Контрольная работа - Новый этап Холодной войны - файл n1.rtf

Контрольная работа - Новый этап Холодной войны
скачать (37.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.rtf348kb.16.01.2011 16:37скачать

n1.rtf

Новый этап Холодной войны

Холодная война - период международных отношений 1945-1991г.г., характеризующийся следующими признаками:

Существование двух борящихся за доминирование полюсов, сверхдержав СССР и США;

Образование военно-поличических и экономическиих блоков;

Наличие и угроза использования ядерного оружия;

Гонка вооружения;

Идеологическое притивостояние;

Вооруженые конфликты происходят на территории стран третьего мира.

Главной причиной по которой «холодная война» не превратилась в горячую считается ПАРИТЕТ –равновесие ( в количественном и качественном планах ) вооружения сторон, их боеспособности.

Понятие «холодная война» появилось в журналистике в 1945–1947 и постепенно закрепилось в политическом словаре. Признаки понятия можно проследить на основе главных событий на международной арене с 1945 по 1991 годы.

После Второй мировой войны мир фактически разделился на сферы влияния двух блоков с разными социальными системами. СССР стремился к расширению и укреплению так называемого «социалистического лагеря»; западные страны во главе с США пытались этот лагерь разрушить, включив социалистические страны в зону своего влияния.

Почти точное совпадение завершения «холодной войны» и распада СССР вызвало в мире споры о том, какова связь между этими явлениями. Может быть, завершение «холодной войны» является результатом распада СССР и, следовательно, США выиграли эту «войну». Президенты Б.Ельцин и Д.Буш, заявив о ее прекращении в 1992. (Александр Шубин «ХОЛОДНАЯ ВОЙНА» Онлайн Энциклопедия Кругосвет)

Завершение первого этапа «холодной войны» и распад СССР имеют общую причину – кризис государственного социализма в СССР, то есть исчезновение одного из полюсов силы. Более того, современная Россия превратилась крупнейшего в мире экспортера финансовых ресурсов. Вывоз капитала из страны, начиная с 1992 года, достиг, по различным оценкам, от 350 до 500 млрд. долларов, и все больше становится похожим на контрибуцию. Если это не последствия тяжелейшего поражения в войне, то, что же тогда есть война? Известный русский писатель Александр Зиновьев, наблюдавший это явление со стороны Запада, даже не будучи человеком военным, справедливо заметил: "Холодная война была настоящая война. Первая в истории человечества война нового типа"15"Фигуры и лица" (приложение к "Независимой газете") № 10, май 1998 года, с. 9.. Один из самых влиятельных идеологов этой войны Збигнев Бжезинский в своей книге "Вне контроля. Глобальный беспорядок накануне XXI века" (1993), обосновывающей ее неизбежность и даже необходимость, указал на главную политическую цель холодной войны - установление "глобального лидерства" США.

Война изменилась в корне, по содержанию, по формам ее ведения. Изменилось понимание цели, смысл понятий - борьба, насилие, победа. Совершенно иной стала концепция войны. В ее основе не быстротечность, а растянутость во времени. Целью войны сегодня является уже не столько уничтожение вооруженных сил и оккупация территории противника, как это было прежде, а разрушение экономики, системы информации, деморализация населения, парализация его воли. В результате чего вооруженные силы, даже если они сохранились, оказываются неспособными вести вооруженную борьбу. Исчезли понятия «фронт», «тыл», «фланги». Теперь, когда государство, его границы открыты для передвижения капитала, торговли, финансов и т.д., а тем более идей и информации, ареной войны становится вся территория противника, система управления государством и прежде всего органы политической власти, экономика, средства массовой информации.

Изменилось само понятие «победа в войне». Сегодня победа совсем не обязательно означает разгром вооруженных сил в боях сражениях, оккупацию территории. Все делается руками самого противника, как это было продемонстрировано в ходе «холодной войны» и происходит ныне. Добиться, чтобы у руля власти были, как говорится, «свои», создать проблемы в экономике, оболванить население. И все. Победа обеспечена.

Процитирую книгу Аллена Даллеса, бывшего в 1953-1956 года директором ЦРУ, идеолога «холодной войны». Ибо это просто классика. Более откровенно и более цинично никто и никогда не формулировал свои задачи. В книге «Размышления о реализации американской послевоенной доктрины против СССР», изданной 1945 году, он писал так: «Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Мы найдем своих единомышленников, своих союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательное необратимое угасание его самосознания, управлении государством мы создадим хаос и неразбериху. Мы будем незаметно (обращаю внимание на это. - И.И.), но активно постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности, предательству, национализму и вражде народов, прежде всего вражде и ненависти к русскому народу. Все это будем ловко и незаметно культивировать. Все это расцветет махровым цветом. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище. Найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества. Мы будем вырывать духовные корни. Опошлять и уничтожать основы народной нравственности. Мы будем расшатывать, таким образом, поколение за поколением. Мы будем драться за людей с детских, юношеских лет. Главную ставку всегда будем делать на молодежь. Станем разлагать, развращать, растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов. Вот так мы это сделаем».

(«О "культуре" войны Культуре мира», И.М.Ильнский Доклад на конференции Вызовы XXI века)

1. Многополюсный мир сегодня - новые сверхдержавы завтра

В современном мире рассматривая его как многополюсный мы видим несколько стран которые являються соперниками США. Например Китай, в августе 2010 года в журнале 'International Herald Leader', Интервью с Робертом Капланом «В будущем между США и Китаем возможна «холодная война в океане»», он старший научный сотрудник Центра новой американской безопасности в Вашингтоне и заслуженным корреспондентом ежемесячника «Atlantic Monthly». Сфера его исследований — американская внешняя политика и вопросы стратегии американской безопасности. В своё время работал в качестве приглашённого профессора Американской военно-морской академии, был награждён медалью Конгресса США за выдающиеся успехи на государственной службе. Автор многих трудов по международным отношениям, в особенности историческому и геополитическому анализу, а также долгосрочным прогнозам на будущее. Последняя из работ «Под властью Китая — насколько далеко может распространиться влияние Китая на суше и на море», издана американским журналом «Дипломатия» за май/июнь 2010 года.

 

Цитаты:

1. Китай определил Южно-Китайское море как сферу своих коренных интересов, однако США считают, что международные водные коммуникации в этих районах лежат вдали от любых сопредельных государств.

 

2. Америка провозгласила на весь мир, что, несмотря на Ирак, Афганистан и Ближний Восток, она по-прежнему будет оставаться владыкой Тихого Океана.

 

3. Америка сохраняет свою стратегию ВМС для контроля за океанами («ланьшуй хайцзюнь», стратегия «голубого океана», способность ВМС свободно действовать вдали от своих берегов за пределами 200-мильной зоны для охраны интересов государства — прим. пер.), у Китая через несколько десятков лет появится такая же стратегия, что в той или иной степени приведёт к неизбежным инцидентам и росту напряжённости.

 

4.Китай определил Южно-Китайское море как сферу своих коренных интересов, однако США считают, что международные водные коммуникации в этих районах лежат вдали от любых сопредельных государств. Америке кажется, что Китай желает властвовать над Южно-Китайским морем, превратив его в дальнейшем в «своё» море. США провозгласили некую «морскую декларацию», заключающуюся в том, что Америка не откажется от своего влияния на Тихом океане и будет и в дальнейшем являться могучей океанской силой.

 

5. Америка должна изо всех сил стремиться превратить Южно-Китайское море в открытые для судоходства международные воды, и это также является вполне естественным и нормальным.

 

6. Америка может сыграть роль посредника в вопросах Южно-Китайского моря. США являются единственным господином Тихого океана и не имеют территориальных притязаний в Южно-Китайском море. Даже владея Тихим океаном, сама Америка, тем не менее, находится далеко, в Западном полушарии и, таким образом, не может представлять чрезмерную угрозу другим силам тихоокеанского региона.

 

7. «План Гаррета» — это очень интересная вещь, он был предложен ушедшим в отставку полковником ВМС США Пэтом Гарретом, и отличается серьёзностью и реалистичностью, так как в нём задействовано стратегическое значение Океании. В то время как в будущем китайские ВМС будут расширять своё влияние, американский флот может быть даже немного сокращён. В ближайшие несколько лет или даже несколько десятков лет содержание больших гарнизонов в Японии, Корее и на Филиппинах может превратиться для США в проблему. Однако преимущество Америки заключается в обладании группами островов в западной части Тихого океана, таких, например как Гуам, Марианские острова и другие. Остров Гуам находится всего в 4 часах лёта от Кореи и двух днях плавания от Тайваня, однако за пределами тех акваторий, в которых между США и Китаем может легко вспыхнуть конфликт. Таким образом, США могут произвести перегруппировку военных сил и с большей пользой употребить выгодное географическое положение территорий Океании, одновременно вроде бы и снижая возможность провокаций, но также и уменьшая свою зависимость от третьих стран.  

Усиление военно-морской авиации в Океании и будет тем самым компромиссом, который позволит США в полной мере сдерживать КНР и обеспечить контроль над китайским флотом в районах первой цепи островов.

 

8. Индийский океан придёт на смену Тихому и Атлантическому океану в качестве центра борьбы за глобальное доминирование. Американский, индийский и китайский флоты будут там конкурентами, однако это отличный случай для кооперации американских и китайских флотов, поскольку их страны нуждаются в свободных и безопасных морских путях для транспортировки промышленных товаров и энергоносителей и, соответственно, необходима борьба с пиратством. Китай может определить индоокеанское направление в качестве своего океанского окна, да и к тому же это направление связано не только с вопросами «быть или не быть Китаю на океанских просторах». 

9. Правительство Обамы бросает всё больше сил на Тихий океан, постепенно выводя их с Ближнего Востока. Американские войска в Ираке сокращаются до 50 тысяч человек, а война в Афганистане не будет продолжаться очень долго. Учитывая, что тихоокеанский регион является мировым экономическим центром и ареной глобальной конкуренции, тихоокеанское направление становится для правительства Обамы стратегическим.

 

10.Америка является сверхдержавой, а Китай — мощная находящаяся на подъёме держава. Америка сохраняет свою стратегию ВМС для контроля за океанами («ланьшуй хайцзюнь), у Китая через несколько десятков лет появится такая же стратегия, что в той или иной степени приведёт к неизбежным инцидентам и росту напряжённости, вплоть до деликатной «холодной войны в океане». Однако это совершенно не подразумевает, что два государства не смогут выстроить между собой мирные и конструктивные отношения, так как мирное сосуществование соответствует интересам обеих сторон. Всё будет не так, как в отношениях между США и СССР в период «холодной войны», так как Америка никогда не считала Китай своим врагом, но только лишь стратегическим соперником.  

11. Америка не рассматривает Китай в качестве врага, но лишь в качестве государства, способного бросить ей вызов.
 Д. Тренин присутствовал на семинаре, который проводили вполне гражданские люди, но на территории колледжа армии США, в штате Пенсильвания «Этажом ниже проводили свои занятия серьезные люди в военной форме за закрытыми дверями. Периодически мы выходили пить кофе, и я полюбопытствовал, спросив у одного американского офицера, чем он занимается. Он сказал: «Я сейчас открою дверь, и вы увидите». Там была карта Северо-Восточной Азии и одного города крупным планом. Это было немножко далеко, и у меня не было допуска заходить в эту комнату, поэтому я спросил его, что это. Он ответил, что они отрабатывают план освобождения Владивостока от китайской армии. Это было в 2000 году».


* Первая цепь (гряда) островов - согласно доктрине США, «3 цепи островов — 3 рубежа сдерживания». К первому относятся Аляска с Алеутскими островами, Япония, Тайвань, Корея, Филиппины, Сингапур. Ко второму относятся Марианские острова с островами Австралии и Новой Зеландии. К третьему рубежу относятся Гавайские о-ва и мелкие архипелаги Тихого океана. 

 

Как мы видим американские эксперты официально признают существование многополюсного мира и говорят о нарастающих противоречиях. При этом открыто говориться о том, что Америка не позволит появиться новой «сверхдержаве».Поэтому новым признаком в развитии «холодной войны» являеться

1.Наличие нескольких полюсов силы

Сегодня Америка рассматривается Россией как основной фактор, препятствующий восстановлению России как великой державы. Нынешнее руководство Росси направлено на то, чтобы избавиться от влияния Америки и Запада, которые при Ельцине фактически стали определять положение России. В этом есть определенный резон, российское руководство, по сути, говорит Америке: «Мы строим великую державу, и мы хотим, чтобы на постсоветской территории Россия была ведущей страной. Мы не будем снова всех собирать в одно государство, но хотим быть главной силой во всех областях: политической, военной, экономической, культурной, гуманитарной и т.д. И вы нам не мешайте с вашим «оранжевыми революциями», с приемом в НАТО стран СНГ. Мы и так отдали все, что могли, – Центральную Европу, Балтию, ничего не говорили о Румынии и Болгарии, ушли с Балкан. Нам нужно только то, что мы считаем своим, и у нас в тысячу раз больше интересов, чем у вас. Какие у вас интересы в Грузии? Это понятная точка зрения, но у американцев она не проходит, договоренность, которая могла бы быть между Россией и Америкой, не состоялась. Здесь вторая после вопроса о демократии причина – геополитика, и в первую очередь на постсоветском пространстве. Стремятся ли американцы ослабить Россию? Да, конечно, они стремятся создать условия, чтобы режим в России менялся в том направлении, в котором он изменился в Европе. Россия, управляемая демократическим путем, с точки зрения США, является более предсказуемым участником международных отношений и более удобным партнером, потому что существует не односторонняя, а взаимная зависимость. Россияне считают, что Россия может быть зависимой от Америки страной. Американцы считают, что это слишком большая страна, чтобы быть надежно контролируемой из Вашингтона. Они пытаются сделать другое: помочь или продвинуть прозападные силы в соседних с Россией государствах, в первую очередь на Украине. И здесь много резона. Украина, которая идет по европейскому пути развития, сближается с ЕС не внешне – путем каких-то договоренностей, а внутренне, сближаясь с Польшей или, скажем, с Литвой. Сближение Украины с НАТО могло бы быть важнейшим фактором влияния на Россию, потому что если там что-то получается, то здесь никакой контрпропаганды не хватит. И в этом смысле «оранжевая революция», конечно, не задумывалась как только фактор давления на Россию, но он, безусловно, присутствовал. С другой стороны, мы видим, что после «оранжевой революции» Запад, и в частности США, не очень много помогли Украине, не вложились в нее так, как если бы она была задумывалась проектом давления на Россию. И в этом смысле речь должна идти не о военной угроз на границах, а угрозе вроде этой, которая ставит под вопрос устойчивость системы внутри России. (Д.Тренин «Угрозы XXI века» )


2. Идеологическое борьба на международной арене

Нынешнее замедление темпов экономического развития в Европе и усугубляющиеся экономические проблемы США привели к тому, что на рубеже веков «державы-победительницы» стали – к изумлению самих триумфаторов – вновь проигрывать. («Новая холодная война - Россия в глобальной политике» 5 2008 С. А. Караганов и. н., профессор, декан факультета мировой политики и мировой экономики Государственного университета – Высшей школы экономики, заместитель директора Института Европы РАН, председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала «Россия в глобальной политике».)

Если в начале очередного витка глобализации – в 1980–1990-х годах – от нее выигрывал преимущественно Запад, то затем ситуация стала резко меняться. Бенефициарами глобализации во все большей степени становились государства молодого капитализма из Восточной, Юго-Восточной и Южной Азии (прежде всего Китай и Индия). Даже привычно застойная Латинская Америка обогнала Европу и Соединенные Штаты по темпам развития. Началось массированное перераспределение мирового валового продукта от Европы к новой Азии, от стран старого капитализма – к государствам капитализма нового.

Естественно, под вопросом оказалась и необратимость победы, как представлялось, основной – либерально-демократической – модели. Впрочем, если взглянуть на историю развития общества, это трудно назвать неожиданным. Ведь на определенном историческом этапе экономический рост обеспечивается не только свободным рынком, но и не вполне либерально-демократической властью. Так было в Европе в XIX и в первой половине XX века. Так произошло и сейчас в других частях мира.

Бывшие триумфаторы, искавшие причины своего неожиданного отступления, уже года два назад изобрели идеологический «бренд», против которого можно было бы демонстративно сплотиться, – авторитарный капитализм. К такому типу общественно-экономического устройства относят и Китай, и Россию, и страны Юго-Восточной Азии, и Казахстан, и ряд латиноамериканских государств. В основном тех, кто не желает неукоснительно следовать в западном политическом фарватере.Таким образом мы говорим о следующем признаке «холодной войны»

2. Идеологическая борьба

Как из рога изобилия посыпались проекты «союза демократий» против наступления «новых автократов» (которые, впрочем, и не собирались ни на кого наступать, а просто быстро развивались). Такую идею неоднократно высказывали кандидат в президенты США Джон Маккейн и близкие к нему политологи. Похожее предложение выдвинул не столь давно и бывший премьер-министр Франции Эдуард Балладюр.

В ряды оппонентов записали прежде всего врагов привычных – Россию и Китай, хотя невозможно не заметить кардинальное отличие их политических систем. На замечания ученых, что степень авторитаризма зависит от стадии развития молодого капитализма, а с «повзрослением» придут и более демократические формы правления, не обращали внимания. «Старики» пытаются объединиться в трагикомический «союз демократий» против «молодых».

Известный американский геополитик Збигнев Бжезинский обосновывает необходимость расчленения России на три региональных образования: европейское, сибирское и восточное, которые должны составить конфедерацию с весьма неопределенным политическим статусом. Он называет Россию «главной разменной картой геополитики». И декларирует, что «новый мировой порядок, гегемония США создаются против России, за счет России и на обломках России». Он полагает, что после падения коммунизма главный враг свободного мира - «традиционное русское православие, замешанное на шовинизме и выражающееся в имперских рефлексах».

Да, на встречах в верхах, в политических документах много говорится о союзнических, деидеологизированных отношениях между Россией и США и другими странами Запада, которые якобы пришли на смену старым. Увы, это далеко не так. Анализ реальных политических процессов, инициированных ни кем-нибудь, а именно Западом и, в частности, прежде всего США, свидетельствует об обратном. Ярчайший пример - продвижение НАТО на Восток. Давление на страны Восточной Европы, Балтии, а затем СНГ явилось одним из главных факторов усиления враждебности или похолодания в отношении этих стран, в отношении к России. Украина объявлена сферой американских интересов и гарантий, Азербайджан, Грузия, Молдавия, Казахстан, Туркмения, Узбекистан все сильнее привязываются к американской военной машине.

3.Ядерная угроза

Одновременно случилось и несколько других невыгодных для старого Запада изменений. Упоенные победой в холодной войне, ведущие державы, особенно Америка, упустили начало распространения ядерного оружия. Его почти легально обрели Пакистан и Индия. Вопрос о приобретении ядерного статуса Ираном перешел из плоскости «если» в плоскость «когда». Данные тенденции протекают в русле такого признака холодной войны как3.Наличие и угроза использования ядерного оружия

«Ядерный арсенал накопленный за 50 лет являеться одной из главных угроз в современном мире» - мнениеДмитрия Тренина выраженное в его лекции «Угрозы XXI века» прочитанной 6 июля 2006 года.

Дмитрий Тренин – с одной стороны, один из ведущих российских специалистов-международников, с другой – представитель американской исследовательской организации. В 1978-1983 годах - офицер связи, отдел внешних сношений, Группа советских войск в Германии (Потсдам), 1983-1993 годах старший преподаватель Военного института, 1985-1991 годах - сотрудник делегации СССР на советско-американских переговорах по ядерным и космическим вооружениям в Женеве, 1993 год - старший научный сотрудник в Военном колледже НАТО в Риме, в 1993 – 1997 годах - старший научный сотрудник Института Европы РАН.

Арсенал, который был накоплен за годы Холодной войны, остается в более или менее боеспособном состоянии, и, кроме того, как особенно ярко это продемонстрировал случай с ракетами, пущенными в Северной Корее, системы предупреждения и борьбы с угрозами рассчитаны не на новые угрозы в международных отношениях, а на те, которые существовали в 90-е годы и до этого.

Статья, которая появилась в американском журнале Foreign Affaires весной 2006 года, доказывает, что у США сейчас есть возможности, которых не было в годы Холодной войны, уничтожить противника – Россию или Китай, при помощи обезоруживающего первого удара.

Хотя абсурдность этого утверждения должна была быть понятна любому, кто хоть сколько-нибудь слышал о свойствах ядерного оружия и о том арсенале, который накоплен у США и России, эта статья произвела очень большое впечатление. Она была представлена частью российской общественности как заявка на новую внешнеполитическую доктрину США.

Хотя очевидно, что между США и Россией, несмотря на подписанные договоры и реальное сокращение вооружения, существует более чем достаточно ядерных боезарядов для того, чтобы многократно уничтожить и ту, и другую страну, и, более того, применение даже одной из сторон этого арсенала приведет т к такому загрязнению окружающее среды, которое бы сделало жизнь на планете невозможной, несмотря на все это, серьезные люди всерьез или как бы всерьез обсуждали эту проблему.

Между Россией и США существует проблема ядерного сдерживания и, несмотря на соглашение о взаимном ненацеливании ракет, мы знаем, что ненацеливание лишь на несколько минут удлиняет промежуток времени, требуемый для нанесения удара.

В России по-прежнему рассматривают США как противника, и, соответственно, ядерное оружие – как единственное средство. Иными словами: если бы у России не было этого орудия, то НАТО будто бы поступило бы с ней так же, как в свое время с Югославией, разбомбив Белград и военные объекты на ее территории.

2000-е годы привели к возникновению новых ядерных держав, прежде всего, на полуострове Индостан. В 1998 году сначала Индия, а потом Пакистан провели серию ядерных испытаний. Между этими двумя странами постепенно выстраивается ситуация регионального сдерживания, не такого, как между Россией и Америкой, более опасного, потому что между Россией и США – 5500 тысяч моря, по которому ракета должна достигнуть цели. Индия и Пакистан же – страны соседние. В ходе вооруженного конфликта (Каргильского инцидента) в 2000 году они подошли очень близко к вооруженному столкновению. Это было бы первое вооруженное столкновении ядерных держав в XXI веке. Сейчас благодаря и тем усилиям, которые приложили эти две страны на национальном уровне, и некоторой помощи других стран – ведущих членов ядерного клуба, отношения более или менее стабилизировались.

Ядерное оружие есть и у нескольких других стран: у Израиля довольно давно, точно сказать трудно. Но с конца 60-х-начала 70-х годов. Это оружие, которое Израиль никогда официально не декларировал.

Сейчас, конечно, самым важным является вопрос об иранском оружии. Идут переговоры, и, на мой взгляд, они вряд ли закончатся каким-то позитивным результатам. Иран, по крайней мере при нынешнем, а, возможно, и при любом руководстве, будет стремиться к тому, чтобы, как и Индия, подчеркнуть свой региональный статус (для Индии это выше, чем региональный, для Ирана он вполне адекватен) обладанием если не ядерным оружием, то способностью это орудие иметь.

В Северной Корее примитивные ядерные и ракетные технологии – мы видели это в последние дни – используются для укрепления самого режима, который чувствует свою слабость, и постоянного шантажа богатых и крупных стран – от соседней Южной Корей до Японии и Китая, а также России и США, для того чтобы поддерживали эту фактически развалившуюся экономику в материальном плане.

Вероятность войны как против Ирана, так и против Северной Кореи, является, конечно, серьезной угрозой как для региональной, так и для международной безопасности. Нас как россиян должно это беспокоить в первую очередь, потому что речь идет о близких странах – если война будет в Корее, то ядерное облако достигнет Находки, Дальнего Востока, Приморья довольно быстро. Если корейцы будут запускать ракеты в направлении Аляски, а американцы будут их сбивать, то обломки будут падать либо на российскую территорию, либо в наши территориальные воды. Проблема ядерного распространения, таким образом, является актуальной не только для США, но для всех стран, включая Россию. Более серьезной угрозы с точки зрения масштабов катастрофы, а также с точки зрения вероятности, нет.

Сегодня ядерная война, хоть тяжело с этим смириться, более вероятна, чем это было в годы первого этапа Холодной войны. Тогда масштабы были бы совсем другими, если бы сдерживание не сработало, но сейчас практически отсутствует тот механизм, который раньше сдерживал крупные державы.


4.Военно-политические блоки.

Организация Варшавского договора прекратила свое существование, однако Северо-Атлантический альянс продолжает свою деятельность, что позволяет говорить о таком признаке как:

4.наличие военно-поличических и экономическиих блоков

Росийские политологи объясняют это явление целым блоком причин.

После исчезновения СССР страны входящие в НАТО начали терять и внешнеполитические позиции.

Европа – из-за утраты ориентира развития. Вместо глубокого осмысления задач, стоящих перед Европейским союзом в XXI столетии, объединение занялось поспешной экспансией, поглощением геополитического «наследства» поверженного противника.

Соединенные Штаты – из-за «высокомерия силы». Оно привело к общему перенапряжению и иракскому фиаско. НАТО под предводительством США двинулась в Афганистан, но и там продемонстрировала ограниченность собственных возможностей, и это на фоне дестабилизации считавшегося прозападным ядерного Пакистана.

Слабость обоих берегов Атлантики объективно толкает их к большей опоре друг на друга. Фундаментальные геополитические и экономические расхождения, объективно нарастающие после окончания прошлой холодной войны, не отменяются. Но, страшась проигрыша в мировой экономической и политической конкуренции, европейцы стремятся хотя бы на словах вернуться к опоре на Соединенные Штаты. Вашингтон, убедившись в неэффективности высокомерной односторонности, заговорил о необходимости консультаций и возрождении атлантической солидарности, которую, впрочем, в Америке по-прежнему понимают как подчинение партнеров.

Для трансатлантического сплочения, которое институционально всегда было оформлено в виде НАТО, не обойтись без врага. Североатлантическому альянсу, организации, уцелевшей после окончания холодной войны, очень трудно существовать без конфронтации. Блоку пытались придать новые функции, однако они не приживались, организация сама воспроизводила подозрения и как будто искала объект противостояния. Международный терроризм на эту роль не подошел, зато новый авторитаризм оказался как нельзя более кстати.

После бомбежек Югославии, вторжения в Ирак, утраты пальмы первенства в сфере экономического роста и развития, наконец, из-за неспособности и нежелания адекватно оценивать глобальные перемены Запад стал терять роль интеллектуального и морального лидера. Правда, и новые страны, в том числе и Россия, пока не заполнили интеллектуальный вакуум. Но «природа не терпит пустоты», и на передний край идейного сражения выдвинулись поседевшие рыцари холодной войны с представлениями, заимствованными из давно ушедшего мира. А поскольку традиционный Запад все еще повсеместно доминирует в медийном пространстве, именно оно и стало направлением главного удара.

Надо отдавать себе отчет в том, что самая острая и опасная фаза впереди. Главная цель противоположной стороны – создать полномасштабный кризис вокруг вступления Украины в НАТО. По очевидным стратегическим причинам оно абсолютно неприемлемо для России, особенно теперь, когда откровенно антироссийская подоплека противостояния больше не скрывается.

Даже если представить себе невозможное и вообразить, что Москва вдруг согласилась бы на дальнейшую экспансию Североатлантического альянса, логика событий неизбежно привела бы к конфронтации, даже силовой. Принятие Украины в НАТО создаст синдром «разделенной нации», которого нам пока – к чести обеих стран – удавалось избежать.

Придется начать проводить реальную границу по живому телу народов, никогда с ней не живших да и сейчас имеющих в значительной степени виртуальную пограничную линию. Если проамериканская группа украинского руководства не остановит роковое для страны движение в Альянс или если европейцы не поставят ей жесткий барьер предусматривающий обоюдное признание советских границ.

Новая холодная война качественно отличается от своего «прототипа»: мир изменился и стал гораздо более самостоятельным с точки зрения ресурсов. Старый Запад контролирует только 10 % населения планеты и 35–40 % мирового ВНП. Но и эти две цифры уменьшаются. Собственно, суть развязываемого противостояния заключается как раз в том, чтобы остановить невыгодный для старого Запада ход истории.

Совместный постоянный совет России и НАТО (впоследствии переименован в Совет Россия – НАТО. – Ред.) был создан в 1997-м в результате позорного «второго Брестского мира» – подписания Основополагающего акта, который де-факто признал согласие Москвы на расширение альянса. За истекшие годы Совет не добился ничего конструктивного, зато способствовал продлению жизни и укреплению легитимности Североатлантического блока. Пора признать, что НАТО – не только реликт холодной войны, но и один из основных инструментов ее воспроизводства.

(С. А. Караганов «Новая холодная война - Россия в глобальной политике» № 5 2008)
 

5.Гонка вооружения
Говоря о данном признаке «холодной войны», приведём основные закономерности выявленные в статье Андреева В. Г. «Оружие и война новые тенденции развития»

1. Новые виды и типы средств противоборства создаются исходя из потребностей социума. При помощи этих средств социум стремиться разрешить, прежде всего, свои внутренние противоречия. Использование определенных средств, в свою очередь, диктует условия и динамику перехода социума на иной уровень развития. Достижение этого уровня меняет потребности социума и одновременно дает толчок к созданию новых средств противоборства. Таким образом, проявляется важнейшая социальная функция средств противоборства.

2. На современном этапе участились попытки социума разрешать свои внутренние противоречия путем активного воздействия на инфосферу, техносферу и биосферу. Вследствие существенного расширения сферы противоборства "полем битвы" для участников этого процесса становится вся среда обитания человека. Поэтому в наступающем столетии обладание нетрадиционными средствами противоборства будет предопределять потенциальное превосходство над соперником в мирное время и реальное - в годы войны.

3. Фаза политического процесса определяется характером средств, используемых социумом для достижения политических целей. Война как социально-политическое явление начинает развиваться в тот момент, когда происходит конверсия "мягких" невоенных средств (средств сотрудничества) в "жесткие" невоенные средства (средства противоборства). Дополнительное использование на этой стадии "мягких" нетрадиционных средств повышает вероятность возникновения войны, но не способно изменить ее природу.

4. Опыт холодной войны показывает, что общество, даже имея на вооружении самые мощные виды военных средств, способно предотвратить наступление второй, высшей фазы войны. В связи с этим заметно возрастает роль мирного периода и первой фазы войны, а также политическое значение невоенных и "мягких" нетрадиционных средств. Вероятно, в будущем изменится и политическое значение военных средств, которым все больше будет отводиться роль не средств ведения вооруженной борьбы, а фактора предупреждения, сдерживания и даже устранения потенциальных военных угроз.
Данные выводы российских учённых указывают гонку вооружений как залог достижение международного политического баланса. Логическим продолжением гонки вооружения является разработка новых видов оружия.
6. Локальные конфликты

Войны между такими странами, как Индия и Китай, Китай и Россия, Япония и Китай в нынешней ситуации выглядят совершенно невероятными. Изменилось слишком многое: и военные технологии, но прежде всего общество, экономика, и это ведет фактически к тому, что и крупные региональные войны являются уделом историков.

В XX веке произошло более 140 больших и малых войн, в том числе две - мировые. Сотни социальных и национальных конфликтов, в том числе и революции. Число жертв составило более 110 миллионов человек, из них 70 миллионов - мирные жители, и более 450 миллионов искалеченных.

Что особенно любопытно, так это то, что на долю западных демократических стран приходится около 70% всех крупнейших войн и конфликтов XX века: США - 30%, Великобритании - 40%, Франции - 28%, Израиля - 28%. На долю СССР - Венгрия, Чехословакия, Даманский, Афганистан, Чечня - 5%. На долю Китая - 2%.

Локальные войны, к сожалению, не попадают в категорию вымирающих конфликтов, более того, их становится все больше. Мы видим их и сегодня на экранах телевизоров, они то затухают, то воспламеняются. Конфликт в Приднестровье считался более или менее «холодным», но сегодня, может быть, вы слышали, произошел взрыв в микроавтобусе в Тирасполе, есть жертвы среди российских миротворцев. Это все довольно неприятно, потому что выстраивается определенная тенденция.

Конфликты на этом уровне как раз для России могут быть наиболее опасными и трудными для урегулирования, так как война с терроризмом меняет характер вооруженных сил и принципы военной политики государства.

Речь уже больше не идет о защите государства от асимметричного противника, а имеются в виду операции, которые раньше и войнами-то не назывались. Они имеют корни в том, что британцы называли imperial policing, поддержание порядка в империи, или операции, которые мы обычно называем специальными. Это требует совершенно другой подготовки, организации ВВС, тех качеств ВВС, которые раньше были в дефиците: мобильность, способность переносить действие на значительное расстояние, способность действовать в реальном масштабе времени, традиционные сильные стороны военной организации, которыми стороны привыкли гордиться – большие надводные корабли, танки, межконтинентальные ракеты, – оказываются излишними и неспособными не только выполнять свои непосредственные функции, но и сдерживать противника.

( Караганов С. Новая эпоха противостояния // Россия в глобальной политике. № 4. 2007).

Что привело к войне в Южной Осетии. Не битва за Цхинвали стала причиной вспышки конфронтации – она лишь формальный повод, ход пешкой в возобновившейся «большой игре».
Подготовка к военному конфликту между Грузией и сепаратистской Южной Осетией шла на протяжении последних 17 лет. Если не учесть локальных военных конфликтов, происходивших между противоборствующими сторонами, то можно сказать, что августовский конфликт 2008 года, переросший в широкомасштабную войну, был обусловлен следующими основными факторами:

1.Противостоящая друг другу геополитическая ориентация и т.н. «война законов». Это один из значительнейших факторов, который в целом дал толчок конфликту между Южной Осетией и Грузией (то же самое можно сказать и в отношении Абхазии).

2.Стремление Грузии к независимости автоматически вызвало аналогичное стремление и у входящих в Грузию автономий, тем более что между центральной властью Грузии и руководствами Абхазии и Осетии уже была начата т.н. «война законов».


11 декабря 1990 года Верховный Совет Республики Грузия принял закон об упразднении Юго-Осетинской автономной области.
14 декабря 1990 года президиум Национального Конгресса Грузии выступил с заявлением, что отмена осетинской автономии до завершения деоккупации Грузии является фиктивной, а для самой Грузии – это проигрышный шаг с политической точки зрения. Считаю, что решение центральных властей Грузии от 11 декабря 1990 года об отмене Юго-Осетинской автономной области было поспешным шагом, опередившим время. Хотя часть ученых и политиков считают, что придет время и сама история – самый честный судья - ответит на вопрос о реальности или нереальности, выгодности или невыгодности этого шага высшего органа власти Республики Грузия. Что касается «войны законов» между Грузией и Абхазией, то здесь сложилась драматическая ситуация.

25 августа 1990 года Верховный Совет Абхазской АССР принял декларацию «О суверенитете Абхазии». Согласно этому документу Абхазия фактически была объявлена суверенной советской республикой, а ее государственно-правовые отношения с Республикой Грузия должны были основываться на договорных принципах. Президиум Верховного Совета Грузинской ССР вполне справедливо отменил эту декларацию как документ, не имеющий юридической силы, и на второй же день – 26 августа 1990 года объявил ее недействительной. Таким образом, Абхазия фактически была объявлена одной из союзных республик СССР.

В такой ситуации Сухуми и Цхинвали оказались перед выбором: Россия или Грузия? Кто обеспечит их большей безопасностью? Выбор пал на Россию - сильное государство и выгодную в геополитическом плане страну.

Согласно той же геополитической логики, произошло совпадение политических интересов, с одной стороны, Сухуми и Цхинвали, а с другой – России. Вместе с тем, главнейшим интересом властей сепаратистских регионов, конечно же, было достижение военно-политической безопасности с помощью России.

Можно представить множество доказательств политического и правового характера, свидетельствующих об особых государственных интересах России на Кавказе, в частности, в Грузии. Но в данном случае достаточно вспомнить о политическом завещании императора Петра I (1712 г.) и сделанном почти 300 лет спустя «современном завещании» российского президента Д. Медведева.

Петр I: «Возможно ближе придвигаться к Константинополю и Индии. С этой целью возбуждать постоянные войны то против турок, то против персов. Выложиться для единоверных кавказских братьев. Затем оказывать им покровительство, вводить туда русские войска и временно оставлять их там, пока не представится случая оставить их там окончательно».
Д. Медведев: «Мы не отступим на Кавказе. … Есть вещи, которыми нельзя поступиться, есть вещи, ради которых нужно бороться и побеждать. Это то, что дорого вам, дорого мне, дорого нам всем. То, без чего мы не можем себе представить нашу страну».
Таким образом, испокон веков главным и постоянным интересом России на Кавказе было сохранение и усиление своего геополитического, геоэкономического и военного влияния. Считаем, что не учитывать это государствам Кавказа просто недопустимо. К сожалению, такие устремления больших государств по отношению к соседним малым государствам - извечная проблема.

Выбор населения этих регионов был обусловлен чисто прагматическими факторами. Для Южной Осетии и Абхазии была выгодна ориентация на большое государство – Россию. Для населения этих регионов российский рынок был единственным средством преодоления тяжелейшего социального кризиса. С этой точки зрения введение руководством Грузии экономической блокады против Сухуми и Цхинвали, естественно, было политической ошибкой и значительно ускорило отчуждение населения отколовшихся регионов от Грузии.

(Джемал Гахокидзе Политические факторы российско-грузинской войны)

Заключение
Холодная война - период международных отношений, в котором на сегодняшний день мы можем выделить два этапа: Первый этап 1945-1991г.г., характеризующийся следующими признаками:

Существование двух борящихся за доминирование полюсов, сверхдержав СССР и США;

Образование военно-поличических и экономическиих блоков;

Наличие и угроза использования ядерного оружия;

Гонка вооружения;

Идеологическое притивостояние;

Вооруженые конфликты происходят на территории стран третьего мира.

Второй этап 1991г.г.- по настоящее время характеризуеться признаками обусловленными многополярностью сил в международных отношениях:

1. Наличие нескольких полюсов силы в сфере международных отношений.

2. Локальные конфликты происходят на территории как развивающихся так и развитых стран.

3.Образование военно-поличических и экономическиих блоков;

4.Наличие и угроза использования ядерного оружия, биологическое;

5.Гонка вооружения;

6.Идеологическое притивостояние;

Главной причиной по которой «холодная война» не превратилась в горячую на этом этапе можно назвать отсутствие оружия которое в случае применения не даст противнику нанести предупреждающий или ответный удар. Наиболее идеальной формой являеться бактериологическое оружие, когда при атаке не возможно определить агрессора, при том что паражающая сила черезвычайно велика. Нападающий блок сможет, при наличии вакцины, быстро захватить намеченные территории, если они охвачены пандемией.

Научно-технический прогресс принёс в международные отношения новый тип войны, при враждующие стороны не совершают открытых боевых действий, так как нарошенный потенциал противников одинаково мощный.

Шестьдесят лет подряд использование атомной энергии, ракетных технологии, вирусов в целях уничтожения человеческих ресурсов стало целью правительств многих стран. Многие учённые задействованы в обороных проектах, на армейских базах живут и работают военные специалисты, на их содержание тратят огромные средства.

Пятьдесят лет космическое пространство также рассматривается как поле битвы. В это же время, на Земле есть проблемы не связанные с идеологией - это голод, недостаток энергитических ресурсов, катастрофа в экологическом плане.

Что же должно произойти, чтобы политики прекратили противостояние на международной арене ? Кто сможет направить ресурсы, которые сейчас растрачиваю на военные цели на пользу человечеству?

Интеллектуальный и технологический потенциал мирового сообщетва огромен, но современные международные отношения находятся в состоянии постоянного обострения, локальные войны не прекращаються, поэтому мы не можем использовать опыт учённых других стран в решении глобальных проблем. «Холодная война» продолжается и наносит человечеству огромный ущерб.

Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации