Горелов А.А. Культурология в вопросах и ответах - файл n1.doc

приобрести
Горелов А.А. Культурология в вопросах и ответах
скачать (1845 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1845kb.08.07.2012 21:12скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   19
III в. н. э. в Иране получает распространение манихейство, названное по имени его основоположника Мани (216—277), кото­рое представляет собой синтез зороастризма, христианства, буд­дизма и гностицизма. В дополнение к идее борьбы добра и зла в манихейство включены представления о карме, пророках-спасите­лях и грядущем всеобщем воскрешении.

Сравнивая египетскую культуру с ближневосточными, следует признать, что прогресс идет быстрее в местах пересечения и интен­сивного взаимодействия культур, в то время как изолированная культура достигает большей глубины своего развития. Обособлен­ные египтяне и китайцы остались с иероглифами, в то время как Ближний Восток создал алфавит.

Хрестоматия по истории Древнего Востока. М., 1980. Ч. II. С. 62.

99

Культурология в вопросах и ответах

13

• Основные представления индийской культуры

В Ш тыс. до н. э. в долине Инда возникла цивилизация, на­званная Индской, или культурой Хараппы — по местности, где найден один из ее центров; другой находится в Мохенджо-Даро («холм мертвых»). В конце II тыс. до н. э. на территорию Индии пришли арийские племена и освоили долину Ганга. Индию пыта­лись безуспешно покорить персы и Александр Македонский. Борьбу против Александра Македонского возглавил Чандра Гупта, основавший династию Маурьев. Своего расцвета созданная им им­перия достигла при его внуке — Ашоке (268-231 до н. э.).

Соотношение между цивилизацией Хараппи и арийской в принципе такое же, как между цивилизациями Шумера и Вавило­на. Пришедшие племена завоевали территорию коренных народов, но переняли их культуру. Культура побежденных, которые скорее всего не оказали сопротивления, победила. Если бы арийцы не восприняли более древнюю культуру дравидов, индийская мифо­логия никогда не достигла бы таких высот. Это очевидно хотя бы из сопоставления «Авесты» и «Ригведы», чем-то немного сходных, но все же разделенных духовной пропастью. Мы опять видим ря­дом как причину и следствие военную победу и культурное пора­жение.

История развития индийской цивилизации не вполне извест­на, поскольку, как подчеркивал премьер-министр Индии Джава-харлал Неру, больший интерес к потустороннему миру привел к то­му, что в Индии мало внимания уделяли историческим фактам. Можно утверждать, что Древняя Индия была конгломератом небольших государств (в том числе городов-государств). Пелопо­несскую войну в Древней Греции Неру сравнил с войной Махабха-раты.

Арийские племена, пришедшие в Индию с запада, смешались с коренным дравидским населением. Социальным результатом это­го было образование каст. Последующие завоеватели использова­ли эту систему. «У подножия лестницы образовывались новые кас­ты, а победители-пришельцы превращались в правящий класс кшатриев»1.

1 Открытие Индии. М., 1987. С. 104.

100

Основные представления индийской культуры

Природные условия, история и национальный характер прида­ли определенную направленность индийской культуре, создавшей целостный оригинальный архетип.

Каждая культура имеет свою глубинную черту, которая сооб­щает ей уникальность и является самым ценным из того, что вно­сится ею в мировую цивилизацию. Чтобы понять какую-либо культуру, надо принять за основу изучения то, чем она наиболее отличается от нашей. Для индийской культуры это концепция пере­воплощения (реинкарнации) и воздаяния (кармы) как результат на­пряженного внимания к проблеме жизни и смерти и взаимопере­хода из жизни в смерть и из смерти в жизнь. В свою очередь, разви­тие концепции перевоплошения предопределило главенство проблемы жизни и смерти в древнеиндийской культуре. Налицо взаимовлияние между преимущественно духовно-мистической на­правленностью индийского национального характера и формиро­ванием концепции перевоплощения.

Понятие кармы — ключевое для индийской мысли и в основе своей имеет этический характер. Учение о карме — это учение о ес­тественной нравственной причинности. Английский философ Гер­берт Спенсер считает, что этика станет подлинной наукой, когда можно будет вывести общее правило жизни из ясно определенной причины и открыть неизбежные соотношения между поступками и их последствиями. Индийцы не создали этики в научном смысле, однако они были убеждены в существовании естественной этиче­ской причинности. Поэтому индийский философ XX в. Сарвапал-ли Радхакришнан справедливо пишет, что психология и этика — ос­новные науки в Индии, существует опыт, подтверждающий естест­венную причинность (например воспоминания о предыдущих рождениях), но нет общеобязательности полученных результатов. Тут открывается поле для научных исследований. Быть может, ес­тественную этическую причинность можно будет когда-нибудь на­учно обосновать, но для этого понадобится иная наука по своему соотношению с нравственностью, хотя столь же строгая, как физи­ка и математика.

В соответствии с законом кармы, что посеешь в этой жизни, то Пожнешь в жизни будущей. Нравственный закон приобретает аб­солютный статус. Законом кармы обосновывается социальное уст­ройство Индии — наличие каст, наследственный характер кото­рых имеет, по-видимому, расовую основу. Законом кармы объяс­няются страдания невинных и гибель младенцев — значит, в Предыдущих жизнях ими были совершены прегрешения.

101

Культурология в вопросах и ответах

14

Мифология Древней Индии

Один из древнейших памятников мировой культуры, которому более 3000 лет, — Веды (в переводе с санскрита «знание»; тот же ко­рень в русских словах «ведать», «ведьма») имеет мифологическую основу. В нем действуют дравидские боги, которым поклонялись еще до прихода ариев: Вишну — бог Солнца, Шива — бог плодоро­дия, Брахма — верховный бог, отождествившийся с Единым, и присоединившиеся к ним боги арийских племен во главе с Инд-рой — богом-громовержцем, аналогичным Зевсу древних греков и Перуну славян. Представление о каждом из трех высших богов раз­вивалось своей кастой: о Брахме — кастой брахманов, о Вишну — кастой кшатриев, о Шиве — двумя низшими кастами.

В Индии издавна бытовало представление о четырех стадиях жизни, которые должен пройти человек: ученика, изучающего Ве­ды; главы семьи, приносящего жертвы; отшельника, соблюдающе­го пост; аскета, у которого нет жилища и собственности, а только стремление к слиянию с Единым. Им соответствуют четыре части Вед — гимны, брахманы, араньяки, упанишады.

Самая древняя из Вед — Ригведа («Веда гимнов»). Гимны пе­лись во время жертвоприношений с целью умилостивить богов и природу. В Ригведе повествуется о созидающей роли жертвопри­ношения: учредив данный обряд, боги в ходе его «произносили имена всевозможных предметов и живых существ, которые тотчас же по назывании обретали бытие»1. Так идея жертвоприношения связывается с рождением.

В Ригведе же повествуется о том, что боги вменили в обязан­ность первому человеку совершать на земле жертвоприношения ради торжества истины и гармонии. Здесь стремление к жертве, хо­тя последняя перекладывалась на животных. Жертвой был и пер­возданный человек — Пуруша, от которого произошла Вселенная и четыре касты индийского общества. Боги рассекли Пурушу на части. Брахманы, или жрецы, произошли из уст Пуруши, кшатрии, или воины, — из его рук; вайшьи, или ремесленники, торговцы, земле­дельцы, — из его бедер; шудры — из его стоп. Разум Пуруши стал месяцем, глаз — солнцем. Дыхание обернулось ветром, а изо рта

Мифологии Древнего мира. С. 289.

102

Мифология Древней Индии

Пуруши родился огонь. Расчленение Пуруши — жертвоприноше­ние во имя людей, аналогичное добровольной гибели Христа, но здесь речь идет о создании, а не о спасении людей.

Первый жертвенный обряд богов представлял собой первый акт творения; «при этом все, тогда еше неупорядоченные, элемен­ты космоса были заключены в теле приносимой жертвы, мыслив­шейся в образе гигантского антропоморфного мужского существа (пуруша)»1. Боги создали мир сообща, устроив первое жертвопри­ношение. «Сила, таким образом, заключена не в Индре, а в жерт­венном обряде»3. Идея создания космоса посредством жертвопри­ношения ближе к истине, исходя из современных научных пред­ставлений, чем идея происхождения из хаоса, которая наиболее подробно изложена в греческой мифологии.

Смысл жертвоприношений заключается и в последующем под­держании того мирового порядка, который создан первым жертво­приношением. «Беспрерывное ритмичное функционирование космического механизма зависело от совершения согласованными усилиями богов и людей жертвоприношений, посредством кото­рых они взаимно усиливали друг друга. Этот процесс представляет­ся бесконечным. Когда сила привела Вселенную в движение, тен­денции к беспорядку, дезорганизации не были полностью искоре­нены. Каждый день солнце заходит, и его необходимо снова вывести на небо из темного подземного пространства; воды долж­ны ниспадать с небес, чтобы питать влагой растения и обеспечи­вать человечество пищей»3. В «Бхагавад-Гите» говорится о йоге жертвы.

В Ригведе встречаем представление о Едином. «Един Огонь, многоразлично возжигаемый, едино Солнце, все проникающее, едина Заря, все освещающая, и едино то, что стало всем (этим)»4. Из единства реальности вытекает важное в философском смысле представление Вед о единстве истины. Единое неопределимо, так как всякое определение есть ограничение, а первоначало ничем не ограничено, представляя собой недифференцированную целост­ность. В одном из гимнов Ригведы говорится, что время породило Небо и землю, и это согласуется с современной научной моделью происхождения материи, созданной в синергетике.

1 Мифологии Древнего мира. С. 292-293.

2 Там же. С. 292.

3 Там же. С. 290-291.
"РигведаУШ, 58.

103

Культурология в вопросах и ответах

В самой духовной и терпимой культуре мира — индийской — сформировалось представление о неистинности нашего мира в том смысле, что есть другой мир, единственно истинный, и этот истин­ный мир является источником духовной культуры, В этом отража­ется понимание того, что для творения духовной культуры надо от­речься от земного. Индийцы создали великолепно-загадочную культуру, ключ к которой в отречении от заземленно-низменного. Эти идеи дошли до наших дней и воплотились в XX в. в ненасиль­ственное сопротивление национального лидера Махандаса Ганди, приведшее Индию к политической свободе.

Ни в какой другой культуре жертвенность не была так обосно­вана, как в индийской. То, что Ригведа состоит из гимнов, предна­значенных для исполнения в ходе общественных жертвоприноше­ний, говорит о важности этого ритуала в Древней Индии- Об этом свидетельствует и то, что высшей кастой была каста брахманов, ко­торой подчинялись правители, принадлежащие к следующей по значению касте воинов.

«Брахманы» представляют собой ритуальный комментарий к Ведам, написанный для жрецов, и содержат тексты, используемые при жертвоприношениях. Они требовали правдивости, благочес­тия, уважения к родителям, любви к людям, доброты к животным, воздержания от воровства, убийства, прелюбодеяния. «Араньяки» (от «аранья» — лес) — тексты для отшельников.

Большое значение в древнеиндийской традиции придавалось непосредственной передаче знания. «Лишь знание, полученное от учителя, ведет по самому прямому пути»1. Упанишады буквально значат «сидеть подле». Имеется в виду ученик, слушающий настав­ления и разъяснение учителем Вед. На стадии Упанишад более це­нится не жертвоприношение, а размышления. В Ведах Единое представляет собой Бога. В Упанишадах Единое — безличное нача­ло. Совершается постепенный переход от политеизма к монотеиз­му и монизму, эволюция представлений об основе всего сущего от понятия мира-Пуруши через личное начало — Праджапати до без­личной причины — Брахмана.

Человек в Упанишадах образно определяется так: «Знай, что атман — это едущий в колеснице, тело — колесница. Знай, что ра­зум — возница, мысль поистине узда. Говорят, что чувства — это кони, а то, что действует (на чувства), — их пастбище. Мудрецы го­ворят, что упряжка из тела, чувств и мыслей и есть наслаждаюгдий-

Древнеиндийская философия. М., 1972. С. 98.

104

к.

Искусство Древней Индии

ся (атман)»1. Человек состоит из намерения. «Каков замысел чело­века в этом мире, таким он будет в том мире»2. Вследствие греха те­лесных деяний человек идет к состоянию неподвижности (т. е. возрождается растением), словесных — к состоянию животного, умственных — к состоянию человека низкого рождения.

Так как чувственный мир — иллюзия, тот, кто ищет земных благ, заблуждается. Он ищет приятного и тем самым удаляется от истины. Жизнь в реальном мире неистинна, поэтому цель челове­ка — достигнуть такого нравственного совершенства, чтобы преодо­леть колесо перевоплощений и больше не рождаться вовсе. Упани-шады ориентируют на внутреннее очищение разума: «Не ненавидь и не поддавайся гневу, злости и жалости». Этика Упанишад индиви­дуалистична, но в идеале индивидуализм преодолевается в слиянии с Единым. Нравственное требование любви осуществимо именно потому, что есть Единое. Моральная активность не является само­целью — когда «познание Атмана достигнуто, всякое действие, а по­тому также всякое моральное действие лишено значения»3.

В Упанишадах опорой человека называется дыхание, и это пре­допределяет роль дыхания в системах йоги. «Ибо поистине дыха­нием достигается бессмертие в этом мире, разумом — истинный замысел»4. Приняв это, индийцы разработали йогические упраж­нения для дыхания и разума.

Интерес Упанишад к Единому объясняется тем, что человек смертен, и единственный способ мыслить его вечность — это пред­ставить его как часть, а еще лучше как тождество с Единым. «С мыслью: [есть лишь] этот мир и нет другого — он снова и снова попадает в мою власть», — говорит бог смерти в «Катха-Упаниша-де». «Постоянно держа поднятыми три (части) тела (голову, шею, грудь. — А.Г.), вовлекая чувство и мысли в сердце, пусть мудрец переправится на ладье Брахмана через все потоки, внушающие страх»5. Это и стало основной целью индийской культуры.

Важной заслугой Упанишад было переосмысление ритуальной Жертвы в жертву духовную, и тем самым сделан шаг от мифологии к философии и религии. Жертвоприношение не теряет своего зна­чения, оно меняет форму. Дальше в этом направлении ушли Будда и Сократ.

1 Древнеиндийская философия. С. 231.

2 Чханлогья-Упанишада III, 14, 1.

3 Радхакришнан С. Индийская философия. С. 192.

4 Древнеиндийская философия. М., 1972. С. 203.

5 Там же. С. 249.

105

Культурология в вопросах и ответах

15

Искусство Древней Индии

Искусство Индии мифологично и, можно сказать, философич­но, учитывая, что в Индии не было философии как дисциплины. Примерно в середине I тыс. до н. э. возникли два выдающихся эпо­са «Махабхарата» и «Рамаяна». Ауробиндо Гхош писал о «Рамая­не»: «С одной стороны, перед нами предстает идеальное мужество, божественная красота добродетели и этического порядка, цивили­зация, опирающаяся на дхарму и претворяющая в жизнь мораль­ный идеал, который заключается в едином неудержимом стремле­нии к красоте и гармонии; с другой стороны, дикие, анархические и почти аморфные силы сверхчеловеческого эгоизма, своеволия и торжествующего насилия»1.

Основной мотив «Махабхараты» идея дхармы. «Здесь ведиче­ская концепция борения двух начал — правды, света и единства с силами тьмы, разделения и лжи вынесена из сферы духовной, ре­лигиозной, внутренней в сферу внешнюю, интеллектуальную, эти­ческую, жизненную»2. Мир, спокойствие и гуманность побеждают эгоизм и самоволие. «Это все та же борьба дэвов с асурами, богов с титанами, но представленная как конфликты человеческой жизни»3.

В «Махабхарате» разъясняются основные положения древне­индийской этики. Человек должен быть не привязан к себе и сво­ему деянию, но действовать должен сам: «Свой долг надлежит вы­полнять в одиночку, нет общности дхармы»4. «Истина движет бо­гами». И, стало быть, выше богов.

Интересное обоснование концепции перевоплощения снови­дениями заставляет вспомнить рассказы переживших клиниче­скую смерть. «Как во сне человек видит от себя отличным свое на земле распростертое тело, так (после смерти) связанный со слухом и прочими (чувствами), с превеликим, с буддхи от одного образа переходит к другому»5.

Наиболее важной частью «Махабхараты» является «Бхага-вад-Гита» (песня о Бхагаване — одно из имен бога Кришны).

1 Открытие Индии. С. 370.

2 Там же. С. 368.

3 Там же. С. 369.

4 Могшадхарма. Ашхабад, 1983. С. 71.

5 Тамже.С. 111.

106

Искусство Древней Индии

Управляющий колесницей Кришна, считающийся воплощением Вишну — одного из трех главных богов индуистского пантеона, объясняет царю Арджуне, как он должен себя вести. Кришна сове­тует Арджуне выполнять все обязанности, которые вытекают из принадлежности его к касте кшатриев, но быть при этом безраз­личным к результатам деятельности.

Арджуну одолевают сомнения в праведности битвы с врагами. «Мы грех совершим, убивая!.. Счастливыми, близких убив, мы не будем!» Кришна возражает: «Как можно пред битвою битвы стра­шиться? Смятенье твое недостойно арийца. Оно не дарует на по­прище брани небесного блага и славных деяний»1.

Арджуна спрашивает: «Еще мы не знаем, что лучше в сраженье: врагов победить иль познать пораженье?» Кришна отвечает: «Муд­рец, исходя из законов всеобщих, не должен жалеть ни живых, ни усопших», и объясняет почему: «Мы были всегда — я и ты, и, всем людям подобно, вовеки и впредь мы пребудем»2. Далее Кришна из­лагает концепцию перевоплощения и продолжает: «Есть в чувствах телесных и радость и горе; есть холод и жар, но пройдут они вско­ре; мгновенны они... О, не будь с ними связан, о Арджуна, ты обуз­дать их обязан! Лишь тот, ставший мудрым, бессмертья достоин, кто стоек в несчастье, кто в счастье спокоен»3. Преходящие тела не ,; истинны, истинно только вечное, которое нельзя убить: «Не плачь I' же о тех, кто слезы недостоин, и если ты воин, — сражайся, как во-| ин! Кто думает, будто бы он есть убийца, и тот, кто в бою быть уби­тым боится, — равно неразумны: равно не бывают и тот, кто убил, и кого убивают»4. Это опасные слова — ими можно оправдать — и так было — физическое убийство, коль скоро тело подобно «обвет­шавшему платью», которое мы сбрасываем и надеваем другое. Бренному телу Кришна противопоставляет Единое — «всепрони­кающее, вездесущее, неподвижное, устойчивое, вечно живущее, неопалимое и неуязвимое». Поэтому «исполни свой долг, назида­нье усвоя: воитель рожден ради правого боя»5. Это долг, разрушаю­щий карму, и исполняющий его безгрешен, но что касается цели, jfcTo «удача подобна потере... горе и счастье равны в полной мере... [победе равно пораженье»6. Совершая должное, следует быть неза-

1 Махабхарата. Рамаяна. М., 1974. С. 172, 173.

2 Там же. С. 174.

3 Там же.

4 Там же. С. 175.

5 Там же. С. 176.

6 Там же. С. 177.

107

Культурология в вопросах и ответах

интересованным в плодах деяний. Если же человек привязан к ми­ру, он не достигнет самадхи — состояния «восторга и счастья». Че­ловек должен быть свободен от желаний. «Итак, не плодов ты же­лай, а деянья, а ради плодов прекрати ты старанья»1.

Сказанное Кришной любопытно сравнить с другими фрагмен­тами «Махабхараты», где критикуется деятельность, что дает осно­вания для обвинения индийской культуры в проповеди пассивно­сти. «Дела связывают существа, познанье — освобождает, поэтому подвизающиеся, прозревшие Запредельное, дел не совершают»2.

Человек, заключает Кришна, должен забыть и счастье и несча­стье и быть приверженным только той радости, которая внутри не­го. «Кто в счастье спокоен и стоек в несчастье, не ведает гнева, и страха, и страсти»3. Человек не получает награды за добрые дела, потому что «ни зло, ни добро не приемлет Всевластный»4. Творя добро, лучше не настраиваться на благодарность. Творящего зло тем более не ждёт ничего хорошего, потому что действует закон кармы.

«Бхагавад-Гита» — самое популярное произведение в Индии, потому что обращено к обычному человеку и обещает ему, что, за­нимаясь повседневной деятельностью, он может надеяться на пре­одоление кармы и выход из колеса перевоплощений, не будучи ни знатоком Вед, ни брахманом, ни отшельником. Достаточно выпол­нять все, что полагается по долгу касты.

В «Бхагавад-Гите» раскрываются основные противоречия древ­неиндийской культуры. Нравственное призвание личности при­знается в выполнении долга, предписанного кармой, однако сама личность считается как бы ненастоящей, и как тогда серьезно го­ворить об ее ответственности? В этом уязвимость оправдания убийства, с которым нравственное чувство не может примириться.

Основание стойкой в Индии веры в Единое в том, что истина может содержаться только в вечном, нерушимом, но не в преходя­щих телах. Однако представлением о всеобщей истине оправдыва­лось и существование тоталитарных обществ. Неру утверждал, что махатма Ганди и его последователи не видели противоречия между ненасилием и «Бхагавад-Гитой», где бог Кришна побуждает Ар-джуну идти на бой. «Ясно, что концепция ненасилия значительно

1 Махабхарата. Рамаяна. М., 1974. С. 178.

2 Мокшадхарма. С. 261.

3 Махабхарата. Рамаяна. С. 178.

4 Там же. С. 186.

108



Религия и философия Древней Индии

больше связана с побуждением, с освобождением от желания со­вершить насилие, с самодисциплиной и умением сдерживать ярость и ненависть, нежели с физическим уклонением от насиль­ственных действий, когда они становятся необходимы и неизбеж­ны»1. К несчастью, Кришна очень четко обосновал свою мысль, и его аргументы можно использовать для пропаганды насилия.

Разрыв «Бхагавад-Гиты» и ахимсы — разрыв между идеалом и реальной жизнью, который всегда существует. «Ахимса — всеобъ­емлющий принцип. Все мы — слабые смертные, пребывающие в пламени химсы. Пословица, гласящая, что живое живет за счет жи­вого, таит в себе глубокий смысл. Человек не может ни минуты без того, чтобы сознательно или бессознательно не совершать внеш­ней химсы. Уже сам факт, что он живет — ест, пьет и двигается, — неизбежно влечет за собой химсы, т. е. разрушение жизни, пусть [даже самое незначительное. Поэтому приверженец ахимсы будет преданным своей вере лишь в том случае, если в основе всех его поступков лежит сострадание, если он старается избежать уничто-|жения даже мельчайших существ, пытается спасти их и таким об­разом постоянно стремится высвободиться из смертельных тисков химсы. Он будет становиться все воздержаннее, сострадательнее, |хотя никогда полностью не освободится от внешней химсы»2. Дей­ствие невозможно без греха, но результатом деятельности должно |быть добро, а это случится, если идеал всегда будет находиться пе­ред глазами.

16.

Религия и философия Древней Индии

Индийская культура — культура самой древней религии, пре­тендующей на то, чтобы считаться мировой. Будда («Просветлен-"ный») хотел того же, что и Гильгамеш, и подобно зороастрийцам рассматривал смерть как главное зло. Сына царя, жившего в VI—V вв. до н. э., ожидали все радости, доставляемые богатством и властью. Но он покинул свой дом и стал странствующим искате­лем истины. Изучив существовавшие в Древней Индии взгляды, он создал религию, не похожую на все, что было до него. Самая важная тема для Будды — человеческие страдания.

1 Открытие Индии. С.

2 Там же. С. 246-247.

109

Культурология в вопросах и ответах

Полное освобождение от страданий возможно в состоянии нирваны (букв, «затухание», «остывание»), когда, потеряв все свя­зи с миром, представление о собственном Я, иллюзию внешнего мира и собственных мыслей, человек сливается с неизменной и не­выразимой полнотой бытия, как капля воды впадает в океан.

К достижению нирваны призван подготовить восьмеричный путь Будды. Он включает освобождение от заблуждений; отреше­ние от привязанностей к миру, от дурных намерений, от вражды к людям; воздержание от лжи; отказ от уничтожения живого, от во­ровства; зарабатывание на жизнь честным путем; искоренение дурных мыслей, постоянное повторение ранее усвоенного; пра­вильное сосредоточение.

Из восьми ступеней первые две — правильные взгляды (осоз­нание четырех истин) и правильное стремление (достичь нирва­ны) — относятся к сфере сознания. Три следующие — правильная речь (воздержание от лжи), правильное поведение (ненанесение вреда другим существам и т. п.), правильный образ жизни (добыва­ние питания честными способами) -— относятся к внешним фор­мам деятельности. Три последние — правильное усилие (контроль за состоянием психики и т. п.), правильное направление мысли (не думать «это — я», «это — мое», т. е. не концентрировать внимание на собственной личности), правильное сосредоточение (достиже­ние состояния отрешенности от мира и избавление от желаний) — относятся к внутриличностной трансформации.

Почти одновременно с буддизмом сформировалась еще одна религия — джайнизм (от имени ее легендарного основателя Джай­ны, что значит Победитель), в которой наряду с такими моральны­ми принципами поведения, как милосердие, терпение, смирение, простодушие, умиротворенность ума, воздержание от лживости, воровства, всех привязанностей и земных интересов, потворства своим слабостям, особую ценность приобрел принцип ахимсы. Уваже­ние ко всему живому и воздержание от нанесения ему вреда — одна из главных черт джайнизма. Последователи этой религии полага­ли, что индивидуальная душа (джива) — это часть Бога, а посколь­ку она находится во всех живых существах, надо воздерживаться от причинения вреда не только людям, но и животным и растениям. В «Книге о хорошем поведении» из джайнистского канона гово­рится: «Причинение вреда земле подобно избиению, ранению и убийству слепого». Джайнистские монахи ходили с веничком, под­метая землю перед собой, и надевали на лицо сетку, чтобы ненаро­ком не навредить живым существам.

ПО

Основные представления китайской культуры

Интересно сравнить ахимсу с христианским идеалом непро­тивления, выдвинутым в полемике с известным положением Вет­хого завета «око за око». Идеал ахимсы относится к большему кру­гу объектов и говорит не о непротивлении, а о непричинении вреда живому. В применении к человеку это по существу одно и то же, потому что не противящийся злому, конечно, не будет сам первый причинять зло. Но принцип ахимсы относится и к животным. Он не исключает, впрочем, ненасильственного сопротивления.

В.отличие от «среднего пути» джайнизм выбрал аскетизм как средство достижения истины. С его помощью очищаются от грехов и покидают круг перевоплощений, в котором души блуждают, пока не найдут спасения через Джайну.

Заключительным этапом развития древнеиндийской мысли стало возникновение философских систем Веданты, Санхьи, Йоги и других, которые строились на основе богатейшего материала ин­дийской мифологии и метафизики. В Веданте («анта» — конец), возникшей в IV—II вв. до н. э., брахман понимается как «пребы­вающая в абсолютном покое, вечная и бескачественная субстан­ция, из которой все исходит и в которую все возвращается; она яв­ляется не объектом поклонения, но объектом абстрактного мыш­ления, посредством которого верующий стремится слиться с ней».

В это же время сформировалась и основная религия Индии — индуизм, который по-своему монотеистичен, признавая Бога-твор­ца, но не отрицая других богов. Смысл индуизма, по Неру, «живи и жить давай другим». «Если бы меня попросили определить индус­ское вероисповедание, я сказал бы просто: поиски истины нена­сильственными способами. Человек может не верить в бога и все же называть себя индусом»1. Понятие «индус» здесь — религиоз­ное, а не национальное.

Развивались в Индии также естествознание, психология, логи­ка, математика, особенно алгебра. Из Индии пришли цифры, ко­торыми мы ныне пользуемся, называемые арабскими.

17 Основные представления китайской культуры

Древнейшие города-государства возникли в Китае во II тыс. до н. э.; важнейший из них город Шан, где правила династия Инь, которой удалось объединить значительные территории. На рубеже

Открытие Индии. С. 48.

Ш

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   19


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации