Сборник материалов конференции по перинатальной психологии - файл n1.doc

приобрести
Сборник материалов конференции по перинатальной психологии
скачать (75.6 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc425kb.26.01.2006 02:41скачать

n1.doc

  1   2   3

Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru


Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru
На данный момент в библиотеке MyWord.ru опубликовано более 2000 книг по психологии. Библиотека постоянно пополняется. Учитесь учиться.

Удачи! Да и пребудет с Вами.... :)
Сайт www.MyWord.ru является помещением библиотеки и, на основании Федерального закона Российской федерации "Об авторском и смежных правах" (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений размещенных в данной библиотеке, в архивированном виде, категорически запрещен.

Данный файл взят из открытых источников. Вы обязаны были получить разрешение на скачивание данного файла у правообладателей данного файла или их представителей. И, если вы не сделали этого, Вы несете всю ответственность, согласно действующему законодательству РФ. Администрация сайта не несет никакой ответственности за Ваши действия./
АКАДЕМИЯ МЕДИКО-СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

КАФЕДРА ПРАКТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ

АССОЦИАЦИЯ ПЕРИНАТАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ

И МЕДИЦИНЫ РОССИИ

Перинатальная психология

и нервно-психическое

развитие детей

Сборник

материалов конференции

по перинатальной психологии

Санкт-Петербург,

Март 1998 г.

Содержание

Введение

Раздел I. Пренатальная психология и медицина

Г. Г. Филиппова (Москва). Материнская потребностно-мотивационная сфера поведения: структура и содержание

Н. В. Боровикова (Москва). Психологические аспекты трансформации Я-концепции беременной женщины

М. Е. Комова (Санкт-Петербург). Влияние пренатального периода на развитие репрезентативных систем человека и формирование модели мира

Н. В. Старцева, М. В. Швецов (Пермь). Влияние отрицательных эмоций на возникновение гипертонии беременных и их

психотерапевтическая коррекция

Н. В. Старцева, М. В. Швецов (Пермь). Железо у беременных: "витамин" или "токсин"?

Раздел II. Влияние беременности и родов на раннее

развитие детей

Е. И. Исенина (Иваново). Предпосылки качеств матери у беременных женщин (III триместр)

И. В. Забозлаева, М. А. Козлова, Л. В. Чернышева (Тюмень).

Влияние психотравмирующих ситуаций во время беременности на дальнейшее развитие ребенка

С. В. Гречаный (Санкт-Петербург). Нарушения раннего психического развития младенцев в условиях полной

материнской депривации

Л. П. Байдагулова, Т. Ф. Белогурова (Томск). Показатели психического здоровья детей раннего возраста,

оставленных матерями после рождения

А. Н. Корнев (Санкт-Петербург). О взаимосвязи развития речи в раннем возрасте с эмоциональным поведением

матери

А. Г. Кощавцев (Санкт-Петербург). Пищевое поведение и привязанность у детей первого года жизни

А. И. Захаров (Санкт-Петербург). Влияние перинатального опыта на развитие страхов у детей

Раздел III. Психологическая помощь детям в перинатальной

психологии

Н. П. Коваленко (Санкт-Петербург). Психологические особенности и коррекция эмоционального состояния

женщины в период беременности и родов

Л. Р. Абдрахманова, Б. Г. Садыков (Казань).

Психопрофилактические особенности ведения беременности при АВО-конфликте

Г. А. Губина, С. Г. Дроздова, Е. А. Жукова, И. Г. Мирюк,

Е. И. Плотникова, Л. В. Орловская (Омск).

Психоневрологическая реабилитация детей первых трех месяцев жизни

Н. Ю. Кожушко (Санкт-Петербург). О роли психологических факторов в оптимизации функционального состояния

детей с перинатальной патологией ЦНС

И. В. Петрова (Санкт-Петербург). Идеи совместной работы по позитивному материнству

И. В. Добряков (Санкт-Петербург). О повышении эффективности работы курсов по дородовой подготовке беременных

Раздел IV. Информация о профильном обучении

Авторы материалов

Абдрахманова Л.Р. Республиканская клиническая больница (Казань)

Байдагулова Л.П. (Томск)

Белогурова Т.Ф. (Томск)

Боровикова Н. В. - аспирантка кафедры валеологии и психологии профессиональной деятельности РАГС

(Москва)

Гречаный С. В. - ассистент кафедры психиатрии Санкт-Петербургской государственной педиатрической

медицинской академии (Санкт-Петербург)

Губина Г.А. (Омск)

Добряков И. В. - кандидат медицинских наук, доцент кафедры

психотерапии Медицинской академии последипломного образования (Санкт-Петербург)

Дроздова С.Г. (Омск)

Жукова Е.А. (Омск)

Забозлаева И.В. (Тюмень).

Захаров А. И. - доктор психологических наук, кандидат медицинских наук, профессор Российского государственного

педагогического университета им. А.И.Герцена,

действительный член Балтийской педагогической академии (Санкт-Петербург)

Исенина Е. И. - доктор медицинских наук, профессор Ивановской государственной медицинской академии

(Иваново)

Коваленко Н. П. - кандидат психологических наук, заведующая кафедрой практической психологии

Академии медико-социального управления

(Санкт-Петербург)

Кожушко Н. Ю. - кандидат биологических наук, научный сотрудник Института мозга РАН

(Санкт-Петербург)

Козлова М.А. (Тюмень)

Комова М. Е. - заведующая гинекологическим кабинетом поликлиники № 70 (Санкт-Петербург)

Корнев А.Н. (Санкт-Петербург)

Кощавцев А. Г. - кандидат медицинских наук, ассистент кафедры психиатрии Санкт-Петербургской

государственной педиатрической медицинской академии (Санкт-Петербург)

Мирюк И.Г. (Омск)

Орловская Л.В. (Омск)

Петрова И. В. - координатор проекта ТАСИС

(Санкт-Петербург)

Плотникова Е.И. (Омск)

Садыков Б. Г. - кафедра акушерства и гинекологии № 2 Казанского государственного медицинского университета

(Казань)

Старцева Н. В. - доктор медицински наук, профессор, заведующая кафедрой акушерства и гинекологии

педиатрического факультета Пермской государственной медицинской академии (Пермь)

Филиппова Г.Г. - кандидат психологических наук, старший научный сотрудник исследовательского центра семьи и

детства РАО (Москва)

Чернышева Л.В. (Тюмень)

Швецов М.В. - Пермская государственная медицинская академия (Пермь)

Введение

Эволюция психологии состоит во все большем внимании к реальному психическому состоянию человека, нашедшему свое воплощение в принципах и методах практической психологии. В свою очередь практическая психология все чаще и плодотворнее обращается к ранним источникам психического и физического развития человека, начиная с периода зачатия и предшествующему ему периоду супружеских и прародительских отношений. В первую очередь интерес исследователей сосредотачивается на проблемах раннего развития детей с учетом последующего нервно-психического здоровья. В связи с этим и определено название второго сборника оригинальных авторских разработок в перинатальной психологии, неврологии и психиатрии "Перинатальная психология и нервно-психическое развитие детей", выпускаемого Академией медико-социального управления под руководством ректора Юрия МихайловичаИпатова. Сборник составлен по материалам второй конференции и приурочен к третьей межрегиональной конференции по перинатальной психологии, проводимой под эгидой кафедры практической психологии Академии медико-социального управления. Научно-практическая ценность сборника состоит в ориентации специалистов из различных регионов России на профилактические аспекты накопленного опыта практической психологии и медицины, позволяющей повысить профессиональную отдачу при оказании помощи при беременности, родах и постнатальный период жизни. Соответственно, материалы распределены по четырем разделам: "Пренатальная психология и медицина", "Влияние беременности и родов на раннее развитие детей", "Психологическая помощь детям в перинатальной психологии", "Информация о профильном обучении".

Безусловно, сборник не отражает всех многообразных сторон изучаемой проблемы, хотя бы из-за ограниченности его объема. Вместе с тем, мы рассчитываем на внесении в них дальнейшего научного и практического вклада наших новых авторов, приглашаемых на третью конференцию по перинатальной психологии 28-29 мая 1999 года.

А. И. Захаров, кандидат медицинских наук (психиатрия), доктор психологических наук (медицинская психология), действительный член Балтийской педагогической академии.здел I

Пренатальная психология и медицина

Г. Г. Филиппова (Москва)

Материнская потребностно-мотивационная сфера поведения: структура и содержание

Интерес к материнству в психологии возник первоначально в русле двух направлений: в изучении роли матери в формировании ранних структур личности и в практических исследованиях, связанных с нарушением психического развития ребенка. В современных исследованиях материнство рассматривается с двух основных позиций: материнство как обеспечение развития ребенка и материнство как часть личностной сферы женщины. Самостоятельным направлением можно считать перинатальную психологию, занимающуюся проблемами беременности, родов, послеродового периода.

Кросскультурные исследования, в первую очередь Маргарет Мид, а также более поздние (Lamb at all, Mc Cartney and Phillips, Liberman and Liberman и др.) показали, что материнское поведение и содержание эмоциональных переживаний и представлений матери о развитии ребенка и своей материнской роли весьма различны в разных культурах и зависят от конкретно-культурной модели материнства и детства. В этих исследованиях ставится вопрос о биологических основах материнства, обеспечивающих развитие ребенка как представителя человеческого рода, и о конкретно-культурных моделях материнства, направленных на воспитание ребенка как члена своего, конкретного общества.

Эти и многие другие исследования свидетельствуют о том, что содержание и развитие материнства должны изучаться с точки зрения того, какие функции оно обеспечивает для развития ребенка и как это представлено в субъективной сфере самой матери.

С эволюционной точки зрения материнство является вариантом родительской сферы поведения, присущим женскому полу, приобретающим самостоятельную специфику у млекопитающих. Это связано с вынашиванием и выкармливанием потомства и необходимостью обеспечения заботы о нем именно материнской особью. Родительская сфера поведения сама является составной частью репродуктивной сферы (вместе с половой сферой). Исключительность материнского поведения на высших эволюционных стадиях развития позволяет выделить материнство в самостоятельную материнскую потребностно-мотивационную сферу поведения (МПМСП). Ее эволюционным назначением является обеспечение со стороны матери адекватной заботы о потомстве, что и является материнскими функциями. В поведении матери ее функции выражаются в эмоциональных реакциях на ребенка, выполнении операций по уходу за ребенком и общению с ним. Все эти функции матери обеспечены структурой и содержанием ее собственной МПМСП.

На субъективном уровне для самой матери обеспечение такой заботы достигается за счет наличия у матери соответствующих потребностей. Формирование этих потребностей и способов их удовлетворения имеет сложный путь в онтогенезе. Анализ имеющихся в литературе и собственных данных автора, полученных в результате многолетней работы с высшими млекопитающими, в первую очередь антропоидами, а также с беременными женщинами, матерями с младенцами и детьми дошкольного возраста, позволил выделить базовую потребность МПМСП - потребность в контакте с объектом, носителем специфических этологических стимулов - гештальта младенчества. В гештальте младенчества можно выделить три компонента (три группы качеств): физические (внешний вид, запах, звуки и т. п.), поведенческие (инфантильный стиль движений) и инфантильную результативность (результаты жизнедеятельности, движений, продукты деятельности). Все три компонента гештальта младенчества имеют возрастную динамику, и требуют различной реакции и различных ресурсных затрат матери.
Изучение феноменологии и онтогенеза МПМСП на предчеловеческой и человеческой стадиях развития позволили выделить шесть этапов ее становления в онтогенезе:

1. Этап взаимодействия с собственной матерью в раннем онтогенезе.

У антропоидов и человека включает пренатальный период и продолжается на все онтогенетические этапы развития, где осуществляется взаимодействие с собственной матерью (или ее дублерами - носителями материнских функций). У человека это практически вся жизнь субъекта. На этом этапе происходит формирование и развитие эмоционального значения ситуации материнско-детского взаимодействия, а также эмоциональной реакции на некоторые ключевые стимулы первого компонента гештальта младенчества и элементы операционального состава МПМСП (baby tolk, мимические реакции, эмоциональная окраска движений при взаимодействии с объектом, носителем гештальта младенчества).

2. Игровой этап и взаимодействие со сверстниками.

На этом этапе на дочеловеческой стадии развития формируются и развиваются неспецифические для МПМСП мотивационные основы (в сфере общения, социально-комфортной, мотивационное обеспечение целедейственного звена структуры деятельности, отработка в игровой деятельности объекта цели как объекта охраны и т. п.). Специфическим отличием этого этапа у человека является формирование и развитие в процессе сюжетно-ролевой игры с куклами, в дочки-матери, в семью основных компонентов МПМСП.

3. Этап няньчания.

На этом этапе происходит формирование и развитие значения детеныша (ребенка) как объекта деятельности и потребности в его охране и заботе о нем, а также закладываются основы третьей потребности - "потребности в материнстве", как потребности иметь для себя специфические переживания, получаемые в процессе удовлетворения первых двух потребностей. Эта потребность требует рефлексии своих состояний, соотнесения на сознательном уровне объекта деятельности, предмета потребности и предмета деятельности, и в полноценном виде представлена только у человека. Однако, некоторые элементы, в форме антиципации своих состояний в условиях определенного контекста деятельности, появляются уже у высших млекопитающих. Этап няньчания включает опыт собственного взаимодействия с объектом, носителем гештальта младенчества, наблюдение за взаимодействием взрослых с ребенком, восприятие и рефлексию отношения других людей и общества в целом к взрослым, выполняющим материнские функции. Это оказывает влияние на формирование всех компонентов МПМСП как на предчеловеческой, так и на человеческой стадии развития.

4. Этап дифференциации мотивационных основ половой и родительской (в данном случае - материнской) потребностно-мотивационных сфер поведения.

В субъективном опыте существует взаимное "перекрытие" некоторых ключевых стимулов (ольфакторных, визуальных, слуховых, тактильных) в обеспечении мотивационных основ обоих сфер поведения. Для МПМСП у человека особое значение имеет объединение компонентов гештальта младенчества на ребенке - как объекте деятельности - до начала полового созревания. Это обеспечивает адекватное мотивационное значение ситуации взаимодействия с ребенком после родов. Присутствие объекта деятельности МПМСП в этом случае становится медиатором, обеспечивающим возникновение ситуативных эмоций, включающихся в опредмечивание постнатальной стимуляции при взаимодействии с ребенком (контакт кожа-кожа, субъективные состояния матери при акте сосания и т. п.). Этот этап онтогенеза имеет существенные видовые различия на предчеловеческой стадии развития и самостоятельную специфику на человеческой стадии, связанную с осознанием связи половой и материнской потребностно-мотивационных сфер поведения и конкретно-культурными моделями полового и материнского поведения.

5. Этап конкретизации онтогенетического развития МПМСП в реальном взаимодействии с ребенком.

Этот этап включает несколько самостоятельных периодов, в некоторых из них выделены подпериоды: беременность, роды, послеродовой период, младенческий возраст ребенка и период перехода к следующему, 6 этапу развития МПМСП, основанный на динамике третьего компонента гештальта младенчества. Сравнительный анализ позволил охарактеризовать возникновение и развитие в беременности отношения к шевелению плода и подготовки к осуществлению материнских функций в родовом и послеродовом периодах, обеспечивающих динамику развития эмоционального отношения матери к соответствующей динамике развития гештальта младенчества. В раннем постнатальном периоде возможно возникновение послеродовой депрессии, биологическим содержанием которой является необходимость устранения потомка при различного рода нарушениях ситуации материнско-детского взаимодействия и самой МПМСП матери с целью сохранения репродуктивно зрелой особи (матери) для более успешного удовлетворения "потребности вида" в воспроизводстве.

6. Последний, шестой этап развития МПМСП в онтогенезе характеризуется образованием у матери эмоциональной привязанности к ребенку, личностного принятия и личностного интереса к внутреннему субъективному миру ребенка и к его развитию и изменению.

Это происходит на основе динамики эмоционального реагирования матери на онтогенетическое изменение третьего компонента гештальта младенчества. В результате образуется устойчивая детско-родительская связь после выхода ребенка из возраста с характеристиками гештальта младенчества и происходит пролонгация потребности в заботе и модификация содержания потребности в материнстве у матери. Этот этап полноценно представлен у человека, но имеет некоторую преддиспозицию у приматов, особенно у высших: существование пожизненных эмоциональных связей и внутрисемейных самковых линий, обеспечивающих взаимопомощь и удовлетворение потребности в эмоциональном контакте, что в литературе рассматривается как гоминоидная стратегия (Н. А. Тих, R. Foley, Дж. ван Лавик Гудолл и др.).

На основе всех этих данных можно дать характеристику содержания всех блоков МПМСП.

Потребностно-эмоциональный блок. Содержит потребность в контакте с ребенком как объектом - носителем гештальта младенчества, потребность в его охране и заботе о нем и потребность в материнстве. Развитие потребностно-эмоционального блока происходит поэтапно и включает образование эмоциональной реакции на компоненты гештальта младенчества, образование объекта деятельности - как носителя гештальта младенчества, динамику отношения к онтогенетическим изменениям гештальта младенчества, возникновение и развитие потребности в охране и заботе, приобретение ею статуса функциональной потребности, а также возникновение потребности в материнстве на основе рефлексии своих состояний и осознания связей между предметом потребности, объектом деятельности и предметом деятельности.

Операционный блок. Состоит из двух частей: операции по уходу и охране и операции общения. Особенностью этих операций, помимо их инструментальной стороны, является эмоциональная окраска, которая придает самим операциям специфические стилевые характеристики, соответствующие свойствам ребенка как объекта деятельности: осторожность, мягкость, бережность и т. п., специфику вокализаций и мимики.

Ценностно-смысловой блок. Включает отношение к ребенку как самостоятельной ценности, что связано с моделью материнско-детских отношений в обществе и его конкретно-культурным вариантом, а также ценность материнства как состояния "быть матерью". Последнее также включает в себя соответствующую внешнюю модель. Ценность материнства связана с рефлексией своих состояний при осуществлении материнских функций и участвует в формировании соответствующей потребности потребностно-эмоционального блока.

Видотипичным отличием ИПМСП на человеческой стадии развития психики является не фиксированное эволюционно, открытое содержание ценностно-смыслового блока и некоторых содержаний потребностно-эмоционального блока, связанное с обеспечением соответствия МПМСП конкретно-культурному варианту развития личности ребенка. Это, в свою очередь, определяет открытое содержание некоторых элементов операционного блока, в том числе и операций общения. Таким образом можно говорить о существовании конкретно-культурного содержания материнских функций, обеспечивающих адекватное воспитание ребенка как члена конкретного общества в процессе материнско-детского взаимодействия.

Конкретно-культурная модель материнства - как содержание всех блоков МПМСП женщины - ориентирована на развитие соответствующего конкретно-культурного варианта личности ребенка. Воспитание необходимого содержания МПМСП обеспечено различными средствами в каждой культуре и может быть описано как "онтогенетический путь к модели". Этот путь обеспечивает наличие как видотипичных, так и конкретно-культурных материнских функций без осознания матерью самих этих функций и их роли в развитии ребенка. Ситуация в современном Евро-Американском обществе может быть охарактеризована как "потеря пути к модели" МПМСП, сочетающаяся с расширением и появлением открытого содержания самой модели личности взрослого субъекта. В настоящее время наблюдается тенденция поиска нового "пути к модели" МПМСП, основанная на осознании как потребностей самой матери, так и особенностей психического развития ребенка. Это выражается в повышении запроса родителей в квалифицированной психолого-педагогической помощи в освоении своих родительских и, в частности, материнских, функций. Подобная помощь в нашей стране пока еще не имеет полноценного и повсеместного научного, методического и практического обеспечения.

Боровикова Н. В. (Москва)

Психологические аспекты трансформации

Я-концепции беременной женщины

В настоящее время наше Отечество переживает демографический кризис. Увеличение уровня рождаемости в стране представляет собой задачу первоочередной государственной важности, без решения которой народы России лишены будущего. Обеспечение завтрашней России здоровыми поколениями полноценных людей невозможно без конкретной индивидуальной работы с каждой беременной женщиной, проводимой в рамках специальных государственных программ.

Во избежание проблем, порожденных невежеством, общество нуждается в активном, широкомасштабном внедрении знаний о психологической уникальности процесса беременности и о мерах, способствующих рождению здоровых детей, способных обеспечить будущее нации. Решением проблемы может стать лишь взвешенный компромисс между объединением усилий специалистов широкого научного спектра для обеспечения безопасности матери и полноценного развития ребенка и творческой адаптации беременной женщины к своему новому состоянию.

Мы полагаем, что с психологической точки зрения беременность является вызванным оплодотворением психофизиологическим процессом, ведущим к изменениям в организме и психике женщины и направленном на развитие и появление на свет нового человека. Однако с точки зрения психологии представляется правильным говорить о синдроме беременности. Синдром беременности - новое психогенное состояние, ограниченное определенным периодом времени, который начинается не в день зачатия, а при осознании женщиной своего нового положения и заканчивается не родами, а в момент "пигмалионизации" своего ребенка. В случае прерывания беременности, как правило, можно проследить лишь отдельные первые симптомы синдрома.

Синдром беременности переживается женщиной, как правило, на бессознательном уровне, имеет определенные временные границы и характеризуется следующими симптомами.

На первом этапе чаще всего испытывается аффект осознания себя беременной. В рамках этого симптома, как правило, проявляется внешнее интеллектуальное различие. Чем выше у беременной женщины социальный и интеллектуальный уровень, чем более она независима и профессионально успешна, тем больше вопросов о смысле деторождения будет поставлено ею перед собой, тем труднее ей будет решиться стать матерью.

В практике встречаются признания женщин о том, что первое время они "полагаются на волю случая", подсознательно желая, чтобы все разрешилось "само собой" (например, выкидыш или необходимость искусственного прерывания беременности по медицинским показателям). Если беременность не была запланирована, в большинстве случаев женщина обращается в консультацию с опозданием, когда беременность уже становится очевидной для нее самой и ей не остается ничего иного, кроме принятия себя в новом качестве. Описанное явление может быть охарактеризовано как симптом принятия решения. Для данного симптома характерно подсознательное отделение женщиной себя от факта собственной беременности; существуют два полюса: "Я и беременность". В этот период в самоощущениях делается акцент на себе (на своем "Я"), а отнюдь не на материнстве и будущем ребенке.

Следующим этапом развития синдрома беременности является рефлексивное принятие нового собственного образа: "Я - в положении". Этот этап мы назвали симптомом нового "Я", который характеризуется признанием физиологических изменений в своем организме.

Особого внимания заслуживает симптом эмоциональной лабильности, который в той или иной степени присущ для всего периода беременности. Под этим симптомом мы подразумеваем эмоциональную дезадаптивность, которая проявляется в колебаниях фона настроения и в большей степени свойственна женщинам, испытывающим предменструальное напряжение. Отмеченные колебания внешне заметны и выражают различную степень внутреннего напряжения - от ощущения скуки, медлительности, возрастающего недовольства собой до вербализованного чувства угнетенности. Наиболее яркие проявления симптома эмоциональной лабильности коррелируют с менструальными циклами до периода беременности. Этими проявлениями симптома лабильности и вызвана тошнота по утрам, хотя давно установлено, что это явление не имеет никакой физиологической обусловленности и представляет собой лишь одно из социально навязанных, ожидаемых проявлений беременности, легко устраняемых с помощью рациональной гипнотерапии.

С момента осознания и внутреннего принятия себя беременной у женщины обнаруживается симптом противоречивого отношения к беременности. С одной стороны - гордость за свою полноценность, возможность самореализации, приобретения женственности, переживания идентичности собственному полу, и в то же время - страх и беспокойство, порожденные фантазиями и социально навязанными установками.

Далее возникает характерная для беременности психическая перестройка самосознания женщины с постепенным включением в него образа ребенка. В этот момент будущей матерью переживается симптом принятия новой жизни в себе. Амбвивалентность переживаний сохраняется на высоком уровне. Принятие своего нового образа, статуса, роли проникнуто основным чувством: "у меня будет ребенок", смешанным с опасением успешности будущего материнства. Симптом, названный нами как симптом принятия новой жизни в себе, можно условно разделить на два качественно различных этапа. Вначале женщина осознает, что будет иметь ребенка; она как бы говорит себе: "Я не едина, я ношу в себе что-то". На следующем этапе происходит перенос доминанты с себя на будущего ребенка, появляется чувство гордости и единства с тем, кого она носит под сердцем. Для самой будущей матери вместе с ребенком вынашивается готовность к выполнению миссии материнства. Описанный симптом представляет собой акмеологическую вершину синдрома беременности, являясь своеобразным индикатором восприятия, переработки и оценки женщиной опыта этого психофизиологического состояния. Он характеризуется надвигающейся ответственностью за судьбу ребенка, снами, мечтами и фантазиями о нем. Данному этапу симптома присущ интересный феномен, называемый нами феноменом нетерпения. Теперь, когда женщина точно определилась в своем желании иметь ребенка, она испытывает нарастающее нетерпение и возбуждение, связанные с уже надоевшей беременностью, стремление к ее окончанию.

Наблюдаемые в этот период невыраженные эмоциональные расстройства, в основном связаны с мыслями о будущем ребенке. Подавление чувства тревоги за здоровье будущего ребенка может рассматриваться как отдельный симптом перинатальной дисморфофобии. В этот период беременности явно прослеживается изменение конструкта "я - окружающий мир". Женщины, в соответствии с изменившимся восприятием действительности, склонны наделять свое привычное социальное окружение новыми качественными характеристиками на фоне повышенной требовательности. Эту склонность можно определить как симптом завышенных притязаний по отношению к другим.

Внутри симптома завышенных притязаний следует разделять феномен недоверия к окружающим и феномен отношения к отцу будущего ребенка. Так, из-за боязни получить социальное осуждение, женщиной овладевает страх остаться одной в этот период. Женщина, подсознательно требуя особого отношения к себе, начинает манипулировать окружающими. Вместе с тем, рефлексивная перестройка психики женщин, связанная с необходимостью осознания своей новой роли, в наибольшей степени влияет на изменение восприятия ею мужчины, который за несколько мгновений превращается в отца будущего ребенка. Большинство мужчин, подсознательно предожидая изменение социометрического статуса и свою ненужность (связанную с перспективой появления другого значимого человека в жизни своей женщины), на сознательном уровне скрывают вызванную этим тревогу, реализуя свои новые ощущения в неосознанном избегании жены (своей женщины), повышенной раздражительности и ухаживаниями за другими женщинами. Таким образом, женщина оказывается лишенной мужской поддержки в тот момент, когда она больше всего нуждается в ней. Наше исследование показало, что бессознательно каждая забеременевшая женщина обвиняет своего мужчина в недостаточном внимании к себе и будущему ребенку. Женщины часто высказывают сомнение в том, что отец будущего ребенка будет "гулять с ним", "любить его так, как я" и т. п. Здесь проявляется опасение того, что все, связанные с беременностью и материнством испытания придется нести ей одной.

Все это усугубляется еще и тем, что большинство женщин во время беременности испытывают так называемый сенсорный голод, вызывающий повышенную раздражительность, нередко переходящую в агрессию, по отношению к окружающим, а в особенности к своему мужчине. В данном случае уместно говорить о симптоме ощущения депривации, сопровождающимся духовным отчуждением. В психике женщины такое состояние часто ассоциируется с подростковым возрастом, когда многие из них испытывали чувство одиночества и оставленности, возникающее на почве отсутствия взаимопонимания с родителями.

Начиная примерно с периода в 20-25 недель возникает еще одна проблема, заслуживающая особого внимания. Это проблема решения сексуальных потребностей мужчины в этот период, которые на фоне обычно резкого снижения женского интереса к сексу, продолжают сохранять для него свою актуальность. Физиологические изменения, происходящие с беременной женщиной нередко делают для нее полноценную сексуальную жизнь невозможной, что создает или увеличивает дистанцию в общении с мужчиной. Перечисленные факторы могут способствовать развитию симптома сексуальной неполноценности периода беременности.

Следующим, и одним из самых ярких и эмоционально насыщенных симптомов, является симптом страха перед родами. На степень психической незащищенности женщин перед родами указывает то, с какой легкостью большинство из них соглашается на применение любых обезболивающих препаратов, не думая о возможных последствиях для ребенка. Острота переживаний, имеющих особую напряженность в родовой период, ослабевает вскоре после рождения ребенка.

Завершающим симптомом синдрома беременности является пигмалионизация родившегося ребенка: переход в восприятие матери от его фантастического образа к реальному, подобно Пигмалиону, мать влюбляется в собственное создание.

Таким образом, описанный выше синдром, по нашему убеждению, является типичным для периода беременности у всех женщин. Вместе с тем, его симптомы в конкретных случаях могут быть представлены с различной степенью выраженности в каждом конкретном случае. Наиболее ярко вышеуказанные симптомы, усиленные страхом перед неизвестным, проявляются в течение первой сохраненной беременности.

Известно, что внешние стресс-факторы непосредственно не влияют на будущего ребенка и только беременная женщина, пропуская их через себя, допускает в той или иной степени воздействие на него этих факторов. Поэтому чрезвычайно важным является скорейшее прохождение женщиной психотравмирующих симптомов синдрома беременности, особенно симптома принятия решения и ее концентрация на творческом, позитивно заряженном симптоме "Я жду ребенка", что приведет к смещению психологического акцента с собственных проблем и переживаний на рождение нового человека.

Беременность для самой женщины является этапом личностного и психосексуального развития, поэтому ей необходимо знание о самой себе и об ожидающих ее вплоть до рождения ребенка соматических и психических состояниях. Благоприятный психоэмоциональный фон протекания беременности может способствовать личностному взрослению женщины, укреплению и обогащению ее психики новым уровнем психологических самооценок.

Будучи психологически неподготовленным, получив отрицательный опыт первой беременности, а значит, не познав в полной мере радости материнства, многие женщины в нашей стране отказываются от рождения второго и третьего ребенка. Вместе с тем, при существующем в России уровне смертности, только для простого воспроизводства численности населения необходим суммарный коэффициент рождаемости в среднем на одну способную к деторождению брачную пару, равный 2,6 ребенка. Это может быть достигнуто лишь когда каждая беременная женщина будет уметь творчески адаптироваться к своему новому состоянию, вырабатывая собственную философию беременности, свободную от навязываемых ей обществом лишних социальных установок.

М. Е. Комова (Санкт-Петербург)

Влияние пренатального периода на развитие репрезентативных систем человека и формирование модели мира

В 1989 году Сенат США принял закон о десятилетии изучения мозга. Огромные невостребованные возможности человеческого мозга с одной стороны и активное влияние психосоциальной стимуляции - с другой, привели к подобному решению. Закон подчеркивает, что вклад в науку о мозге свидетельствует о потенциальных возможностях нового этапа достижений в области здоровья для всего человечества. За эти годы проведено много интересных работ, в том числе по изучению развивающегося мозга.

Любая жизненная ситуация, даже самая привычная, требует сложного взаимодействия между поступающей в данный момент информацией и накопленным до этого опытом и знаниями, которые вдруг становятся необходимыми человеку. Откуда берется этот багаж знаний? Он складывается из генетической информации и собственной информации, накопленной в результате взаимодействия с окружающей средой. Базовые данные этого багажа начинают формироваться на стадии поступления сенсорной информации через соответствующие анализаторы в определенные отделы мозга. Этот процесс начинается на стадии внутриутробного развития.

Существует пять основных способов, с помощью которых мы получаем информацию о внешней среде. К ним относятся: зрение, слух, обоняние, осязание, включающие тактильную чувствительность и вкус. Информация от соответствующих анализаторов поступает в определенные отделы мозга, где трансформируется в репрезентации или модели того, что сенсорные органы передают нам.

Таким образом, выделяют визуальную репрезентативную систему, аудиальную, кинестетическую и осмическую. Кинестетическая система наиболее сложная, она включает температурные ощущения, прикосновения, боль, проприорецептивные ощущения от мышц и внутренних органов. Система, которая используется чаще, чем другие, называется предпочитаемой, в ней человек проводит наибольшее количество разграничений. Почему та или иная система предпочитается, трудно сказать, вероятно на это влияют как наследственные факторы, так и среда, в которой находится беременная женщина и в которой впоследствии растет ребенок.

Для животных осмическая система является основной для их выживания, у людей процентное соотношение предпочтения осмической и аудиальной систем сравнительно невелико. Развитие сенсорных анализаторов и их функционирование в пренатальный период достаточно изучено. Тактильная чувствительность появляется с 8 недель внутриутробной жизни, слух - с 28 недель, вкусовые ощущения дифференцируются с 28 недель, движения глазных яблок можно наблюдать с 6 недель, а реакция на свет появляется с 24-26 недель; обонятельный анализатор формируется только к моменту рождения. Функции вышеперечисленных анализаторов осуществляются при наличии соответствующих им представительств в определенных отделах мозга. Вероятно, происходит взаимовлияние при развитии анализаторов и их представительств в мозге. Нейроны соответствующих отделов мозга, в том числе и коры полушарий способны к спонтанной импульсации, которая носит строго определенный порядок во времени и обусловлена генетическими механизмами, стимуляцией соответствующих анализаторов, а возможно, и биологическими ритмами жизнедеятельности человеческого организма.

Внутриутробное развитие происходит под влиянием материнского организма, причем это влияние носит как физиологический, так и психологический характер. Создание системы биологической обратной связи с частотой пульса матери и взаимодействие биоинформационными импульсами, стабилизирующими этот показатель, позволяет сохранить резервные возможности плода. Генетические механизмы развития организма строго запрограммированы и защищены, формирование же личности происходит при непосредственном взаимодействии организма с окружающей средой, в результате чего постепенно складывается самосознание. Чтобы представить, как это происходит, мы можем попробовать соотнести пробуждение самосознания с восстановлением его при различных патологических состояниях, например при обмороке. Сначала возникает неопределенное смутное ощущение существования вообще - некое сумеречное и еще вполне безличное сознание. Затем выплывают более оформленные представления, зыбкие образы текут без всякого порядка, как если бы грезящий видел фильм, смонтированный из снятых наугад и не связанных друг с другом кадров. При этом неизвестно, принадлежат они внешнему или внутреннему миру, действительность это или иллюзия. Грань между "я" и "не-я" отсутствует. Далее происходит постепенное обособление самосознания, хотя понимания ситуации - времени, пространственных соотношений, причинно-следственных связей все еще нет. И лишь затем чувство "я" окончательно формируется вместе с ясным осознанием окружающего мира. Примитивное чувство бытия или бессознательное сознание может быть расчленено на более простые психофизиологические компоненты. Это определенный уровень бодрствования, интеграция ощущений, полученных от внешних рецепторов и простейшие эмоциональные ощущения (больно - не больно, приятно - неприятно).

Ретикулярная формация и подкорка, включающая зрительные бугры, гипоталамус, четверохолмие и другие нервные узлы - анатомический субстрат первичного сознания. Ретикулярная формация отвечает за состояние бодрствования, боковые отделы таламуса играют роль полисенсорных образований - здесь происходит первичный синтез слуховых, зрительных и других сигналов, как бы формируя первичный образ мира. Аморфное, облаковидное чувство бытия стереотипно, осознание своего "я" - уникально. Можно предположить, что механизм обеспечения первичного чувства бытия фенотипически предопределен. Субстрат этой низшей формы самосознания - подкорковые ядра - оказываются уже в основном сформированы к моменту рождения. Морфологическим же субстратом развитого "я" является кора больших полушарий, развитие межнейронных связей которой происходит после рождения, особенно усиленно в первое полугодие жизни, достигая максимума к 3 годам и продолжаясь до 30-35 лет, а иногда и дольше. Но это касается лобных, теменных и височных областей коры, ответственных за сложные интегративные функции сознания. Причем интенсивность разрастания этих связей напрямую зависит от богатства информации из окружающей среды. Так что можно сказать, что в основе формирования модели мира человека лежит психогенетический фактор, возможно, ассоциирующийся с архетипами, в том числе с моделью мира матери, т.к. биохимические и психологические изменения ее организма, вызванные реакцией на импульсацию внешних рецепторов, влияет на физическое состояние ребенка внутриутробно.

Завершающим в формировании модели мира является интеграция собственной информации, накопленной о внешней среде.

В момент рождения ребенок получает базовые вводные данные о мире от анализаторов всех репрезентативных систем, поток импульсации настолько велик, что защитное торможение ЦНС в виде сна достигает 20 часов в сутки. При этом не нужно забывать, что нет еще дифференциации на "я" и "не-я", поэтому ребенок не противопоставляет себя миру, он не делит ощущения на внешние и внутренние. Он есть этот мир, в котором родился. Это состояние, возможно, лежит в основе многих религиозных и философских представлений о мире. Получая первичную сенсорную информацию после рождения, ребенок не только познает мир, но и себя, как составную часть этого мира.

Давайте обратим свой взор на современное массовое движение молодежи - рейв-"культуру". Основными характеристиками этого движения являются яркие, флюоресцирующие цвета одежды и волос, танцы с преобладанием хаотических движений, техно-музыка, представляющая собой сочетание первобытных ритмов, состоящих из монотонного повторения отдельных музыкальных фраз и вплетающихся в них индустриальных шумов. Последний техно-фестиваль, проходивший в Германии, выдвинул девиз: "Спасите роботов". Это молодежное течение сформировалось под влияние взглядов поколения, рожденного при активном использовании технических средств и искусственного вскармливания, что ,возможно, и объясняет подобную модель мира.

Здоровье человека определяется не только физиологическими константами основных функций его организма, но и тем, под какую модель мира он подгоняет окружающую действительность. Мы добиваемся стерильной обстановки в родильных залах, но через 15-20 лет теряем этих детей вследствие депрессий, суицидов, антисоциального поведения и употребления наркотиков. Мы слишком "узкоспециализированно" смотрим на эту проблему и в результате вводим ложные данные об окружающем мире. В старину на Руси было принято при рождении ребенка открывать двери и окна в избе, а в холодное время года - двери в бане. Это давало возможность ребенку сразу познакомиться со звуками, ароматами и цветами мира, с солнечным светом и ветром, с ночной тишиной и звездами. В наше время ребенок рождаясь, ощущает запахи медикаментов и антисептиков, слышит крики других женщин и звуки работающей аппаратуры, его глаза режут яркие лучи операционных ламп и их отраженные блики от кафельных стен. Первый сенсорный опыт человека при рождении дает информацию о мире, в котором он появился и с которым, возможно, впоследствии он будет себя отождествлять.

Железобетонные здания снижают напряженность электромагнитных полей окружающего пространства. В то же время в воздухе помещений от работающей аппаратуры возрастает количество положительно заряженных ионов, ухудшающих здоровье.

Древние целители считали, что частота пространственных вибраций, присущая данному месту и времени, а также индивидуальный психосоматический цикл человека должен быть синхронизирован с общекосмическим. Доказано, что человек чувствует себя лучше в месте своей Родины. Консерватизм и инертность нашего мышления не позволяют нам понять, что домашние роды во многих случаях более гуманны и человечны, и необходимо совершенствовать звено экстренной медицинской помощи, а не запрещать женщинам рожать дома.

В родильных домах можно и необходимо использовать все сенсорные каналы ребенка для получения более достоверной информации о мире. Использование в родильных залах люстр Чижевского, насыщающих воздух отрицательно заряженными ионами и создающими атмосферу горного воздуха, полезно как для медицинского персонала, так и для ребенка, особенно если учитывать активное вовлечение в функционирование биологически активных точек его кожи. Тактильные ощущения кожи матери в первые часы после рождения могут обеспечить глубинное доверие к ней в будущем. Вкус грудного молока и его эрзаца в виде смесей сравнивать сложно, а информацию, которую несет материнское молоко, восполнить невозможно.

Непрерывный яркий световой фон вызывает повышенную стимуляцию ретикулярной формации, что, в свою очередь, приводит к росту энергозатрат. Давайте же пожалеем наших малышей, которые затратили огромные силы при рождении и приглушим свет. Считается, что вследствие анатомических особенностей новорожденный слышит только громкие звуки. Мы регистрируем это по реакции вздрагивания и плача, но зная, что слуховой анализатор функционирует уже внутриутробно, можно предположить, что тихие звуки не являются просто психотравмирующими. Звуки природы, шум воды, пение птиц, шелест листвы воспроизведенные с аудиокассеты, создадут релаксирующую обстановку и для ребенка, и для персонала.

Приток сенсорной информации из внешней среды формирует и поддерживает нормальные психические функции. Психическая активность - не свойство нейронов, а процесс, возникающий в результате притока информации. Человек может прожить несколько суток без воды, несколько месяцев практически без еды, но оказавшись в специальной камере, изолирующей от всех внешних сенсорных раздражителей, не может пробыть там и нескольких часов. Планета, породившая нас, достойна того, чтобы ребенок в первые мгновения своей жизни узнал ее красоту и доброту, а в будущем отблагодарил Землю за возможность жить.

Н. В. Старцева, М. В. Швецов (Пермь)

Влияние отрицательных эмоций на возникновение гипертонии беременных и их психотерапевтическая коррекция

Гипертония беременных как моносимптом или как одно из проявлений гестоза, по-прежнему остается серьезной проблемой, несмотря на многолетний период изучения. Как известно, исследования опираются на гипотезу, которая и двигает их вперед (или назад)… Последние десятилетия в медицине были временем преобладания патогенетических изысканий. Вопросы этиологии отошли на второй план. Это естественно: где прежде всего можно проявить свою научную компетенцию, как не в вопросах патогенеза? Проблемы этиологии, как правило, упираются в сферы смежных наук и остаются без должного внимания.

Вместе с тем известно, что этиология - самый слабый раздел медицины [5] и как учение о причинно-следственных взаимоотношениях имеет теснейшую связь с профилактической медициной, основанной именно на идее предвидения [2]. Считаем уместным привести высказывания корифея отечественной медицины И. В. Давыдовского: "На примере врожденных наследственных заболеваний может быть показано, что каких-то вполне четких граней между этиологией и патогенезом искать не приходится… Этиологический фактор реален лишь постольку, поскольку он действует в сфере собственных патогенетических механизмов…" [2]. Но далее там же отмечается: "Утверждение, что… гипертония связна с психоэмоциональным состоянием, рак - с канцерогенами, мало что дает для теории и практики, поскольку казуальные связи… раскрываются, большей частью, поверхностно… Атеросклероз, гипертония, рак… не объяснимы под углом зрения "ближайших" причин или причин индивидуального значения… Корни нозологических форм уходят в историческое прошлое человека".

Столь авторитетные суждения, наверное, послужили основанием у авторов [6] для скромных выводов о том, что "причины формирования гипертонической болезни с достоверностью не установлены, но отдельные звенья патогенеза этого заболевания известны".

Столетнее изучение проблемы тем не менее ограничивает врача узкими рамками симптоматической медицины. Но ему приходится решать, прежде всего, конкретные, а не исторические задачи. Поэтому остаются актуальными поиск и изучение этиологических факторов гипертонии беременных.

Нами в условиях женской консультации проведено обследование и лечение 37 беременных женщин с гипертонией в сроках от 11 до 37 недель. Ведущими симптомами у беременных были агрессивность, раздражительность, нарушение сна, головные боли, запоры, страхи, в том числе страх визита к врачу, также повышение артериального давления, боли внизу живота и пояснице.

Опрос на первом занятии был направлен на выявление мышечных зажимов и, главным образом, постоянного или частого напряжения (втягивания) живота. Проводили терапию, включающую расслабляющую гимнастику с элементами хатха-йоги и телесно ориентированную психотерапию А. Лоуэна [8, 14]. В качестве самостоятельной составляющей на первом занятии проводили обучение глубокому диафрагмальному дыханию, используемому для уменьшения стресса. Вместе с тем для диафрагмального дыхания характерен удлиненный выдох, увеличивающий период релаксации, обусловленный парасимптоматическими эффектами [1, 11], которые способствуют понижению артериального давления. Беременным внушалось, что нельзя умышленно задерживать дыхание, так как это вызывает повышение артериального давления [1]. Важное значение имела проводимая на первом занятии разговорная терапия, где пациенту напоминают забытый основной принцип медицины: в большинстве случаев тело лечит само себя. Цитируются наблюдения А. Лоуэна: "Многие люди "живут" в своих головах и очень плохо осознают, что происходит ниже шеи… Напряженные области холодны и относительно безжизненны. Мы описываем эти области как "мертвые" и просто считаем, что это части тела, с которыми потерян контакт. Признак жизненности - это контакт со всем в области чувственного восприятия вокруг нас. Это нечто иное, чем знание, которое есть прежде интеллектуальная, чем воспринимающая активность" [13]. Для терапевта А. Лоуэна напряженный живот - это выражение страха, а боль - проявление перенапряжений в организме. "Анализ неосознаваемых конфликтов, освобождение угнетенных чувств и разрешение перенапряжений мышц и блокировок повышает способность радоваться жизни" [13].

При работе с беременными производили обязательный контроль артериального давления до и после занятия с помощью осциллометрического прибора "OMRON". Измерение осуществляется не ранее, чем через 10-15 минут от начала визита и через 1-5 минут после завершения расслабляющих упражнений. Женщинам рекомендовали выполнять гимнастику в домашней обстановке в течение 3-5 минут при условии хорошего самочувствия. Давление измеряли и в конце первого занятия разговорной терапии с последующим обучением диафрагмальному дыханию.

Статистическую обработку производили с помощью пакета статистических программ DIASTA (версия пакета Stadia МГУ, Россия) для ПК IBM [9]. Во избежании систематической ошибки в работе учтены данные всех обратившихся за помощью беременных.

Психотерапия оказала эффективное влияние на течение гипертонии. Среднее количество посещений для решения проблемы повышенного артериального давления составило всего 1,7. Это говорит о том, что пренебрежение поисками этиологического фактора в возникновении гипертонии беременных может приносить ощутимый вред здоровью женщины и авторитету врача, приводящему симптоматическое лечение.

В таблице 1 представлены данные о наличии у беременных тревоги и страхов и их направленности, из которых видно, что пациенты со страхом визита к врачу составляют заметную часть. В реальности это число может быть и выше. Некоторые женщины не спешат раскрыться психотерапевту об их страхе перед участковым врачом. Поэтому иногда о страхе посещения можно узнать только на втором или третьем занятии, но если женщина сумела обуздать свою боязнь после одной психотерапевтической беседы, то она эту тайну уносит с собой. Действительно, эффективность обусловлена применяемыми терапевтическими методами. В конце первого занятия разговорной терапии пациентам измерялось давление с обязательным подходом к осциллометрическому прибору спиной, выпятив живот ("сделай то, что раньше никогда не делала"). При этом показатели давления часто бывали ниже тех, которые пациенты имели на фоне приема гипотензивных препаратов. Но они демонстрировали гораздо большее удивление и радость, когда после диафрагмального дыхания давление становилось еще ниже. Наученные не бояться, они обретали уверенность в самостоятельном решении проблем, не считая нужным (не всегда обосновано) последующие визиты к психотерапевту.

В таблице 2 представлены данные измерения артериального давления 14-ти беременным до и после диафрагмального дыхания в течение 0,5 минуты. Обработка этих показателей по критериям Стьюдента для парных данных, критериям Вилсона, Манна-Уитни выявила высокую значимость измерений (p<0,01).

В качестве иллюстрации приводим историю беременной женщины.

Св-ва С. М., 22 года, первая явка к психотерапевту в 33 недели. Есть ребенок от первого брака. Ожидаемый ребенок от второго мужа, с которым к моменту визита уже развелась. Жалобы на сильную раздражительность и агрессивность, в том числе по отношению к дочери. Трудности ночного засыпания, запоры по 3 дня в течение всей беременности и много лет до нее (принимает слабительные), боли в пояснице, внизу живота тянущие, ежедневные, артериальное давление с начала беременности постоянно повышенное, иногда до 150 мм. рт. ст. По этой причине дважды находилась на стационарном лечении, получая традиционную гипотензивную терапию. Живот напрягает постоянно много лет. С ее слов, имеет страх "всего": врачей, гинекологического кресла, родов. Вагинизм с 13 лет. Первого ребенка родила под наркозом в сроке 30-31 неделя. Всю предыдущую беременность страдала от повышенного артериального давления (верхнее до 140 мм. рт. ст.). В конце первого занятия у женщины давление составило 106/62 мм. рт. ст. При явке на второе занятие, посвященное обучению расслабляющей гимнастике, сообщила, что стала менее раздражительной, хорошо засыпает, запоров нет, перестала пить слабительные, исчезли боли в пояснице и внизу живота. В домашних условиях имела нормальное артериальное давление. Регулярно делал специальные упражнения и перестала напрягать живот. Страха визита в консультацию уже не было, остался страх родов. При следующем визите через 3 недели сообщила, что чувствует себя хорошо и не принимала гипотензивных средств все прошедшее после первого визита время. Давление составило 113/70 мм. рт. ст. Был проведен сеанс гипнотерапии в связи со страхом родов. На четвертом занятии отметила отсутствие страха родов, но выявился страх за свое здоровье при родах (страх разрывов). Проведен повторный сеанс гипнотерапии. При явке после срочных родов сообщила, что рожала без страха и почти без ощущения боли.

Анализ данного контингента беременных показал, что психотерапия играет важную роль в сохранении здоровья. Из 37 женщин, прошедших весь курс психотерапии, 33 родили в срок, остальные, ограничившиеся из-за семейных проблем только одним визитом к психотерапевту, имели преждевременные роды. Все дети родились без асфиксии. Совокупные данные об эффективности применяемых методов представлены в таблице 3.

Существенное значение в возникновении гипертонии беременных нами придается психоэмоциональному напряжению и, прежде всего, реакциям страха. Положительная гемодинамика даже после единственного психотерапевтического занятия, направленного на снятие страха и понижение артериального давления, говорит в пользу такого заключения. Хотя этот вывод может не встретить достаточного понимания у некоторых специалистов, но есть зарубежные источники, позволяющие с этим считаться. так, в бюллетене, издаваемом немецкой ассоциацией врачей для своих пациентов, сказано: " Многие больные с повышенным артериальным давлением скрывают от окружающих свои чувства страха, ненависти и злости и этим усиливают свое напряжение… Основным настроением у них становится агрессивность по отношению к другим людям" [12].

Поднятые в сообщении вопросы стали предметом внимания авторов в связи с необходимостью проводить различие между тревогой и страхом для повышения эффективности терапии. Из литературы известно, что тревога таит в себе неопределенность в отношении вызывающих ее факторов и стремится стать страхом, чтобы обрести объект. с которым сможет справиться мужество пациента [7]. Когда причину страха можно указать, то проблема решается более эффективным способом, нежели посредством симптоматического лечения.

Ранее показано [1], что при гневе и страхе преобладают симпатические разряды, а приятные эмоции сопровождаются доминированием парасимпатической активности. Парасимпатические влияния понижают кровяное давление и частоту сердечных сокращений, а симпатические - оказывают противоположное действие. Однако в некоторых условиях оба отдела вегетативной нервной системы могут вовлекаться одновременно. При активности одного эффектора с симпатической иннервацией все остальные тоже возбуждаются как бы "симпатией" к нему в отличие от парасимпатических эффектов [там же]. Поэтому легче предотвратить гипертонический криз, чем купировать его.

В литературе можно встретить многочисленные данные о роли нервно-психического напряжения в развитии гипертонии и, в частности, у беременных [3, 4, 10], но слишком общо или вскользь говорится об этиологических факторах. Авторы научных работ избегают однозначных формулировок, предпочитают выражать свое мнение намеками. Так, в работе [3] отмечаются наличие нервно-психического стресса у беременных с гипертонией, но как составляющие выявлены некое "волнение об исходе родов", "сдача экзаменов". Симптомы страха как бы витают в воздухе, не опускаясь на страницы научных трудов.

Следует отметить, что введение в научный оборот термина "стресс" часто избавляет клиницистов и врачей от необходимости выделения этиологических и патогенетических факторов. Может сложиться представление, что "стресс" сегодня не только служит выяснению картины патогенеза, но и маскирует этиологические факторы.

Таким образом, нетрадиционные медицинские методы могут оказывать положительное влияние на здоровье беременных без применения фармацевтических средств. Внимание прежде всего уделяемое самому пациенту, а не его артериальному давлению, способно быстро решать проблему. Подобная эффективность не обязательно является следствием молодого возраста женщины, положительное изменение артериального давления удается достичь и у больных климактерического возраста. Это будет предметом нашего следующего сообщения.

Таблица 1

Распределение симптомов тревоги и страха

среди беременных с гипертонией


Симптомы

Количество пациентов с данным признаком

Частота признака %

Тревога

4

12

Страх родов

4

12

Страх визита

5

15

Страх визита + страх родов

7

21

Различные страхи + тревога

13

40

Всего

33*

100


* 4 женщины не предъявляли жалоб на тревогу и страх

Таблица 2

Показатели артериального давления (АД) до и после

диафрагмального дыхания у беременных с гипертонией


N
п/п

АД до дыхания

АД после дыхания

1

125/80

109/68

2

122/75

112/77

3

142/96

139/88

4

145/83

115/83

5

123/81

128/76

6

127/85

122/85

7

131/89

121/84

8

138/89

124/83

9

124/80

122/71

10

132/87

116/72

11

126/86

113/73

12

121/78

116/78

13

129/77

119/70

14

125/82

120/73


Таблица 3

Эффективность применяемых методов для нормализации

артериального давления (количество пациентов)*


Терапевтические методы

Положительный эффект

Отсутствие положительного эффекта

Диафрагмальное дыхание на первом занятии

15

5

Гимнастика совместно с диафрагмальным дыханием

12

2

Изменение поведения и отношения к себе окружжающих

1

-


* Методы релаксации не применялись у 11 пациентов.

Литература

1. Гельгорн Э., Луфборроу Дж. Эмоции и эмоциональные расстройства. М.: Мир, 1966. - 672 с.

2. Давыдовский И. В. Проблемы причинности в медицине. - М.: Медгиз, 1962. - 176 с.

3. Мамиев О. Б., Хасин А. З. Оценка эффективности психотерапии беременных, страдающих поздним токсикозом с гипертензивным синдромом // Вопросы охраны материнства и детства. 1981. - Т. 26. - № 10. - С. 48-52.

4. Нестеров В. С. Клиника болезней сердца и сосудов. Киев: Здоровье, 12974. - 512 с.

5. Павлов И. П. (цит. по [2]).

6. Справочник практического врача / Под ред. акад. АМН СССР А. И. Воробьева. М.: Медицина, 1992. В 2-х т.

7. Тиллих П. Патологическая тревога, витальность и мужество // Моск. психотерапевт. журнал. - 1994. - №2. - С. 113-131.

8. Тобиас М., Стюарт М. Растягивайся и расслабляйся. - М.: ФиС, 1994. - 160 с.

9. Тюрин Ю. Н., Макаров А. А. Анализ данных на компьютере. - Финансы и статистика, ИНФРА-М, 1995. - 384 с.

10. Фуркало Н. К., Ганджа И. М. Клинические лекции по важнейшим внутренним болезням. - Киев: Вища школа, 1975.. - 286 с.

11. Эверли Дж. С., Розенфельд Р. Стресс: природа и лечение. - М.: Медицина, 1985. - 224 с.

12. Kцrper ist Spiegel der Seele: Psychosomatische Krankheiten. - INFOTHEKgesund. AOK, 1990. - H. 18. - 31 S.

13. Lowen A. Bioenergetik. Therapie der Seele durch Arbeit mit dem Kцrper. - Rowohlt Taschenbuch Vertag GmbH. - 1984. - 304S.

14. Lowen A. und I. Bioenergetik fuer Jeden. Goldman Verlag, 1993. - 144 S.

Н. В. Старцева, М. В. Швецов (Пермь)

Железо у беременных: "витамин" или "токсин"?

Назначение железо-сорбитола пациентам с хроническим пиелонефритом вызывает усиление лейкоцитурии, а введение солей железа лабораторным крысам, инфицированным кишечной палочкой, ведет к почечным абсцессам (А. Ганцони, 1972). Имеются сведения, что железосодержащий белок лактоферрин играет заметную роль в инфекционной патологии (А. Н. Дюгеев, А. Н. Шипулин, 1991). Доктор Э. Либельт (1997) из Йельского университета сообщает, что отравление железом, принимаемым беременными, является основной причиной смертности детей до 6 лет от фармацевтической продукции.

В ходе психотерапевтической работы в условиях женской консультации у 76 беременных с угрозой невынашивания проводили дополнительные исследования влияния железопрофилактики на течение беременности. Часть пациентов получала препараты (ферроплекс, вифер) для лечения анемии легкой степени. У 89 % беременность протекала на фоне хронической урогенитальной и экстрагенитальной инфекции. Одновременно с приемом препаратов железа некоторые отмечали неоднократное даже в летнее время возникновение гриппа и грипподобных заболеваний; типичным было обострение легочных и почечных хронических воспалительных процессов. Серьезными осложнениями можно считать впервые выявленные хламидиоз, кандидоз, мико-уреаплазмоз в начале или середине беременности, когда женщина обходилась без экзогенного железа, а в крови отмечались очень высокие показатели гемоглобина (Нв).

Известно, что с пищей усваивается всего 3-4 мг железа в сутки из потребляемых 10-15 мг. Распространенным является мнение, что анемия у беременных имеет относительный характер и возникает вследствие увеличения объема циркулирующей плазмы. Неудивительно, что в ближайшие после родов дни, несмотря на кровопотерю, количество Нв достигает нормальных значений. Высказывается мнение, что анемии беременных могут быть проявлением нормы (Д. Димитров, 1977). Актуально звучит популярный в психотерапии тезис: "Все симптомы пациенту нужны: они его защищают от чего-то, еще более худшего". Нередко врачи назначают железо, лишь следуя инструкции, но не реальной терапевтической ситуации; часто сами беременные отказываются от приема, мотивируя тем, что "не принимает душа". Обращают на себя внимание ситуации, когда пациент доверяет своему телу больше, чем врачу.

Из 76 наблюдаемых пациентов только 10 не получали железо, но 30 % от этого числа всю беременность не имели инфекций, тогда как среди получавших препараты железа не имели инфекции всего 7,5 % женщин. У беременных с высокими показателями Нв крови часто безуспешными были и методы современной антибактериальной терапии. Совершенно неожиданным оказался факт, что пациенты, получавшие препараты железа, значительно чаще имели патологическую прибавку массы тела (50 % и 11,4 % соответственно). Отмечены случаи, когда назначение нескольких таблеток железа в последние 1-2 месяца беременности уже через 3-7 дней приводило к появлению водянки и, как следствию, госпитализации. Иногда назначали железо при очень высоких показателях Нв (125 г/л и выше). Тогда отеки сопровождали беременность уже с первой половины.

Наши наблюдения делают возможным предположение о том, не являются ли высокие значения Нв в крови и массовая железопрофилактика у беременных "воротами" в гестоз? Снижение концентрации Нв носит защитный характер и служит естественной профилактикой инфекционных осложнений матери и плода. А подобное заключение вносит изменение в существующую научную парадигму. Вместе с тем современное знание позволяет считать, что возможны различные теоретические описания одной и той же реальности.

  1   2   3


Текст взят с психологического сайта
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации