Барри Коммонер. Замыкающийся круг - файл n1.doc

приобрести
Барри Коммонер. Замыкающийся круг
скачать (1427 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1427kb.18.09.2012 19:07скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

Будучи экологом, доктор Бритт интересовался не только физической средой в озере, но также ее влиянием на озерные организмы. Особенно его интересовала майская мушка. Потому что майская мушка всегда была неотъемлемым элементом окружающей местности. Эти насекомые развиваются из личинок, устилающих дно озера, и каждое лето взрослые майские мушки с кружевными крыльями тучами поднимаются с Поверхности воды. Летними ночами они целыми полчищами осаждают источники света. Майская мушка, и взрослая, и личинки, — ценная пища для озерной рыбы. «Серая мушка», популярная среди рыбаков наживка, имитирует взрослую майскую мушку. Личинки могут жить только на тех участках дна, которые хорошо снабжаются кислородом.

Тщательные обследования дна, проведенные в западной части озера между 1929 и 1953 годами, показали, что личинки майской мушки являются самым распространенным видом донных животных. В среднем на квадратный метр поверхности дна приходилось от 300 до 500 личинок. 5 сентября 1953 года, выполняя станцию около острова СаутБэсс, доктор Бритт поднял пробу донных отложения. Эти отложения были промыты, в решете с очень мелкими ячейками, и животные, оставшиеся в решете, были идентифицированы и подсчитаны. Он обнаружил 93 личинки майской мушки в пробе с одной пятой квадратного метра дна (что полностью соответствует нормальной концентрации — 465 личинок на квадратный метр), но

все они были мертвыми. Личинки разложились лишь частично, и,

так как скорость разложения должна была быть высокой в условиях теплых летних температур в озере, доктор Бритт пришел к выводу, что личинки «погибли всего несколько часов назад, в крайнем случае несколько дней». По его мнению, они погибли из-за наблюдавшейся 1—4 сентября устойчивой температурной стратификации, которая привела к низкому уровню содержания кислорода в воде.

С 14 по 26 сентября в этой части озера была взята 61 проба дна. Там, где в предыдущие годы биологи насчитывали по нескольку сотен личинок майской мушки на квадратном метре дна, они нашли теперь в среднем 44. Доктору Бритту посчастливилось натолкнуться на критическую точку в биологии западной части озера Эри и сделать ее достоянием науки. Хотя в 1954 году количество личинок майской мушки несколько возросло, впоследствии они исчезли. Не увидишь теперь облачка майских мушек летними ночами у озера Эри.

В то время как личинки майской мушки весьма нуждаются в кислороде, другие донные животные, например мотыль, не столь требовательны к нему. Сравним состав донного населения западной части озера Эри в 1930 и 1961 годах. В 1930 году в донной фауне всюду преобладали личинки майской мушки. В открытой части озера их насчитывалось по нескольку сотен на квадратный метр, плотность их популяции уменьшалась только в зоне влияния загрязненных речных вод в районе Детройта, Толедо и Монро. Значительные популяции мотыля были зафиксированы лишь вблизи загрязненных речных вод. В 1961 году мотыль был обнаружен в больших количествах по всему озеру, и нигде не было больше нескольких личинок майской мушки на квадратный метр.

Эти данные свидетельствуют о том, что начиная с 1953 года уровень загрязнения западной части озера Эри стал настолько высоким, что придонные слои воды оказались лишены кислорода. Хотя неблагоприятная ситуация наблюдалась лишь в течение нескольких летних дней, этого было достаточно, чтобы совершенно изменить состав донного населения озера.

Более ранние данные о донных животных центральной части озера не столь подробны, но недавние исследования дали достаточно ясную картину. В то время как в наблюдениях 1928 года не было отмечено пониженного содержания или отсутствия кислорода в придонном слое, исследования, проведенные в период с 1955 по 1964 год, выявили серьезный кислородный дефицит. В 1964 году было зафиксировано, что на четвертой части общей площади дна озера содержание кислорода во время летней устойчивой температурной стратификации упало до 0—2 частей на миллион.

Таким образом, в 60-е годы западная и центральная части озера превратились из хорошо окисленных биологических систем в сис-

темы, бедные кислородом. Исчезла пища для рыб, и теперь, опускаясь летом в более холодные придонные воды, рыба погибает oт недостатка кислорода. Только в восточной части озера, настолько глубокой, что в придонных водах содержится достаточно кислорода даже в летний период устойчивой температурной стратификации рыба может найти прохладные воды, насыщенные кислородом в течение всего года. Впервые за свою 12-тысяче летнюю историю озеро Эри начало испытывать серьезный дефицит кислорода — что привело к роковым последствиям для населяющих его животных. Каковы возможные причины этого дефицита?

Биологи давно знают о том, что бактерии, разлагающие органические остатки, потребляют кислород. Практическое применение эти знания нашли в современных очистных сооружениях, в которых культивируются микробы, разлагающие отбросы в естественных водоемах. Процесс очистки начинается с удаления твердых взвешенных частиц. После этого начинается вторичная очистка в бассейне или прудоотстойнике, населенном разлагающими микроорганизмами и обычно искусственно обогащаемом кислородом. Здесь органические материалы, основные загрязнители сточных вод, при помощи микробиологического окисления переводятся в неорганические вещества. Если система работает хорошо, обработанная вода представляет собой разбавленный раствор неорганических продуктов очистки, среди которых больше всего нитратов и фосфатов. Потребность стоков в кислороде удовлетворяется во время вторичной очистки в бассейне с искусственным кислородным обогащением. После этого неорганические продукты очистки, ВПК которых равна нулю, можно сбрасывать в реки и озера, не опасаясь, что они изымут кислород, содержащийся в естественных водах. Промышленные отходы, например бумажных или консервных предприятий, которые также могут иметь высокую ВПК, можно очищать тем же способом, то есть превращая потребляющие кислород органические вещества в неорганические.

Суммарная масса органических отбросов, поступающих ежегодно в озеро Эри, требует для своего преобразования в неорганические соли около 90000 тонн кислорода. Возможное объяснение наблюдаемого последнее время кислородного дефицита в озеро состоит в том, что кислород изымается из воды в процессе бактериального разложения этих органических веществ. Эта версия может быть легко проверена, потому что детальные измерения кислородного дефицита летом 1964 года позволяют нам рассчитать минимальное количество кислорода, которое должно быть изъято из воды озера, чтобы привести к такому дефициту. Было установлено, что суммарный кислородный дефицит только придонных вод центральной части составил 130000 тонн кислорода. Этот дефицит образовался всего лишь за несколько недель, притом не во всем объеме озерной воды, а лишь в части ее, и, кроме того, oн должен был

частично возместиться за счет поступления кислорода в воды озера.

Это означает, что для окисления кислородпотребляющих веществ,

ежегодно поступающих в озеро Эри, требуется значительно больше, чем 130000 тони кислорода. Так как органические отбросы, попадающие в озеро в течение года, способны использовать лишь 90000 тонн кислорода, где-то в озере должен существовать значительно более мощный потребитель кислорода, который является главной причиной пагубно низкого уровня кислорода в последние летние сезоны. Путь к решению проблемы озера Эри лежит через раскрытие природы и местонахождения этого огромного, скрытого фактора потребления кислорода.

В его поисках мы должны вспомнить, что в результате первичной и вторичной очистки сточных промышленных вод почти все органические вещества (около 90 процентов), первоначально присутствующие в стоках, превращаются в неорганические продукты. Таким образом, почти вся масса потребляющих кислород органических отбросов, содержащихся в сточных водах, переходит в нитраты и фосфаты и сбрасывается в поверхностные воды, которые затем выносят их в море.

Сейчас уже ясно, что на озере Эри, так же как и в других загрязненных водных системах страны, число которых все возрастает, этот метод не дал ожидаемого эффекта. Большинство неорганических продуктов, сбрасываемых в озеро после очистки стоков, не выходит из озера Эри в море, а вновь превращается в органическую субстанцию, большая часть которой остается в озере и потребляет огромное количество кислорода, что столь катастрофически отражается на биологии озера.

Решающую роль в этом процессе играют водоросли. Одним из симптомов заболевания озера Эри служат появляющиеся каждое лето огромные зоны «цветения» водорослей. В это время обширные районы озера, где под действием избыточного количества питательных веществ бурно развиваются водоросли, имеют в буквальном смысле вид и консистенцию горохового супа. В последние годы гигантские колонии водорослей окрашивают поверхность озера на огромном пространстве, колоссальные массы водорослей выбрасываются на пляжи. Быстро разрастаясь, колонии водорослей столь же быстро погибают и насыщают озеро органическим веществом. Этот процесс, называемый эвтрофикацией, или переудобрением, и является основным виновником растущего кислородного дефицита озера Эри.

Недавно выполненные расчеты ярко демонстрируют всю серьезность проблемы эвтрофикации. Так, установлен текущий «бюджет» фосфатов для озера Эри. Количество фосфатов, поступающих в озеро с очищенными стоками и из других источников, оценивается в 80 тонн в день; река Ниагара за день выносит из озера 10 тонн; следовательно, за день в озере накапливается 70 тонн фосфатов (а

за год —25000 тонн). Этот фосфор остается в озере, потому что он служит материалом для бурного роста водорослей, стимулируемого избытком питательных веществ.

Естественно возникает вопрос: если каждый год в озеро приходит намного больше фосфора, чем уходит, куда деваются огромные его количества, которые должны накапливаться годами?

Одно из возможных объяснений состоит в том, что суммарная популяция водорослей с каждым годом пополняется новыми водорослями в соответствии с ежегодным пополнением запаса питательных веществ. Но это объяснение несостоятельно, хотя бы потому, что почти все водоросли, развившиеся в летние продуктивные месяцы, гибнут в октябре и ноябре. В действительности это и есть ключ к загадке исчезновения вещества: соли азота и фосфора добавляются к тем солям, которые уже накопились в озере в виде отмерших водорослей; после своей гибели они оседают на дно — и остаются там. В результате значительная часть отходов, попавших в озеро, накапливается на дне в виде остатков водорослей и других животных организмов. Так, вместо того, чтобы служить водным путем для выноса отходов в море, озеро Эри стало фильтром, который постепенно собирает на дне большую часть отходов, сбрасываемых в него годами. Иными словами, оно стало чем-то вроде огромной подводной помойной ямы.

К сожалению, химические и биологические процессы на дне озера Эри изучены не столь подробно, чтобы можно было судить об их влиянии на биологию озера в целом. Однако подобные исследования были проведены в озерной области на севере Англии. Они дают новые факты, очень важные для понимания будущего озера Эри. Понять до конца проблему озера Эри помогла работа английского ученого С. X. Мортимера (1941 год), в которой сравнивается химическое поведение двух форм железа, железа II и железа III, содержащихся в донных отложениях различных озер. Железо III образует нерастворимые соединения с веществами, содержащимися в иле; защищенное таким образом озеро может накапливать огромные массы кислородпотребляющих веществ в донном иле, не изымая кислород из выше лежащих слоев воды. Однако в отсутствие кислорода железо III превращается в железо II, которое не может связывать веществ донных отложений и позволяет им проникать в толщу воды. В летние месяцы, когда кислорода особенно мало, возникает опасность того, что защитный слой железа III разрушится — и тем самым биология озера подвергнется крайне неблагоприятному воздействию питательных для водорослей веществ, которые так долго накапливались в иле.

Все это означает, что использование озера Эри в качестве резервуара для сброса бытовых и промышленных органических отходов и сельскохозяйственных удобрений, поступающих с дренажньми водами, привело к огромной и все возрастающей кислородной за-

долженности перед донным илом. В течение многих лет специфическая химия железа позволяла избегать платежа по этой задолженности, которая накапливалась в течение 100 лет или даже больше. Но теперь озеро стало превышать предел прочности системы «железо III — железо II», которая предохраняла его от биологического бедствия. В результате в недалеком будущем, и скорее всего это произойдет в особенно жаркое и безветренное лето, озеро Эри может внезапно встать перед необходимостью расплатиться за вековую кислородную задолженность. Это было бы биологической катастрофой и со временем привело бы к почти полному исчезновению кислорода в большей части вод озера. На фоне подобной катастрофы нынешнее состояние озера показалось бы пустяком.

До сих пор мы рассматривали упадок живого населения озера Эри с чисто научной точки зрения. Но мы не можем не задать вопрос: чьими руками это было сделано? Отвечая па этот вопрос, часто ссылаются на простодушие или невежество или уклончиво говорят о каких-то стихийных, неконтролируемых силах.

Рассмотрим, например, одно из наиболее типичных «объяснений» плачевного состояния озера Эри — оказывается, оно пострадало от преждевременного наступления естественного процесса «старения». Эта идея очень удобна: она позволяет сбросить с себя бремя ответственности за гибель самоочищающей биологической системы озера, ссылаясь на то, что она все равно неизбежна. Основанием для подобных рассуждений является то, что все озера переживают очень медленный процесс перехода от относительной «неудобренности», богатого содержания кислорода к эвтрофному состоянию, потому что в них постепенно накапливаются питательные соли, которые веками поступают с прилегающих земель. Согласно этой точке зрения, озеро Эри страдает от преждевременной старости, проявляющейся в высоком содержании удобрений, обилии водорослей и недостатке кислорода; к этому через тысячу лет приходят все озера, просто с озером Эри это случилось- гораздо быстрее.

В этой связи уместно обратиться к вопросу о том, с какой скоростью происходят эвтрофные изменения в озере Эри. По крайней мере о некоторых аспектах биологии озера мы имеем достаточно хорошие данные, чтобы вернуться почти на сто лет в прошлое. Эти данные показывают, что содержание ряда веществ, присутствующих в отбросах — солей натрия, калия и кальция, — стало возрастать в водах озера Эри лишь с 1900 года. Сначала возрастание было постепенным, но с 1940 года оно резко ускоряюсь. Какое значение имеют эти изменения, становится ясно, если сравнивать их с соответствующими данными о Верхнем озере, которое больше озера Эри и относительно чистое, во всяком случае гораздо менее загрязнённое, чем озеро Эри. Эти данные не обнаруживают тех изменений в концентрациях солей, которые наблюдлись после1900 года в

* Это чрезвычайно важное исследование, которое, к сожалению, так редко принимается в расчет в дискуссиях по проблеме эвтрофикации, было выполнено Ф. Дж. Мэйкеретом в 1966 году. Доктор Мэйкерет изобрел остроумный способ определять по различиям в поведении двух металлов, железа и марганца, различие в содержании кислорода. Установив соотношение между содержанием железа и марганца в пробах донных отложений, можно установить относительное содержание кислорода в то время, кота вещество отложения впервые попало на дно. Датирование различных донных проб осуществляется с помощью стандартных геологических приборов. Па основе этих данных можно построить график содержания кислорода как функции геологического времени, прошедшего с момента образования озера. Если эвтрофикация действительно является следствием постепенного процесса старения, то графики должны показывать постепенное уменьшение содержания кислорода. Они этого не показывают; следовательно, озера становятся эвтрофными или очень вскоре после своего образования, или достигают этого состояния в результате человеческой деятельности. – -Прим. авт.

Таким образом, ни эвтрофное ныне озеро Истуэйт-Уотер, ни неэвтрофное озеро Уиндермор не дают каких-либо свидетельств постепенных изменений в сторону эвтрофикации. Сходные результаты были получены при изучении озера Линслей-Понд в Коннектикуте, которое часто приводится в пример в качестве озера, состарившегося естественным путем. Здесь, так же как и в случае с озером Истуейт-Уотер, содержание металла в донных отложениях показывает, что озеро стало звтрофным очень скоро после своего образования (ледникового происхождения, приблизительно 10000 лет назад), и с тех пор его состояние не изменялось.

Интервенция человека, а вовсе не усиление «природного» процесса эвтрофикации — вот единственная причина нынешнего вырождения озера Эри и его мрачного будущего. Вина целиком ложится на нас.

Другим источником путаницы — и, следовательно, отговорок — является относительная сложность процессов, ведущих к перепроизводству водорослей, или эвтрофикации, от которой идут все проблемы озера Эри. Для роста водорослей нужны три основных вида питательных веществ: углекислый газ, нитраты и фосфаты. Все они должны присутствовать в достаточных количествах. ‘Как только восполняется нехватка одного из них, включается триггерный механизм, то есть начинается стремительное развитие водорослей.

Таким образом, в зависимости от конкретных свойств воды какое-то из трех питательных веществ может оказаться «ответственным» за перепроизводство водорослей. Это триединство оставляет некоторый простор для тактики уверток, потому что в обществе твердо укоренилось идущее от науки мнение о том, что каждое следствие имеет единственную «причину». Так, когда производителям детергентов были предъявлены доказательства того, что детергенты сильно увеличивают содержание фосфатов в поверхностных водах и потому могут способствовать эвтрофикации, они стали сваливать ответственность за перепроизводство водорослей на нитраты. В то же время в ответ на утверждение о том, что нитраты, вымываемые с интенсивно удобренных полей, вызывают эвтрофикацию, представители сельского хозяйства переключают внимание на фосфаты. Совсем недавно было сделано «открытие», гласящее, что причиной цветения воды может быть углекислый газ; это действительно может иметь место, если нитраты и фосфаты присутствуют в воде в столь больших количествах, что водоросли не развиваются в той степени, в какой это могло бы быть при таких условиях, только потому, трех видов питательных веществ, если два других содержатся в определенном количестве.

Когда какой-то из трех- видов присутствует в большем количестве, водная система становится уязвимой к влиянию двух остальных, Для того чтобы предотвратить перепроизводство водорослей, надо избегать высоких концентраций какого-либо из этих веществ,

Наверное, самым широко распространённым заблуждением является недопонимание той роли, которую играют современные методы очистки стоков в проблеме перепроизводства водорослей. Из истории с озером Эри со всей очевидностью следует, что, если не считать фосфатов, которые поступают в озеро с детергентами, входящими в состав коммунальных стоков, и нитратов, смываемых с интенсивно удобренных полек, источником большей части питательных для водорослей веществ служат сооружения, выполняющие вторичную очистку стоков. С экологической точки зрения, эти сооружения несостоятельны. На фоне этого простого факта чрезвычайно трудно себе представить, что на создание этих сооружений тратятся колоссальные и все возрастающие средства. После пяти лет исследований и бесчисленных конференций и консультаций Федеральная администрация контроля над загрязнением воды выпустили в 1968 году сводный отчет о проблеме озера Эри. Подчеркивая важность эвтрофикации и необходимость строительства более «современных очистных сооружений», авторы так и не смогли понять, что эти сооружения только усугубят эвтрофикацию.

Озеро Эри служит драматическим примером массированного разрушения природных ресурсов посредством загрязнения окружающей среды. И это не единственный пример; экологические изменения, подобные тем, что происходят в озере Эри, начались в озерах Мичиган, Онтарио и Констанс; парные признаки антропогенной эвтрофикации обнаружены в Балтийском море и даже в озере Байкал, наименее эвтрофном озере в мире. Загрязнение, подобное тому, которое наблюдается в озере Эри, грозит еще более сильными экологическими потрясениями.

Наверное, лучше всего можно прочувствовать всю глубину кризиса окружающей среды, задавшись вопросом, часто возникающий по поводу озера Эри: как мы можем его восстановить? Я думаю, что никто не может дать твердого ответа. Потому что, даже если полностью прекратить сброс в озеро загрязняющих веществ, все равно остается проблема накопившейся на дне озера массы загрязнителей. Насколько я знаю, еще никто не предложил путей решения этой проблемы, пусть даже и не очень реальных. Я полагаю, что скорее всего озеро Зри уже никогда не вернется к состоянию, хотя бы чуть похожему на то, что наблюдалось 25—30 лет назад.

Таков результат нашего наступления па озеро Эри: мы вызвали очень сильные, необратимые изменения биологических характеристик озера и резко уменьшили его ценность для человека. Совершенно очевидно, что мы не можем идти дальше по такому пути.

6. ЧЕЛОВЕК В ЭКОСФЕРЕ

Кризис окружающей среды означает, что экосфера сейчас настолько перегружена, что ее стабильность находится под угрозой. Это предупреждение о том, что мы должны обнаружить причины этой губительной перегрузки и ликвидировать ее, пока она не уничтожила окружающую среду — и нас самих.

Деградация окружающей среды вызвана деятельностью человека, что, в свою очередь, пагубным образом влияет на условия его существования. Поэтому кризис окружающей среды — проблема не только экологическая, но и социальная. Присущая экосфере внутренняя сложность еще усугубляется сложностью различных видов человеческой деятельности: использование естественных ресурсов Земли для удовлетворения насущных нужд людей; науки, которые дали нам знания о природе, техника, с помощью которой человек использует эти знания в практической деятельности; промышленность и сельское хозяйство, которые извлекают из экосферы все новые богатства; экономические системы, которые регулируют распределение и использование этих богатств социальные, культурные и политические процессы, которые Формируют все остальное. Где в этом нагромождении событий можно найти объяснение кризиса окружающей среды?

Снова, как и в случае экосферы, мы оказываемся перед проблемой, к решению которой современная наука ещё плохо подготовлена: анализ внутренне сложной системы. Содержащаяся в начале книги дискуссия об экосфере наводит па мысль, что здесь также может быть полезен прием отыскания цепочки взаимосвязей, в которой один фактор тянет за собой следующий. Следует помнить, что этот приём не годится для уникального целостного описания всеобщей системы взаимосвязей, но в нашем случае он может несколько облегчить решение поставленной задачи. Наиболее связанной с проблемами окружающей среды задачей было бы изучение влияния окружающей среды на человеческую деятельность и, наоборот,человеческой деятельности на окружающую среду.

Путь к пониманиюэтой взаимозависимости лежит через изучение связей между частью и целым. Возьмём, на пример, водную экосистему. Нам известно, что жизнь рыб зависит от водорослей как источника пищи; производство органических отходов связано с жизнедеятельностью рыб, производство неорганических питательная веществ зависит от органических отходов, а рост водорослей от неорганических питательных веществ. Подобная цепочка зависимостей наводит на мысль о взаимосвязи между отдельной частью системы и поведением системы в целом. Таким путём мы можем установить взаимоотношения между различными видами деятельности человека и экосистемой, от которой они зависят и на которую они, в свою очередь, воздействуют.

Начнем с экосферы. Последняя вместе с минеральными ресурсами Земли представляет собой источник всех продуктов, вырабатываемых человеческим трудом, то есть источник благосостоянии человечества. Таким образом, это благосостояние зависит от экосферы. В свою очередь, условия жизни человека зависят от благосостояния общества. Для своего развития взрослый человеческий организм три бует определенных вещей, таких как пища, одежда, жилище, транс¬порт, средства коммуникации п определенные жизненные удобства.

Ни для кого, конечно, пе секрет, что без людей не существовали бы ни наука и техника, промышленность и сельское хозяйство, ни те экономические, социальные, культурные и политические процессы, которые управляют жизнью общества в целом. Те, кто озабочен проб-лемой «перенаселения», часто ссылаются на цифры, которые указы¬вают на стремительные темпы роста численности населения земного шара: 5 миллионов в доисторические времена; 250 миллионов к на¬чалу новой эры; 500 миллионов к 1650 году; 1000 миллионов к 1850 году; 3500 миллионов в настоящее время; и около 60000 миллио¬нов в перспективе на 2000 год. Следует помнить, что такими же темпами увеличиваются количество, разнообразие и сфера использования различных типов машин, зданий, средств транспорта и домаш¬ней утвари; количество, разнообразие и интеллектуальная ценность Произведений литературы и живописи, музыкальных произведений и

научных работ. Наша планета переживает не только «взрыв народонаселения», но и «взрыв цивилизации». Люди и увеличение их чис-ленности являются основой неисчерпаемого многообразия процессов и явлений, которые составляют человеческую цивилизацию: новые знания о природе, даваемые наукой, возможности техники в плане управления силами природы, громадный рост материального благо¬состояния, интенсивное развитие экономических, культурных, со¬циальных и политических процессов.

Чтобы пролить свет на взаимодействие человека и его обиталища, мы должны отыскать среди всех видов человеческой деятельности те, которые могут дать возможность вернуться к нашей исходной точ¬ке — экосфере. Такой вйбор, конечно, произволен. Практически все дела и мысли человека отражаются на его отношении к миру, в ко¬тором он живет, и на том, как он воздействует на этот мир.

Например, живопись, музыка или скульптура отражают наше восприятие мира,и в том числе природы, или экосферы. И кто станет отрицать, что великое произведение живописи или песня может оказывать влияние на отношение человека к окружающей среде? Мое мнение таково, что пренебрегать этими видами человеческой деятелыности или отрицать силу их воздействия не следует, однако основное внимание нужно обратить на материальную базу существо¬вания человечества на Земле.

В соответствии с этим, продолжая анализировать взаимодействие между человеком и природой, я выберу среди видов человеческой деятельности тот, который зависит от человека и только от него,- науку. Наука, кроме всего прочего, — это средство, с помощью кото¬рого люди познают природу мира, в котором они живут, приобретая знания, которые определяют их поведение в этом мире. В частности, многое из того, чем мы сознательно руководствуемся в своем поведе¬нии по отношению к экосфере, нам дала наука.

От науки — комплекса знаний о законах природы — непосред¬ственно зависит техника, которая вооружает нас практическими средствами использования этих знаний для достижения различных полезных целей. Хотя в прошлом развитие техники нередко осуще¬ствлялось скорее методом проб и ошибок, чем путем непосредственного использования научных знаний, в настоящее время почти все технические достижения опираются на научную основу.

В свою очередь, особенно в современных условиях, промышлен¬ное и сельскохозяйственное производство зависит от техники. Доми¬нирующая роль техники в развитии производительных сил в США неоднократно подтверждалась документально, например в работах Джона К. Гэлбрейта. И во всех типах современного общества произ¬водство зависит от характера материальных благ, то есть от эконо¬мической ситемы.

В конечном итоге извлечение новых богатств из экосферы -это тоже функция экономической системы. Ибо любой вид деятельности,

связанный с производством материальных благ, может существовать лишь в том случае, если он сулит получение некоторого желаемого продукта, а ценность этого продукта определяется экономической системой. И здесь мы возвращаемся по этому циклическому пути к экосистеме, так как предприятия, производящие материальные блага, зависят от экосферы как от биологического капитала, без ко¬торого не может существовать ни одно производственное предприя¬тие.

Таким образом, материальные блага, необходимые для жизнедеятельности человечества, сами производятся людьми, деятельность которых основывается на достижениях науки и техники, регулируется экономической системой и зависит от экосферы. Конечно, такая простая схема не позволяет в целом описать деятельность челове¬ческого общества, ибо она является не просто круговым процессом, а сложной, чрезвычайно разветвленной сетью. Так, богатства, полу¬чаемые за счет природных ресурсов, используются не только для удовлетворения насущных нужд человека, но и для производства новых видов приборов, оборудования, заводов, средств транспорта и связи, больниц,музеев,произведений искусств — или военного оружия.

Важно также помнить, что связь между наукой и техникой, с одной стороны, и экономической системой — с другой, имеет дву¬сторонний характер. Иными словами, экономическая деятельность зависит от производственных процессов, основанных на достижениях науки и техники, и наоборот. Экономическая система и политиче¬ская идеология, ее выражающая, накладывают существенный отпеча¬ток на развитие науки и техники. Возьмем такой фактор, как деньги, которые выделяются правительственными учреждениями, частными фондами и деловыми кругами на развитие научных исследований. Те, кто выделяет эти средства, могут оказать — и оказывают — влия¬ние на направление развития науки и техники, попросту выбирая те области, в которых они заинтересованы. Показательно в этом смысле исследование окружающей среды. До недавнего времени, когда проблемы окружающей среды еще не привлекали к себе все¬общего внимания, такие исследования получали в Соединенных Шта¬тах весьма скудную поддержку. В последние же годы фундаментальные исследования по проблемам, выбранным самими учеными, по¬лучают все меньшую поддержку, в то время как финансирование исследований, направленных на изучение проблем окружающей среды, все более увеличивается. В результате все большее число ученых переключается на исследование проблем, связанных с окружающей средой. Таким образом, наука и техника — это р независимые источники информации, которые могут исполь¬зоваться или, наоборот, игнорироваться социальной системой, а ско¬рее субъект, подчиненный определенной социальной направленности.

Вместе с тем правильно и то, что любое действие, осуществляемое производственным предприятием или правительственным учреждением по отношению к экосистеме зависит от науки как источника необходимых знаний и от техники как источника необходимых методов.

Все сказанное здесь — это, конечно, лишь статичная картина того, что в действительности представляет собой динамичный, изменяющийся процесс — развитие цивилизации. И снова было бы полезным выбрать из всей этой обширной сферы понятий одну из описанных выше последовательностей (значительно упростив ее), чтобы получить некоторое представление о ее развитии во времени.

Давайте начнем с извлечения благ из экосистемы. По мере того, как блага производятся и используются людьми, количество людей возрастает. Отсюда совершенно очевидно, что возросшее материаль¬ное благосостояние уменьшает смертность, а это, при условии что рождаемость также возрастает, приводит опять-таки к росту насе¬ления. Поскольку рост численности населения, как и других живых существ, имеет самоподдерживающийся характер, численность населения будет расти до тех пор, пока будет хватать материальных благ для обеспечения увеличивающегося населения. В свою очередь, уве¬личение численности населения ведет к интенсификации тех видов деятельности, которые связаны с человеком, — наука, техника, про¬изводство— и к увеличению материальных благ.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации