Невлева И.М., Соловьева Л.В. Теория социальной работы: Учебное пособие - файл n1.doc

приобрести
Невлева И.М., Соловьева Л.В. Теория социальной работы: Учебное пособие
скачать (2107.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc2108kb.26.08.2012 18:26скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

ВВЕДЕНИЕ
В 1991 году в Российской Федерации введена профессия социальный работник. Впервые в истории российского государства возникла необходимость введения института специально подготовленных социальных работников, которые могли бы профессионально и грамотно оказывать профилактическую, медико-социальную, психологическую, педагогическую и правозащитную помощь нуждающимся, применять на практике новые технологии работы с семьей, инвалидами, детьми, пожилыми людьми. Российский государственный социальный университет был одним из первых вузов, где началась подготовка социономов – специалистов в области социальной работы.

В Белгородском университете потребительской кооперации специальность «Социальная работа» открыта в 2002 году. Формирование системы социального обслуживания населения востребовано не только новой концепцией социальной работы, но и подготовкой квалифицированных специалистов по социальной работе.

Специфика курса «Теория социальной работы» раскрывается в том, что он является базовым для специалистов по социальной работе и связующим звеном с другими дисциплинами. С одной стороны, этот курс предполагает самостоятельную модель осмысления социальной работы во всех формах её проявления, с другой стороны, отдельные проблемы теории социальной работы более глубоко и подробно будут рассмотрены в специальных дисциплинах обучающего цикла.

Основная часть курса посвящена существующим в мировой и отечественной практике представлениям о социальной работе и её этических принципах, а также формам и методам практической работы с клиентами, с группами, семьями, в социуме. Особый упор при этом делается на формирование у будущих социальных работников четкого восприятие проблем и нужд клиента с учетом специфики социальных индивидуальных факторов.

Интересным является предмет – теория социальной работы в России и социальная работа за рубежом. Знание социальной работы за рубежом будет способствовать тому, что специалист по социальной работе может перенимать интересные, высокоэффективные методики работы с населением, которые используются за границей, рационально объединять российский опыт и опыт других стран.

Развертывание широкой сети учреждений, оказывающих разностороннюю помощь пожилым людям, лицам с ограниченными возможностями, семьям, детям, лишенным попечения родителей, и другим категориям граждан, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, обусловили необходимость подготовки специалистов по социальной работе. Специалисты по социальной работе должны быть наделены такими профессиональными и духовно-нравственными качествами, как милосердие, сострадание, эмпатия, чувство гражданской и социальной справедливости, умение работать с людьми. Поэтому в теории социальной работе большое внимание уделяется функционально-ролевому репертуару социальных работников, профессиональному отбору, правовому и нравственному регулированию их деятельности.

Курс «Теория социальной работы» направлен на формирование профессиональной культуры будущего специалиста.

Учебное пособие подготовлено в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования и на основании учебной программы по курсу «Теория социальной работы».

ГЛАВА 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ

СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ
1.1. Становление теории социальной работы
Социальная работа как теория и практика помощи человеку имеет глубокие корни, сохраняясь в национальных традициях. Социальная и культурная практика во всем мире показала, что ни одно государство сегодня не может обойтись без специалистов в области социальной работы. Социальные работники помогают всем нуждающимся решать проблемы, возникающие в их повседневной жизни, и в первую очередь тем, кто не защищен в социальном плане: пожилым людям, инвалидам, детям, лишенным нормального семейного воспитания, лицам с психическими расстройствами, алкоголикам, наркоманам, больным СПИДом, семьям из групп «риска», лицам с девиантным поведением.

Современное понимание основ социального развития исходит из того, что социальная политика государства должна быть направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В связи с этим важным является охрана труда и здоровья людей, установление гарантированного минимального размера оплаты труда, обеспечение государственной поддержки семьи, материнства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развитие системы социальных служб, установление государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты (среди которых особо выделяется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и др.).

В конце 80-х - начале 90-х гг. в России в условиях перехода к рыночной экономике, на фоне резкого изменения характера и форм социальных отношений, ломки привычных стереотипов жизненного опыта, утраты многими людьми социального статуса и перспектив развития как для общества в целом, так и для себя лично, возникли серьезные трудности, с которыми невозможно справиться самостоятельно. Возросла социальная напряженность. Все это повышает значимость развертывания социальной работы как специализированного вида деятельности, а также необходимость подготовки социальных работников разных специализаций для различных категорий клиентов.

В общественном сознании на обыденном уровне задолго до появления социальных теорий (социологических, политических, правовых и пр.) возникали представления о способах и формах совместной жизни, единстве и соборности, общности и регуляции жизнедеятельности, правомерности и справедливости социальной дифференциации, вера в различных «защитников» и средства такой «защиты».

Для российской истории характерны причудливое сплетение традиций общинного самоуправления, совместной организации жизни крестьян и крайних форм крепостничества, самодержавное правление и извечная тяга к воле, последовательная централизация и устойчивое существование сообществ казачьей и беглой вольницы на окраинах огромного государства, религиозность и свободомыс­лие. Долгие годы в народном сознании были широко распространены достаточно иллюзорные представления о действенности защиты интересов народа в дейст­виях «благородных разбойников», позднее через практику загово­ров «критически мыслящих личностей», готовых бороться с «тира­нами» тираническими средствами. В таком настроении проявлялся не только потенциал стихийного социального протеста — этому от­дали дань многие отечественные мыслители (Желябов, Перовская, Бакунин, Лавров и др.). С другой стороны, достаточно сильна и длительна была традиция упования на благодетельное вмешатель­ство царя-батюшки, доброго барина, на милосердие и благотвори­тельность. Народничество, славянофильство, западничество, ком­мунизм — эти социальные идеи и вытекающая из них практическая деятельность, зародившись в XIX в., во многом определили судьбу России в XX в.

В одной из своих работ П.А. Сорокин писал: «...благодаря слабому развитию социальных наук человечество до сих пор бессильно в борьбе с социальными бедствиями и не умеет утилизировать соци­ально-психологическую энергию, высшую из всех видов энергий. Мы не способны глупого делать умным, преступника – честным, безвольного – волевым существом. Часто не знаем, где «добро», где «зло», а если и знаем, то сплошь и рядом не способны бороться с «искушениями». Если биологическая медицина еще далека от совершенства, то «социально-психической» медицины нет почти и в зародыше. Мудрено ли поэтому, что наша борьба с социальными бедствиями дает наглядную иллюстрацию истории человеческой глупости. Преступников мы лечим эшафо­том и тюрьмами, душевнобольных – домами сумасшествия, способными здоро­вого делать идиотом, но не наоборот; общественные волнения мы исцеляем пуле­метами и осадными положениями, ...нужду голодного — смертью, разврат – домами терпимости.

Более ярких доказательств нашего невежества нельзя и придумать. Положе­ние дел может измениться лишь тогда, когда мы лучше будем знать закономернос­ти и причинные отношения взаимодействия явлений. Тогда дана будет почва и для появления рациональной социальной политики. В отличие от бессодержа­тельных, хотя и напыщенных «систем морали», большею частью представляющих набор елейных фраз, неспособных что-либо изменить и что-либо излечить, соци­альная политика, подобно прикладной медицине, должна быть системой рецепту­ры, указывающей точные средства для борьбы с социально-психическими болез­нями, для рациональных реформ во всех областях общественной жизни (в экономической, политической, правовой, религиозной, научной, педагогической и т.д.), для наилучшего использования социально-психической энергии. Короче, она должна быть опытной системой индивидуальной и общественной этики как теории должного поведения».

Историко-социологические, статистические, социально-эконо­мические исследования второй половины прошлого века, как и те, что были проведены в текущем столетии, свидетельствуют о выходе социальной проблематики в число приоритетных, глобальных, ее возросшем влиянии на развитие экономики, политических и соци­окультурных процессов, жизнь человека в целом.

В России это прежде всего работы В.П. Воронцова «Судьба ка­питализма в России» (1882), «Очерки теоретической экономии» (1895), «Наши направления» (1893); И.И. Каблица «Основы народ­ничества» (1882—1885); С.И. Южакова «Социологические этюды» (1892—1895); П. А. Кропоткина «Взаимная помощь как фактор эво­люции» (1907); П.Н. Ткачева «Закон общественного самосохране­ния» (1870); П.Л. Лаврова «Философия и социология»; Н.В. Ми­хайловского «Что такое счастье?» (1872), «Герои и толпа» (1882); М.М. Ковалевского «Происхождение семьи, рода, племени, собст­венности, государства, религии» (1914) и др.

В этих работах рассматривались проблемы, связанные со струк­турой общества, взаимозависимостью его элементов, с выявлением факторов и общих закономерностей социального развития, законы общества, общественные идеалы и стремление личности к осущест­влению своих идеалов, отношения между личностью и культурой и т.д.

Позднее, уже в XX в., все эти проблемы в той или иной степени стали объектом изучения разных социальных наук, которые иссле­дуют определенные типы взаимодействия как внутри этих явлений, так и между ними. Но возникает целый ряд комплексных социаль­ных связей (например, социальная помощь, социальная поддержка, социальная реабилитация, социальная коррекция, социальная адап­тация, социальная защита и др.), в которых фиксируются некоторые социальные факты (явления, процессы) и которые не изучаются до сих пор специально ни одной из «официально» существующих со­циальных наук. Этот тип связей и изучается в тео­рии социальной работы.

Социальная работа – это деятельность в обществе, направленная на оказание помощи различным категориям нуждающихся. Такая деятельность может выступать на нескольких уровнях: макро-, мезо- и микроуровне.

На макроуровне социальная работа выступает в качестве определенных мер по улучшению среды обитания клиента.

Эта деятельность связана с социальным администрированием, т.е. в нее входят вопросы о законодательных мерах, организации инфраструктуры помощи, общественные и государственные вопросы регулирования социальных проблем:

Как видим, важнейшими формами деятельности и существования процесса помощи являются социально-политические акции, работа в области общественного образова­ния, организация функционирования социальных служб, предназначенных регулировать общественные отношения в местах социальной напряженности.

На мезоуровне социальная работа выступает как вид де­ятельности по оказанию помощи семье и различным груп­пам нуждающихся, парадигма помощи здесь достаточно широка.

С одной стороны, группы нуждающихся могут быть опре­делены государством. Это будет связано с государственной социальной политикой и стратегией помощи наименее за­щищенных категорий граждан. В этом случае приоритеты устанавливает правительство. Приоритеты под­держки могут устанавливаться и отдельными благотвори­тельными организациями или территориальными органами социального обслуживания. Формы деятельности в этом случае будут достаточно разнообразны — от предоставле­ния различных материальных пособий до организации важ­нейших сфер жизни данных клиентов.

На микроуровне социальная работа строится, исходя из запросов клиента. На этом уровне социальная работа как вид профессиональной деятельности направлена на то, что­бы восстановить или сохранить социоэтальные и психомен­тальные связи индивида с социумом, группой или отдельным индивидом. Парадигма помощи в этом случае достаточно широка: от индивидуальных консультаций и патронажа до работы в группах.

Социальная работа является определенным социокультурным институтом. В этом качестве социальная работа выступает системой поддержки и защиты различных субъ­ектов, исходя из их социогенетических детерминант: пола, возраста, этноса, статуса, здоровья, образования. Различ­ное сочетание этих детерминант у клиентов вызывает к жизни многообразие институтов поддержки, которые на основе социальной типологии образуют сферы помощи нуждающимся. Основные сферы социальной работы в этой связи такие: детская социальная работа, геронтологическая социальная работа, промышленная, медицинская, психи­атрическая, юридическая, социальная работа в сфере сво­бодного времени, административная социальная работа и т.д.

Парадигма деятельностных форм достаточно обширна и зависит от социокультурного понимания роли и задач соци­альной работы как института помощи в той или иной обла­сти.

Понятие социальная работа идентифицирует опреде­ленную область научного знания о процессе помощи и труд­ностях, возникающих в жизненном сценарии личности, в результате различных биосоциальных и социопсихологических факторов. Это понятие объединяет определенную логику научного подхода, который, с одной стороны, осмыс­ляет самое себя как определенную реальность, с другой стороны, личность и ее проблемы в обществе как специфи­ческом пространственно-временном и социокультурном континиуме.

Социальная работа призвана сформиро­вать у будущих профессионалов целостное представление о сущности помощи в обществе, методах поддержки различ­ных категорий населения, дать необходимые знания о личности в дезадаптивных и аномических ситуациях. В этом отношении социальная работа как учебная дисциплина на­правлена на формирование когнитивных структур лично­сти, на формирование понятийного поля профессионала и его профессиональной мифологии.

Социальная работа в аспекте подготовки специалиста может выступать и в качестве практики как специфической дисциплины, призванной определить и сформировать уме­ния и навыки будущего профессионала. В этом аспекте со­циальная работа раскрывается через серию профессиональных стандартов, которые существуют в про­фессии и являются основой для профессиональной Я-кон­цепции социального работника. Такими основными умениями и навыками являются коммуникативные уме­ния, диагностические навыки.
1.2. Специфика западной и отечественной моделей

социальной работы
Под парадигмой помощи понимаются модели помощи, сложившиеся в определенный исторический период в конкретной стране.

Парадигма помощи включает:

1) доктрину помощи;

2) организационные формы;

3) субъекты помощи в их культурно историческом понимании;

4) объект помощи.

Вопрос об отечественной парадигме помощи требует еще своего всестороннего освещения. Мы только наметим основные различия, по кото­рым постараемся реконструировать культурно-историче­скую модель помощи в России.

1. В западной модели помощи идеи альтруизма находят свое развитие в логике идей индивидуализма, где чувства мысли и желания отдельного человека есть высшая само­ценность.

К. Поппер, размышляя о синтезе индивидуализма и аль­труизма в западной цивилизации, писал: «Этот объединен­ный с альтруизмом индивидуализм стал основой нашей западной цивилизации. Это — ядро христианства ("возлю­би ближнего своего",— сказано в священном писании, а не "возлюби род свой"), а также всех этических учений, пол­учивших развитие в нашей цивилизации и ускорявших ее прогресс».

В основе философии отечественной модели помощи ле­жат идеи соборности. Альтруизм восходит к общинности, коллективизму, к этической, нравственной идее народно­сти, как идее истинности и справедливости. Отсюда не слу­чайно наибольшее развитие получают общественные, общинные формы помощи не только в дореволюционной, но и постреволюционной России.

А.Ф. Лосев так раскрывает идею соборности: «Тут име­ется в виду социальность как глубочайшее основание всей действительности, как глубочайшая и интимнейшая по­требность каждой отдельной личности, как то, в жертву чему должно быть принесено решительно все. Это общее животрепещущее социальное тело, в котором каждая лич­ность не больше как один из бесчисленных органов или клеток, перешло из старого мировоззрения, ... в примат общественности и народности, в чувство бесконечной, напряженной ответственности перед народом...».

Отсюда индивидуальность проявляется через массовость, а коллективность становится базовым принципом по­мощи. В этом видятся специфические социогенетические корни отечественной модели помощи и милосердия.

2. В основе философской доктрины помощи и в отечественной и в западной моделях лежали принципы и идеи христианства.

В западной модели процесс помощи рефлексируется как «преображение», которое «предполагало внутреннее изме­нение, обновление духа, что вело к «воскрешению» и «воз­рождению» и превращало нарушителя в достойного члена общины».

В этих подходах виделся индивидуальный путь спасения отдельного человека. Причем характерно, что обществен­ные отношения, общественные идеалы выступают в каче­стве нормы. А отсюда стремление к формированию социально необходимого поведения, которое воспитывает­ся и рефлексируется в христианской парадигме мышления Запада.

В западной модели помощи участие в судьбе человека принимали различные конфессии. Философия помощи отечественной модели раскрывается в логике идей православия. В отличие от западной церкви, с ее различными течениями и ответвлениями, Русская Православная Церковь в течение тысячелетия «единолично» формировала национальное сознание и менталитет, национальный духовный опыт.

Философия призрения становится на многие столетия определяющим подходом в отечественной модели помощи. Призреть — это значит приблизить, озаботиться нуждами ближнего своего.

С.Л. Франк, говоря о моральном поведении русского ду­ха, выделяет тот критерий, который отра­жает сущность нормы, определившей подходы различных видов и уровней помощи в России, «...когда речь идет о русских поисках "блага", имеются в виду не ценности, при­носящие личное спасение или исцеление, но принцип или порядок, т.е. в конечном счете, религиозно-мифический пункт, или основа, на которой должна зиждиться вся чело­веческая жизнь, да и все космическое мироздание, и через которую человечество и мир спасаются и преображаются».

В России отмечаем эти метания в принципах и подходах, в системах помощи. Так, Стоглавый собор официально разрешает ни­щенство, легализует и оформляет соответствующие инсти­туты помощи, а реформы Петра I сводят на нет все усилия его предшественников, выдвигают новые принципы орга­низации помощи. Это характерно и для моделей помощи постреволюционной России и России этапа реформ.

3. Социальная работа как профессия в западной модели помощи возникает из добровольного общественного движе­ния феминисток и либерально-демократической оппози­ции. Аналогичная тенденция наблюдается и в России. Но если в западной модели развитие от добровольной помощи к профессиональной носило непрерывный характер, т.е. для западной модели характерен эволюционный путь раз­вития, то в России развитие профессии носило дискретный — прерывный характер. И ее современный, профессио­нальный этап характеризуется тем, что профессионалы «рекрутируются» из других профессий и служб, и их ста­новление как профессионалов осуществляется на основе собственного эмпирического опыта и имплицитных профес­сиональных представлений.

4. Понятийное поле в западной модели помощи склады­валось на основе медицинских, социологических, конфес­сиональных, юридических и психологических подходов. Психология явилась методологической базой развития знания социальной работы, а техники групповой и психотерапевтической работы легли в основу ее методики.

Понятийное поле социальной помощи в России складывалось под воздействием иных факторов. Два направления помощи — социальное обеспечение и социальная работа в России предстают в своем единстве.

5. Отечественная модель помощи развивалась в течение нескольких столетий в тесном контакте с западной моделью помощи.

Экстраполяция идей, государственных законов, включенность отечественной науки и демократической общественности в процессы западной цивилизации своеобразно отразились на процессах помощи. Многие идеи и законы, особенно в период петровских времен, были декларированы, когда не было объективных условий для их реализации. Отсюда западная модель помощи выступала своеобразной «абсолютной идеей», видение и «осязание» которой позволяло намечать свои перспективы роста и развития. Эти тенденции присутствуют и в современной отечественной модели помощи. Сегодня происходит становление модели помощи, в основе которой лежит профессиональный подход в осуществлении функций защиты и под­держки.

Можно выделить следующие основные вехи становления теоретической парадигмы зарубежного опыта социальной работы:

1. Оформление первых представлений о дружественности не только на соседские отношения, но и на более широкий круг социальных связей.

2. Становление представлений о милосердии к ближнему, концепция «милостыни», или милосердия, в которой основным принципом является «агапе» – как деятельная любовь к ближнему.

3. Оформление принципа «прав человека», который включает вопросы бедности и науперизма.

4. Становление теории социальной работы, которая помогает профессионалам изучать нужды клиента исходя из социально-психологических и социально-экономических факторов.

Представления о помощи и взаимопомощи зарождаются на стадии родового общества, когда складываются механизмы реципрокации и редистрибуции.

Реципрокация – взаимопомощь, взаимный обмен дарами, услугами.

Редистрибуция – передача части произведенного общинниками избыточного продукта в распоряжение вождей, на различные общественные нужды.

Реципрокация и редистрибуция впервые появляются в Древней Греции. Греческое общество, накопив определенный духовный опыт, выделяет определенную сферу в обществе, где проявляются дружеские отношения, основанные на моральных принципах. Зарождается понятие «филантропия». Первоначально семантическое значение этого слова связано с божественной благосклонностью, но скоро смысл понятия становится шире и оно определяет благожелательное отношение между людьми, выраженное в поддержке, помощи, уважении, сострадании и любви.

Платон и Аристотель рассматривали благотворительность как общительную функцию государства. Платон, разделяя эту мысль, писал, что не следует чрезмерно заботиться о бедных, попавших в трудную жизненную ситуацию, – «бедность заключается не в уменьшении имущества, а в увеличении ненасытности». Довольно жестоко отмечает Платон, что если человек заболел и не может воспроизводить, то жизнь теряет ценность. Однако в труде «Определения» Платон пишет о «добровольном благодеянии» как о сущности милости, о своевременной услуге.

Платон и Аристотель рассматривают этические категории – дружба, сострадание, справедливость, долг, честь. Выделяя понятие дружественность, определяют его как разновидность добродетелей человека, человеколюбие считают природным свойством, а любовь к ближнему как акт творчества.

Плиний и Цицерон считали, что дружба, товарищеский союз являются основой благотворительности и гражданского поступка.

Цицерон рассматривает благотворительность как проявление следующих действий: щедрость, выкуп пленных, уплата долгов, выдача приданого дочерям, увеличение средств для жизни.
1.3. Оформление христианских представлений о помощи
На смену филантропии приходит понятие «агапе» – или любовь к ближнему. Агапе появляется в христианских таинствах: совместных вечерних молитвах. Здесь понятие «агапе» обогащается понятиями «милосердие», «любовь к ближнему».

Апостол Павел определяет благотворительность как норму христианской жизнедеятельности. В христианстве обозначаются приобретенные группы, которым нужна в первую очередь поддержка, помощь. Это служители и пастыри Церкви, дряхлые старицы и старцы, беспомощные дети и прочие нуждающиеся. Для осмысления христианских догматов о милосердии большое значение имеют нравственно-поучительные труды отцов церкви: Григория Богослова, Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина, Иоанна Дамаскина, Афанасия Александрийского.

Идеи этой «нравственной литературы» оказали большое влияние на общественное сознание в становлении помощи, поддержки и призрения. Большую роль сыграла византийская школа красноречия, членами которой были Василий Великий, Григорий Нисский и Григорий Богослов.

Будучи блестящими ораторами, они несли яркое, умное слово в общественное сознание.

Василий Великий рассматривал сущность милосердия как «болезнование об угнетаемых сверх их вины, ощущаемое сострадательным». Милосердие Василий Великий связывает с состраданием к ближнему, «милосердуем о том, кто из великого богатства впал в крайнее изнеможение, кто прежде восхищался красотой и свежестью своего тела, и потом поврежден обезображивающими болезнями».

Проблемы милосердия осмысляются в трудах Григория Нисского несколько иначе, в свете обоснования догмата о Святой Троице. Милосердие есть проявление Божественного начала, «что если кто, будучи человеком, делается милостивым, то он сподобляется Божия блаженства, достигнув того, чем именуется Божество».

Григорий Богослов выступает с идеями практического наставления: «Будь для несчастного Богом». Григорий Богослов различает «высшее благодеяние» и «меньшее благодеяние». К высшему благодеянию он относит законы Пророков, Учителей, Пастырей. К меньшим благодеяниям относит «доставь пищу, подай рубища, принеси лекарство, перевяжи раны, расспроси о бедственном положении, поговори о терпении» или «Заслужи предпочтение перед ближним твоим тем, что ты его благотворительнее». «Человеколюбие – единственный залог нашей безопасности телесной и душевной». Иоанн Златоуст считает, что только милосердие раскрывает в человеке Божественное начало. «Человек, всего более должен учиться милосердию, ибо оно и делает его человеком». Иоанн Златоуст отмечает принципы гармонии в общественном единстве. «Мы все имеем нужду друг в друге. Бедный в богатом, богатый в нищем, ничего не делающий в подающем милостыню, подающий в принимающем». Принцип общественной полезности существования имущих и неимущих Златоуст усматривает как проявление Божественной мудрости. Однако гармония будет нарушена, если милостыня оказана из тщеславия. Иоанн Златоуст считает, что милосердие не имеет границ «хотя бы даже язычника мы увидели в несчастии, и ему надобно оказать добро, и вообще всякому человеку, находящемуся в несчастных обстоятельствах «. Иоанн Златоуст выделяет два уровня помощи: милости духовные и милости телесные. К телесным милостям он относит «питать алчущих, напоить жаждущего, одеть бедного, посещать больных, погребать умерших в убожестве». Духовные милости – «научить истине и добру нуждающихся, подать ближнему добрый совет, от сердца прощать обиды».

Со второй половины VII в. происходит разделение Христианской Церкви на Западную и Восточную.

Августин Блаженный развивает мысль, что во избежание грехов следует видеть в нищих заступников перед Всевышним. Ибо добрые дела улучшают загробную жизнь.

Мартин Лютер в XVI в. с позиций протестантизма считает, что следует урезать милостыню, ибо чрезмерные милостыни стимулируют профессиональное нищенство.

В своем «Воззвании к христианскому дворянству немецкой нации» он пишет, что следует изживать «попрошайничество», профессиональное нищенство. Детей нищих следует обучать ремеслам, чтобы они не шли по стопам родителей. Налогообложение как система должна регулировать отношение разных слоев населения. Налоги в XVI в. делились на прямые и косвенные. Косвенные налоги в пользу бедных шли в казну с увеселительных мероприятий: театров, балов, игорных домов, с предметов роскоши. В Пруссии на игральных картах с этой целью ставился особый штемпель, показывающий, что средства от этой акции направлялись детскому приюту. Во Франции нетрудоспособные нищие получали у пастора своего прихода подаяние. Для этой цели пасторам разрешалось собирать целевые налоги с прихожан.

В Пруссии, только в случае отказа общины содержать, выдавался документ, разрешающий просить милостыню.

В Германии в XVII в. нищенствующих здоровых лиц мужского пола насильно зачисляли на военную службу или принуждали к тяжелым работам. В Англии система штрафов накладывалась на просящих милость и подающих.

По Ганноверскому закону 1714 года нищих, попавшихся за попрошайничество в первый раз подвергали «строгому» тюремному заключению, попавшихся во второй раз секли розгами и клеймили, в третий раз – вешали.

В XVIII в. оформляется государственный подход к поддержке нищих и нуждающихся. Монтескье полагал, что государство должно предоставлять нуждающимся гражданам пропитание, одежду и возможность вести «здоровый образ жизни». Декретами были установлены права многодетных семей, вдов и престарелых, не имеющих кормильцев.

Впервые в XVIII в. появляется понятие «пенсия». Она назначается государством лицам, не имеющим возможности самостоятельно поддерживать свой жизненный уровень. В Пруссии на государстве лежали обязанности организации учреждений для бедных и забота об их материальном обеспечении. К XIX в. государственная помощь и взаимопомощь сливаются в единый социокультурный процесс.
1.4. Теоретические основы научных подходов

к социальной благотворительности в Западной Европе
Бедность, нищета, несправедливость становятся основными понятиями социальных учений XIX в. Либерализм как социально-политическое мировоззрение, представляя различные концепции, выводил центральный постулат, что государство должно предоставить все условия для нормального существования каждого гражданина, экономические условия жизни людей должны быть составной частью государственной политики.

Французский ученый XIX в. д’ Оссонвиль выделяет три причины пауперизма: болезни, несчастный случай, старость и предлагает три основные направления государственной социальной поддержки:

– вспомоществование нуждающимся;

– репрессивные меры по отношению к профессиональному нищенству;

– меры предупреждения против распространения бедности.

Английский ученый Фауль предложил модели финансирования программ против распространения нищенства:

– налоги;

– общинные вклады;

– пожертвования;

– субсидии из доходов государства и департаментов.

Это не покрывало расходов на поддержку нищих и использовались дополнительные поступления: налог с наследства, штрафные деньги, сборы при венчании, добровольный сбор по домам. Среди репрессивных мер, препятствующих распространению бедности и пауперизма, Фауль рекомендовал: административные наказания, приписка к местности, направление в дома с принудительными работами, принудительный труд.

Английский проповедник Чарльз Бут на основе социологических методов, проводил исследования причин пауперизма, обратив внимание на обнищание рабочих в условиях свободного рынка. Бут пришел к выводу, что предупредить пауперизм возможно путем социальных программ и социальной политики государства, направленной на регулирование жизненного уровня населения.

Немецкий ученый Мюнстерберг приводит классификацию клиентов для социальной помощи, исходя из социально-биологических факторов: это пол, возраст, семейное положение, состояние здоровья.

Рассматривая средства помощи, Мюнстерберг подразделяет их на следующие виды:

1) временная и постоянная помощь;

2) открытая и закрытая помощь (в учреждениях или из вне);

3) помощь натурой;

4) денежная помощь.

В США появилось движение «Дружеских визитеров», оказывающих практическую помощь нуждающимся, – это было движение феминисток.

Ч. Ломбразо и Д. Ферреро на основе социально-биологического детерминизма считали, что в основе женской проституции лежит нравственное помешательство, появляющееся в результате отсутствия привязанности к родителям и близким. Агрессивное начало в личности проститутки приводит к различным формам социальной патологии, таким как воровство, алкоголизм, детоубийство.

Постепенно складывались направления превентивного характера, предупреждающие нищенство, – это страхование, воспитание, образование.

Научный этап становления социальной работы сложился во многих странах к началу XX в.

Какие же причины обусловили изменение парадигмы социальной помощи?

1. Разрушение единого сообщества.

2. Урбанизация и индустриализация.

3. Увеличение социальных связей.

Сложились макро-, мезо- и микрофакторы, влияющие на становление теории и практики социальной работы.

Макрофакторы эволюции:

– промышленная революция начала века;

– изменение социальной политики в области прав человека и его защиты;

– организация системы социального страхования для больных и престарелых.

Мезофакторы эволюции:

– обучение клиентов самостоятельно решать свои вопросы;

– решение конкретных проблем личности.

Микрофакторы эволюции:

– внимание социальных работников «на работе со случаем»;

– внедрение в практику психоаналитических подходов со «случаем»;

– деятельность социального работника строится на основе запросов клиента.

1.5. Теория социальной работы в первой половине XX в.

в исследованиях М. Ричмонд, В. Робинсон, О. Ранк,

Г. Гамильтон, Ф. Бистека
В теоретических исследованиях М. Ричмонд описывает методы индивидуальной работы с нуждающимися. В своем исследовании она опирается на теорию психоанализа З. Фрейда. Она подготовила большой труд «Дружеский визит к беднякам: руководство для работающих в благотворительных организациях». Ричманд считает, что в первую очередь следует изменить негативное социальное окружение людей, испытывающих бедность и нищету. В начале XX в. получает распространение идеология индивидуального подхода к нуждам клиентов, которая охватывает отдельные области социальной работы: медицинскую, консультирование, проблемы пенологии (наказание в тюрьмах), детского попечительства.

Складываются принципы индивидуальной работы:

  1. Неумение человека приспособиться к окружающей среде в результате экономических и социальных факторов.

  2. При объяснении социальных явлений использовать биологические и интеллектуальные возможности.

  3. Независимо от социального статуса все люди достойны уважения.

  4. Исследовать все стороны жизни клиента: социальные, экономические, семейные, интеллектуальные.

  5. При работе с клиентом использовать дружеские отношения.

  6. После установления диагноза социальный работник составляет план лечения и знакомит с ним клиента. В основе взаимоотношений должны лежать доброта и дружелюбие.

В 1917 г. выходит книга М. Ричмонд «Социальные диагнозы», в которой рассматриваются теоретические и методологические основы индивидуальной социальной работы. В теорию социальной работы Ричманд вводит термины из медицинской практики: «диагноз», «лечение», «клиент», но с новым семантическим значением. Позже данная модель социальной работы будет обозначена как «медицинская модель» индивидуальной работы. М. Ричмонд называет социальную работу искусством помощи. М. Ричмонд вводит термин «интервенция» – т.е. вмешательство со стороны социального работника, а также «директивное» и «недирективное лечение». «Директивное лечение» включает доверительные отношения между социальным работником и клиентом: применяются внушение, убеждение, дискуссии. «Недирективное лечение» – процесс помощи на изменение среды обитания.

М. Ричмонд выводит основные этапы интервенции:

  1. получение информации;

  2. диагноз (состояние социального отклонения);

  3. прогноз (перспектива улучшения);

  4. лечение (оказание помощи клиенту);

Ричмонд осуществляет переход к методам социально-психологического воздействия. Описывает процесс взаимодействия социального работника и клиента. «Социальные диагнозы» ознаменовали новую эру в развитии индивидуальной социальной работы.

Грейс Мейкус через 20 лет после публикации этой книги писал, что исследования М. Ричмонд явились выдающейся школой.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации