Бережной Н.М. Человек и его потребности - файл n1.doc

приобрести
Бережной Н.М. Человек и его потребности
скачать (543.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc544kb.08.07.2012 00:39скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5
Название:
Человек и его потребности Автор: Бережной Н.М.
Редактор: Диденко В.Д. В книге содержится критическое преодоление человека-потребителя как типа человека XX века. Такое же критическое отношение автор формирует к человеку грядущей технической цивилизации XXI века - "веселому роботу". Этим типам человека противопоставляется человек с богатством разумных потребностей, умеющий управлять своими потребностями во имя всестороннего гармонического развития личности. Впервые в научной литературе подвергается критическому анализу группа извращенных потребностей человека (алкоголизма, наркомании, гомосексуализма, лесбиянства) и приводятся рекомендации по их устранению. Содержание:
ОБЛОЖКА
ВВЕДЕНИЕ
РАЗДЕЛ I. ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ПОЗНАНИЯ

Глава 1. Бытие человека

Биологическое бытие человека

Общественное бытие человека

Духовное бытие человека

Глава 2. Сущность человека. Личность

Природа человека. Социальное и биологическое в человеке

Личность - способ бытия человека в обществе. Индивидуальность

РАЗДЕЛ II. ПОТРЕБНОСТИ ЧЕЛОВЕКА

Глава 3. Деятельность и потребности человека

1. Понятие "деятельность". Деятельность и труд, деятельность и поведение

2. Структура акта деятельности

3. Потребности - предпосылки и продукт деятельности

4. От потребности к деятельности

Глава 4. Классификация потребностей

Биологические (естественные) потребности

Материальные потребности

Социальные потребности

Духовные потребности

Ценностно-ориентированные потребности

Трансформация потребностей

Управление потребностями

Глава 5. Потребности в ракурсе образа жизни

1. Смысл жизни

2. Образ жизни

3. Свободное время - простор для удовлетворения потребности всестороннего развития личности

Глава 6. Формирование потребностей

1. Формирование потребностей в условиях научно-технического прогресса

2. Формирование потребностей в условиях рынка

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ПРИМЕЧАНИЯ
БИБЛИОГРАФИЯ
К введению

К главе 1. Бытие человека

К главе 2. Сущность человека

К главе 3. Деятельность и потребности

К главе 4. Классификация потребностей

К главе 5. Потребности в ракурсе образа жизни

К главе 6. Формирование потребностей.

Резюме по книге Н. Бережного "Человек и его потребности"

РАЗДЕЛ I. ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ПОЗНАНИЯ


Человек как предмет познания по своей многогранности сравним с миром. В своем бытии он воплощает все лучшие стороны мира. Эту особенность человека выразил в своем определении представитель раннеитальянского гуманизма Пико дело Мирандола. "Человек - это микрокосм, - говорит он на диспуте "О достоинстве человека", - соединяющий в себе все три части космоса: мир земной, небесный и божественный - надзвездный".5 Это высказывание Мирандолы - стержень ренессансного мировоззрения антропоцентризма. Многочисленные попытки определить человека сводились к выделению какого-то признака, отличающего человека от других существ. "Человек, - писал немецкий философ XVIII века И. Гердер, - находится на высшей ступени развития потому, что человек ходит прямо - иной причины нет".6

Эта идея Тердера была популярно преобразована в XX в. в следующее определение: человек - существо, которое ходит прямо. Он идет и падает, поднимается и идет дальше. И снова падает, и снова поднимается... Аналогично этому и такое определение: человек - это петух без перьев. В каждом из приведенных здесь определений человека содержится относительная истина, но ни одно из них не может претендовать на всеобщность определения. Потому, что ни одна дефиниция не в состоянии выразить всего многообразия проявлений человека. Это многообразие может найти более адекватное отражение в понятиях, соответствующих масштабу человеческого мира. Это понятия "бытие", "сущность", "существование", "природа человека" и др.

Глава 1. Бытие человека


Бытие человека - наиболее общая категория философской антропологии. Она отражает все проявления человека, его индивидуальные и родовые признаки. По своей всеобщности и методологическому потенциалу бытие человека сопоставимо с бытием мира. Бытие человека представляет собой фрагмент и высшую ступень мира, оно есть бытие мира. Но в то время как бытие человека, как индивидуального, так и родового, ограничено во времени и пространстве, с неизбежностью превращается в небытие, бытие мира вечно во времени и бесконечно в пространстве. Мир был вчера, есть сегодня и будет завтра. Знание этого факта является источником оптимизма, уверенности в будущем. Огромное многообразие конечных, преходящих видов бытия не может исчерпать бесконечности бытия мира. Вместе с тем, мир нуждается в бытии человека как в своем высшем проявлении. Хотя бытие человека - временно и преходяще, в его лице мир обретает сознание и берет свое развитие в свои руки. Без человека мир был бы незаконченным, ограниченным и бессмысленным. Смысл бытия человека в придании смысла бытию мира.

С переходом отдельного человека в небытие мир осмысливается другим человеком, в бытии последующих поколений. В бесконечной смене поколений, в переносе бытия человека на другие космические объекты - залог бессмертия человечества, смысл жизни человека как представителя рода.

Будучи высшей ступенью бытия мира, бытие человека характеризуется качественно новыми по сравнению с природными признаками восходящего мира. Дифференциация человеческого бытия на отдельные формы открывает путь к познанию тех качественных особенностей человека, которые, вырастая из природных форм, качественно превосходят их по многим параметрам, внося новые краски в многоцветную картину мира. В рамках темы курса "Человек и его потребности" выделение видов бытия человека будет играть роль исходного методологического принципа для осуществления классификации потребностей, их взаимовлияния и трансформации. Мы выделяем три вида бытия человека: биологическое, социальное и бытие человека как духовного феномена. От уяснения связи и субординации этих трех видов вытекает определение сущности человека.

Биологическое бытие человека


Как биологический феномен человек существует, подчиняясь зову своей телесности, в недрах которой формируется комплекс естественных потребностей, побуждающих человека к действиям, направленным на их немедленное удовлетворение. Естественные потребности -питание и выделение, половое влечение, деторождение, борьба за жизнь в экстремальных условиях, экспансия за пределы наличного жизненного пространства - все это проявления того инстинкта жизни, которые свойственны человеку также как всему роду животного мира. С первых дней своего возникновения основные усилия человека были направлены на преодоление своей животности. Первый волевой акт выходящего из лона природы человека был направленный на обуздание своих животных страстей. Но этот акт исходил не от отдельного индивида, а от первобытного коллектива и широко известен как табу запрет иметь гарем. Так, во имя человека необузданный сексуальный эгоизм отдельного индивида был преодолен коллективными усилиями. Преодолен ли? Сексуальная "революция" XX века дает отрицательный ответ да этот вопрос. Жизнь и поведение так называемых сексуальных меньшинств подтверждает появление небывалого ранее прецедента - создание общественного мнения, оправдывающего де-факто извращения биологического бытия человека в виде гомосексуализма и лесбиянства. В исламских странах Востока легализованы гаремы.

Современная биотехнология и генная инженерия проникают в святая святых биологического бытия человека.. Становятся обыденностью структурные изменения человеческого тела - пластические операции, превращение женского организма в мужской и наоборот. Но тут возникает этический вопрос: стоит ли так легко предаваться исполнению индивидуальной прихоти, не рискуя потерять не только свое "я", но и унаследованную от предков биологическую неповторимость? Когда под скальпелем хирурга оказывается не только человеческое тел'6, но и вековые моральные устои человечества, возникает серьезное сомнение относительно целесообразности использования новейших достижений генной инженерии и технических средств манипулирования человеком.

Нельзя соглашаться с теми представителями философской антропологии, кто обосновывает тезис о биологической сущности человека, так как биологическое в человеке не выделяет его из ряда животного мира, а лишь сближает. Вместе с тем, вполне уместно поставить вопрос о наличии человеческой сущности в биологическом бытии человека. Все биологическое бытие человека - способы принятия пи-Щи, половой акт, течение болезни, взросление и старость и пр. - отмечены печатью человеческой сущности, что и делает это биологическое бытие человеческим бытием. "...Еда, литье, половой акт и т. д. тоже суть подлинно человеческие Функции. Но в абстракции, отрывающей их от круга прочей человеческой деятельности и превращающей их в последние и единственные конечные цели, они носят животный характер"7. Наличие человеческого феномена в биологическом бытии человека вряд ли кто может подвергнуть сомнению. Но совершенно неправомерно этот человеческий феномен в биологическом бытии определять как биологическую сущность человека именно потому, что в таком состоянии он не содержит в себе ни грана биологического, а выражает лишь социальную форму биологического бытия человека.

Биологическое бытие человека - это субстрат, носитель и предпосылка сущности человека, но не сама эта сущность, ибо в этой форме бытие человека идентично со всеми другими формами существования животного мира. Проявление человеческого в биологическом бытии человека выражает форму инобытия человека, его стремление преодолеть экспансию жизни, начать новый ряд бытия.

Но для этого необходим высокий духовно-нравственный порыв, нужны вдохновляющие стимулы, нужна атмосфера бескорыстия, атмосфера всеобщего презрения к зоологическому индивидуализму. Именно из факта следования иррациональным зоологическим инстинктам, из пренебрежения общечеловеческим нормам нравственности вырос в XX веке такой уродливый тип общества как фашизм.

Человеконенавистническая суть фашизма нашла свое наиболее яркое проявление в проповеди исключительности арийской расы, богоизбранности нордического характера, особого устройства черепа, цвета волос и т. п.8 Фашизм заинтересован в трактовке сущности человека как биологической сущности. Общеизвестно, что биологическое бытие человека, происходящие в нем соматические и физиологические процессы, анатомия человека имеет ряд особенностей, отличающих его от бытия любого вида животных. Это - отсутствие волосяного покрова (что дало основание А. Гелену назвать человека биологически неспециализированным существом), преобразованные под влиянием труда конечности, устройство нервной системы, особый характер удовлетворения сексуальных потребностей, устройство головного мозга и многое другое.

Эти антропологические особенности человека - вещественные доказательства происхождения и развития человеческого рода и преодоления животности. Но изменение ан фонологических признаков ничтожно малы по сравнению с теми изменениями ландшафта Земли и условий человеческого бытия, которые произошли в результате преобразующей деятельности человека.

Прогресс человеческого общества - результат действия социально-деятельной сущности человека, а не проявления его биологического бытия. В процессе эволюции природы на Земле появлялись и исчезали сотни и тысячи новых видов растений и животных, человек же, не претерпев заметных изменений своей биологической организации, продолжает численно расти, совершенствуя свою социальную организацию, осваивая новые районы Земли и околоземное космическое пространство. Даже такие биологические изменения, как акселерация современной молодежи, детерминированы не эволюционными, а социально-историческими факторами. Установлено, например, что различие в весе и росте цейлонцев зависит не от расового происхождения и островного места обитания, а от их экономического и социального положения.9 Философская антропология перестанет быть сама собой, если она перестанет рассматривать биологическое бытие человека как альфу и омегу своего предмета. Как и любая другая антропология (медицинская, культурная, политическая и т. д.) философская антропология будет начинать с изучения соматической природы человека, устройства его тела, с изучения собственно антропологических признаков человека. Человек - это, прежде всего, мужчина или женщина, ребенок или взрослый, белый или чернокожий, высокий или низкий, флегматик или сангвиник, дальтоник или ясновидящий и т. д.

Но все ли биологическое бытие исчерпывается антропологическими характеристиками человека? Как избежать дублирования понятий "биологическое бытие человека" и "природа человека"?

Понятие "природа человека" характеризует не только биологические и антропологические признаки человека, она значительно содержательнее биологического бытия и нередко употребляется как синоним сущности человека. К такому расширительному толкованию природы человека есть достаточно оснований. Во-первых, в "Экономическо-философских рукописях 1844 г." Маркс на примере отношения мужчины к женщине, как непосредственном естественном отношении, показал, что это природное отношение мужчины к женщине становится человеческим отношением лишь при условии, что оно освобождается от давления грубой физиологической потребности и становится общественным бытием человека.10 Очевидно, что в этом раннем произведении Маркса природа человека не сводится к его биологическому бытию, а выступает как диалектический синтез его естественного и общественного бытия. Она есть субстратное выражение родовой сущности человека. То есть по своей природе человек - биосоциальное существо. В то же время "природа человека" выражает реальное многообразие социального и биологического бытия и по своему содержанию шире сущности человека, его родовой сущности, годовая сущность человека есть не что иное, как процесс становления социально-деятельной сущности, процесс выделения человека из природы.

Если природа цивилизованного человека отличается от природы первобытного человека уровнем освоения и преобразования природы, и природа человека XX века превзошла все этапы предшествующей истории радикальным преобразованием (и деформацией) своего биологического базиса (гомосексуализм, лесбиянство, трансформация полового статуса человека и т. д.), то все эти изменения лишь подтверждают многообразие форм реализации одной и той же социально-деятельной сущности человека.

В условиях возрастания угрозы деформации природы человека и особенно его биологического бытия в связи с развитием генно-инженерной и иной технологии с целью изменения биологической природы человека, возрастает потребность в создании социально-гуманистических и этических экспертных комиссий, долженствующих осуществить контроль за гуманной направленностью технологического воздействия на изменение биологического бытия человека. Высшим критерием гуманности подобных акций должно быть, на наш взгляд, реализация социально-деятельной сущности человека в общественно-полезных формах, с сохранением генофонда для достойного продолжения человеческого рода, в формах, ограничивающих легкомысленные аморальные эксперименты над биологической природой человека. Вряд ли заслуживает, на наш взгляд, морального одобрения проведение во имя удовлетворения своих эгоистических прихотей пластическая операция Аллы Пугачевой. Так и хочется сказать: люди, берегите свою естественную природу, не допускайте над ней легкомысленных экспериментов!!!

Биологический ресурс человека - его физическая сила, здоровье, жизнестойкость организма, невосприимчивость к заболеваниям, сексуальная энергия и способность к деторождению - это тот природный потенциал, который определяет перспективу и долговечность общественного бытия человека, его профессиональную и общественную пригодность, продолжительность его активной жизни как субъекта социальной деятельности. Сохранять, не расходовать попусту свой биологический ресурс - благородная задача жизни человека. Этот призыв к охране не только внешней естественной среды обитания, н и внутренней родовой природы человека не будет казаться банальным. если его рассматривать в ракурсе возрастающей угрозы экологической катастрофы на Земле. Биологическое бытие человека проходит испытание на прочность в экстремальных ситуациях, число которых возрастает по мере ускорения научно-технического прогресса. При авариях на АЭС, эпидемиях заболеваний, транспортных катастрофах, стихийных бедствиях и др. биологическое бытие человека приобретает высшую ценность, отодвигая на задний план социальный статус человека. Хроника производственных и транспортных катастроф, которая, как правило, не предается гласности и является ведомственным секретом, могла бы представить богатейший материал для исследования способов выживания в экстремальных условиях.

В связи с углублением экологического кризиса и истощением биологических ресурсов человеческой природы среди естествоиспытателей и их философских последователей формируется концепция эксцентризма. Центральной идеей этой концепции является требование представить природу и биологическое бытие человека как высшую ценность.

Такая постановка вопроса затрагивает фундаментальные вопросы социальной философии и гуманизма. Если согласиться с тем, что человек - не "цветок природы" и высшая ценность, а всего-навсего лишь "тупиковая ветвь" в развитие природы и ее загрязнитель, то ставится под сомнение исходный философский принцип гуманизма - социально-деятельной сущности человека. Если человек перестает быть высшей ценностью в глобальном понимании этого слова, то что тогда надо понимать под гуманизмом и не перемещается ли предмет гуманизма из обществознания в естествознание?

Одной из разновидностей проявления биологического бытия человека является принадлежность больших групп людей к расам. Деление людей по расовым признакам (белая, черная и желтая раса) связано с тем, что группы людей, населяющие различные районы планеты, адаптировались к конкретным особенностям среды обитания, что и выразилось в появлении специфических анатомических, физиологических и биологических признаков. Расовые различия людей являются по преимуществу внешними, морфологическими различиями и не оказывают сколь-нибудь заметного влияния на развитие умственных, физических и нравственных способностей людей. История богата примерами формирования выдающихся личностей в любой из вышеназванных рас. Наиболее свежий пример: Нельсон Мандела из ЮАР. Но такое понимание расовых различий людей утвердилось в общественном сознании лишь в середине XX века. Еще в начале XX века было распространено убеждение в превосходстве "белой расы" над всеми другими, и такие убеждения мы сегодня расцениваем, как расистские, но для этого многим представителям человечества надо было пройти испытания в фашистских лагерях смерти: Дахау, Майданек, Бухенвальд, Освенцим. Но еще в начале XX века ученый с прогрессивными взглядами немецкий биолог Э. Геккель писал: "Хотя значительные различия в умственной жизни и культурном положении между высшими и низшими расами людей в общем хорошо известны, тем не менее, их относительная жизненная ценность обычно понимается неправильно. То, что поднимает людей так высоко над животными... - это культура и более высокое развитие разума, делающее людей способными к культуре. По большей части, однако, это свойственно только высшим расам людей, а у низших рас эти способности развиты слабо или вовсе отсутствуют... Следовательно, их индивидуальная жизненная значимость должна расцениваться совершение по-разному".11 Вряд ли мог бы сказать то же самое Геккель в конце XX века. Расизм и геноцид - следствие преувеличения биологической природы человека, что в научном лексиконе именуется как биологизаторство.

Значительно менее опасной с позиции гуманизма, но не заслуживающий оправдания является другая крайность в оценке биологического бытия человека - социологизаторство. Она выражается в игнорировании или недооценке биологического начала в человеке, в недооценке того чувства порога, за пределами которого истощается природный ресурс человека и становится под сомнение сохранение человека как биологического вида. Свидетельство тому - накопленные запасы атомного и бактериологического оружия, угрожающий рост нервно-психических стрессов, загрязнение окружающей среды отходами промышленности и научно-технического прогресса, легкомысленное использование достижений современной генной инженерии для переделки собственной природы и т. д.

Мобилизация сил и ресурсов человечества для совершенствования биологического бытия человека сегодня становится не менее актуальной задачей, чем накопление экономических и технических предпосылок общественного прогресса. Поэтому, говоря о человека, как высшей ценности, мы, вместе с тем, признаем в качестве этой ценности его естественную биологическую природу, но природу очеловеченную общественным бытием. Это значит, что естественная природа человека, как высшая ценность, не тождественна природе вообще, но становится таковой лишь в контексте социально-деятельной сущности человека. Человек как высшая ценность, - аксиологическая экспликация научной концепции сущности человека. Биологическое бытие человека - бытие родственное жизни растений, животных, составная часть биосферы Именно в единстве и гармонии с природой внешней и собственной природой человек находится у дома Это - полнота жизни, без которой нет ощущения радости счастья.

В человеке генетически заложена неистребимая потребность следовать вечному зову своего естества, зову окружающей природы. Эта потребность аналогичны стремлению детей возвращаться к своим родителям, к матери-земле. С другой стороны, пожилые родители, общаясь с детьми, обретают ту искру жизни, которой они лишились безвозвратно и которая вытеснена социальным бытием.

Биологический ресурс человека - это та высота, обладая которой, индивид обозревает перспективу своего индивидуального бытия и горизонт социальной деятельности. Горькая ирония прозвучала в словах пожилой, женщины, сказавшей мне однажды: "У меня ничего н осталось биологического, есть только социальное".

Быть наедине с природой, слиться с ней всем своим естеством - заветная мечта подавляющего числа членов рода "человек". В этом состоянии человек расслабляется, обретает естественную свободу. В этом свете представляется вполне оправданным лозунг, призывающий миллионы проживающих в городских агломерациях людей - "Назад к природе".

Весь вопрос в том, насколько устойчиво и продолжительно это стремление человека жить в естественном изолированном от городской суеты, обставленном со всех сторон моральными и правовыми нормами жизни обществе? В состоянии ли человек во имя осуществления естественной свободы навсегда отказаться от комфорта и напряженного ритма цивилизованной жизни, от всех норм и правил общественного бытия? Нет, такую перспективу человек рассматривает как лишение свободы, как снижение уровня жизни.

Гармония человека с природой (внутренней и внешней) как самоцель - кратковременная ситуация мятежного человеческого духа, не терпящего продолжительного состояния покоя, душевного удовлетворения.

Быть в слитности с естественным - растительным и животным миром, со своими биологическими потребностями - желание преходящее, временное, не суть выражение свободы личности, а если оно и продолжительно, то отягощено сознанием своей несвободы или детерминировано стремлением сделать более комфортабельным, благоустроенным свое общественное бытие. Ибо мир природы - это не мир человека, он может стать таковым лишь при условии, что человек организует этот мир по-своему, преобразовав его по законам человеческой деятельности. Организуя мир по законам истины и красоты, человек превращает природу из себя-бытие в для-себя-бытие, в человеческое бытие. Оставаясь самим собой, человек не может не придать природе признаков своего человеческого бытия. Любить природу, как отмечал Ортега-и-Гассет. значит, превращать ее в часть нас самих, расширять наш индивидуальность, обогащать ее жизненной энергией.

С материалистической концепцией биологического бытия человека конкурируют околонаучные и откровенно мистические идеи сущности человека. Несть числа сторонникам этой идеи. Букет модификаций религиозно-философского видения бытия и сущности человека обнаружил себя на международной конференции в Московском физико-техническом институте в Долгопрудном в апреле 1995 г. Тема конференции: "Бог - человек - Вселенная. Соборные возможности Человечества перед лицом глобальной катастрофы". Организатор конференции - "Неосферная Синархия" - некое подобие религиозной секты. Ведущий конференцию, он же глава секты - доктор психологических наук Громов И. Г.

На конференции преобладал религиозно-философский акцент, высокий взлет фантазии, переходящий в мистику. В докладах по проблеме сущности человека определенный интерес вызывает попытка "радикального обновления" философской антропологии путем реанимации и обновления идеи русского космизма (Н. Федоров, Э. Циолковский и др.).

Рассматривая "теокосмическую сущность" человека через призму идей космизма, сторонник "конститутивной антропологии" Антипенко Л. Г. считает своей заслугой преодоление конкретно-научной парадигмы биологического бытия человека и обращение к космосу как неизученному еще источнику духовной энергии человека. "Феномен человека, - отмечает Антипенко, недостатки эмпирических наук о человеке, - взятого в качестве живого существа, описывается в таких терминах, как ассимиляция и диссимиляция, усвоение и выделение, вдох и выдох и т. п. Таким способом определяется два, и только два источника его жизненной энергии - питание и дыхание, снабжающие человеческий организм, с одной стороны, энергетическими органическими веществами, с другой - кислородом.

Конституитивная антропология указывает на третий конкретный источник жизненной энергии человека. По способу его влияния на интеллект человека его можно назвать смысловым полем. П. А. Флоренский именовал смысловое поле Логосом, противостоящим хаосу. Логосу и хаосу он придавал вселенские масштабы... "Теокосмическая сущность человека раскрывается в несиловых связях человеческого индивида со всей Вселенной через смысловое поле". (Цитировано по "Бог - человек -Вселенная". М. 1995, с. 147). "Философская антропология будущего, - пишет другой космист Глушков В. А., - имеет смысл лишь в теокосмической парадигме рассмотрения проблемы. Человек ценен как микрокосм сущего, поэтому антропология указывает на реальный статус человека" (там же, с. 143).

За многочисленными терминологическими ухищрениями, за "словесным поносом" адептов новой философской антропологии, к сожалению, не скрывается никакого "смыслового поля". Просматривается лишь одно - попытка авторов самоутвердиться. Но зачем же мистифицировать идеи всемирно известных ученых - Вернадского, Циолковского?

Нет слов, космос, если его толковать с научных материалистических позиций как глобальный материальный мир с гравитационными и иными полями, а не как Логос, Божественный разум, заполненный таинственными источниками божественной "энергии", влияет на бытие каждого отдельного индивида и человечество в целом. Но это влияние настолько малозначительно в жизни человека, настолько трудно поддается фиксации и тем более управлению, что его можно лишь с большой натяжкой назвать элементом бытия человека. Еще меньше оснований говорить о некоей "теокосмической" сущности человека. Всякие же мистические рассуждения, ориентирующие индивида на поиск в себе этой "теокосмической сущности" и на подчинение всех сфер своей жизни попытке слиться с космосом неизбежно ведут к потере жизненных ориентиров, к разрушению личности.

Признание человека продуктом космической (вселенской) эволюции и активным участником этой эволюции резюмируется в необходимость расширения понятия "биологическое бытие" новыми характеристиками не биологического, а природного происхождения и описания этого естественного бытия, не в спиритических терминах, а в терминах философской антропологии.

Можно лишь пожалеть тех людей, которые, начитавшись пророков о теокосмической сущности человека, начинают строить свои жизненные планы по гороскопам и прогнозам астрологов. Пустая трата времени! Для подтверждения этой мысли, приведем высказывание не философа-марксиста, не политического деятеля, а человека, испытавшего в своей жизни блага как капитализма, так и социализма, - глубокого аналитика жизни, всемирно известного артиста кукольного театра Сергея Образцова.

"Людей волнует, под каким знаком Зодиака они родились. В 1918 году это никого не волновало. Заниматься таким делом и верить в него - значит, самоотречением заниматься. Всякая астрология, магия, парапсихология для меня бред собачий, декадентство". Отвечая на возражение, что людей всегда тянуло к мистике, он сказал: "Тянет тогда, когда нет настоящих идей. Нет-нет, не спорьте, увлечение мистикой - это плохой сигнал. Перестройка - не для пропаганды мистики, идеалистических восприятии. Я беспартийный, но абсолютно уверен, что коммунизм наступит. Я проехал почти полсотни стран и знаю, что так, как живут во многих из них, жить нельзя".12

Конечно, каждый человек волен думать и писать о чем угодно, в том числе и о "теокосмической" сущности человека. Но когда эти мистические идеи овладевают сознанием больших групп людей и превращаются в действия, они чреваты социальной опасностью. Подтверждением тому служат действия таких религиозных сект как "Белые братья" на Украине, "Дети матери Божией" в России, "Аум синрикё" в Японии и других.

Общественное бытие человека


Деятельность-субстанция и исходная "клеточка" общественного бытия человека.

"Человек - это мир человека, государство, общество", - писал К. Маркс.13 Общественное бытие человека - это бытие совместно с другими представителями рода "человек", бытие среди других, для-себя бытие через других, бытие в себе и для себя. Общество - это поле взаимодействия, в котором человек отнесясь к другому видит в нем и свое "я". Анализируя товар через призму общественного бытия человека, Маркс писал в 1-м томе "Капитала": "В некоторых отношениях человек напоминает товар. Так как он родится без зеркала в руках и не фихтеанским философом "я есмь я", то человек сначала смотрит, как в зеркало, в другого человека. Лишь отнесясь к человеку Павлу как себе подобному, человек Петр начинает относиться к самому себе как к человеку. Вместе с тем, и Павел как таковой, во всей его павловской телесности становится для него формой проявления рода "человек".14

Замечательно сказано! Человек формирует свое отношение к своей телесности, к природе к космическим объектам, к продуктам своего труда - товарам, но он осознает все эти отношения как человек лишь при условии, что все эти отношения рассматривает чрез призму своего отношения к другим людям, к обществу.

Человек - существо общественное. Поэтому все его многочисленные проявления бытия - биологическое, духовное, все его отношения к окружающему миру - обретают свою значимость и смысл, а, следовательно, и прерогативы своего бытия, если они соответствуют таким фундаментальным нормам общественного бытия как право, истина, справедливость, красота. Именно так я понимаю определение Марксом сущности человека как совокупности всех общественных отношений - это не означает, что человек есть синтез экономических, политических, нравственных и других отношений как таковых, хотя в таком толковании есть большая доля истины. Более глубокое видение этого определения сущности человека состоит в необходимости рассмотрения всех других форм бытия человека через призму его общественного бытия.

Человек как обитатель Вселенной, как духовный феномен и "цветок природы" мог состояться, как человек и может раздвинуть границы своего бытия в пространстве и времени лишь благодаря тому, что он создал и продолжает укреплять как высшую ценность свою "ойкумену" - систему общественных отношений. Только эта ойкумена -мировое сообщество людей - способна сократить или продлить границы бытия человека в мире, взяв под свой контроль все природные катаклизмы и возможности освоения необозримых пространств Вселенной.

Общественные отношения - универсальная сторона бытия деятельной сущности человека, это - то пространство, в пределах которого только и возможно биологическое и духовное бытие человека, его самость и саморефлексия. Неправы будут те, кто видит угрозу индивидуальности и свободы личности в том, что в весьма многообразных ситуациях и обстоятельствах индивид думает как все, делает также, как делают все, не выделяет свою самость из коллективных действий. Философ, рассматривающий бытие индивида изолированно от общества, уподобляется рыбе, пытающейся плавать без воды. Вот так рассуждает, к примеру, западногерманский неотомист Штейнбюхель: "Личность - это форма бытия духа в самостоятельном и самом себя утверждающем бытии. Человек не нуждается ни в какой связи с обществом. Его возвышает над обществом существующая сама по себе духовность. В итоге личность живет, как дух".15 Но надо знать, что прежде, чем быть духовным, человек должен жить в обществе, ибо в джунглях Амазонки никакой духовности не возникает.

Рассматривая субстратную предпосылку индивидуального бытия человека, нетрудно убедиться, что биологическое бытие предшествует общественному бытию, последнее нарастает на биологическом бытии как на своем базисе. Именно эта самоочевидность предшествования биологического социальному послужила прецедентом для широкого распространения практики лечения социальных болезней исключительно биохимическими и технологическими средствами. Проиллюстрируем это на примере таких отклонений социального поведения как агрессивность и насилие. В Нидерландах нашли семью, где склонность к агрессии и насилию передается из поколения в поколение, причем эта склонность выявлена только у мужчин. У мужчин этой семьи выявлены наследственные нарушения в производстве и метаболизме катахоламина и серотонина - важнейших гормонов, ответственных за перенос сигналов в мозг от нейрона к нейрону. Признав возможность лечения этой склонности биохимическими методами (кстати сказать, лечение биотехническими средствами душевнобольных - чуть ли не единственный метод, применяемый во всех психиатрических больницах России), американское правительство предполагает выделить на программу соответствующих исследований по 50 млн. долларов в год. Но как эта акция оценивается с позиции гуманизма и этики?

Какова перспективность и результативность лечения агрессивности биохимическими средствами и нет ли здесь полной подмены морали и человечности нейробиохимией и генетикой? Представители биоэтики выступили против подобной программы исследований. Эти исследования проводятся за счет налогоплательщиков в интересах фармацевтических кампаний, которые сделают миллиарды на производстве лекарств от агрессивности. В интересах тех же кампаний незадачливое правительство будет принудительно вскармливать эти лекарства в больницах и исправительных учреждениях, и в лечении всех лиц, нелояльных правительству.

В глобальном масштабе - лечение агрессивности и насилия биохимическими средствами - это метод выключения из активной жизнедеятельности больших групп людей, поскольку это лечение ампутирует не только агрессивность, но и гасит всякое стремление человека к самовыражению, к подлинному человеческому общению.

Два американских автора в журнале Journal conflict resolution сделали противоположный вывод на основе изучения 186 обществ: уровень агрессивности и насилия в обществе прямо пропорционален частоте, в какой эти общества вовлекаются в войны. Как только общество оказывается вынужденным жить в мире - в течение 10 лет уровень насилия в нем падает.

Причина этой зависимости - особая "социализация на насилии", которой подвергаются мальчики, играющие в войну в обществах с назревающим военным конфликтом.16

А разве не являются подтверждением социального происхождения фактов агрессивности и насилия, убийства в американских школах учеников как следствие нагнетания американской военщиной атмосферы военных приготовлений к "миротворческим" акциям в различных районах земного шара, последним примером чего является варварская бомбардировка Югославии?

Подмена кропотливой организационной и воспитательной работы по устранению агрессивности биохимическими средствами очень опасный антигуманный симптом современной технотронной цивилизации, ибо такая подмена замещает мораль там, где ее нет, и вообще делает ее ненужной.

Таким образом, агрессивность и стремление к насилию Детерминируется общественным бытием человека, а наличие или отсутствие биохимических гормонов в мозгу человека - следствие, проистекающее из определенного состояния общественного бытия.

Мы здесь снова встречаемся с упоминавшимся выше законом экспансии: энергия социальной жизни может быть компенсирована биологической энергией лишь на уровне количественного измерения, все же качественные преобразования в общественном бытии человека возможны с использованием исключительно социальной энергии. Ресурсы биологического бытия человека, попав под контроль социального субъекта, могут быть использованы как на пользу человека, так и во вред ему.

Если общественные отношения являются непременным условием и социальной формой бытия человека, то материальной субстанцией, своеобразной исходной "клеточкой" его бытия является человеческая деятельность.17

Выделяя акт человеческой деятельности в качестве исходной "клеточки" бытия человека, необходимо уделить внимание на различение его с применяемым в психологии и социологии одно-порядковым понятием "акт жизнедеятельности" и понятием "акт социального действия", применяемым в социологии. В психологии понятие "акт жизнедеятельности" впервые было введено И. М. Сеченовым и истолковывалось им в контексте рефлекторной теории как "цельный натуральный процесс", синтезирующий в себе физиологическое и духовное начало в человеке.

В статье "Кому и как разрабатывать психологию?" И. М. Сеченов писал: "В предлагаемой же мною системе заключаются элементы для всестороннего изучения цельных актов с их началами, серединами и концами".18 И далее: "Мысль о психическом акте как процессе, движении, имеющем определенное начало, течение и конец, должна быть удержана как основная".19

В трехчленной цепи акта жизнедеятельности И. М. Сеченов раскрывает структуру, где "началом" является раздражитель ("натуральный толчок"), "серединой" - сознание и "концом" - мышечное движение.

Такое изложение акта жизнедеятельности, которое дальше было развито и обогащено И. П. Павловым и современной психологией (А. Н. Леонтьевым) концентрирующем внимание на сознании (или собственно психике) как центральном звене акта, безусловно, имеет важное методологическое значение для изучения человека как субъекта психической деятельности.

Оставляя вне поля зрения такие элементы деятельности, как цель, средство, предмет и результат, психологический подход не в состоянии представить деятельность как социальный феномен. Большего и не может дать психология, оставаясь в пределах своего определения бытия человека (я есмь я) и оперируя своими категориями.

Эту ограниченность психологического подхода признавал А. Н. Леонтьев. "Можно при этом требовать от исследователя, - писал он, - чтобы он не терял из виду, что человек является существом социальным и т. п., но это требование не может быть реально выполнено по той простой причине, что основные понятия берутся при этом из принципиально другой системы отношений, чем отношения "человек - общество". Поэтому усилия, направленные на то, чтобы усложнить или обогатить эти понятия применительно к человеку... не могут радикально разрешить вопрос и привести к преодолению раздвоения психологии".20

Очевидна несостоятельность попыток распространения психологической категории "акт жизнедеятельности" на объяснение социально-деятельной сущности человека. Такая попытка была предпринята Б. Т. Малышевым, когда он писал, что "И. М. Сеченов в понятие "мышечное движение" включал общественно-политическую деятельность Гарибальди и научную деятельность Ньютона, игру ребенка и любовь девушки, т. е. всю творческую истинно человеческую деятельность".21

Следует заметить, что психологический подход к деятельности получил широкое распространение в современной американской социологии. Не углубляясь в анализ разновидностей этого подхода, укажем лишь на общеизвестную теорию социального действия Т. Парсонса и его школы.

Структура акта социального действия изложена в основном произведении Парсонса "Структура акта социального действия" (The structure of Social action. G. 1949) и используется им в качестве универсального философского принципа при формулировании структуры личности, общественных отношений, иерархии социальных институтов, играет роль промежуточного звена между эмпирическим и теоретическим уровнями социологии.

Логическая структура акта социального действия состоит, по Парсону, из четырех элементов: цель, средство, условия и социальные нормы.

Субъективистский, психологический подход к структуре социального действия заложены в самой "клеточке" его теоретических построений - в его понимании внутренней структуры акта действия.

Во-первых, в представленной выше структуре акта действия отсутствуют такие элементы как предмет и результат деятельности.

В силу этого действия социального субъекта лишены своей объективности, детерминированности со стороны законов природы и общества. Во-вторых, несмотря на свое отрицательное отношение к марксистскому принципу детерминизма (в смысле выделения одного из элементов структуры в качестве детерминанты), Парсонс недвусмысленно выделяет нормативность в качестве детерминанты социального действия. Так, пытаясь раскрыть динамический аспект социального действия, Парсонс отмечает, что источником этой динамичности является напряжение между двумя порядками элементов: нормами и условиями. "Как процесс, действие есть деформация (alteration) элементов условий в направлении конформности с нормами" (р.732). Сами же нормативные элементы существуют, По Парсонсу, не иначе, как "только в мысли субъекта" (р.733). Отсюда следует, что идеальный тип действующего субъекта - это человек-приспособленец, ориентирующийся в своей деятельности не на изменение окружающей среды и своего социального поведения, а на то, чтобы строго блюсти предписанные законной властью социальные нормы.

Акцент, который делает Парсонс на нормативном аспекте деятельности, и, особенно на версии о "взаимодополнительности экспектации"22, свидетельствует о том, что ему не удалось преодолеть психологизма в своей теории, а его стремление к рационализации остается фразой и сводится к рационализации на уровне "здравого смысла".

Концепция "акта социального действия" Парсонса игнорирует механизм деятельностной детерминации, ориентируя на адаптацию, приспособление индивида к существующим условиям, а не на выявление активно-творческого начала в индивидуальной и групповой деятельности.

Деятельность - не только синтез элементов структуры и диалектическое единство материального и духовного, бытия и сознания. Это - субстанция бытия человека. Поэтому деятельностный подход к человеку - это субстанциональный подход, снимающий противоположность бытия и сознания.

В отличие от акта деятельности, синтезирующем в себе начало (цель), середину (средство) и конец (результат) и обладающем в силу этого импульсом к самодвижению, акт социального действия Т. Парсонса лишен своей субстанции, представляет собой нечто неустойчивое, мимолетное (это, по словам Парсонса, "кратковременный узел пересечения нитей", идущих в разных направлениях). Он - не деятельность человека, а поведение личности.

Деятельность - звено, связующее родовую сущность человека с его индивидуальным эмпирическим бытием. Те жизненные коллизии и противоречия, которые так часто встречаются в индивидуальной жизни, возникают в результате дисгармонии цели и средства, ибо, как писал Маркс, "цель, для которой требуются неправые средства, не есть правая цель".23

Наиболее часто деструктивная, превращенная деятельность возникает, когда в качестве средства используется другой человек.

Деятельность отдельного индивида существенным образом определяется его взаимодействием с другими индивидами, конкретно-историческим характером общественных отношений, господствующим типом нравственности.

В противоположность И. Канту, декларирующему тезис: другой человек - только цель и никогда - средство, Маркс представил диалектическую модель взаимодействия индивидов через призму отношения "цель - средство": "1) каждый достигает своей цели лишь постольку, поскольку он служит средством для другого; 2) каждый становится средством для другого (бытием для другого) только будучи для себя самоцелью (бытием для себя); 3) взаимозависимость, состоящая в том, что каждый является одновременно и средством, и целью и притом достигает своей цели лишь постольку становится средством, и становится средством лишь постольку, поскольку полагает себя в качестве самоцели..., эта взаимозависимость есть необходимый факт".24 Проблема способности индивида к взаимодействию, без которой невозможна совокупная деятельность субъекта, рассматривается на уровне социальной психологии и является, по справедливому замечанию К. А. Абульхановой-Славской, "производной не от деятельности, а от способа организации общественного субъекта из индивидов".25

Сформулированная нами концепция социально-деятельной сущности человека представляет хорошую перспективу для преодоления бытующего по сей день в марксистской философии догматического толкования 5-го тезиса Маркса о Фейербахе. Речь идет о первой части формулы Маркса о сущности человека: "сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду..." На основе этого высказывания возникла целая система доказательства (главной публикацией на этот счет считать работу французского философа Л. Сэва "Марксизм и теория личности". М. 1972) в пользу признания родовой сущности человека и отрицания эмпирической сущности отдельного индивида.

Но это противоречит духу марксистской концепции человека. Признание деятельности в качестве субстанции сущности человека представляет возможным говорить об индивидуальной сущности человека. Каждому отдельному индивиду присущ неповторимый симбиоз элементов структуры деятельности: цель, средство, предмет, результат. Над этим симбиозом надстраиваются нравственные взгляды, его социальные и духовные потребности, его образ жизни. Содержательный потенциал структуры деятельности выражает индивидуальную сущность человека, базис проявления индивидуальных свойств его личности.

Надо, вместе с тем, признать, что проблема индивидуальной сущности человека в настоящей книге лишь намечена, она заслуживает серьезного самостоятельного исследования.

Превращение труда "из деятельности в бытие" (Маркс) характеризует деятельность как становящееся бытие, как творческий акт преобразования действительности, стержнем которого выступает не сам по себе результат, а процесс и способ деланья, процесс превращения бытия-в-себе в бытие-для-человека, процесс антропологизации окружающего мира. В процессе умножения следов своей деятельности на лике Земли, человек как род должен все крепче задумываться над тем, чтобы не наследить себе во вред, ибо Земля все больше превращается из сферы обитания и источника средств существования человека в продукт его преобразующей деятельности. Речь идет не о сокращении и тем более прекращении человеческой деятельности, но о ее упорядочении и гармонизации с природой.

Следовательно, эвристическая ценность деятельности не ограничивается онтологическим статусом бытия человека, она подчеркивает творчески преобразующую роль человек в мире, т. е. выражает деятельную сущность человека. Отнимите от человека его деятельность, оставив только его соматическую природу, и он перестанет быть самим собой, превратится в вещь среди вещей, в бессодержательный, абстрактный фрагмент бытия мира.

Гуманный или антигуманный смысл бытия человека следует оценивать не в разрозненных друг от друга целях, средствах и результатах его деятельности, но в синтезирующем все эти элементы характере процесса деятельности. Творению добра могут способствовать только гармонически соединенные цели, средства и результат деятельности общественного ориентированного субъекта деятельности. "...Средства, - писал Гегель, - именно есть то, что ничего собой не представляет само по себе, а есть лишь ради другого и в этом другом имеет свое определение и свою ценность".26

Между актом деятельности и процессом деятельности не существует структурного различия. В том и в другом случае бытийствуют одни и те же структурные элементы: субъект, цель, средство, предмет, сама деятельность и результат. Процесс деятельности отличается от акта количественным разнообразием применяемых средств, предметов, способов деланья, разнообразием условий деятельности. Так один и тот же вид деятельности - изготовление скульптуры может быть исполнен с использованием различных предметов - гранита, бронзы, камня и т. п. Но все эти предметы не выходят за пределы структуры деятельности, которая имеет начало, середину и конец. Изготовление скульптуры может осуществляться с использованием различных способов: ручная, машинная обработка камня, откалывание или дробление камня и т. д. Результат изготовленной скульптуры может удовлетворять или не удовлетворять эстетическим потребностям людей, ибо он представляет собой конец акта деятельности. Далее. Изготовление скульптуры может продолжаться месяц, год, пять лет, но от различной длительности процесса изготовления, создания скульптуры не выходит за пределы акта деятельности: желаемая цель достигнута в результате деятельности. Не завершение изготовления скульптуры может быть названо процессом, но не актом деятельности: в нем есть средство, предмет, способ делания, но нет реализованной цели - результата.

Таким образом, центральный момент акта деятельности - творческий процесс использования средств и предметов во имя достижения избранной цели, если даже он включает достижение промежуточных целей, не является актом деятельности в силу своей незавершенности. Ведь есть доля истины в народной поговорке: лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас. Процесс деятельности, безоглядное увлечение творчеством, не приносящее плодов, может служить утешением и приносит временное удовлетворение лишь самому творцу, его эпигонам и подражателям. С другой стороны, незавершенность акта деятельности тем и привлекательна, что она оставляет открытым вопрос о конечной цели движения, побуждая к сотворчеству новых продолжателей процесса и сподвижников, вовлекая в сферу деятельности новые средства и модифицируясь в новых изменившихся условиях, обогащая тем самым и конечную цель деятельности.

Эти размышления могут быть положены в основу различения акта деятельности и акта социального действия. Акт социального действия - это кража, спасение утопающего, бунт, митинг, демонстрация, пикетирование и др. - одним словом, все то, что не имеет строго выдержанной структуры деятельности, что кратковременно и фрагментарно и не вызывает серьезных долговременных изменений общественного бытия. Это, во-первых. Во-вторых, акт социального действия не затрагивает глубинных основ общественного бытия, ориентируясь на соблюдение социальных норм и нравственных установлении. В силу своей структурной ущербности и дискретности, акт социального действия ориентирован на достижение промежуточных второстепенных целей "на злобу дня".

Так, походы отрядов чеченских боевиков на Буденовск и Кизляр, хотя они эмоционально эффектны и поощряемы чеченским национальным самолюбием, в конечном итоге они обречены на поражение, потому что в их основу заложена неправедная цель, а ее достижение осуществляется с использованием варварских средств. Как отмечалось выше, неправая цель порождает неправые средства.

Акт деятельности и деятельность как процесс однотипны по своей структуре, но во втором случае структурные элементы (цель, средство, результат) существуют лишь абстрактно, грани между ними размыты, начало, середина и конец растянуты во времени, не зафиксированы в пространстве. Здесь уместна аналогия между полетом стрелы и полетом мотыля.

Стрела летит по строго обозначенной линии, ее полет необратим. Мотыль парит в воздухе, делает круги или возвращается назад, меняет высоту.

Именно на подобном различии процесса деятельности и акта деятельности осуществляется классификация видов деятельности.

Наиболее развернуто эта классификация представлена в книге М. С. Кагана "Человеческая деятельность" (М. 1974).

Отправляясь от системного (но не структурного) анализа, Каган называет следующие виды деятельности: преобразовательную, познавательную, ценностно-ориентационную, коммуникативную (общение). Но возникает вопрос: можно ли бесконечное многообразие видов деятельности втиснуть в прокрустово ложе названных выше четырех видов? Но примечательно другое: оказывается, стоило развести структурный и системный анализ исследования одной и той же человеческой деятельности, как мы получаем совершенно иные результаты исследования.

Классификация видов деятельности проведена М. С. Каганом без учета качественного различия структурных элементов деятельности: цели, средства, предмета, результата.

Так, рассматривая преобразовательную деятельность, М. С. Каган выделяет в ней также подвиды: а) труд; б) преобразование общества; в) преобразование человека.

Если же мы применили структурный анализ деятельности, то мы можем получить знание о качественном различии видов деятельности. Например, труд отличается от других видов деятельности жесткой зависимостью субъекта от средств и предмета деятельности, меньшей возможностью маневрировать средствами, а, следовательно, и меньшей свободой. Деятельность по преобразованию общества - большей гибкостью использования экономических, политических, технических, идеологических средств, более жесткой зависимостью от интересов классов, социальных групп и национально-этнических общностей.

Поведение - отношение между субъектами (коммуникативная деятельность, по Когану) отличается размытостью структуры. Это - не действие, а взаимодействие "по поводу", не затрачивающее глубинных основ деятельности. Это квазисоциальная форма деятельности. Это собственно и не деятельность, а отношение между людьми в процессе деятельности, рассматриваемое через призму правовых и нравственных норм.

В исторически изменяющихся типах материальной и духовной культуры изменяются виды деятельности, ускоренными темпами совершенствуются средства деятельности, но остается неизменным функциональное предназначение (логика) элементов структуры деятельности. Так, независимо от того передвигается человек на осле или на сверхзвуковом самолете, и осел, и сверхзвуковой самолет остаются средством передвижения. Будет ли шахтер добывать уголь при помощи отбойного молотка или угольного комбайна, добытый уголь всегда будет результатом труда шахтера, а лава угля в забое - предметом его труда. В силу этого структура деятельности относится к видам деятельности как субстанция к модусам. Многообразие видов деятельности возможно представить как модификации формально однотипной структуры деятельности, как эмпирический и логический уровни анализа.

Тогда, как вид деятельности - вполне определенный факт бытия человека, обозначающий переход бытия человека в бытие личности (в этом состоит глубокий философский смысл определения М. С. Каганом личности как "персонифицированной социальной деятельности")27 логическая структура акта деятельности - всеобщий методологический принцип, свободный от психологических и социальных "примесей", применяемый для исключительно философского анализа сущности человека.

Если вид деятельности есть эмпирическая, а посему и относительная реальность для себя бытия человека, структура деятельности - абсолютная реальность бытия человека как рода.

Отсюда следует, что для плодотворного исследования антологического статуса деятельности необходимо использовать не системный, а системно- структурный анализ. Такая постановка вопроса выходит за пределы нашей темы.

Итак, исходная "клеточка" общественного бытия - акт деятельности - в своем развертывании содержит бесконечное многообразие проявлений эмпирического бытия человека, являющегося предметом изучения конкретных общественных наук - психологии, эргономики, социологии, педагогики и др. Вся эта бездна оттенков развертывания акта деятельности, этой "монады" человеческого бытия витает перед взором философа, соблазняя его всеми прелестями бытия "живого человека" и отвлекая его от акции построения абстрактных схем человеческого бытия. Но предназначение философии в том и состоит, чтобы оставить все эти прелести "живого человека", описания всех частных форм деятельного бытия человека художникам, писателям, искусствоведам и сосредоточиться на определении стержневого принципа бытия человека, его сущности. Формирование абстрактной логической "фигуры" деятельности, содержащей в "снятом" виде все ее конкретные проявления, и служит этой цели.

Деятельность - универсальный, принадлежащий исключительно человеку принцип его бытия. Хорошо сказал об этом принципе Иоганн Фихте. "Стоять и жаловаться на человеческое падение, не двинув рукой для его уменьшения, значит поступать по-женски. Карать и злобно издеваться, не сказав людям, как им стать лучше, не по-дружески. Действовать! Действовать! - вот для чего мы существуем".28 Действовать, чтобы существовать, существовать, чтобы действовать- универсальный принцип философии человека.

Резюмируя сказанное об общественном бытии человека, можно сделать следующий вывод: общественное бытие человека есть жизнь человека в обществе. Стержнем общественного бытия, его субстанцией является человеческая деятельность. Общественные отношения - это социальная форма общественного бытия. Единство деятельности и общественных отношений образуют способ общественного бытия человека. Как не бывает деятельности вне общественных отношений, также не бывает общественных отношений вне деятельности. Общественные отношения деятельностны, а деятельность всегда и исключительно социальная деятельность.

Духовное бытие человека


Не могу не подчеркнуть, что в становлении моего духовного мира и моего научного творчества решающую роль сыграло мое знакомство с творчеством А. М. Горького. С большим душевным трепетом, обретением смысла собственного убеждения я цитировал на вступительном экзамене по русской литературе в МГУ в 1955 г. слова героя пьесы Горького "На дне" Сатина: "Человек - это звучит гордо, не жалеть, уважать надо человека". Этот тезис на многие годы определил стержень моих научных интересов в области философии: проблема человека и гуманизма. Все творчество Горького может служить образцом формирования духовного бытия человека. Вот одно из высказываний Горького по этому поводу: "Когда природа лишила человека его способности ходить на четвереньках, она дала ему, в виде посоха, - идеал! И с той поры он бессознательно, инстинктивно стремится к лучшему - все выше!! Сделайте это стремление сознательным, учите людей понимать, что только в сознательном стремлении к лучшему - истинное счастье… Стремление вперед - вот цель жизни. Пусть же вся жизнь будет стремлением, и тогда в ней будут высокопрекрасные часы".29 Здесь предельно ясно выражен смысл духовного бытия человека - стремление к лучшему, к возвышенному. Путеводной звездой этого стремления является наличие идеала, смысла жизни, к которому человек стремится и бессознательно, инстинктивно, и сознательно, преднамеренно.

В широком смысле слова духовное бытие или духовная жизнь - это как сознательное, так и бессознательное стремление к преодолению материального, интеллектуального уровня индивидуального и общественного бытия осуществляемого во всех формах бытия: в искусстве, литературе, религии, философии и производственной деятельности.

Надо заметить, что между сознательным и бессознательным стремлением существует известное различие по принадлежности: если сознательное стремление - феномен духовного, то бессознательное стремление - феномен душевного опыта.

Главный вопрос духовного бытия - как оно существует? Объективно или субъективно, постоянно или прерывисто, рядом с материальным бытием или в нем самом?

При всей трудности, а порой и невозможности выделить духовность из многогранного потока жизнедеятельности индивидов и больших групп людей, не пытаясь также втянуть все сознание в рамки духовного, можно согласиться с предложенным в учебнике "Введение в философию" ч. II выделением двух видов духовного бытия: а) индивидуализированное духовного и б) объективированное духовное. "Специфика индивидуализированных форм бытия духовного заключается в том, что конкретные процессы сознания возникают и умирают вместе с рождением и смертью отдельных людей.

Это не означает обязательной "смерти" всех результатов деятельности сознания. Сохраняются те из них, которые преобразуются во вторую надындивидуальную духовную форму, а также те, которые непосредственно передаются другим людям в процессе общения".30 Спорным, на наш взгляд, этого определения индивидуализированного духовного является подчеркивание трех уровней бессознательного духовного. Бессознательное в жизни индивидов есть выражение не духовного, душевного бытия, так как в нем в равной степени проявляется как стремление к возвышению подлинно человеческого бытия, так и стремление к выражению животных форм бытия. Это замечание относится к констатации не преодоленных на сегодня трудностей определения духовности в науке и философии. Если же мы признаем духовным и его бессознательные формы проявления, мы должны будем согласиться с наделением духовностью всего живого на земле или, выражаясь в терминах Ф. Ницше - с признанием воли к власти как универсальным двигателем прогресса.

Нельзя согласиться также с отождествлением с духовностью всех форм сознания. Можно назвать много форм сознательной, но бездуховной деятельности: наркоман, например, сознательно накачивает себя смертоносными наркотиками, но это яркий пример бездуховности и деградации личности. Вторая форма бытия духовного -объективированное духовное в отличие от индивидуализированного духовного существует вне отдельных индивидов, в различных формах духовной культуры.

Объективированное духовное обязательно материализуется в языке, в звуках, в словах, в телодвижениях и т. д. Наиболее ярким примером объективирования духовного является воплощение в жизни идей справедливости, добра, красоты, истины. Материальные носители объективированного нравственного духовного - это материальные предметы и процессы (книги, чертежи, формулы, мрамор и бронза статуй, памятников, фильмы ноты и многое другое). Специфика объективированного бытия духовного состоит в том, что его фрагменты и целые сочинения могут сохраняться, совершенствоваться и свободно перемещаться в социальном пространстве и историческом времени.

Духовная жизнь общества, духовное богатство цивилизации и культуры, социальная жизнь в целом - это специфическое "место бытия" объективированного духовного, этим и определяется его место в целостном бытии.

Количественно и качественно духовное бытие, феномен духовности рассредоточен крайне неравномерно среди различных социальных и профессиональных групп общества. Количественно наибольшей мерой духовности обладают священнослужители, религиозные фанатики. Но качественно эта духовность не выдерживает критики диалектического разума: она не всегда есть стремление к лучшему, возвышенному, к красоте многостороннего развития личности. Духовность религиозного деятеля скована религиозными догмами, иерархией церковных чинов.

Не высокой мерой духовности обладают люди из "глубинки", сельские жители, городские обыватели, не преодолевшие планку обыденного сознания и здравого смысла. Но среди этих групп людей качеству духовности можно позавидовать духовенству и интеллигентам. Большинство их не поддадутся искушениям деньгами, доходными должностями, не соблазняться на посулы красивой жизни взамен предательства интересов Родины, не впадут в духовную нищету алкоголизма, наркомании, гомосексуализма.

Духовно богатые люди - это люд честные, образованные, последовательные в реализации своих жизненных идеалов, неподдающиеся соблазну легкой жизни, способные жертвовать своим материальным состоянием во имя достижения гуманных целей.

В силу многогранности феномена духовности и ее интерпретации в различных культурах, тема духовного бытия человека не поддается однозначному объяснению и научной систематизации. Рост или уменьшение объема духовного бытия в жизни каждого народа или больших групп людей не находятся в прямо пропорциональной зависимости от условий общественного прогресса. Так, дикие племена в эпоху господства мифического мировоззрения уделяли огромное внимание ритуалам и магическим действиям по борьбе со "злыми духами" и удаче на охоте, для чего обвешивались амулетами и другими предметами, но реально это не сказывалось на улучшении их жизни, т. е. не было показателем роста духовности. Объем духовного бытия всецело зависит от уровня развития общественного бытия и, прежде всего, уровня развития производительных сил. Вместе с тем, развитие общественного бытия не ведет автоматически к развитию духовности. Так, в современных США наиболее высокий уровень научно-технического прогресса соседствует с архаическими формами духовной культуры и невысокого качества системы образования, с односторонним преувеличением Правового сознания и недооценкой морали.

В одно из журналов "Америка", издающегося на русском языке, сообщалось, что в США на каждые 50 граждан один юрист. И приводился такой пример. Девушка договорилась с молодым человеком о встрече, но он не пришел. Девушка подала на него в суд, и суд серьезно обсуждал вопрос. В журнале этот пример рассматривается как показатель высокого уровня правового сознания. В действительности же это показатель низкого уровня морального сознания. Поистине, право заменяет мораль там, где ее нет.

Духовная нищета американцев хорошо описана в репортажах из США в "Советской России" (1997-98 гг.) русским публицистом К. Ковалевым.

Здесь была дана краткая характеристика основных видов бытия человека: биологического, общественного, духовного. Какова субординация этих видов, если ее рассматривать с позиций материалистической философии и с позиций ценностно-ориентированных (аксиологических).

В диалектико-материалистической концепции соотношения материи и сознания общественное бытие представляется первичным, а общественное сознание, а, следовательно, и духовное бытие - вторичным. Нередко в антикоммунистических публикациях это положение вульгаризируется и собственно научная концепция представляется как одновременно и аксиологическая: марксизм, мол, рассматривает все проблемы духовности через желудок человека. Это фальсификация. Одно дело научная концепция первичности общественного бытия и это доказано всем ходом исторического развития и научного познания, но это не означает, что марксизм наделяет общественное бытие большей ценностью по сравнению с духовным бытием. Наоборот. Марксизм обогатил общественное сознание путеводным идеалом, и этот идеал ценится намного выше преходящих материальных и, тем более, биологических ценностей, т. е. ценность духовного бытия выше ценности общественного бытия.
  1   2   3   4   5


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации