Зыкин Дмитрий. Власть, элита, народ. Подсознание и управляемая демократия - файл Dmitriy_Zyikin_Vlast._Elita_narod._Podsoznanie_i_upravlyaemaya_demokratiya.doc

приобрести
Зыкин Дмитрий. Власть, элита, народ. Подсознание и управляемая демократия
скачать (1706.8 kb.)
Доступные файлы (1):
Dmitriy_Zyikin_Vlast._Elita_narod._Podsoznanie_i_upravlyaemaya_demokratiya.doc1707kb.17.12.2010 00:36скачать

Dmitriy_Zyikin_Vlast._Elita_narod._Podsoznanie_i_upravlyaemaya_demokratiya.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8
Дмитрий ЗЫКИН

ВЛАСТЬ. ЭЛИТА, НАРОД
ПОДСОЗНАНИЕ И УПРАВЛЯЕМАЯ ДЕМОКРАТИЯ

Дмитрий ЗЫКИН

ВЛАСТЬ. ЭЛИТА, НАРОД

ПОДСОЗНАНИЕ И УПРАВЛЯЕМАЯ ДЕМОКРАТИЯ
САМОТЕКА Москва 2007
ББК 66.4 (2 Рос)

3 90


Зыкин Д.

3 90 Власть, элита, народ: подсознание и управляемая демократия. - М.: «Самотека», 2007, 272 с.
В этой книге речь идёт об уязвимых сторонах человеческой психики, о технике управления людьми, о наших слабостях, на которых играют те, кто ставит себе задачу подчинять нас своей воле.


Предупреждён - значит, вооружен. Если видеть проблему, то можно нащупать пути её решения.

Эта книга для мужественных людей, для тех, кто способен заглянуть правде в лицо, какой бы неприятной и страшной ни была эта правда.

ISBN 978-59018385-1

© Дмитрий Зыкин, 2007 © «Самотека», 2007
Оглавление

Введение 4

Часть первая. Человек на веревочках 7

  1. Что такое манипуляция сознанием 7

  2. Как всё начиналось: от Павлова до Хаксли 13

  3. Подсознание, подчинившее разум 20

  4. Кованым сапогом по юному мозгу 26

  5. Воспитанные молоком и питательной смесью 36

  6. Противоестественные ограничения 43

  7. Промывка мозгов: прошлое и настоящее 54

  8. Информационное болото 61

  9. Логика и первобытное мышление 69




  1. Анатомия рекламы 80

  2. Политик как товар 89

  3. Сила лжи 97


Часть вторая. Мнимое восстание масс 104

  1. Элита против населения 104

  2. Герой и толпа 115

  3. Элита - двигатель истории 124

  4. Биосоциология 133

  5. От чёрной «Волги» к чёрному «Бумеру» 139

  6. Теория элит и крах СССР 151

  7. Спецоперация: низвержение чемпиона 179

  8. Продолжаем изучать элиту 197

  9. «Странности» советской пропаганды 212




  1. Как разжигали недовольство 232

  2. Прокрустово ложе уравниловки 246

  3. Станет ли «врачом» «убийца»? 255


Вместо заключения. Прорыв в будущее 265

Введение
В одном городе в местных СМИ прошло сообще­ние, что вскоре цены на сахар резко пойдут вверх, по­скольку правительство собирается обложить производи­телей сахара дополнительным налогом. Население го­рода разделилось на две основные группы. Первая груп­па состояла из тех, кто поверил и бросился покупать сахар, пока он не подорожал. Вторая группа - это те, кто решил, что сообщения о дополнительном налоге не имеют под собой никакой реальной почвы. Представители второй группы поняли, что торговцы сахара просто рас­пустили выгодный им слух для того, чтобы подстегнуть спрос на их товар. Однако вторая группа в полном со­ставе также рванула в магазин и точно так же, как и первая, взялась скупать сахар в ускоренном темпе. Разумеется, когда весь город начал гоняться за сахаром, цены на него поднялись и без всякого введения налога, что дало повод первой группе убедиться в своей «правоте», «мудрости» и «прозорливости». С первыми всё ясно -это внушаемые и доверчивые люди, которые попались на удочку аферистов. Но почему же поведение вторых, более умных и проницательных, в конечном итоге ни­чем не отличалось от поведения первых? Чтобы отве­тить на этот вопрос надо проанализировать, как в дан­ном случае рассуждал умный человек. Да, он знал, что никаких новых налогов никто вводить не собирался, и цены на сахар расти не должны. Но он предполагал, что обязательно найдутся те, кто поверит заказным статьям в прессе и побежит покупать! Тогда цены всё-таки по­высятся, и все болваны успеют закупить сахар по низ­кой цене, а он, такой весь из себя прожженный и про­ницательный, будет вынужден переплачивать.

Этот классический приём манипуляции, вошед­ший в учебники, показывает, что существуют способы управления значительными массами людей без приме­нения к ним прямого насилия. Человек уверен, что по­ступает по собственной воле, а между тем его поступки предопределены чужой волей.

Многие совершенно убеждены, что всегда при­нимают решение самостоятельно. Сама мысль о том, что ими кто-то в это время исподтишка управляет, оказыва­ется совершенно невыносимой и отвергается сознани­ем. На самом же деле, те, кто так считает, оказываются самой легкой добычей для всякого рода шарлатанов. Та­кие люди наиболее управляемы именно в силу того, что не верят в само существование манипуляции и не жела­ют учиться защищаться от неё. Им кажется, что их разум, богатый жизненный опыт, практическая хватка гаран­тируют им независимость мышления. А между тем, при­веденный выше пример показывает, что даже приемы из арсенала начинающего специалиста по превращению народа в толпу, лишенную собственной воли, оказыва­ются эффективными. Что уж говорить о тех случаях, ког­да за дело берутся матерые волки!

Означает ли сказанное, что от манипуляции не­возможно защититься? Нет, не означает. И вот почему. Сила манипулятора заключается именно в том, что боль­шинство людей даже и не пытаются защищаться. Од­них, как я уже говорил, просто подводит самоуверен­ность, другие не имеют никакого представления о том, как именно происходит промывка мозгов.

В этой книге речь пойдет об уязвимых сторонах человеческой психики, о техниках управления людьми, о наших слабостях, на которых играют те, кто ставит себе задачу подчинять нас своей воле.

Предупрежден - значит вооружен. Если видеть проблему, то можно нащупать пути её решения. Эта кни­га для мужественных людей, для тех, кто способен заг­лянуть правде в лицо, какой бы неприятной и страшной ни была эта правда. Остальные пусть и дальше выстра­иваются в очередь за сахаром - им я помочь не в силах.

Часть первая

Человек на веревочках


Что лучше для стада овец:

когда им управляет главный баран или

главный пастух?

Лучше не быть стадом.


1.1 Что такое манипуляция сознанием
Манипуляцию сознанием часто называют про­мывкой мозгов, программированием разума. Нередко в ход идут и более резкие слова, такие как «оболванива­ние», «дебилизация» и тому подобное. А что. же на са­мом деле представляет собой манипуляция? На этот воп­рос не так-то просто дать краткий, ясный и вместе с тем исчерпывающий ответ. Проиллюстрировать манипуля­цию на конкретных примерах несложно, гораздо труд­нее построить четкое определение. Где заканчивается убеждение и начинается манипуляция? И возможна ли манипуляция во благо? Для ответа на эти вопросы всё-таки придётся начать именно с примера.

Вот родители желают приучить своего ребенка мыть руки перед едой. Как донести до детей информа­цию о том, что несоблюдение правил гигиены может

быть опасно для здоровья? Ребенок ещё слишком мал, чтобы понимать, что такое микробы и чем они могут навредить. Ему бесполезно об этом рассказывать, поэто­му необходимо использовать тот понятийный аппарат, до которого малыш дорос. В этом случае взрослые не­редко говорят, что, мол, к грязнулям приходит Баба-Яга (Кощей Бессмертный) и уволакивает в далекие края, а потому надо «всем хорошим мальчикам и девочкам дер­жать руки в чистоте». Несомненно, здесь имеет место манипуляция сознанием. Причем во благо. Ребёнок де­лает выбор без понимания, испугавшись несуществую­щих персонажей. И это отличительный признак промыв­ки мозгов. Родители к тому же пошли на прямую ложь, но это второстепенный момент. Манипуляция не сводит­ся ко лжи, хотя в манипулятивных техниках ложь при­сутствует всегда в той или иной форме. Действие без понимания - вот ключевой момент, с которого начина­ется любая манипуляция. Убеждение, напротив, осно­вано на предоставлении человеку полной и достовер­ной информации. Личность в этом случае делает свой выбор предельно осознанно, прекрасно понимая, о чем идёт речь.

Отметим, что манипулятор вкладывает в чужие головы то, чему сам заведомо не верит. Не верили роди­тели в Бабу-Ягу, ворующую грязнуль. Знали продавцы сахара, что никакого дополнительного налога никто не планирует вводить. Распространив ложную информа­цию, они толкнули людей в очень узкий коридор воз­можных решений, каждое из которых вело к победе ма­нипулятора. Ведь и те, кто поверил проплаченным бай­кам, и те, кто не поверил, в конце концов, поступили так, как заранее и хотелось заказчикам «сахарной» кам­пании промывки мозгов. Приняв чужие правила игры, все действия человека, совершённые по собственной его воле, обречены были стать лишь метаниями марионе­ток на веревочках. И даже те, кто понимал, что на самом деле происходит, оказались заложниками более глупых, наивных, доверчивых и некомпетентных. Как видим, стоит заставить лишь часть общества плясать под дудку, так в скором времени запляшут и все остальные. Ста­рый принцип: «выигрывает не тот, кто хорошо играет, а тот, кто устанавливает правила», предстаёт здесь во всей красе. А ведь всё начиналось именно с непонимания и незнания. Думаю, приведённых примеров достаточно, чтобы дать, наконец, строгое определение.

Итак, манипуляция сознанием - процесс вну­шения заведомо ложной информации, предопределя­ющей дальнейшие поступки человека.

Чтобы определение стало более строгим, необхо­димо объяснить, что понимается под внушением.

В классических трудах Бехтерева приводится оп­ределение Больдвина, который под внушением понимал «большой класс явлений, типическим представителем которых служит внезапное вторжение в сознание извне идеи или образа, становящихся частью потока мысли и стремящихся вызвать мышечные и волевые усилия - свои обычные последствия». При этом внушение восприни­мается человеком без критики и выполняется им почти автоматически, иными словами, рефлекторно.

Б. Сидис модифицировал данное определение следующим образом: «Под внушением понимается вторжение в ум какой-либо идеи; встреченная боль­шим или меньшим сопротивлением личности она, наконец, принимается без критики и выполняется без осуждения, почти автоматично».

Бехтерев, в основном соглашаясь с Больдвиным и Сидисом, указывает на то, что в ряде случаев личность абсолютно не сопротивляется, и внушение происходит совершенно незаметно для человека.

А как быть в том случае, если некто Иван Ивано­вич Иванов, подвергнувшийся «программированию мозга», поверил в истинность ложной информации, вну­шенной ему манипулятором, и дальше начал сам рас­пространять внушенные идеи? Можно ли назвать его манипулятором? На этом моменте необходимо остано­виться подробнее.

Выше говорилось, что манипулятор знает о том, что информация, которая идет от него, ложна. А бедола­га Иван Иванович повторяет чужую ложь от чистого сер­дца. Иван Иванович, в данном случае, не генератор идей, а ретранслятор, он сам марионетка и, грубо говоря, поёт под фонограмму, то есть рот-то раскрывает, но слова выходят чужие. Назовем это явление вторичной мани­пуляцией.

Все мы, ещё со школьной скамьи, знаем, что зна­чительное число живых организмов прекрасно обходят­ся без развитого головного мозга. Они питаются, раз­множаются, уклоняются от врагов, совершают сложней­шие действия, и для этого им разум не обязателен. По­смотрите на муравьев. Сколь высока их социальная орга­низация! Они ведут войны, заботятся о потомстве, в муравейнике царит строгий порядок, даже существует разделение труда. И всё это в отсутствии интеллекта. Посмотрите теперь на человеческое общество. Неслучай­но один из крупнейших социологов мира Александр

Зиновьев называл такое общество человейником. Зада­чи, которые решает большинство людей, принципиаль­но не отличаются от задач, которые стоят перед муравь­ями. Утром мы просыпаемся и уже заранее знаем, что пой­дём на работу, знаем, сколько времени на ней пробудем, знаем, что потом отправимся в продуктовый магазин и ку­пим там, скорее всего, именно то, что покупали вчера. Наше поведение стандартно, а потому предсказуемо и легко уп­равляемо. Чем меньше мы думаем, чем больше живем по заведённому шаблону, тем более мы уязвимы. Знайте, стан­дартные модели поведения хорошо изучены теми, кто за­нимается программированием разума.

Безусловно, после выполнения ежедневной ру­тины всё равно у нас остаётся довольно много времени, которое мы можем потратить по своему усмотрению. А манипулятор ставит цель сделать так, чтобы и в свобод­ное время мы жили по шаблонам. Мечта манипулятора - человек, не анализирующий информацию, которая ему предлагается, и действующий в соответствии с готовы­ми штампами. Сократить до минимума процесс обду­мывания, сделать так, чтобы мы принимали решения, по сути, рефлекторно - вот главная проблема для мани­пуляторов. И, к сожалению, они значительно продвину­лись в ее решении. Когда я излагаю эти, в общем-то, оче­видные вещи, меня часто упрекают в принижении че­ловека. «Человек- это тебе не муравей, и нечего даже сравнивать», - возмущаются одни. «Мы живем разумом, а не инстинктами», - добавляют другие.

Что ж, давайте разберемся. Вот вы случайно дот­ронулись до раскалённого паяльника, каковы будут ваши действия? Готов поспорить, что вы мгновенно, не заду­мываясь, одёрните руку. Разум здесь совершенно ни при чём, ваши действия в данном случае полностью опреде­ляются рефлексами. Рефлексы могут быть врождённы­ми, они передаются по наследству и присущи всем лю­дям. А есть так называемые условные рефлексы, то есть приобретённые под влиянием внешних обстоятельств. Их можно формировать. И это открывает перед мани­пуляторами огромные возможности. У них есть инстру­менты конструирования условных рефлексов. Да мы и сами нередко формируем рефлексы у себя же, порой, даже того и не замечая. Вот типичная история.

Долгие годы, чтобы включить свет, я тянулся к выключателю, который находился рядом с входной две­рью. После ремонта в квартире мне пришлось перенес­ти выключатель в другое место. Так вот, всякий раз, ког­да нужно было включить свет, я шел к входной двери. Лишь на полпути я спохватывался, вспоминал, что там уже выключателя нет. И так продолжалось несколько дней. Разумом я прекрасно понимал, где на самом деле находится выключатель, но в первый момент мною уп­равлял рефлекс, который сформировался за долгие годы.

1.2 Как всё начиналось: от Павлова до Хаксли
Что человек соединил, природа разде­лить бессильна.

О. Хаксли

Отцом учения о высшей нервной деятельности является наш соотечественник Иван Петрович Павлов. Его вклад в науку был удостоен нобелевской премии, а словосочетание «собака Павлова» - стало нарицатель­ным. Сейчас его опыты и результаты кажутся баналь­ными, но в своё время они расценивались как сенсация. Что же так сильно удивляло современников Павлова? Чтобы ответить на этот вопрос надо вспомнить его клас­сический эксперимент.

Когда собаке предлагают пищу у неё инстинктив­но вырабатывается слюна. Это знают все, об этом знали и до Павлова. Само выражение «слюнки текут» приме­няли и к человеку. В соответствии с законами Природы или Бога (кому как нравится) запах пищи для многих животных является сигналом для слюноотделения. Это безусловный рефлекс, который передается по наследству. Павлов решил сам стать Творцом и поставил цель сфор­мировать у животных такие рефлексы, какие захочет, и объяснить механизм их появления. Это ему удалось, что в те годы буквально потрясло научное сообщество.

Рядом с собачьей кормушкой поставили колоколь­чик, и всякий раз, когда собаке предлагали пищу, он зве­нел. Спустя некоторое время, одного звука колокольчи­ка было достаточно, чтобы у животного начинала выра­батываться слюна. Пища уже не требовалась, сигналом для слюноотделения стал звук. Разумеется, кое-кто со­образил, что технологию Павлова можно применять не только к собакам, но и к людям. Опыты проводились даже на детях.

История ребенка по имени Альберт вошла в учеб­ники психологии. Над маленьким мальчиком, которому не было ещё и года, провели следующий эксперимент. Ему показывали прирученную белую крысу, и одновре­менно за его спиной раздавался громкий удар в гонг. После нескольких повторений, ребенок начинал плакать, когда ему только показывали животное. Спустя пять дней экспериментаторы-изуверы (Уотсон и Рейнер) показали Альберту предметы, напоминающие крысу, и оказалось, что страх ребенка распространился и на них. Дошло до того, что малыш стал бояться пальто из котикового меха, хотя изначально ручная крыса не вызывала у него ника­ких отрицательных эмоций.

На эту тему есть прекрасный роман-антиутопия Хаксли «О дивный новый мир». Автор описывает жизнь общества, разделенного на касты: альфы, беты, гаммы, дельты и эпсилоны. Детей будущего выращивают в «про­бирках-бутылях», и уже с первых секунд зародыши раз­ных каст получают различный уход и питание. Предста­вителям каст искусственно формируют различные ус­ловные рефлексы таким образом, чтобы максимально приспособить их к выполнению социальных ролей. Обя­зательно прочитайте, не пожалеете. Здесь я считаю не­обходимым привести лишь один характерный отрывок.

«....Директор и студенты вошли в ближайший лифт и поднялись на шестой этаж. «МЛАДОПИТОМНИК. ЗАЛЫ НЕОПАВЛОВСКОГО ФОРМИРОВАНИЯ РЕФЛЕКСОВ» - гласила доска при входе. Директор открыл дверь. Они очутились в большом голом зале, очень светлом и солнечном: южная стена его была одно сплошное окно. Пять или шесть нянь в форменных брючных костюмах из белого вискозного полотна и в белых асептических, скрывающих волосы шапочках были заняты тем, что расставляли на полу цветы. Стави­ли в длинную линию большие вазы, переполненные пыш­ными розами. Лепестки их были шелковисто гладки, словно щеки тысячного сонма ангелов - нежно-румя­ных индоевропейских херувимов, и лучезарно-чайных китайчат, и мексиканских смуглячков, и пурпурных от чрезмерного усердия небесных трубачей, и ангелов блед­ных, как смерть, бледных мраморной надгробной белиз­ною. Директор вошел - няни встали смирно.

- Книги по местам, - сказал он коротко.

Няни без слов повиновались. Между вазами они разместили стоймя и раскрыли большеформатные детские книги, манящие пестро раскрашенные изображениями зверей, рыб, птиц.

- Привезти ползунков.

Няни побежали выполнять приказание и мину­ты через две возвратились; каждая катила высокую, в четыре сетчатых этажа, тележку, груженную восьмимесячными младенцами, как две капли воды по­хожими друг на друга и одетыми все в хаки (отличительный цвет касты «дельта»).

- Снять на пол.

Младенцев сгрузили с проволочных сеток.

- Повернуть лицом к цветам и книгам.

Завидя книги и цветы, детские шеренги смолк­ли и двинулись ползком к этим скопленьям цвета, к этим красочным образам, таким празднично-пестрым на белых страницах. А тут и солнце вышло из-за об­лачка. Розы вспыхнули, точно воспламененные внезап­ной страстью; глянцевитые страницы книг как бы озарились новым и глубинным смыслом. Младенцы по­ползли быстрей, возбужденно попискивая, гукая и ще­беча от удовольствия.

- Превосходно! - сказал Директор, потирая руки. - Как по заказу получилось.

Самые резвые из ползунков достигли уже цели. Ручонки протянулись неуверенно, дотронулись, схва­тили, обрывая лепестки преображенных солнцем роз, комкая цветистые картинки. Директор подождал, пока все дети не присоединились к этому радостному занятию.

- Следите внимательно! - сказал он студентам. И подал знак вскинутой рукой.

Старшая няня, стоявшая у щита управления в другом конце зала, включила рубильник. Что-то бахну­ло, загрохотало. Завыла сирена, с каждой секундой все пронзительнее. Бешено зазвенели сигнальные звон­ки. Дети трепыхнулись, заплакали в голос; личики их исказились от ужаса.

- А сейчас, - не сказал, а прокричал Директор (ибо шум стоял оглушительный), - сейчас мы слегка подействуем на них электротоком, чтобы закрепить преподанный урок. Он опять взмахнул рукой, и Стар­шая включила второй рубильник. Плач детей сменился отчаянными воплями. Было что-то дикое, почти бе­зумное в их резких судорожных вскриках. Детские тельца вздрагивали, цепенели; руки и ноги дергались, как у марионеток.

- Весь этот участок пола теперь под током, -проорал Директор в пояснение. - Но достаточно, - по­дал он знак Старшей.

Грохот и звон прекратились, вой сирены стих, иссяк. Тельца перестали дергаться, бесноватые вскрики и взрыды перешли в прежний нормальный перепуган­ный рев.

- Предложить им снова цветы и книги.

Няни послушно подвинули вазы, раскрыли кар­тинки; но при виде роз и веселых кисок-мурок, петуш­ков-золотых гребешков и черненьких бяшек дети съе­жились в ужасе; рев моментально усилился.

- Видите! - сказал Директор торжествующе. - Видите! В младенческом мозгу книги и цветы уже опо­рочены, связаны с грохотом, электрошоком; а после двухсот повторений того же или сходного урока связь эта станет нерасторжимой. Что человек соединил, природа разделить бессильна. - Они вырастут, неся в себе то, что психологи когда-то называли «инстинк­тивным» отвращением к природе. Рефлекс, привитый на всю жизнь. Мы их навсегда обезопасим от книг и от ботаники.

Один из студентов поднял руку: он, конечно, вполне понимает, почему нельзя, чтобы низшие касты расходовали время Общества на чтение книг, и при­том они всегда ведь рискуют прочесть что-нибудь могущее нежелательно расстроить тот или иной реф­лекс, но вот цветы... насчет цветов неясно. Зачем класть труд на то, чтобы для дельт сделалась пси­хологически невозможной любовь к цветам?

Директор терпеливо стал объяснять. Если мла­денцы теперь встречают розу ревом, то прививается это из высоких экономических соображений. Не так давно (лет сто назад) у гамм, дельт и даже у эпсило­нов культивировалась любовь к цветам и к природе во­обще. Идея была та, чтобы в часы досуга их непремен­но тянуло за город, в лес и поле, и, таким образом, они загружали бы транспорт.

что же, разве они не пользовались транспор­том? - спросил студент.

- Транспортом-то пользовались, - ответил Ди­ректор. - Но на этом хозяйственная польза и конча­лась. У цветочков и пейзажей тот существенный изъян, что это блага даровые,- подчеркнул Директор.- Лю­бовь к природе не загружает фабрик заказами. И реше­но было отменить любовь к природе - во всяком случае, у низших каст; отменить, но так, чтобы загрузка транспорта не снизилась. Оставалось существенно важным, чтобы за город ездили по-прежнему, хоть и питая отвращение к природе. Требовалось лишь подыскать более разумную, с хозяйственной точки зрения, причину для пользования транспортом, чем про­стая тяга к цветочкам и пейзажам. И причина была подыскана.

Конечно, книга Хаксли - это сатира, гротеск, но оглянитесь по сторонам, а так ли уж наша современная жизнь отличается от фантастического романа? Как нас воспитывают с раннего детства? Как и чему нас учат в школе? Что считается у нас моральным, а что подверга­ется осмеянию и порицанию? И кто всё это определяет? Чтобы привить ребенку отвращение к чему бы то ни было, его необязательно бить током. У современных манипуляторов есть более гуманные средства. Чтобы заставить уже взрослых покупать одежду определенно­го фасона, достаточно объявить этот фасон модным. Но кто это объявляет? Так называемые «элитные кутюрье» решают, что будут носить женщины в новом сезоне. Что молодые ребята будут пить, решает заказчик рекламы пива. Что они будут петь, решает музыкальный продю­сер. А как проголосуют их папы с мамами, определит политический пиарщик. И так далее. Ну, разумеется, каждый будет свято уверен в том, что принял решение самостоятельно, без всякого принуждения. И рука потя­нулась к пиву вовсе не потому, что тысячу раз с экрана телевизора сказали, что «это пиво для самых продвину­тых». И проголосовал за незнакомого человека, даже не прочитав его программы, вовсе не потому, что хоро­шо потрудилась высокооплачиваемая команда полити­ческих консультантов. И нарядился в спущенные до пола джинсы вовсе не потому, что подглядел это у рэпера, десятого ребенка в семье, который привык донашивать безразмерные джинсы старшего брата. Продюсеры, рек­ламисты, пиарщики - одним словом, манипуляторы - правят нашим миром уже сейчас. Людей лишили соб­ственной воли. То, что пророчил Хаксли, сбылось при его жизни.
1.3 Подсознание, подчинившее разум
Оставшись без головы, я лишусь рта и умру от голода!
Идея формирования условных рефлексов у чело­века развивалась в течение всего XX века. Причем в этой области работали выдающиеся ученые. Одним из таких действительно великих психологов, открытия ко­торого подняли науку о манипуляции на качественно новый уровень, был Беррес Скиннер. А начинал он с типично «павловских» опытов над крысами.

Скиннер сконструировал ящик, в котором была миска и рычаг, нажатие на который приводило к тому, что в миску поступала пища. В эту камеру запускали крысу. Как известно, крысы - очень любопытные жи­вотные, они тщательно исследуют территорию, посто­янно принюхиваются, пробуют незнакомые предметы на зуб. Рано или поздно, подопытное животное задевало рычаг, что приводило к наполнению её миски. Прошло некоторое время, и крыса сообразила, что поступление пищи как-то связано с нажатием рычага. И теперь, про­голодавшись, она без промедления подходила к нему. Связь между едой и действием крыса установила сама. Сама ли? Ведь её поместили в определенные, очень же­сткие условия, где набор поступков, обеспечивающих вы­живание, сужен до предела. Как это похоже на трюк про­давцов сахара, описанный в самом начале книги. Мани­пулятор отнимает у человека свободу, подменяя её ил­люзией выбора.

От животных перейдем к людям. Когда ребенок испытывает дискомфорт, он плачет, и нормальные родители сразу спешат на помощь. Но если уж крыса спо­собна связать пищу и рычаг, то уж тем более ребенок очень скоро начинает понимать, что привлечь внимание взрослых очень просто - достаточно поднять крик. В некоторых семьях грудные дети начинают контролиро­вать поведение своих родителей. Маленький манипуля­тор уже в колыбели учится управлять солидными и зре­лыми людьми. Доходит до того, что лишь вмешатель­ство врача-психолога спасает ситуацию, в противном случае родители не спят ночами, а их чадо вырастает истеричным и неуравновешенным.

Условные рефлексы играют настолько важную роль в нашей жизни, что переходят в область культуры, превращаются в ритуал, несоблюдение которого может вызывать серьезные осложнения не только между от­дельными людьми, но даже между целыми народами. Все мы слышали о том, что у индейцев было принято раскуривать трубку мира. Но откуда пошёл обычай? Вот как Лоренц, ещё один нобелевский лауреат, объяснил этот феномен.

Допустим, вожди племён, ведущих ожесточенную борьбу за охотничьи угодья, решили положить конец кро­вопролитию и договорились о встрече. Каждый из них, естественно напряжен и взволнован, но скрывает свою слабость. Они стараются держаться гордо, сурово смот­рят друг на друга, и, конечно же, это отнимает у них мас­су сил и нервной энергии. Необходимо как-то разрядить обстановку, при этом не потеряв лица. Если вы курите, то наверняка, вам знакомо желание достать сигарету в случае душевного дискомфорта. Что уж говорить об ин­дейцах, у которых как раз и зародилось курение? Вожди достали свои трубки, ещё не трубки мира, а просто при­способления для курения, и напряжение несколько спа­ло. Неизвестно сколько повторений понадобилось ин­дейцам, чтобы связать в своем сознании мирные пе­реговоры с курением, но факт налицо, курение стало одним из важнейших ритуалов у целого народа.

Иными словами, человеческие рефлексы можно формировать, чем и занимаются те, кто промывает нам мозги. О практических способах управления личностью я подробно расскажу в последующих главах, а сейчас речь пойдет о нашем подсознании, ведь апелляция к подсозна­нию - одна из ключевых технологий манипулирования.

Подсознание - это часть психики человека, в ко­торой заключено «бессознательное», то есть неосозна­ваемая человеком сфера его влечений, страхов, неосоз­нанных представлений и прочее. Чтобы проще было понять, о чем идет речь, вновь обращусь к конкретным примерам.

Одним нравится черный цвет, а другие его нена­видят. А почему? Рационального объяснения вы не дож­детесь. «На вкус и цвет товарищей нет» - вот стандарт­ный ответ. И если бы дело ограничивалось только пред­почтениями при выборе цвета одежды! На каждом шагу мы принимаем такие решения, которые впоследствии не способны рационально объяснить. Как существа ра­зумные мы мучаемся оттого, что никак не можем дать осмысленный ответ и пытаемся подыскать хоть какое-то логическое объяснение. Но тут же выясняется, что оно явно оказывается абсурдным и некорректным. А когда указываешь человеку на несостоятельность его объяс­нений, то нередко он испытывает иррациональную ярость. Это ярость разума, не желающего признавать поражение в столкновении с подсознанием. Я неоднок­ратно проделывал этот эксперимент. И результат всегда был одним и тем же. Например, я просил знакомых мне женщин объяснить, почему они со всех ног бегут к теле­визору смотреть демонстрацию мод. Вначале женщины уверенным голосом отвечали, что, мол, хотим знать, что носить. На это следовал уточняющий вопрос: у вас есть десятки тысяч долларов, чтобы покупать такие платья? Это уже ставило в тупик. Мои собеседницы понимали, что их объяснение не выдерживает логической провер­ки. После паузы и явных душевных метаний, мне отве­чали, что речь идет не о том, чтобы купить именно такое платье, а другое, пусть и не столь дорогое, но аналогичное по фасону. На это у меня был заранее подготовлен ещё один вопрос: Неужели Вы посещаете такие заведения, в которых нормальным считается прийти в металлическом бюстгаль­тере и тому подобных вещичках? Уже на этом этапе респондентки начинают нервничать, они понимали, что вновь их объяснение оказалось неверным. В конечном итоге всё сводится к характерному ответу: «Нам это интересно». А почему интересно? Ответа нет.

То же самое относится и к мужчинам, только спра­шивать надо не про моду, а, например, про криминаль­ную хронику, про передачу о дорожных происшестви­ях, про футбол. Действительно рациональных ответов вы не услышите. Один мой знакомый всё пытался мне доказать, что следит за катастрофами на дорогах исклю­чительно для того, чтобы не повторять ошибок других водителей. Однако почти во всех телевизионных сюжетах о разбившихся машинах речь шла о пьяных за рулем и езде на красный свет.

Неужели без регулярного в течение нескольких лет просмотра передачи водитель не знал, что нельзя пить за рулем? Когда я ему это сказал, повисло тягостное мол­чание.

А теперь только представьте, что будет, если ма­нипуляторы найдут ответы на эти вопросы. Их власть возрастет многократно. Вдумайтесь, сам объект мани­пуляции не знает, почему поступает тем или иным обра­зом, чем руководствуется, а тот, кто им манипулирует, уже всё разложил по полочкам и играет на скрытых стру­нах вашей психики. Ваше бессознательное - вот к чему стремятся подобрать ключик все эти рекламщики-пиарщики. Увы, вынужден констатировать грустный факт, им это удалось. Ваше бессознательное, та область психи­ки, которая недоступна вашему же мозгу для осознан­ного обдумывания, теперь открыта для манипулятора. Многими эта мысль воспринимается с трудом. Как же так, это же мои личные переживания, мои страхи, мои предпочтения, и я же сам в них не разбираюсь! А совер­шенно посторонние люди, оказывается, всё знают луч­ше меня? Не может быть! Таковы типичные рассужде­ния большинства. Большинство не удивляется, что со­вершенно посторонний врач-кардиолог знает о том, как работает их сердце, гораздо лучше их самих. Большин­ство не удивляется, что роды у женщин часто принима­ют гинекологи-мужчины, которые в принципе не спо­собны сами рожать. Но при этом, как дело доходит до вопросов разума и психологии, так многие люди бьют­ся насмерть, отстаивая свою уникальность и непознава­емость.

Да, что и говорить, к душевным вопросам у нас отношение трепетное. Но страусиная тактика ещё нико­му никогда не помогала, не поможет и здесь. Напротив, только облегчит манипуляторам их задачу.

Главная отличительная черта человека - умение ло­гически мыслить. Чем большую роль в вашей жизни игра­ет подсознание, чем реже вы опираетесь на логику и осоз­нанные рассуждения, тем вы примитивнее, тем ближе вы к животным, тем проще вас дрессировать. Мы должны сделать бессознательное осознанным. Это возможно. Но для этого необходимо четко понимать, о чем идет речь.

Основы учения о подсознании и бессознательном (психоанализ) заложил Зигмунд Фрейд. Его последова­тель, а впоследствии оппонент, Карл Густав Юнг значи­тельно развил и обогатил классическое учение Фрейда. Конечно, с тех пор психоанализ ушел далеко вперед, многие из гипотез отцов-основателей не подтвердились. Многое оказалось пересмотрено, но это типично для любой науки. Первооткрыватели указывают магистраль­ное направление, своими смелыми предположениями стимулируют дальнейшие исследования. Важно то, что психоанализ вошел в стандартный набор отмычек, с по­мощью которых манипуляторы открывают двери в са­мые потаенные закоулки нашей души. Долгое время счи­талось, что в подсознание принципиально невозможно проникнуть. Фрейд, да и Юнг были убеждены, что о бес­сознательном можно судить лишь по внешним призна­кам, по реакции человека на внешние раздражения, по спонтанным поступкам, оговоркам, снам и тому подоб­ному. Бессознательное может водить рукой художника, и, кстати, до сих пор психологи предлагают своим паци­ентам в качестве теста сделать несколько рисунков, а потом по характеру этих рисунков проводят психодиаг­ностику личности.

Так продолжалось довольно долго, но в пятиде­сятых годах XX века ситуация постепенно стала меняться. В распоряжении психологов и психиатров оказались сильнодействующие препараты, использование которых разрушало барьеры, за которым скрывалось бессознатель­ное. И появилась возможность исследовать подсозна­ние напрямую. Настоящий прорыв в этой области со­вершили придерживавшийся концепций Юнга доктор Станислав Гроф и гарвардский психотерапевт Тимоти Лири. Свои исследования Гроф начинал в Праге, потом его работами заинтересовались американцы и пригла­сили работать в США, а спустя несколько лет он был признан одним из крупнейших экспертов по данной проблематике. Жизненный путь Лири был куда более извилист и опасен. Скандально-сенсационные опыты с использованием ЛСД, изгнание из Гарварда, аресты, тюрьма, культовый статус и смерть от рака. Но настоя­щую ценность в данном случае представляют не факты биографии этих незаурядных личностей, а их открытия, о которых речь пойдет ниже.
  1   2   3   4   5   6   7   8


Дмитрий ЗЫКИН
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации