);


Другие публикации:

  1. Попов Д.С. Организационно-правовые и институциональные проблемы развития Шанхайской организации сотрудничества // Российское право. – 2009. № 3. (0,41 п.л.).

  2. Попов Д.С. О вступлении в ШОС нейтрального Туркменистана // Правовая реформа в России: Материалы всероссийской ежегодной научно-практической конференции молодых ученых и студентов (Екатеринбург, 14 ноября 2008 года) / Отв. ред. Л.А. Лазутин, В.Ю. Шобухин. – Екатеринбург, 2009. (находится в печати).




1 Аналитический доклад «Итоги деятельности СНГ за 10 лет и задачи на перспективу» от 30 ноября 2001 г. // Дипломатический вестник. – 2001. № 12. – С. 81.

2 Дугин А.Г. Геополитика постмодерна. Времена новых империй. Очерки геополитики XXI века. – М.: СПб.: Амфора. ТИД Амфора, 2007. – 382 с.

3 Курс международного права. В 7 т. Т. 7. Международно-правовые формы интеграционных процессов в современном мире / М.П. Бардина, С.А. Войтович, Ю.М. Колосов и др. – М.: Наука, 1993. – С. 20-26.

4 Моравецкий В. Функции международной организации. – М.: Прогресс, 1976. – С. 51-52.

5 Фельдман Д.И., Курдюков Г.И., Мингазов Л.Х., Лихачев В.Н., Пацация М.Ш. Методология исследования теоретических проблем международного права. – Казань: Изд-во Казанского университета, 1986. – С. 39.

6 Фельдман Д.И. О применении сравнительного метода в международном праве // Вопросы универсальности и эффективности международного права: Межвуз. сборник науч. тр. / Отв. ред. Г.В. Игнатенко. – Свердловск: УрГУ, 1981 – С. 17-26

7 Международное право: учеб. Для вузов / И.Н. Глебов. – М.: Дрофа, 2006. – С. 57.

8 Мингазов Л.Х. Эффективность норм международного права. – Казань: Изд-во Казанского университета, 1990. – С. 108.

9 Нешатаева Т.Н. Международные организации и право. Новые тенденции в международно-правовом регулировании. 2-е изд. – М.: Дело, 1999. – С. 38.



На правах рукописи
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации