Курсовая работа - Политика США в отношении России после холодной войны. Ядерное разоружение - файл n1.docx

Курсовая работа - Политика США в отношении России после холодной войны. Ядерное разоружение
скачать (58.2 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.docx59kb.08.07.2012 18:40скачать

n1.docx


Содержание




1.Введение 2

2.Новый мировой порядок 4

2.1 Структура мира после распада СССР 5

2.2Политика США в отношении России в постсоветский период 6

2.3 Американские концепции глобального лидерства 8

3.США и Россия в области международной безопасности 13

3.1 Договоры о сокращении наступательных вооружений и потенциалов 14

3.1.1 Договор СНВ-1 15

3.1.2 Договор СНВ-2 16

3.1.3 Договор СНП 19

3.2Влияние ядерного потенциала на роль стран в мировом сообществе 19

3.2.1Российская Федерация 19

3.2.2Соединенные Штаты Америки 23

4. Заключение 27

Список использованной литературы 28






  1. Введение


Распад Советского Союза в 1991 году – событие, которое после окончания Второй мировой войны в наибольшей степени способствовало преобразованию мира. Был разрушен биполярный мир – Соединенные Штаты Америки остались единственной «сверхдержавой», а Российская Федерация, уступающая Советскому Союзу по геополитическим масштабам и влиянию, не могла претендовать на это звание.

Как складывались отношения России и Соединенных Штатов после 1991 года? Какую роль играет каждая из стран в мировом сообществе на сегодняшний день? Какова политика России и США в области международной безопасности? Актуальность данных вопросов не вызывает сомнений, так как установление нового мирового порядка происходит в наши дни, а к этому, в свою очередь, прямое отношение имеет политика Соединенных Штатов и правопреемницы Советского Союза. Особое место в ведущихся дискуссиях занимает область разоружений.

Цель данной работы – установить, удалось ли США стать мировым лидером, ослабив военную мощь России.

Цель достигается через решение следующих задач:

Объектом данного исследования являются политические отношения между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки.

Предметом – отношения между Россией и США после «холодной войны» с 90-х годов XX века.

В ходе работы использовались такие методы исследования, как аналитический, сравнительный и дедуктивный.

При изучении данной темы использовались работы таких авторов, как Т.А. Шаклеина «Россия и США в новом мировом порядке. Дискуссии в политико-академических сообществах России и США (1992-2000)», Дж.Голдгейр и М.Макфол «Цель и средства. Политика США в отношении России после "холодной войны"».


  1. Новый мировой порядок


Мировое положение в последнем десятилетии XX века протекало весьма сложно и содержало необычные моменты. Распался биполярный мировой порядок, но новый мировой порядок еще не установлен четко. Однако система мировых отношений имеет две основные тенденции:

  1. Переход к однополярному миру или попытка США установить свое мировое господство.

На всем протяжении последнего десятилетия века правящие круги США старались укрепить свою «победу» в холодной войне посредством усилий, направленных на создание новой системы мировых отношений, в которой бы они господствовали. Претензии Вашингтона на роль мирового лидера основываются на экономическом потенциале США, которые обладают примерно 23% мирового ВВП; на сохранении и модернизации самого крупного в мире военного аппарата (на долю США приходится более трети мировых военных расходов, их военный бюджет – более 250 млрд. долл. в год); на удавшемся контроле над политическими, военными, хозяйственными, финансовыми организациями мира (ООН1, НАТО2, ОЭСР3, МВФ4, ВБ), а также на транснациональном доминировании в области культуры и информации (кино, телевидение, Интернет) и т.д.

  1. Переход к многополярной системе международных отношений, т.е. системе, в которой взаимодействуют несколько основных центров силы.

В настоящее время некоторые державы активно действуют в этом направлении, в особенности Россия и Китай.5

Для России и США этот период имел особое значение: после прекращения существования Советского Союза Российская Федерация стала самостоятельным субъектом международных отношений, по геополитическим масштабам и влиянию уступающим СССР; США перешли из разряда «одной из сверхдержав» в разряд «единственной сверхдержавы». Оба государства оказались перед дилеммой осознания и оформления своей новой идентичности, формулирования стратегии международной деятельности и политики двусторонних отношений. Хотя державы оказались на разных стартовых позициях – более благоприятных для США и более тяжелых для России, проблема стояла перед обоими государствами, их политическими элитами.

2.1 Структура мира после распада СССР


Первой и очень существенной проблемой российско-американских отношений в начале 90-х годов стал вопрос статуса обеих держав как на мировой арене, так и во взаимоотношениях друг с другом. Признавая Россию правопреемницей распавшегося Советского Союза (в отличие от других возникших на его развалинах государств), определенные круги в США пытались распространить на нее статус побежденного в холодной войне СССР, т.е. потерпевшей поражение державы, а себя объявить победителем, имеющим право диктовать свои условия мира, безопасности и взаимоотношений. При этом они как бы забывали о таких факторах, как ядерный и ракетный потенциал, геостратегическое положение, людские и природные ресурсы, промышленный, технический и технологический потенциал России, ее дипломатический престиж, статус постоянного члена ООН, участника ОБСЕ, широко развитые связи почти со всеми государствами мира. С другой стороны, американские государственные деятели, желая извлечь определенные выгоды из того, что США стали единственной сверхдержавой мира, все же понимали при этом невозможность игнорирования или третирования России.

Российская Федерация по-прежнему имела множество самых различных связей и интересов в других бывших республиках СССР. Недооценивать это было не только опасно, но и нерационально с точки зрения Вашингтона. Вашингтон явственно выделил и признал Россию после развала СССР в качестве одного из партнеров на мировой арене.
    1. Политика США в отношении России в постсоветский период


С конца 40-х и вплоть до 1989-1991 годов основной целью США было сдерживание угрозы, которую представлял Советский Союз. Таким образом, коллапс Советского Союза обрадовал, но вместе с тем и дезориентировал творцов американской внешней политики.

Ситуация, сложившаяся в мире в 1991 году и в последующие годы, не давала четкой картины в отношении бывшего противника. СССР потерпел поражение в «холодной войне» потому, что коммунистическая идеология как фактор мирового развития себя исчерпала, и Советский Союз перестал существовать как страна. И все же хотя Советский Союз и перестал существовать, постсоветская Россия не потерпела военного поражения и продолжает располагать десятками тысяч ядерных боезарядов, способных уничтожить США. Соединенные Штаты не оккупировали постсоветскую Россию, поэтому процесс политических и экономических преобразований в стране был в большей степени внутренним делом России.

Все, кто был связан с разработкой новой большой стратегии внешней политики США после «холодной войны», были готовы согласиться с двумя исходными постулатами: во-первых, Соединенные Штаты остались единственной доминирующей глобальной военной державой, и, во-вторых, существование демократической и рыночно ориентированной России, прочно связанной с Западом, будет отвечать национальным интересам США.

Понимание важности преобразования режимов в отличие от поддержания баланса сил оказало прямое влияние на формирование политики США в отношении России после 1991 года. Однако на протяжении десятилетия два других фактора, действовавших за пределами границ США, приобретали все более серьезное значение для творцов американской политики. Особенно важным стало более глубокое понимание тенденции нарастания ассиметрии в соотношении сил между Россией и США. В начале десятилетия мощь России с трудом поддавалась оценке. Поскольку Россия не потерпела военного поражения, многие российские внешнеполитические эксперты все еще продолжали считать ее ведущей мировой державой, а многие американцы запаздывали с пониманием того, как быстро менялся мир. Первоначально неясность относительно реального соотношения сил сдерживала осторожную администрацию Клинтона. Понимание этой ассиметрии менялось медленнее, чем само соотношение сил, но со временем реальное сопоставление мощи прояснилось. К концу 90-х годов вашингтонские лидеры верно считали, что Россия располагает минимальными возможностями для оказания влияния на американскую внешнюю политику, даже в таких традиционных сферах российского влияния, как Балканы. Это актуализированное представление придало смелости администрации Клинтона. Они стали проводить внешнюю политику, которая включала расширение НАТО и войну против Сербии, что еще десять лет назад, безусловно, вызвало бы конфликт между двумя великими державами.

Во-вторых, со временем неопределенность относительно курса российской революции ослабла. В начале десятилетия конечная точка перехода России от коммунизма к новому состоянию представлялась весьма туманно. Те, кто считал, что тип режима имеет значение и что интересам Соединенных Штатов отвечает возникновение демократической, а не коммунистической или фашистской России, стояли перед грандиозной задачи выработки такой политики, которая поощряла бы развитие демократии и рыночной экономики в самой крупной стране мира, история которой являла собой непрерывное автократическое правление и семидесятилетний эксперимент с командной экономикой.

Отмеченные два фактора со временем стали оказывать существенное влияние на формирование американской внешней политики, хотя ее общая направленность складывалась под воздействием обстановки в мире в целом. Осознание увеличивающейся ассиметрии соотношения сил между Соединенными Штатами и Россией позволило американским представителям предпринимать односторонние политические инициативы без особой оглядки на реакцию России. Завершение российской революции позволило США уделять меньше внимания развитию внутриполитической обстановки в России. В то же время растущая ассиметрия в соотношении сил между этими когда-то равными державами, а также неоднозначный в политическом плане характер преобразований в России оказывали в целом отрицательное влияние на состояние двусторонних отношений.

2.3 Американские концепции глобального лидерства


Характерные черты однополярного мира:

Исчезновение Советского Союза подорвало силовой баланс в международных отношениях и создало в этом смысле явный вакуум, пошатнув существовавшие до того определенное равновесие и устойчивость. Возникший вакуум заполнили Соединенные Штаты, ставшие единственной сверхдержавой, и это явилось главным сдвигом в международных отношениях в постсоветскую пору. В создавшейся ситуации политика США приобрела огромное влияние на всю динамику международных отношений.

Сдача лидерами Советского Союза своих позиций, а затем и его развал открывал уникальные, но разнородные возможности для Вашингтона. США могли стать лидером, инициатором сдвигов к лучшему в международных отношениях и в мире в целом, в решении назревших и острых международных проблем. Или, напротив, использовать свою мощь прежде всего во имя гегемонистских или даже имперских притязаний.

Вашингтон избрал второй путь, традиционный для себя, и это оказало явно негативное, дезорганизующее влияние на международные отношения, разбалансировало их, снизило авторитет международных институтов, резко усилило конфликтный потенциал. Все страны столкнулись с новой нормой: или признать гегемонию США или стать изгоем о объектом силового давления на них, нередко даже военного. Произошел, по сути, новый передел мира – в своеобразной форме, без территориального захвата «приобретаемых» стран.

США обрели едва ли не неограниченную свободу действий, превратились не просто в единственную супердержаву, но в «чрезмерную державу»6, обладающую беспримерным экономическим, информационным и особенно военным превосходством над другими участниками международной жизни.

Все это подстегнуло стремление Вашингтона к глобальной гегемонии и потянуло за собой дедемократизацию международных отношений, рост значения силовой составляющей как базы их формирования и функционирования, апологию культа силы. Стремление к закреплению своего положения единственной сверхдержавы как путь к утверждению однополярного мира и «Пакс Американа» - таков стержень внешней политики и демократической, и республиканской администрации в 90-е годы, и центральный ориентир трактовки Вашингтоном американских национальных интересов. При этом однополярный мир, гегемония США трактовались и трактуются как веление истории, как нечто неизбежное и необходимое не только США, но и мировому сообществу. Внушается мысль, что без опеки и главенства со стороны Вашингтона мир не может упорядоченно существовать.

Стремясь уйти в отрыв, создать военный потенциал столь мощный, что одной угрозы его применения будет достаточно для должного воздействия на «непослушных», США энергично внедряли и внедряют достижения «новой военной революции», связанные с созданием «умного оружия», повышением поражающей способности обычных вооружений и высокотехнологичных систем информационного обеспечения. Фактически США продолжают гонку вооружений, и это можно рассматривать уже сейчас как форму военного давления, экономической и политической войны против стран, которые США считают (или вздумают считать) своими потенциальными противниками.
  1. США и Россия в области международной безопасности


После распада Советского Союза еще долгое время – практически до конца 1994 года – российская внешнеполитическая элита сохраняла надежду на то, что Россия станет полноправным членом международной системы безопасности, построенной на основах доверия, на тех позитивных результатах совместных усилий СССР и США в конце 1980-х годов, которые были достигнуты в значительной степени, благодаря последовательной политике Советского Союза.

В 1992 году, давая обобщающую характеристику позиций российских либералов по вопросам безопасности, ряд специалистов в области российско-американских отношений высказывали следующее мнение:

  1. Фактор идеологического противостояния Западу утратил всякий смысл. Необходимо пересмотреть парадигмы российской политики безопасности и военной политики.

  2. Становится анахронизмом положение о том, что военный паритет между Москвой и Вашингтоном – это равное количество вооружений. В основе нового паритета – не количественное равенство, а возможность вооруженных сил решать поставленные перед ними политические задачи. Необходимым условием поддержания стратегической стабильности между Россией и США является способность каждой из сторон нанести агрессору гарантированный неприемлемый ущерб в ответных действиях.

  3. Необходимо проводить паритетное глубокое сокращение ядерного оружия.

  4. Продвигаясь в направлении разоружения, Москва будет встречена на полпути Вашингтоном.

Однако у руководства США были иные планы. Было ясно, что США не собирались присоединяться к модели всеобъемлющей безопасности, предлагавшейся Советским Союзом. Становилось все более очевидным, что после распада СССР потребность в тесном сотрудничестве с Российской Федерацией в области безопасности стала неактуальной. Г.Киссинджер объяснял это тем, что в третий раз на протяжении XX века Америка возвысилась над всей мировой ареной и провозгласила намерение выстроить новый мировой порядок, применив свои собственные ценности.

В отношениях с Российской Федерацией усилия США были направлены на решение конкретных задач: дальнейшее сокращение вооружений, недопущение распространения ядерного оружия на территории постсоветских государств, предотвращение каких-либо конфликтов на постсоветском пространстве после распада СССР.

3.1 Договоры о сокращении наступательных вооружений и потенциалов


С конца 1960-х годов все страны мира следили за диалогом двух самых мощных держав XX века – Советского Союза и Соединенных Штатов. Речь шла об ограничении стратегического оружия – наиболее разрушительного из числа когда-либо существовавших в мире средств ведения войны. СССР и США имели крупнейшие арсеналы ядерного оружия, и только они обладали межконтинентальными средствами его доставки.

Начатый переговорный процесс не прерывался до последних дней существования Советского Союза. Однако с приходом к руководству страной Горбачева в устоявшемся многолетнем процессе ограничения вооружений произошли некоторые изменения. Новое политическое мышление заметно снизило порог ответственности за военную безопасность страны. В практике переговоров согласие все чаще стало достигаться путем односторонних уступок советской стороны, далеко не отвечающих принципу равенства и одинаковой безопасности.

3.1.1 Договор СНВ-1


В мае 1982 года администрация президента Р.Рейгана предложила СССР начать переговоры о сокращении стратегических наступательных вооружений. Договор между СССР и США о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений был подписан в Москве 31 июля 1991 года, вступил в силу 5 декабря 1993 года.

СССР и США договорились, что через семь лет после вступления Договора в силу они будут иметь не более:

Стратегических носителей (МБР7, БРПЛ8 и ТБ9)

1 600

В том числе тяжелых МБР

154

Боезарядов на стратегических носителях

6 000

В том числе:




на МБР и БРПЛ

4 900

на тяжелых МБР

1 540

на мобильных МБР

1 100

В результате американцы добились согласия на фиктивный засчет вооружений стратегических (тяжелых) бомбардировщиков в ограничиваемые суммарные уровни СНВ. Таким образом США зафиксировали договорным образом право иметь на стратегических носителях на треть больше ядерных боеприпасов, чем это разрешалось Советскому Союзу.

Договор, подписанный 31 июля 1991 года стал договором пяти государств: место распавшегося СССР в договоре заняли Россия, Беларусь, Казахстан и Украина. Это обстоятельство усложнило его вступление в силу, потребовалась интенсивная дипломатическая работа на высоком уровне, прежде чем эти условия были улажены. Договор СНВ-1 вступил в силу 4 декабря 1994 года.

Россия и США приняли на себя обязательство о поэтапном сокращении стратегических ядерных сил в течение семи лет с промежуточными предельными уровнями. В то же время Беларусь, Украина и Казахстан взяли обязательство стать безъядерными державами, передав боезаряды России.

3.1.2 Договор СНВ-2


Договор между Россией и США о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений был подписан в Москве 3 января 1993 года, ратифицирован в апреле 2000 года.

Россия и США ясно высказались за дальнейшее сокращение уровней военно-стратегического противостояния, и это позволяло надеяться на то, что следующие переговоры будут вестись на основе принципа равенства и одинаковой безопасности.

Президент Дж. Буш объявил о договоренности «ликвидировать самые опасные в мире вооружения – тяжелые МБР и все остальные МБР с разделяющимися головными частями, а также радикально сократить общее число стратегических ядерных вооружений» 10. Президент России Б.Н. Ельцин назвал достигнутое соглашение «историческим», особо отметив, что потребовалось всего «пять месяцев для того, чтобы договориться о сокращении в три раза». Россия стала энергично двигаться к скорейшему заключению договора, игнорируя рекомендации специалистов и экспертов, что привело к новым ничем не оправданным уступкам.

3 января 1993 года президенты России и США в Москве подписали Договор о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-2). Его целью были более глубокие и обоснованные по сравнению с СНВ-1 сокращения вооружений – суммарно до 3000-3500 ядерных боезарядов на всех трех компонентах стратегических ядерных сил.

На начальном этапе работы над договором российским переговорщикам удалось исправить некоторые допущенные в Договоре СНВ-1 упущения и ошибки. Было согласовано, что через семь лет после вступления Договора СНВ-1 в силу число ядерных боезарядов на всех стратегических носителях не будет превышать 3800-4250 единиц. Дальнейшее сокращение СНВ стороны договорились завершить не позднее 1 января 2003 года.

Но учитывая, в каких сложных социально-экономических условиях Россия оказалась после распада СССР и кардинальность изменившейся военно-стратегической ситуации, она с особой тщательностью должна была взвесить все возможные последствия реализации условий договора. суть положений Договора свидетельствует, что этого сделано не было. Достигнутые положительные результаты в области засчета авиационных ядерных вооружений американцы компенсировали согласием российской стороны на необоснованный вывод из числа ограничиваемых вооружений сотни своих тяжелых бомбардировщиков.

Известно, что американская сторона всеми способами добивалась изменения структуры советских (и российских) СЯС11 таким образом, чтобы в них была существенно снижена роль МБР. При этом МБР является самым приоритетным для России оружием сдерживания. Структура советских СЯС была строго обоснована и сбалансирована. Но российская сторона не сочла нужным добиваться сохранения на более длительный срок самых современных типов российских МБР.

Второй составляющей российских СЯС являются стратегические БРПЛ. По договору СНВ-2 суммарное число боезарядов на таких ракетах к 2003 году не должно превышать 1700-1750 единиц – на момент подписания Договора Россия имела 848 баллистических ракет с 2712 боеголовками.

На основании этого, специалисты характеризовали результаты Договора СНВ-2, как разрушение структуры российских СЯС в ущерб интересам России и в угоду США. Также специалисты обращали внимание на то, что превращение МБР и БРПЛ из многозарядных в моноблочные ракеты предусматривалось путем простого изъятия из их головных частей излишних боеголовок. Это позволяло «в случае необходимости» легко и быстро вернуть боеголовки на прежнее место. Таким образом, создавался так называемый «возвратный потенциал», позволявший в короткое время вернуть в американский стратегический арсенал до 4000-4500 ядерных боезарядов, то есть более чем удвоить его. Россия так могла поступить только со 105 МБР-РС-18, причем и эта теоретическая возможность быстро сокращалась бы по мере демонтажа ракет, у которых истекал гарантийный срок.

Ни Договор СНВ-1, ни Договор СНВ-2 не ограничивают целый вид СНВ - КРМБ12. 880 ядерных боезарядов КРМБ, которые планировали развернуть США, были вполне соизмеримы с пределом в 3000 боезарядов, установленным Договором СНВ-2. У России ни планов наращивания крылатых ракет в таком объеме, ни соответствующих экономических возможностей реализации подобным планов нет. Так же как и нет сравнимых с США условий боевого использования КРМБ.

3.1.3 Договор СНП


22 мая 2002 года в Москве президенты России и США подписали новый договор. Документ мыл назван Договором между РФ и США о сокращении наступательных потенциалов.

Подписание Договора должно было как бы провести черту под периодом ядерного противостояния, подчеркнуть возросший уровень доверия между Россией и США и обозначить начало перехода к новым отношениям, ориентированным на сотрудничество.

Но этот Договор, практически ничем не ограничивая США, в то же время оставляет в силе Договор СНВ-1, который является проблемным для России. Зафиксированный срок действия – до 31 декабря 2012 года. Следовательно, в течение более чем десяти лет Россия не будет свободна в выборе способов поддержания своего стратегического ядерного потенциала сдерживания, а США категорически отказались включать в документ какие-либо обязательства, которые могли бы хоть в чем-то ограничить их программы в области стратегических вооружений.
    1. Влияние ядерного потенциала на роль стран в мировом сообществе

      1. Российская Федерация


После ухода России с позиции сверхдержавы, обладающей сравнимым с американским потенциалом всех видов вооружений, сопоставимых с размерами экономики и степени влияния в мире, чувствительность России к возможным изменениям стратегического баланса в связи с политикой США ощутимо возросла.

Российский статус ядерной державы складывается из ряда основных параметров:

Ряд специалистов утверждает, что РФ опустилась на уровень региональной державы, указывая при этом на низкий уровень финансирования вооруженных сил, незавершенность реформирования военно-промышленного комплекса, ограниченность возможностей проецировать силу в отдаленные регионы мира. Но одновременно приводятся доводы относительно того, что в последние годы финансирование вооруженных сил РФ растет, военная реформа продолжается, военно-промышленному комплексу удалось расширить номенклатуру производимых вооружений, хотя пока в основном за счет их продаж другим странам.

Частично снижение военного потенциала удалось компенсировать повышением дипломатической активности по широкому спектру проблем международной безопасности. Более того, РФ располагает возможностями вносить вклад в международные усилия по противодействию самым актуальным на сегодняшний день угрозам – терроризму, распространению ОМУ, внутренним вооруженным конфликтам на своей территории и в соседних странах.

Содействие, равно как и возможности противодействия, усилиям других ведущих держав в этих областях (в случаях несогласия с ними) сохраняют за РФ роль активного субъекта в сфере международной безопасности. Тем не менее, объективные экономические, демографические и другие факторы, например, перспективы развития новейших технологий, указывают на то, что модернизация военного потенциала РФ потребует длительного времени.

Российские политические элиты и общественное мнение также склонны полагать, что наличие ядерного оружия косвенно содействует нашей стране в достижении внешнеполитических целей.

Как мирные, так и военные составляющие ядерного потенциала государства представляют собой одну из самых высокотехнологичных сфер национальной экономики и оборонной структуры. Поддержание в надлежащем состоянии военного и гражданского ядерного потенциала государства воспринимается как заслуга политического руководства страны и ее лучших специалистов в сфере высоких технологий. Таким образом, способность России осуществлять стратегическое ядерное сдерживание вероятных противников укрепляет легитимность политических элит, демонстрирует широкой общественности ответственных характер управления страной.

Восприятие России как ядерной державы другими государствами и международной общественностью схоже по многим параметрам с соответствующим образом, сложившимся внутри страны. Имеется, однако, и ряд существенных особенностей.

Российский ядерный потенциал выступает убедительным средством сдерживания потенциальных противников России. Легитимный статус России как ядерного государства определяется как российский статус великой державы в мировой политике, так и вес России в качестве гаранта режима нераспространения оружия массового уничтожения.

Оценка способности России надежно охранять и безопасно эксплуатировать свои ядерные объекты – ключевой аспект восприятия России другими странами в качестве ядерной державы. Опасения по поводу безопасности российской ядерной отрасли, с одной стороны, наносят сильный удар по международному имиджу России, но с другой – подталкивают крупные державы, в первую очередь США, к сотрудничеству с Россией в сфере утилизации демонтируемых ядерных и сопутствующих материалов.

Негативное воздействие на внешнее восприятие России как ядерной державы может оказывать включенное в российскую военную доктрину положение о возможности применения Россией ядерного оружия первой «в ответ на крупномасштабную агрессию с применением обычного оружия в критических для национальной безопасности Российской Федерации ситуациях».

На внутренний и внешний «ядерный» облик России влияет развитие ситуации в сфере нераспространения ядерного оружия.

Наличие в России мощной мирной ядерной энергетики также оказывает заметное влияние на внутренний и внешний образ России как ядерной державы.
      1. Соединенные Штаты Америки


Отсутствие прямой военной угрозы существованию США по типу советской времен холодной войны рассматривается Пентагоном как временное явление, а наиболее вероятным сценарием ее возрождения там считают появление «веймарской России» или враждебного Китая как новой великой державы. Поэтому важнейшей задачей военно-политической стратегии США14 является «превентивная оборона», нацеленная, по сути, на участие в формировании военного потенциала этих стран путем расширения взаимодействия и оказания влияния на их военные доктрины и характер военного строительства. В то же время подчеркивается, что США должны сохранять военно-стратегический потенциал, необходимый на случай провала «превентивной обороны» и возрождения большой военной угрозы.

Что касается угроз регионального уровня, то основным средством их сдерживания является поддержание военного потенциала, достаточно успешного ведения двух «крупных региональных войн», наиболее вероятными из которых считаются войны в районах Персидского залива и Корейского полуострова. В целом, «Соединенные Штаты не позволят какой-либо враждебной силе доминировать в любом регионе, критически важном для наших интересов»15.

Согласно доктрине национальной безопасности США противодействие транснациональным угрозам предусматривает укрепление режимов нераспространения и контроля за ракетной технологией, односторонние и коллективные действия по борьбе с международным терроризмом и преступностью, защите окружающей среды и т.д. Характерно, что все больше внимания уделяется формированию безопасной для США внешней среды. Этим самым подчеркивается первостепенная роль США в создании новой системы международной безопасности. При этом США, говорится в «Стратегии национальной безопасности», «должны быть способны к ответу на весь спектр возможных угроз и кризисов... Наш ответ может быть дипломатическим, экономическим, правовым, военным или, скорее, их сочетанием. Мы должны использовать наиболее адекватный набор средств, действуя в союзе или партнерстве, когда наши интересы разделяются другими, или же односторонним образом, когда того требуют национальные интересы».

Даже на декларативном уровне «большая стратегия» США имеет ярко выраженный глобальный характер, а в концептуальном плане сочетает в себе элементы «гегемонизма», «согласованной безопасности» и «избирательного вовлечения». Более надежный критерий оценки - внешнеполитическая практика США 90-х годов.

Несмотря на радикальные изменения международной обстановки, США сохранили глобальную систему своих военно-политических союзов и обязательств, созданную в годы холодной войны. Более того, важнейший из этих союзов – НАТО – был не только расширен, но и перенацелен с «защиты территории» на гораздо более широкую функцию - обеспечение стабильности всего «трансатлантического региона» путем, в том числе, действий за пределами территории стран - членов альянса. В итоге CIIIA распространили сферу своих военно-политических обязательств на страны ЦВЕ, а с лета 1999 г. - фактически и на все Балканы. Эта ключевая внешнеполитическая акция США соответствовала линии сторонников «расширения демократии», а также геополитическим установкам заполнения «стратегического вакуума» в центре Европы и сдерживания потенциальных «экспансионистских устремлений» России.

Мало изменилось и лидерство США внутри самой НАТО. Хотя администрация Клинтона заняла более гибкую позицию по сравнению с предшествующими в отношении признания «европейской идентичности» в сфере внешней политики и безопасности, проведенные в 90-х годах реформы военного планирования в НАТО сохранили руководящую роль США в альянсе и поставили внешне реанимированный ЗЕС16 в полную зависимость от натовской военной инфраструктуры. Через инициированные Соединенными Штатами программу «Партнерство во имя мира» и Двусторонние соглашения о партнерстве (прежде всего с Россией и Украиной) НАТО стала важным каналом сотрудничества с постсоветскими государствами, их постепенного втягивания в систему безопасности, существующую под ее эгидой. В итоге Соединенным Штатам удалось благодаря существенной адаптации усилить роль НАТО (а значит, и свою собственную) в решении вопросов европейской безопасности.

В 90-х годах США взяли курс на поддержание подавляющего военно-силового превосходства над остальными странами После заметного сокращения военных расходов в середине десятилетия к его исходу они вернулись на уровень конца холодной войны, превышая суммарные военные расходы остальных великих держав. Некоторое сокращение численности вооруженных сил (до 1,5 млн. человек) сопровождается повышением их качественных характеристик - уровня образования и подготовки, технической оснащенности и боеготовности. Наращивая потенциал ведения обычных войн, США сохраняют и совершенствуют основу своего ядерного потенциала, крайне осторожно продвигаясь по пути дальнейших сокращений ядерного оружия и пересмотра стратегии его применения, продолжают активно разрабатывать новые системы противоракетной обороны.

Все это вместе взятое позволило Соединенным Штатам к концу 90-х годов увеличить до рекордного в истории уровня военно-технологический отрыв от своих потенциальных конкурентов, особенно в глобальном проецировании военной мощи и новейших методах ведения наземных боевых действий. Военно-политическое руководство США преисполнено решимости сохранять этот разрыв и в будущем.

4. Заключение


В начале ХХI века не оформился мировой порядок, имеющий четкую конфигурацию и содержание. Постсоветская Россия не могла претендовать на статус «сверхдержавы», в то время как Соединенные Штаты остались единственной доминирующей державой и объявили себя победителями в «холодной войне». США, имея огромный отрыв от конкурентов в области военной мощи и вооружений, пытаются установить новый мировой порядок с учетом своих интересов, установления мирового господства.

Соединенным Штатам удалось ослабить военную мощь своего главного конкурента – постсоветской России. В отличие от Советского Союза, Россия не располагает достаточными возможностями для оказания влияния на американскую внешнюю политику, чему способствовали и многочисленные уступки с российской стороны при подписании Договоров о сокращении вооружений.

Но при этом, США не стали мировым лидером, не установили свою гегемонию. Их глобальные устремления вступили в противоречие не только с интересами явных противников США (страны-«изгои»), но и со значительной частью мирового сообщества. Новый мировой порядок еще не установлен четко.

Список использованной литературы


  1. Россия и США после "холодной войны". – М.: Наука, 1999. – 143 с.

  2. Шаклеина Т.А. Россия и США в новом мировом порядке. Дискуссии в политико-академических сообществах России и США (1992-2000). // - М.: Институт США и Канады РАН, 2002. – 445 с.

  3. Голдгейер Дж., Макфол М. Цель и средства. Политика США в отношении России после "холодной войны" // – М.: Междунар. отношения, 2009. – 520 с.

  4. Брутенц К.Н. Закат американской гегемонии // – М.: Междунар. отношения, 2009. – 512 с.

  5. Стародубов Виктор Россия – США. Глобальная зависимость // – М.: Молодая гвардия, 2004. – 249 с.

  6. Энциклопедия российско-американских отношений. XVIII–XX века // – М.: Междунар. отношения, 2001. – 696 с.

  7. Россия в современной системе обеспечения глобальной стабильности: политика и восприятие // Отв. ред. А.А. Кокошин. – М.: Издательство ЛКИ, 2008. – 208 с.

  8. Журнал США - Канада. Экономика, политика, культура, № 12, 1999 г. // Мельников Ю.М. – Становление и развитие современных российско-американских отношений

  9. Журнал США - Канада. Экономика, политика, культура, №5, 2000 г. // Кременюк В.А. – Внешняя политика США на рубеже веков

  10. Журнал США - Канада. Экономика, политика, культура, №12, 2000 г. // Уткин А.И. – Перспективы однополярности в XXI веке

  11. Журнал США - Канада. Экономика, политика, культура, №12, 2001 г. // Шаклеина Т. А. – Внешняя политика США и Россия: итоги десятилетия

  12. Журнал США - Канада. Экономика, политика, культура, №6, 2002 г. // Баталов Э.Я., Кременюк В.А. – Россия и США: соперники или соратники?

  13. Российско - Американские отношения на пороге XXI века // http://www.nasledie.ru/politvne/18_9/article.php?art=74

  14. Российско - Американские отношения на пороге XXI века // http://www.nasledie.ru/politvne/18_6/article.php?art=14

  15. Россия и Америка в XXI веке // http://www.rusus.ru

  16. Сокращение стратегических вооружений. Проблемы, события, аналитика // http://www.armscontrol.ru/start/rus/



1 Организация Объединенных Наций

2 Организация Североатлантического договора

3 Организация экономического сотрудничества и развития

4 Международный Валютный Фонд

5 Президент России Б.Ельцин и Председатель КНР Цзян Цзэмин подписали в апреле 1997 г. российско-китайскую декларацию относительно многополярного мира и установления нового мирового порядка

6 Определение Ю.Ведрина в бытность его министром иностранных дел Франции

7 Межконтинентальная баллистическая ракета

8 Баллистическая ракета подводной лодки

9 Тяжелый бомбардировщик

10 Встреча президентов России и США 16-17 июня 1992 года

11 Стратегические ядерные силы

12 Крылатые ракеты морского базирования

13 Три типа носителей стратегического ядерного оружия: МБР, БРПЛ и ТБ

14 У. Перри, министр обороны США в 1994 - 1997 гг.

15 «Стратегия национальной безопасности США»

16 Западноевропейский союз



Содержание
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации