Пезешкиан Н. Психотерапия повседневной жизни: тренинг разрешения конфликтов - файл n1.rtf

приобрести
Пезешкиан Н. Психотерапия повседневной жизни: тренинг разрешения конфликтов
скачать (430.8 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.rtf3988kb.29.09.2006 22:28скачать

n1.rtf

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
их ребенок проявляет то или иное расстройство, хотя они относятся к нему с такой большой любовью. При ближайшем рассмотрении выясняется, что проявленная любовь не была достаточно дифференцированной. Общая рекомендация «дайте ребенку больше любви» практически бесполезна, если при этом не указывается на то, в какой сфере наблюдается дефицит любви и какому виду эмоционального отно­шения нужно уделить особое внимание. Любовь может быть на­правлена на собственное «Я». В определенной степени она даже должна быть сначала направлена на собственное «Я», чтобы могло сформироваться стойкое эмоциональное отношение как таковое.

В своей самой ранней форме любовь проявляется в отноше­ниях между матерью и ребенком. Ребенку нужна эмоциональная привязанность матери или другого близкого человека. На этой элементарной ступени ребенок развивает основополагающее дове­рие. Если же насущная потребность ребенка в любви не удовле­творяется в полной мере, то у ребенка может сформироваться изначальное чувство недоверия к миру.

Эмоциональная привязанность — любовь — не находится в безвоздушном пространстве, а всегда распространяется на раз­личные объекты или их качества. Нужно различать способность любить и способность быть любимым. Поведение одного вызывает симпатию, другой затрачивает большие эмоциональные усилия и не получает положительного ответа, так как его поведение не соответствует ожиданиям. Любовь и внимание могут подчас ис­пользоваться как оружие.

Любовь как «горячее оружие»: при любой возможности мы хвалим человека, благодарим его словами, жестами, мимикой, по­ступками или освобождаем его от любой работы и делаем ее сами.

72

Обе они настоящие фанатики чистоты. Я тоже была такой. Потом я вышла замуж. Мой муж хотел иметь уютную квартиру. Если я буду слишком уж усердно все начищать, считал он, квар­тира будет казаться стерильной. Так как я не хотела портить с ним отношения, я уступила, и смотрите-ка: то, что я раньше презирала, теперь мне самой понравилось. Отношения между на­ми улучшились, у меня стало больше времени и на мужа, и на мои увлечения. Пока однажды моя мать и сестра не приехали в гости из Баварии: „Но, детка, как выглядит твоя квартира!" и т. д. и т. п. Я стала сомневаться и оказалась между двух огней: мне пришлось выбирать, с кем испортить отношения — с мужем или с матерью. Это были постоянные метания. У меня было чувство вины перед матерью. Она говорила, что ей стыдно за меня, что и на нее падает тень. При этом наша квартира вовсе не была грязной. Ну ладно, постели иногда до вечера оставались неубран­ными, когда у нас целый день не было времени, и посуда остава­лась немытой, но муж мне вечером помогал. И я не каждый день вытирала пыль. Наконец я поняла, что я замужем не за моей матерью. Разве главное было не то, чтобы мой муж и я хорошо себя чувствовали? Когда моя мать приехала в следующий раз и снова стала меня упрекать, я ей спокойно объяснила, что я уважаю ее точку зрения, но она не должна ожидать от меня, чтобы я думала точно так же, как она. В результате она •обиде­лась и уехала. Я не могу этого изменить. Может быть, ей нужно время, чтобы понять меня, и она опять приедет. Во всяком случае, я убеждена, что поступила правильно» (38-летняя мать троих детей).

И ребенок не обходится без сомнений. Когда он учится хо­дить, ой не знает, упадет он сразу же или нет. Когда он плачет, потому что голоден, он не знает, подойдет ли кто-нибудь, что­бы покормить его. Если же мать всегда внимательна к нему, то у него из этого сомнения развивается потребность строить общение с окружающими, Уверенность находит свое выражение тогда, когда сомнения разрешаются в соответствии с требования­ми времени.

Гипертрофированная уверенность; зацикленность; потеря; це­лостность; сопротивление; преувеличенные ожидания; неуверен­ность; сомнения; недоверие; страх; навязчивые мысли; навязчивые действия.


73

Глава II. Актуальные способности


ЛЮБОВЬ

Любовь такая же опора для души, как ноги опора для тела.

К. фон Сиена

Чувство уверенности — это самая стабильная основа того феномена, который называют любовью. Любовь — это эмоцио­нальное отношение, которое может быть в различной степени направлено на ряд объектов.

Любовь, таким образом, представляет собой всеохватываю­щую способность, которая включает в себя целый ряд различных аспектов. Часто родители удивляются, что их ребенок проявляет то или иное расстройство, хотя они относятся к нему с такой большой любовью. При ближайшем рассмотрении выясняется, что проявленная любовь не была достаточно дифференцированной. Общая рекомендация «дайте ребенку больше любви» практически бесполезна, если при этом не указывается на то, в какой сфере наблюдается дефицит любви и какому виду эмоционального отно­шения нужно уделить особое внимание. Любовь может быть на­правлена на собственное «Я». В определенной степени она даже должна быть сначала направлена на собственное «Я», чтобы могло сформироваться стойкое эмоциональное отношение как таковое.

В своей самой ранней форме любовь проявляется в отноше­ниях между матерью и ребенком. Ребенку нужна эмоциональная привязанность матери или другого близкого человека. На этой элементарной ступени ребенок развивает основополагающее дове­рие. Если же насущная потребность ребенка в любви не удовле­творяется в полной мере, то у ребенка может сформироваться изначальное чувство недоверия к миру.

Эмоциональная привязанность — любовь — не находится в безвоздушном пространстве, а всегда распространяется на раз­личные объекты или их качества. Нужно различать способность любить и способность быть любимым. Поведение одного вызывает симпатию, другой затрачивает большие эмоциональные усилия и не получает положительного ответа, так как его поведение не соответствует ожиданиям. Любовь и внимание могут подчас ис­пользоваться как оружие.

Любовь как «горячее оружие»: при любой возможности мы хвалим человека, благодарим его словами, жестами, мимикой, по­ступками или освобождаем его от любой работы и делаем ее сами.


74

Психотерапия повседневной жизни


Результатом этого у любящего бывает комплекс благодарности, невозможность расстаться, слишком сильная идентификация, труд­ности в непривычной обстановке. Вторичные способности раскры­ваются в недостаточной степени.

Любовь как «холодное оружие»: действует через лишение любви, угрозы, напоминания, наказания. Объекты такой любви выглядят скованными или очень однобоко ориентированными на достиже­ния и успехи. Эмоциональная сфера бывает развита недостаточно.

«Контрастные ванны»: применяются различные, непредсказуе­мые методы воспитания. Человек лишается способности прини­мать решения и устанавливать связи с другими, он легко поддается влиянию и приспосабливается к нормам, которые считает наибо­лее выгодными для себя.

Аюбовь к какому-либо «Ты» — это обычная форма любви. Этим «Ты» может быть мать или отец, дети, братья или сестры, товарищи по играм, друзья и подруги, партнеры по совместной жизни или супруги. При этом любовь не во всех случаях одна и та же. Одно отношение может стать заменой недостающего другого, как комнатная собачка или другое домашнее животное. Важным источником отношения ко второму лицу является сексуальность. Большей частью мы говорим о сексуальности, когда имеем дело с половозрелым индивидом. Действительно, сексуальность, направ­ленная на другого, встречается лишь во взрослом возрасте. В то же время уже в детском возрасте существует направленная на «Я» эгоцентрическая сексуальность. У взрослого индивидуума эта фор­ма любви проявляется как позиция пассивного ожидания: «Я здесь, люби меня». В основе ее лежит наивно-первичная форма воспита­ния. Люди, которые живут с подобной позицией ожидания, чувст­вуют себя, как правило, разочарованными. Когда мы любим, мы должны вступать в отношения с объектом любви; но для этого мы должны знать, как нам это сделать. В позиции пассивного ожида­ния отсутствует именно эта способность.

Один 23-летний студент жаловался; «Я бы так хотел иметь подругу, но я просто не знаю, как подойти к женщинам. Я не знаю, как это сделать. Когда я вижу в университете какую-нибудь симпатичную девушку, я вдруг начинаю себя чувствовать все равно что парализованным и не могу произнести ни слова. Поэтому мне не остается ничего другого, как заниматься мас­турбацией».

В этом случае нарушена не сама способность любить. В данном случае причиной является скорее дефицит знаний о способах по­ведения и традициях, о том, как проявить свою любовь к другому


75

Глава II. Актуальные способности


человеку. Яркую противоположность представляет собой объект­ный тип. У него нет недостатка в знаниях техники соответствую­щего поведения. Человек этого типа знает, как познакомиться с девушкой ил'и привязать к себе мужчину. Но чего такому человеку не хватает, так это готовности и способности развивать эмоцио­нальные отношения с партнером, то есть любить и быть любимым.

Для многих людей важно создать эмоциональные отношения и привязать к себе других. Они любят и ведут себя так, чтобы их любили. Однако интерес к партнеру ослабевает в тот момент, когда цель достигнута, подруга или друг завоеваны, женщина или мужчина вступили с ними в брак. Немалую роль играют и другие ситуации: учеба закончена, финансовые трудности преодолены, дети живут отдельно. В этом случае после достижения цели и прекращения имевшихся в связи с этим состояний напряженности образуется чувство пустоты и пресыщения. Человека с таким ти­пом реагирования мы называемым типом разрядки, по своему развитию он соответствует двойственному воспитанию (форме воспитания с двойными связями).

Для кого-то предел мечтаний — это поселиться со своим люби­мым на необитаемом острове, а у кого-то такая перспектива мо­жет вызвать глубокий ужас. Не удивительно, ведь наши социаль­ные отношения выходят далеко за рамки отношений двоих людей. Мы живем среди других людей и от них зависим.

Говоря о контактности, мы подразумеваем способность и го­товность дружески общаться с другими людьми, родителями, парт­нерами, коллегами и социальными группами, а кроме того, с жи­вотными, растениями и вещами. У некоторых людей общение тес­но связано со страхом и агрессией. В конечном счете социальный контакт представляет собой не только подтверждение отношений, но и определенную угрозу: через конфронтацию с другими под­вергается сомнению собственная система ценностей. Для некото­рых это служит достаточным поводом, чтобы искать контакт толь­ко там, где можно рассчитывать на понимание, где преобладают похожие образцы актуальных способностей. Как известно, мы склонны к тому, чтобы выбирать себе в друзья людей, которые думают примерно так же, как мы, имеют похожие взгляды на определенные вещи и в своих вкусах и пристрастиях не так сильно отличаются от нас. Если группа составляется по этому принципу, то образуется устоявшийся потенциал ответов и, таким образом, общность само собой разумеющихся вещей. Через некоторое вре­мя люди уже не могут сказать друг другу ничего нового и доволь­ствуются тем, что слушают и повторяют одно и то же, потому что


76

Психотерапия повседневной жизни


так им удобно. Если же в качестве партнеров в группе встречаются люди, происходящие из различных социальных кругов и имеющие разное воспитание, то легко возникают напряженные ситуации. Объясняются они, как правило, тем, что в группе сталкиваются различные образцы поведения и разные ожидания. Скажем, некто особое значение придает вежливости; он попытается уклоняться от агрессии по отношению к другим членам группы, однако в то же время будет демонстрировать довольно низкий порог терпимо­сти в отношении их недостаточной деликатности поведения В свою очередь кто-то другой будет воспринимать такую позицию как лицемерную и нечестную, так как он предпочитает открыто высказывать свое мнение. Взаимодействие только этих двух парт­неров послужит достаточной зажигательной смесью для того, что­бы группа при определенных обстоятельствах распалась.

Человек, однако, вступает в контакт не только с достаточно знакомыми людьми, с каким-либо «Я», или «Ты», или с группой. Он поддерживает отношении с чем-то пока еще ему незнакомым и с чем-то, что является для него принципиально непознаваемым. Под этим мы понимаем вопросы о смысле жизни или вопрос о Боге. Человек, с одной стороны, конечен. Его земному существо­ванию установлены пределы. Но в то же время его сознание пре­одолевает эти границы и пытается каким-либо образом устано­вить отношения с прошлым без первоначала и с будущим без конца. Ответы на эти вопросы различны. Одинаковыми же оста­ются вопросы, которые в течение своей жизни задает, пожалуй, каждый человек.

Расстройства и конфликты

Страх; неуверенность; боязнь любви; недоверие; ревность; сверх­чувствительность; завышенные ожидания; капризы; бедность эмо­циональных проявлений, замкнутость; излишества.

ЕДИНСТВО

Единство в многообразии. Восточная мудрость

Как тело человека, его душа и дух отделены друг от друга, так и поведение — это не просто сумма проявлений актуальных и основных способностей. Человек способен интегрировать элемен­


77

Глава II. Актуальные способности


ты своей личности в функциональную взаимосвязь. Это означает, что какая-либо актуальная способность не есть что-то посторон­нее, приходящее извне; она относится к целостной личности. Ее проявления могут меняться, однако она как существенный компо­нент принадлежит личности человека. Другими словами, каждый человек располагает субъективной структурой времени и про­странства. Насколько эта структура совпадает с пунктуальностью и порядком, принятыми в обществе, зависит от приспособленно­сти к окружающему миру. Единство личности означает, что изме­нения отдельных аспектов могут приводить к изменению всей личности.

Человек, который понимает причину своей педантичности, сможет, на мой взгляд, развить другое отношение и к своей бе­режливости. Обычно люди готовы признать единство личности лишь у взрослых людей и в особенности у уже утративших сексу­альность старцев. При этом понятия «единство», «зрелость» и «мудрость» считаются почти синонимами. Мы считаем, что чело­век на любой ступени развития может представлять собой единст­во: грудной младенец, трехлетний ребенок, дошкольник и младший школьник, подросток, юноша и взрослый. Каждый может обрести свою идентичность, свое неповторимое единство; и все же в раз­личные периоды своего развития человек бывает особенно подвер­жен определенным формам потери единства и, тем самым, опреде­ленным расстройствам.

Важно, что потеря идентичности носит временный, а не посто­янный характер. Первичные способности, как мы их понимаем, интегрируются в процессе тесной межличностной коммуникации, поэтому можно попытаться выстроить их идеальную цепь раз­вития:

Неизвестные в данный момент способности, страх, агрессия, подражание, вера, сомнение, надежда, ожидание — доверие, тер­пение, уверенность, любовь и единство.

Оба партнера находятся на том или ином этапе развития своих способностей. Естественно, что фазы развития у разных людей могут не совпадать. Непроявившимся способностям одного соот­ветствуют вера, сомнения и надежда другого, с сомнениями одно­го может соотноситься уверенность другого. Как относительно пропорциональное развитие партнеров по описанной цепочке мо­жет предупреждать конфликты, так и наоборот — в результате конфликтного сдвига фаз могут возникнуть разногласия между ними, например, когда один из партнеров на расхлябанность дру­гого реагирует агрессией и сомнениями, когда страхи одного вьь


78

Психотерапия повседневной жизни


зывают чувство безнадежности у другого, а конфликтные подра­жания разрушают любовь.

Расстройства и конфликты

Потеря единства; работа как цель жизни; сексуальность как цель жизни; религия как самоцель; односторонность; предрассуд­ки; комплексы неполноценности; эксцентричность.

СТРАХ, АГРЕССИЯ И ПОДРАЖАНИЕ КАК КОНФЛИКТНЫЕ ПОТЕНЦИАЛЫ

Страх бесцельная трата сил.

Мы рассмотрели страх, агрессию и подражание как обычные шаги развития личности. Это не означает, что страх, агрессия или подражание — шаги необходимые. Они являются, скорее, важными источниками расстройств и ограничений самореализации. Агрес­сивные или проникнутые страхом и подражанием тенденции про­являются в мыслях, в речи или в действиях. При этом нельзя упускать из виду того, что страх, агрессия и подражание оценива­ются здесь и как условия и последствия нарушений межличност­ных отношений и внутренних психических процессов.

В мыслях и в сновидениях

9-летний мальчик, который производит впечатление мечта­тельного или неадекватного, у которого трудности в школе и плохая концентрация внимания, жалобы на желудок и головные боли, уже два года видит во сне свою мать в образе ведьмы или демона.

Содержание этих сновидений можно было бы объяснить пове­дением матери, которая усиленно требует от мальчика прилежно­сти, порядка и послушания и следит за ним почти в каждой ситуа­ции. Экспансивное и властное поведение матери переживается ребенком как демоническое, а в сновидениях воплощается в соот­ветствующие образы.

Во сне мы пытаемся разрешить актуальные конфликты. Снови­дение в этом смысле представляет собой процесс, который связан с наглядным, образным мышлением. Неразрешенные конфликты трансформируют содержание страхов, неудовлетворенности в


79

Глава II. Актуальные способности


мыслительные образы. Люди занимаются почти исключительно теми вещами, которые их беспокоят. Защитные функции приобре­тают самостоятельность: не человек демонстрирует страх (или агрессию), а страх владеет человеком. Страх, о котором думают или который переживают, не во всех случаях направляется против внешней инстанции, против ребенка, друга, жены или общества; он может избрать мишенью и собственное «Я».

«Я вожу машину, как хочу. Если случится авария, то вину за нее пусть берет на себя моя жена. Потому что она меня не понимает и не обращается со мной так уважительно, как это всегда делала моя мама».

Или другой вариант.

«Если у меня сейчас начнутся боли в сердце, то виноват будет мой сын со своим беспорядком. Может случиться, что я умру от инфаркта, тогда это будет ему наказанием».

Такая направленная вовнутрь «вежливая агрессия», может быть, и способствует снятию остроты внешней конфликтной си­туации. Но носители этой агрессии часто оказываются под гнетом значительных страданий, которые еще и усиливаются из-за того, что представления могут возникать вне контроля сознания, как бы автоматически. Свое, пожалуй, наиболее крайнее проявление внутренняя агрессия, связанная со страхом, находит в мысленной игре с добровольной смертью: «Что произойдет, если меня уже больше не будет? » Сколь много удовлетворения может дать та­кое представление, которое расценивается как наказание тому, кто не уделял внимания, как призыв, столь же опасным может стать этот «маневр с карточным домиком». Из-за того, что чело­век постоянно занят мыслью о том, как наказать других, навредив самому себе, в его голове готовится целая программа действий. По какому-либо, для посторонних часто ничтожному, поводу эта программа может вдруг подействовать, как короткое замыкание, «включиться» и привести к попытке самоубийства. Зачастую по­пытке предшествует некий пример из жизни благодаря которому — если это возможно — вся акция приобретает еще и героический оттенок.

В речи

Преувеличения или преуменьшения. «Чтобы обратить на се­бя внимание, я могу какую-нибудь историю разукрасить или, наоборот, затушевать, смотря по тому, что мне нужно. Я час­то звоню своему мужу и рассказываю ему, что^ я сказала кому-то


80

Психотерапия повседневной жизни


из общих знакомых, чтобы он случайно меня не выдал» (34-летняя домохозяйка).

Обещания. «Если тебя переведут в следующий класс, ты получишь велосипед». Когда перевод произошел: «Ну, конечно, так получилось, но на велосипед теперь уже не хватит денег» (28-летний инженер о своем отношении к отцу).

Вынужденная ложь. «Когда мой муж вечером бывает дома, он не хочет, чтобы ему мешал телефон. Звенит звонок, и я из любопытства подхожу к аппарату, так как звонят, возможно, мне. Если же звонят мужу, то мне приходится врать, что его нет дома. Если я этого не сделаю, то муж упрекнет меня, что я совсем о нем не думаю» (35-летняя секретарша).

Угрозы и проклятия. «Если я целый день работала, а вечером мой муж приходит домой и ложится отдыхать, я угрожаю ему, что не буду кормить и мыть детей, потому что мне отдых нужнее, чем ему» (32-летняя домохозяйка).

Слухи и положительные или отрицательные высказывания в адрес третьего лица. «Я всегда бываю осторожна с похвалой или положительными высказываниями, пока не пойму, какое мнение у моего собеседника. Как только мне станет ясно, что мой собе­седник тоже против этого человека, тогда я всегда найду что сказать плохого » (42-летняя домохозяйка). «Вы сегодня выгляди­те таким бледным. У меня был дядя, он какое-то время выглядел тоже, как вы, а потом выяснилось, что у него рак. Но у вас дела, надеюсь, не так уж плохи» (56-летняя вдова). «Какие у вас преле­стные детки. Жаль только, что они без присмотра бегают по улицам» (62-летняя пенсионерка).

Подтрунивания и шутки. «Смотри-ка, рыжие волосы у той девочки горят, как огонь, прямо как у ведьмы» (7-летний школь­ник). «Я никогда не могу смеяться над человеком из-за его физиче­ских недостатков, потому что меня в детстве так много драз­нили, что я и сейчас с ужасом об этом вспоминаю» (22-летняя служащая).

Ирония и цинизм. «Ну и ловкая же ты! » (мать своей 5-летней дочери, которая уронила чашку). «Бог мертв, похороны состоят­ся послезавтра. Религия помогает людям ненавидеть друг друга» (51-летний юрист).

Размышление наедине с собой. «Они запросто приходят, соз­дают беспорядок, едят, а я должна все убирать...» (28-летняя домохозяйка о гостях своего мужа).

Ругань. «Я постоянно из-за всего ругаюсь. Больше всего я ругаюсь с детьми и моей матерью из-за беспорядка и грязи, кото­


81

Глава II. Актуальные способности


рую они оставляют...» (37-летняя домохозяйка). «Из-за неспра­ведливости моего шефа я очень расстраиваюсь и ругаюсь...» (32-летняя секретарша).

Клятвы и заверения. «Богом клянусь, я ничего об этом не знаю... Честное слово, то, что я говорю, не преувеличение... » (из беседы психотерапевта с молодежной группой).

Ожидания. «Стыда у них нет. Приносят такую ерунду на день рождения ребенка...» (34-летняя мать). «Сразу видно, как шеф оценивает мою работу. Взгляните, что получила на день рожде­ния моя коллега, а что я...» (24-летняя секретарша). «Мой брат — любимчик матери. Его любят больше, чем меня...» (8-летний школьник).

В поведении

Страх, агрессия и подражание в конкретном поведении при­обретают новое выражение. То, что до этого происходило на абстрактном уровне мыслей и высказываний, в поведении вдруг конкретизируется. Агрессия в воспитании занимает особое поло­жение. В общественном масштабе она выражается в попытке изолироваться от групп, составляющих какое-либо из меньшинств («не играй с оборванцами»); в дискриминации («иностранцы глу­пые и нечестные»); в разрушении личной собственности («после меня хоть потоп»); в насильственных действиях, преступлениях;

погромах (массовом насилии, групповом эгоизме и войнах); в глу­боких разногласиях между работником и работодателем вплоть до рабского труда; в установленных и санкционированных зако­ном нарушениях прав человека и преследований. В личном мас­штабе страхи, агрессия и подражание кроме как в своих явных формах могут найти выражение в трех реакциях бегства: бегства в одиночество, в активность и в болезнь.

Любой из вариантов бегства удаляет человека из области кон­фликта. Эта попытка уклониться от каких-либо требований и на­пряженных ситуаций, прячась в свою «раковину» или в какую-либо жизненную сферу, в которой человек успешен, где он созда­ет собственный мир как противовес действительности.

Бегство в одиночество

Дети любят играть в одиночку. Они становятся замкнутыми и при этом часто развивают живую фантазию, которую в этом слу­чае активно подпитывает телевизор.


82

Психотерапия повседневной жизни


Реакция бегства этого типа иногда проявляется в том, что ребенок ковыряет в носу, играет своими половыми органами, сосет палец и грызет ногти. Недостаточность внешнего контак­та находит себе замену в манипуляциях с собственным телом. Агрессия направляется против самого себя. Так, в связи с «бег­ством в одиночество» могут появиться нарушения аппетита. С одной стороны, еда становится так называемым замещаю­щим удовлетворением — обращает на себя внимание ярко выра­женное обжорство. С другой стороны, ребенок может отказы­ваться от еды, в большинстве случаев для того, чтобы наказать родителей. В таком же ключе следует понимать запор как упря­мый отказ что-то выдать, в данном случае — опорожнить ки­шечник.

Желание ребенка иметь убежище, защиту и внимание нередко находит свое выражение в явлении, часто связанном для родите­лей и самих детей с большими неприятностями и страданиями. Мы имеем в виду ночное недержание мочи, которое в психологии бессознательного было метко названо «плачем вниз».

Из подобной обращенности на себя могут сформироваться выраженные мазохистские черты. Дети вырывают себе волосы, до крови кусают губы и вопиющие часто ранят себя и попадают в несчастные случаи. Именно здесь отчетливо проявляется скры­тая цель бегства в одиночество: с помощью замыкания в себе и пассивности указать на свою потребность во внимании, любви и терпении. Если этот призыв, о котором в первую очередь и говорит бегство, в течение длительного времени остается непоня­тым, психические реакции начинают принимать самостоятельный характер.

В период полового созревания малая общительность превра­щается в склонность к частой мастурбации, которую отчасти можно рассматривать и как только переходное явление. Линию бегства в одиночество можно продолжить: в зрелом возрасте человек становится странным, «не от мира сего», одиночкой, который избегает социальной активности и свое свободное вре­мя заполняет почти исключительно садом, собакой, коллекцио­нированием почтовых марок, телевидением, «одиночными» ви­дами спорта, например, походами или бегом по лесу, или же тихим алкоголизмом. Пассивная манипуляция самим собой, ко­торая свое самое крайнее проявление находит в наркотиче­ской зависимости, может считаться типичной для бегства в оди­ночество. Именно в ней свое выражение находят страхи и ком­плексы.


83

Глава II. Актуальные способности


Бегство в активность

Бегство в активность — это бегство вперед. Ребенок, который ищет такой выход, проявляет много интересов и стремится к раз­ным занятиям. Он прилагает усилия, чтобы добиваться успехов, относящихся к области его основных занятий или к социальной сфере. При этом ребенок ориентирован на определенное призна­ние. Местом проявления активности может быть социальное окру­жение. Ребенку постоянно требуется, чтобы его окружали друзья или товарищи по играм. Развиваются ярко выраженные организа­торские способности и талант справляться с социальными ситуа­циями. Если в играх ему не будет принадлежать ведущая роль или если он не будет выигрывать, то он легко превратится в человека, которого принято называть некомпанейским или даже нарушите­лем спокойствия, то есть будет открыто проявлять агрессию. И, напротив, может развиться сильная зависимость от друзей, без которых он, по всей видимости, не сможет обходиться. Другой областью проявления активности является достижение успехов в разных желаемых сферах поведения. Ребенок может неделями ежедневно гонять в футбол, проявлять большое усердие на трени­ровках по плаванию или в других видах спорта. Возможен и дру­гой вариант, когда ребенок неестественно много занимается кни­гами самой разной тематики, превращается в «книжного червя» или начинает с удовольствием много учить наизусть. В то время как обычная общительность дает удовольствие сама по себе, в нашем случае ребенок ищет особую награду в конкретных успе­хах: трехлетний мальчик, занимавшийся футболом, получал под­крепление своей активности не только со стороны отца, который был болельщиком, но и в форме похвалы соседей («Ты наверняка станешь хорошим футболистом»).

В таких случаях отчетливо проявляется потребность во внима­нии окружающих. При этом часто развивается склонность к ис­ключительности занятий, которую можно рассматривать как ти­пичный признак бегства. В центр внимания ставится только та сфера жизни, которая приносит успех. Другими видами активно­сти подчас пренебрегают и преуменьшают их значение. «Книжный червь» не только не проявляет интереса к спортивным занятиям, но и считает их пустым времяпрепровождением. Увлеченный спор­том, напротив, недооценивает значения старательности в школе. Если продолжить рассмотрение темы на примере остальных акту­альных способностей, то можно обнаружить и другие односто­ронние проявления в пользу вторичных способностей, в ущерб

84 Психотерапия повседневной жизни

способностям первичным: «Порядок — это половина жизни, сен-тиментальничанье чушь».

Бегство в активность всегда имеет наступательный характер. Конфликты выносятся наружу, агрессия направляется вовне. Здесь встречаются такие типы, как шумный, активный упрямец; баламут, нарушитель спокойствия; непогрешимый; карьерист. При возник­новении сильной внутренней напряженности агрессия направля­ется вовне и в зависимости от ситуации находит свое выражение в нападках на людей и вещи, то есть в активной манипуляции други­ми. При этом проявляется тенденция к садизму с получением соответствующего наслаждения.

В молодом возрасте бегство в активность ярко проявляется в виде насилия и преступлений против собственности. Противопо­ложный пол рассматривается как объект, и формируется дейст­венная мотивация на сексуальные успехи.

Здесь должен быть упомянут и более тихий тип, который с фанатизмом бросается в политическую, экономическую или науч­ную деятельность.

В зрелом возрасте чаще встречаются тип успешного человека, тип ученого и тип менеджера. Действенная мотивация бывает чрезвычайно выражена и односторонне представлена в самых раз­личных сферах. Взаимозависимость между стремлением к успеху и эмоциональностью при этом обнаруживается в тех случаях, когда человек, ориентированный на успех, бросает свою жену, после того как добивается успеха. Здесь деятельность — средство достижения всеобщего внимания и самоутверждения, в том числе и в сексуальной области.

Бегство в болезнь

Этот тип бегства базируется в большинстве случаев на приоб­ретенном опыте, в котором ведущую роль сыграло подражание. Это подражание может происходить по следующему образцу. Ре­бенок простужен, и мать или другой близкий человек за ним нежно и усердно ухаживает и заботится. Ребенок, который до этого, возможно, чувствовал себя заброшенным из-за занятости родителей, соперничества братьев и сестер или из-за того, что мать чрезвычайное значение придавала порядку и послушанию, теперь получает урок: когда болеешь, придирки прекращаются, тебя оставляют в покое и более того — ты становишься центром внимания и получаешь ту любовь, по которой давно тоскуешь. Этот опыт используется потом, когда необходимо бывает преодо­

Глава II. Актуальные способности 85

леть трудные ситуации: ругается мать, боишься экзамена, нужно принимать неприятных гостей или, наоборот, посещать тех людей, с которыми не хотел бы встречаться. Тогда в качестве подходяще­го выхода возникает перспектива бегства в болезнь в смысле при­обретения болезни.

Попытаемся проиллюстрировать действие механизма подра­жания: ребенок видит, что мать, когда в семье возникает ссора, уединяется под предлогом мигрени, и тогда отец оставляет ее в покое и даже ухаживает за ней. Детям велят следить за порядком и чистотой в доме, так как «мама болеет». Этот опыт становится для ребенка обучающей моделью. Развивается следующая, боль­шей частью подсознательная ситуация: «Когда на меня надвига­ются трудности, я не 6 состоянии решить свои проблемы, когда мне предстоят неприятные вещи, тогда я заболеваю (как мама) и могу рассчитывать на то, что получу снисхождение и внимание со стороны окружающих людей». В ходе развития этот образец реакции абсолютизируется, так что уже и самому субъекту невоз­можно будет найти доступ к причинам и механизмам. Ребенка водят от врача к врачу, лечат медикаментами, посылают в санато­рий и так далее, но при этом существенного улучшения здоровья не наступает. Став взрослым, человек продолжает культивировать свой опыт в деле приобретения болезней.

Страх, агрессия и подражание имеют характер сигналов. Они указывают на недифференцированную или односторонне разви­тую область в личности человека, из-за которой у него возникает ограничение в сфере «Я». Эти сигналы являются указаниями на утрату единства и тем самым дают человеку шанс.

Человек здоров не в том случае, когда он не проявляет страхов и агрессии, а тогда, когда он в состоянии осознавать эти страхи и агрессии и справляться с ними. Следовательно, целью воспитания и корректировки воспитания является не только реагирование на подобные ситуации и их исправление. Следует также обращать внимание на недостаточность дифференциации в области первич­ных и вторичных способностей.

Вторичные способности

ДЕВОЧКА В КРАСНОМ БАРХАТНОМ ПЛАТЬЕ

(из П. Этессами)

Одна девочка ходила в красном бархатном платье и потому была необычайно счастлива. Она берегла платье, как свое собст­венное тело. Заметив на бархате платья хоть малейшую пылинку, она тут же торопилась ее снять. А если на платье когда-нибудь падали слезы, маленькая девочка нежно снимала их губами. Это платье оказывало удивительное действие на других детей: они все время хотели быть рядом с девочкой в красивом бархатном платье. Ее подружки старались потрогать платье и, если им удавалось прикоснуться к нему, испытывали чувство гордости. Однажды во время игры девочка поскользнулась и упала. Головой она ударилась о придорожные камни, а шипы кустов порвали ее прекрасное платье. Маленькая девочка совсем не обращала внимания на разбитую го­лову, она смотрела только на порванное платье и горько плакала.

Точно так же, как эта маленькая девочка, мы ведем себя в общении с другими. В своем культурном кругу мы сформировали целый ряд актуальных способностей по отношению к своему пла­тью, которое с гордостью носим и бережем, даже если сами стра­даем от этого.

ПУНКТУАЛЬНОСТЬ

Ты был пунктуален один единственный разв момент своего рождения. '

Под пунктуальностью мы понимаем точное соблюдение ожи­даемого или условленного распределения времени.


87

Глава II. Актуальные способности


Ситуации, связанные с пунктуальностью

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации