Ответы на госы РГГУ 2012 международные отношения - файл n44.docx

приобрести
Ответы на госы РГГУ 2012 международные отношения
скачать (2001 kb.)
Доступные файлы (65):
n1.docx33kb.26.02.2012 21:14скачать
n2.docx36kb.26.02.2012 21:15скачать
n3.doc58kb.31.05.2009 18:55скачать
n4.docx27kb.26.02.2012 21:16скачать
n5.docx35kb.26.02.2012 21:17скачать
n6.docx33kb.26.02.2012 21:18скачать
n7.docx20kb.26.02.2012 21:18скачать
n8.docx30kb.26.02.2012 21:18скачать
n9.docx31kb.26.02.2012 21:19скачать
n10.docx28kb.25.02.2012 19:17скачать
n11.doc60kb.31.05.2009 18:55скачать
n12.docx30kb.26.02.2012 21:20скачать
n13.docx32kb.26.02.2012 21:20скачать
n14.docx38kb.26.02.2012 21:21скачать
n15.docx32kb.23.02.2012 16:10скачать
n16.docx34kb.26.02.2012 21:21скачать
n17.docx39kb.27.02.2012 17:36скачать
n18.docx28kb.26.02.2012 21:23скачать
n19.doc64kb.31.05.2009 18:55скачать
n20.docx41kb.23.02.2012 15:40скачать
n21.doc86kb.27.02.2012 14:34скачать
n22.docx140kb.23.02.2012 15:46скачать
n23.docx28kb.23.02.2012 15:47скачать
n24.docx35kb.26.02.2012 21:32скачать
n25.docx44kb.23.02.2012 15:49скачать
n26.docx52kb.27.02.2012 01:36скачать
n27.docx24kb.23.02.2012 17:35скачать
n28.docx25kb.27.02.2012 17:17скачать
n29.docx30kb.23.02.2012 17:34скачать
n30.docx27kb.27.02.2012 17:29скачать
n31.docx31kb.23.02.2012 16:07скачать
n32.docx39kb.23.02.2012 17:34скачать
n33.doc51kb.24.02.2012 18:07скачать
n34.doc51kb.27.02.2012 17:22скачать
n35.docx33kb.23.02.2012 17:29скачать
n36.docx36kb.23.02.2012 15:22скачать
n37.doc84kb.31.05.2009 18:55скачать
n38.docx41kb.23.02.2012 16:21скачать
n39.docx24kb.23.02.2012 16:22скачать
n40.docx16kb.23.02.2012 16:23скачать
n41.docx49kb.23.02.2012 15:07скачать
n42.docx63kb.23.02.2012 16:25скачать
n43.docx46kb.27.02.2012 17:44скачать
n44.docx41kb.23.02.2012 17:31скачать
n45.docx37kb.27.02.2012 14:08скачать
n46.docx21kb.27.02.2012 14:03скачать
n47.docx23kb.19.02.2012 11:45скачать
n48.docx20kb.23.02.2012 17:35скачать
n49.docx42kb.23.02.2012 16:05скачать
n50.docx33kb.27.02.2012 14:25скачать
n51.doc73kb.11.02.2012 20:50скачать
n52.docx25kb.23.02.2012 19:01скачать
n53.docx89kb.24.02.2012 18:07скачать
n54.docx96kb.27.02.2012 15:13скачать
n55.docx32kb.27.02.2012 17:15скачать
n56.docx23kb.23.02.2012 17:30скачать
n57.docx39kb.27.02.2012 15:50скачать
n58.docx24kb.11.02.2012 20:50скачать
n59.docx32kb.27.02.2012 15:35скачать
n60.docx28kb.23.02.2012 16:16скачать
n61.doc78kb.22.02.2012 22:28скачать
n62.docx35kb.23.02.2012 23:48скачать
n63.docx25kb.27.02.2012 15:07скачать
n64.docx32kb.23.02.2012 15:19скачать
n65.doc61kb.04.03.2012 17:57скачать
Победи орков

Доступно в Google Play

n44.docx


  1. Теоретические направления исследований международных отношений в России.


КРАТКИЙ КОНСПЕКТ!!!»»»

Российская школа ТМО
Изучается с 90-х гг, до этого принимались попытки в МГИМО, пр ученые Гантман, Хрусталев, которые изучали концепции под углом критики.

Сейчас – этап осмысления, становления Р. Школы.
Полит реализм.

Интерпретация современных МО:

- разделяющее позицию МИДа – мир многополярен

- мир однополярен

- промежуточная схема: «плюралистическая однополярность». США, 8-ка, 20-ка.

Все соглашаются с тем, что есь определенная ассиметричность в отношении США, некоторые считают, что надо подстраиваться, другие – что боротьсяю
Реалисты – структуралисты и геополитики радикального направления:

Р-С – доминирование Запада в процессах мирового развития, необх адаптация

Г. – США и Запад стремятся разрушить РФ. Жириновский, Дугин.
Стратегия поведения РФ

Реалисты: согласна – стратегия должна базироваться на нац интересах

Не согласны в направлении стратегии

- выбор в пользу СНГ (МИД. Медведев – СНГ – зона привилегированных интересов)

- создание российско-китайский оси против США и формирование геоэкономического сотрудничества в рамках Азии как Китай и япония. (Примаков – треугольник – Россия , Китай, Индия)

- перспектива союза с Западом, но на условиях приемлемых для РФ.

Роль РФ

- стабилизирующая

- соединяющая

- амортизирующая

Общее у всех реалистов – российская гоусдарственная идентичность связана с великодержавностью
Либерализм

Вопросы:

- к какому миропорядку идут МО?

-какова судьба нац суверенитета и нац интересов?

- какую стратегию должна избрать РФ?
Представители либерализма делятся на модернизаторов и умеренных институционалистов.

Модернизаторы рассм мир как однополюсный мир, развивающийся в направлении однородно-демократического мироустройства (Пр. Фукуяма).

Умеренные институциалисты: движение к демокр мироустройству более сложное, есть несколько региональных центров, которые притягивают государства. Пр. Япония. Индия.
Модернизаторы – размывание национального суверенитета, появл наднациональные интересы, междунар институты берут на себя права по обеспечению прав граждан, пр ЕС.

Институциалисты – глобализация расшатывает основы нац государства, но процесс противоречивый, так как гос-ва остаются главными акторами в МО.
Стратегия РФ

Модернизаторы – оставить великодержавные иллюзии и амбиции

Институциолисты - сомнение относительно преимущественно западной ориентации.
Спектр взглядов:




модернизаторы

институциалисты

Мировой порядок

западноцентричен

Плюралистичен

Суверенитет и нац интерес

Все менее значим

Значим, но должен быть переформулирован

Внешнеполитическая ориентация

прозападность

Многовекторность

ДЛИННЫЙ ТЕКСТ!!!
Доминирующей школой в российской науке о международных отношениях является реализм. При этом российский реализм представляет собой достаточно сложное интеллектуальное движение. Так, А. Д. Богатуров и Т. А. Шаклеина выделяют в его рамках шесть различных групп или течений, большинство из которых являются относительно новыми, хотя история некоторых из них восходит еще к 1970-м гг.29 Наиболее старым и численно превосходящим из них, развитие которого берет начало в советское время, авторы считают системно-историческое течение. Именно оно дало первые серьезные международные исследования в России - в ИМЭМО АН СССР под прикрытием его либерального директора академика Н.Н. Иноземцева и вокруг В.И. Гантмана30, а также в МГИМО МИД СССР вокруг М.А.Хрусталева и А.А. Злобина31. Относительно новым и менее консервативным течением, понимающим современное мироустройство в терминах, нехарактерных для доминирующих на Западе направлений реализма, является российский структурный реализм32. Кроме того, реализм, по наблюдению Шаклеиной и Богатурова, проникает в такие области российских международных исследований, как геополитика и геоэкономика, политическая философия и социология международных отношений, политическая психология и, наконец, международная политическая экономия33.
Не менее разветвленным является и российский либерализм, в рамках которого могут быть выделены несколько относительно самостоятельных течений. Крайние полюса занимают приверженцы интервенционизма и ограниченного суверенитета, с одной стороны, и сторонники международного общества - коллектива равноправных и суверенных (демократических) государств, с другой. Широк и политический спектр - от сторонников правых сил до «новых социал-демократов», разделяющих социал-реформистские идеи. Так, течение «универсалистов» объединяет приверженцев кантианских идей достижения «вечного мира» за счет расширения демократии. Его представители исходят из демократизации как магистральной тенденции современного мирового развития (А.Ю. Мельвиль, Д.В. Тренин и др.)34, разделяют и пропагандируют теорию «демократического мира» (В.М. Кулагин, Ю.П. Давыдов)35, идеи «гуманитарной интервенции» и «ограниченного суверенитета» в эпоху глобализации (А.И. Никитин, Ю.Е. Федоров)36. По мнению Д.В. Тренина, Е.Г. Ясина, Ю.А. Рыжова и других исследователей, залогом и гарантом поступательной демократической эволюции международных. отношений является безусловное лидерство США в современном мире, которое дает постсоветской России исторический шанс - при условии ее адаптации к изменившимся условиям мирового развития37.
В свою очередь, «глобалисты» основывают свое видение международных отношений на глобализации как центральном политикоформирующем процессе современного мирового развития. Глобализация рассматривается как процесс формирования единого человеческого сообщества (мегаобщества, в терминологии В.Б. Кувалдина38). В этих условиях, подчеркивает М.М. Лебедева, деятельности государств в мировых политических процессах серьезную конкуренцию составляют негосударственные акторы мировой политики - ТНК, неправительственные организации, глобальные экономические структуры (G8, ВТО, МВФ, ОЭСР) и т. п. Государства сохраняют себя в качестве более или менее самостоятельных структурных единиц, однако их суверенитет все более заметно размывается под воздействием глобальных процессов39.
К «утопистам» можно отнести таких сторонников создания мирового правительства, как Г.С. Шахназаров, А.Л. Адамишин, отчасти М.А. Хрусталев и А. М. Салмин (в работах начала 1990-х гг.)40.
Либеральные сторонники «альтернативной многополярности» фактически едины в неприятии реалистской концепции многополярного мира, выдвинутой бывшим тогда министром иностранных дел Е.М. Примаковым41. Считая ее конфронтационной и не учитывающей новых явлений мировой политики (в частности, безусловного экономического, военного и иного превосходства США над всеми остальными государствами и любой их коалицией, возросшей роли; негосударственных субъектов мировой политики, перемещения центра тяжести в МО с конфликтов к сотрудничеству и в особенности отмирания суверенитета как системообразующего принципа мировой политики, ряд представителей либеральных взглядов выдвигают альтернативную позицию42. Еще одну группу российских либералов составляют «рационалисты». Если трактовать данный термин в духе X. Булла, то она объединяет приверженцев нормативного регулирования МО; усиления регулирующей роли международного права и международных организаций43.
Наконец, пишет Т. А. Алексеева, «Россия начинает отвечать, хотя и медленно, на западный „постструктурный поворот": отечественные философы и социологи начинают проявлять все более заметный интерес к идеям постструктурализма»44.
Можно ли расценивать плюрализацию знания российской социальной науки в целом и международных исследований в частности как положительное явление? Осознавая, что любые выводы в данном отношений могут иметь лишь предварительный характер, рискнем все же дать утвердительный ответ на поставленный вопрос. И не только потому, что современное состояние отечественного обществознания представляет собой полный и освежающий контраст с ранее описанными догматизмом и изоляционизмом официальной советской парадигмы. Ясно, что только на пути диалога с внешним миром и свободного обсуждения на национальном уровне существующих в нем идей Россия может обрести новую самоидентичность и освободиться от наследия социальной стигмы. Вместе с тем, плюрализация может оказывать и отрицательное воздействие на развитие социального знания. Известный американский ученый-международник Калеви Холсти45 как-то выразил беспокойство, что международные исследования, ведущиеся в западной науке о международных отношениях без учета господствующей в ней тенденции подрывают ее основы и затрудняют ее дальнейшее развитие46. Если подобная обеспокоенность имеет определенные основания в контексте достаточно устоявшейся западной ТМО, то она выглядит еще более уместной применительно к отечественным международным исследованиям, развивающимся в условиях поиска Россией своей национальной самоидентичности.
Современный кризис российской самоидентичности проявляется через соперничество двух, часто взаимоисключающих, тенденций в постсоветском развитии страны - вестернизации и изоляционизма.
Вестернизацию можно определить как активное освоение отечественными учеными западных теоретических концепций и подходов. Она является важным элементом ранее описанного процесса плюрализации советской/российской науки о международных отношениях и вносит значительный вклад в российское интеллектуальное и культурное возрождение. В течение столетий Запад играл для России роль «значимого другого» и до тех пор, пока он будет продолжать играть эту роль, Россия будет активно заимствовать продуцируемое им знание. И в наши дни российские интеллектуалы активно используют различные западные теории. Так, А.Д. Богатуров и Т.А. Шаклеина дают анализ применения и развития отечественными исследователями МО теории полярности. В своей более ранней работе Богатуров использовал теорию международного общества X. Булла47. М.В. Ильин описывает картину российских ответов на фукуямовский «императив модернизации» и на «вашингтонский консенсус» Уильямсона-Колодко48. Э.Г. Соловьев освещает влияние традиционных европейских геополитических теорий и западной постструктуралистской политической географии на российские геополитические исследования49.
Вестернизацию, однако, следует отличать от плюрализации. Наряду с активным освоением отечественной наукой западного знания она подразумевает и ее зависимость от западной исследовательской мысли, а вместе с ней - от западных культурных ценностей и политической идеологии. Поэтому вестернизация может ослабить или даже погасить внутренние импульсы эпистемологического развития. Как показал ход недавнего обсуждения данной проблемы, организованного авторитетным журналом «Pro et Contra», российские ученые хорошо знают реальное положение вещей. Инициатор обсуждения А.Д. Богатуров отметил, что в течение десяти лет российское постсоветское обществознание в целом и наука МО в частности развивались в «парадигме освоения»50. Иначе говоря, после распада официальной парадигмы советского марксизма многие российские ученые активно занялись изучением западных теорий и методологического аппарата, отчасти с целью более легкого получения ранее недоступной финансовой поддержки от западных фондов в виде исследовательских грантов. В то же время, по мнению Богатурова, «освоение» сопровождалось не только ростом эрудированности отечественных исследователей, но и их недостаточным вниманием к изучению содержания и направленности российских процессов и неумением применить «импортные» подходы и методики для их объяснения. В результате российская наука о международных отношениях сталкивается с потенциальной опасностью возникновения новой версии догматизма, на сей раз антимарксистской и антикоммунистической ориентации. Решение данной проблемы Еогатуров справедливо видит в усилении внимания к развитию концептуальных основ отечественной науки о международных отношениях: «Десять лет - немалый срок. Парадигма освоения сыграла свою роль, но уже изжила себя. Не изменив положение дел в российском интеллектуальном сообществе, нельзя избежать подрыва авторитета знания в глазах... молодых интеллектуалов... Назрел поворот к изучению реальности во всех ее противоречиях и созданию собственной теории, которая перестала бы видеть в местных особенностях, не вместимых в западные схемы, отклонения и патологию»51.
Западное знание, конечно, не гомогенно и вполне может быть открытым для кросскультурного обмена, когда его представители осознают ограниченность своих собственных культурных контекстов и готовы учитывать особенности других культур. Некоторые западные теории, однако, оставляют немного места для других культур. Так, фукуямовский тезис о «конце истории» представляет западные ценности и институты как единственно жизнеспособные в мире, а ценности и институты остальной части человеческой цивилизации - как обреченные на неизбежное поглощение западной цивилизацией. Для представителей незападных культур типичной и наиболее частой реакций на это является вопрос: «Если история закончена, то где находимся мы?» Чем выше степень этноцентризма той или иной западной теории (или любой другой теории в этом отношении), тем более высока вероятность, что она встретит сопротивление или даже вызовет ответную националистическую реакцию в иных культурных контекстах52.
Это подводит нас к последней и наиболее неприятной из выделенных выше тенденций в российской науке о международных отношениях - изоляционизму. В известной мере он стал ответом на вестерниэацию отечественных международных исследований. Западное знание, с его эпистемологическими предубеждениями и концентрацией на собственном видении проблем, может действительно вызывать отторжение и даже враждебность. Но изоляционизм как отказ учиться у другого имеет глубокие корни и в собственном российском: комплексе превосходства/неполноценности. В советский период официальный марксизм претендовал на выражение мнения «наиболее передового социального класса» и на этой основе - на обладание единственно верной Истиной. К сожалению, и постсоветская наука о международных отношениях не свободна от изоляционизма. Его опасность для российских международных исследований весьма очевидна. В лучшем случае данная тенденция может еще более задержать и без того затянувшуюся выработку ответов на вопросы о российской идентичности и, соответственно, развитие теории. В худшем - вернуться к стилю советской пропаганды и догматизму, удушающему любую творческую мысль.
Характеризуя соперничество России с Западом как «естественное» и неизбежное, изоляционизм представляет собой несомненную опасность для новой российской науки о международных отношениях. Как и традиционная геополитика, он своими корнями уходит почти исключительно в геополитические теории XIX - первой половины XX вв., самоустраняясь от современного теоретического развития. В этом же духе можно рассматривать и некоторые российские исследования глобализации, авторы которых, по политическим и идеологическим причинам пытаются представить сложное явление глобализации как безнравственный заговор Запада против остального мира. В целом изоляционизм пережил советский марксизм из-за все еще не получивших своего разрешения проблем социального признания (стигмы) России и ее новой идентичности. Бывшая советская парадигма распалась, а новая - российская - находится лишь в процессе формирования. В течение этого периода российская наука о международных отношениях может получить новые стимулы из внешнего мира при условии, что «помощники» будут свободны от претензий на универсализм своих знаний. Лучшие результаты могут быть достигнуты в том случае, если российские ученые сумеют отойти от крайностей вестернизации и изоляционизма. В России существуют свои собственные богатые интеллектуальные традиции в их марксистских, домарксистских и немарксистских вариантах. Вместе с тем, успех в развитии отечественной науки о международных отношениях зависит и от того, насколько активным будет диалог российских исследователей со своими коллегами в западных и незападных странах. Достигнутое в результате этого знание могло бы значительно расширить наши интеллектуальные горизонты.
.


  1. Национальные и межгосударственные формы дипломатической деятельности на современном этапе. Венская конвенция 1961г.


Основные формы дипломатической деятельности:

Цель национальной дипломатии - это, прежде всего, содействие защите и продвижению национальных интересов страны и укреплению международной безопасности. Надо сказать, что эти направления дипломатии во многих странах мира постепенно находят официальное признание и закрепление в правовых документах. Они становятся полноценными институтами со своими атрибутами, целями, задачами, специфическими формами, методами, средствами, функциями организационной структурой, системой подготовки кадров и финансированием.

Межгосударственная (официальная) дипломатия - официальная деятельность глав государств, правительств и специальных органов внешних сношений по осуществлению целей и задач внешней политики государств. Она должна защищать и продвигать интересы государства за границей официальными дипломатическими методами. К ней относятся такие подвиды дипломатии как правительственная, парламентская, военная, экономическая, энергетическая, а также дипломатия городов, мэров, законодательных и представительских собраний и т.д. Соответственно их основными субъектами являются чиновники и руководители госструктур, региональных администраций, местного самоуправления, официальных структур по международным отношениям, которые выстраивают свою деятельность на своем уровне.
Венская конвенция о дипломатических сношениях. — один из основных нормативно-правовых актов в области дипломатического права. Она была принята на международной конференции в Вене, которая проходила в период со 2 марта по 14 апреля 1961 года.[1] В конференции приняло участие 81 государство (СССР был также представлен БССР и УССР), около 40 из них подписали конвенцию. Конвенция регламентирует все основные вопросы дипломатического права: регламентируются виды и функции дипломатических миссий, процедура назначения главы дипломатического представительства, классы глав таких представительств, раскрывается понятие дипломатического иммунитета.

Согласно ст. 51 Конвенции, она вступала в силу на тридцатый день после сдачи на хранение двадцать второй ратификационной грамоты или акта о присоединении Генеральному секретарю Организации Объединённых Наций. Это произошло 24 апреля 1964 года.

Конвенция состоит из 53 статей и включает также два факультативных протокола: о приобретении гражданства сотрудниками дипломатических представительств и членами семей этих сотрудников, живущими вместе с ними, и об обязательном разрешении споров относительно толкования или применения Конвенции Международным Судом.

На 2010 год в ней участвуют 186 государств,[2] в факультативном протоколе о приобретении гражданства участвуют 51 государство,[3] об обязательном разрешении споров — 66 государств.[4]

Российская Федерация, являясь правопреемником СССР, ратифицировавшего конвенцию 11 февраля 1964 года, также участвует в данной Конвенции. При этом со стороны СССР при ратификации была сделана оговорка по статье 11 (пункт 3) Конвенции, которая касается численности персонала дипломатических представительств: этот вопрос должен решаться по договорённости между аккредитующим государством и государством аккредитования. Кроме того, Советский Союз сделал заявление по ст. 48 и 50, в которых идёт речь об ограничениях для ряда стран быть участниками Конвенции, отметив их дискриминационный характер.[5] Согласно статье 48 Конвенции, её участниками могут быть только государства-члены ООН или специализированных учреждений, государства-участники Статута Международного Суда, а также другие государства, которые были приглашены Генассамблеей ООН стать участниками Конвенции. В результате, от участия в конференции, на которой была выработана Конвенция, были отстранены ряд социалистических стран — ГДР, МНР, КНДР и ДРВ.[6]

Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 г. является основой современного дипломатического права. Она определяет функции дипломатического представительствапорядок назначения и отзыва его главыустанавливает классы глав представительств, их старшинство, привилегии и иммунитеты дипломатов.

Подписана в Вене 18 апреля 1961 года. Конвенция вступила в силу в апреле 1964. В ней участвуют 175 государств. Состоит из 53 статей и двух факультативных договоров. Факультативные протоколы о приобретении гражданства (48 государств участвуют, состоит из 8 статей) и об обязательном разрешении споров (61 государство участвует, 10 статей) вступили в силу также в апреле 1964 года. Россия не участвует.

По конвенции:

Функции дип. представительства:

1) выступления от имени аккредитующего государства;

2) защита интересов аккредитующего государства и его граждан;

3) ведение переговоров с правительством государства пребывания;

4) получение всеми законными средствами информации о государстве пребывания;

5) поощрение дружеских отношений между странами в политической, экономической и культурной сферах.

Установление дипломатических отношений производится путем соглашения между государствами. В соглашении определяются уровень представительства и место нахождения представительства.

Венская конвенция 1961 г. закрепила практику деления глав дипломатических представительств на три класса: послы и папские нунции; посланники и папские интернунции; поверенные в делах. Согласно Конвенции 1961 г., между дипломатическими представителями разных классов не должно проводиться никакого различия, кроме различия в отношении старшинства и этикета. По старшинству в дипломатическом корпусе послы стоят на первом месте.

В настоящее время поверенные в делах и посланники назначаются весьма редко. Обычно государства обмениваются послами, что соответствует принципу суверенного равенства государств. Следует отличать постоянного поверенного в делах, который возглавляет подведомственное ему дипломатическое представительство в качестве постоянного руководителя, от временного поверенного в делах, который исполняет обязанности главы представительства при отсутствии постоянного дипломатического представителя (например, на период болезни, отпуска).

Послы и нунции, а также посланники и интернунции аккредитуются при главах государств, а постоянные поверенные в делах - при министре иностранных дел страны пребывания.

   Факультативный протокол о приобретении гражданства: «Сотрудники представительства, не являющиеся гражданами государства пребывания, и члены их семей, живущие вместе с ними, не приобретают, гражданства этого государства». Об обязательном разрешении споров: «Споры по толкованию или применению Конвенции подлежат обязательной юрисдикции Международного Суда и соответственно могут передаваться в этот Суд по заявлению любой страны и споре, являющейся участником настоящего Протокола».



Теоретические направления исследований международных отношений в России
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации