Кохановский В.П. (ред.) Основы философии науки - файл n1.doc

приобрести
Кохановский В.П. (ред.) Основы философии науки
скачать (3549.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc3550kb.18.09.2012 09:04скачать

n1.doc

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35
Глава III. Структура научного познания 179

Умозаключение — форма мышления (мыслительный про­цесс), посредством которой из ранее установленного знания (обыч­но из одного или нескольких суждений) выводится новое знание (также обычно в виде суждения). Классический пример умозак­лючения:

  1. Все люди смертны (посылка).

  2. Сократ — человек (обосновывающее знание).

  1. Следовательно, Сократ смертен (выводное знание, называе­
    мое заключением или следствием).

Важными условиями достижения истинного выводного зна­ния являются не только истинность посылок (аргументов, осно­ваний), но и соблюдение правил вывода, недопущение наруше­ний законов и принципов логики и диалектики. Наиболее общим делением умозаключений является их деление на два взаимосвя­занных вида: индуктивное движение мысли от единичного, част­ного к общему, от менее общего к более общему, и дедуктивное (силлогизмы), где имеет место обратный процесс (как в приве­денном примере). В современной логике, в отличие от традици­онной, исследуют дедуктивные и недедуктивные умозаключения. Говоря о формах мышления, следует иметь в виду, что «в научных исследованиях должно соблюдаться единство формаль­но-логических правил определения и методологических принци­пов диалектики»1.

Рациональное (мышление) взаимосвязано не только с чув­ственным, но и с другими — внерациональными — формами по­знания. Большое значение в процессе познания имеют такие фак­торы, как воображение, фантазия, эмоции и др. Среди них осо­бенно важную роль играет интуиция (внезапное озарение) — спо­собность прямого, непосредственного постижения истины без предварительных лоЪгческих рассуждений и без доказательств. В истории философии на важную роль интуиции (хотя и по-разному понимаемой) в процессе познания указывали многие мыслители. Так, Декарт считал, что для реализации правил своего рациона­листического метода необходима интуиция, с помощью которой усматриваются первые начала (принципы), и дедукция, позволя­ющая получить следствия из этих начал.

1 Курбатов В. И. Логика. Систематический курс. Ростов н/Д, 2001. С. 154.

180 Основы философии науки

Единственно достоверным средством познания считали ин­туицию сторонники такого философского течения XX в., как ин-туитивизм. А. Бергсон, противопоставляя интеллекту интуицию, считал последнюю подлинным философским методом, в процес­се применения которого происходит непосредственное слияние объекта с субъектом. Связывая интуицию с инстинктом, он отме­чал, что она характерна для художественной модели познания, тогда как в науке господствует интеллект, логика, анализ.

История познания показывает, что новые идеи, коренным об­разом меняющие старые представления, часто возникают не в ре-; зультате строго логических рассуждений или как простое обобще­ние. Они являются как бы скачком в познании объекта, прерывом непрерывности в развитии мышления. Для интуитивного пости­жения действительности характерна свернутость рассуждений, осознание не всего их хода, а отдельного наиболее важного звена, в частности, окончательных выводов.

Полное логическое и опытное обоснование этих выводов им; находят позднее, когда они уже были сформулированы и вошли в ткань науки. Как писал известный французский физик Луи де Бройль, «человеческая наука, по существу рациональная в своих основах и по своим методам, может осуществлять свои наиболее замечательные завоевания лишь путем опасных внезапных скач- ! ков ума, когда проявляются способности, освобожденные от тя- I желых оков строгого рассуждения, которые называют воображе- '< нием, интуицией, остроумием»1. Крупнейший математик А. Пу- , анкаре говорил о том, что в науке нельзя все доказать и нельзя все ? определить, а поэтому приходится всегда «делать заимствование ; у интуиции».

Действительно, интуиция требует напряжения всех познава­
тельных способностей человека, в нее вкладывается весь опыт
предшествующего социокультурного и индивидуального разви­
тия человека — его чувственно-эмоциональной сферы (чувствен- ;
ная интуиция) или его разума, мышления (интеллектуальная ин- ;
туиция). !

Многие великие творцы науки подчеркивали, что нельзя не­дооценивать важную роль воображения, фантазии и интуиции в | научном исследовании. Последнее не сводится к «тяжеловесным I силлогизмам», а необходимо включает в себя «иррациональные ij

1 Бройль Луи де. По тропам науки. М., 1962, С. 295. }

J

Глава III. Структура научного познания 181

скачки». С их помощью, по словам Луи де Бройля, разрывается «жесткий круг, в который нас заключает дедуктивное рассужде­ние», что и позволяет совершить прорыв к истинным достижени­ям науки, осуществить великие завоевания мысли. Вместе с тем французский физик обращал внимание на то, что «всякий прорыв воображения и интуиции, именно потому, что он является един­ственно истинным творцом, чреват опасностями; освобожденный от оков строгой дедукции, он никогда не знает точно, куда ведет, он может нас ввести в заблуждение или даже завести в тупик»1. Чтобы этого не произошло, интуитивный момент следует соеди­нять с дискурсивным (логическим, понятийным, опосредован­ным), имея в виду, что это два необходимо связанных момента единого познавательного процесса.

Познание как единство чувственного и рационального, эмпи­рического и теоретического, рассудка и разума, интуитивного и дискурсивного тесно связано с пониманием (см. гл. V, §6).

Рассматривая теоретическое познание как высшую и наибо­лее развитую его форму, следует прежде всего определить его структурные компоненты. К числу основных из них относятся проблема, гипотеза, теория и закон, выступающие вместе с тем как формы, «узловые моменты» построения и развития знания на теоретическом его уровне.

Проблема — форма теоретического знания, содержанием ко­торой является то, что еще не познано человеком, но что нужно познать. Иначе говоря, это знание о незнании, вопрос, возник­ший в ходе познания и требующий ответа. Проблема не есть за­стывшая форма знания, а процесс, включающий два основных момента (этапа движения познания) — ее постановку и решение. Правильное выведение проблемного знания из предшествующих фактов и обобщений, умение верно поставить проблему — необ­ходимая предпосылка ее успешного решения. «Формулировка проблемы часто более существенна, чем ее разрешение, которое может быть делом лишь математического или эксперименталь­ного искусства. Постановка новых вопросов, развитие новых воз­можностей, рассмотрение старых проблем под новым углом зре­ния требуют творческого воображения и отражают действитель­ный успех в науке»1.

1 Эйнштейн А., Инфельд Л. Эволюция физики. М., 1965. С. 78.

182 Основы философии науки

В. Гейзенберг отмечал, что при постановке и решении науч­ных проблем необходимо следующее: а) определенная система понятий, с помощью которых исследователь будет фиксировать те или иные феномены; б) система методов, избираемая с учетом целей исследования и характера решаемых проблем; в) опора на научные традиции, поскольку, по мнению Гейзенберга, «в деле выбора проблемы традиция, ход исторического развития играют существенную роль»1, хотя, конечно, определенное значение име­ют интересы и наклонности самого ученого.

Как считает К. Поппер, наука начинает не с наблюдений, a j именно с проблем, и ее развитие есть переход от одних проблем к 1 другим — от менее глубоких к более глубоким. Проблемы возни- i кают, по его мнению: 1) либо как следствие противоречия в от- | дельной теории, 2) либо при столкновении двух различных тео- ? рий, 3) либо в результате столкновения теории с наблюдениями.

Тем самым научная проблема выражается в наличии проти­воречивой ситуации (выступающей в виде противоположных по­зиций), которая требует соответствующего разрешения. Опреде­ляющее влияние на способ постановки и решения проблемы имеет, во-первых, характер мышления той эпохи, в которую фор­мулируется проблема, и, во-вторых, уровень знания о тех объек­тах, которых касается возникшая проблема. Каждой историчес­кой эпохе свойственны свои характерные формы проблемных ситуаций.

Научные проблемы следует отличать от ненаучных (псевдо­проблем) — например, проблема создания вечного двигателя. Ре­шение какой-либо конкретной проблемы есть существенный мо­мент развития знания, в ходе которого возникают новые пробле­мы, а также выдвигаются те или иные концептуальные идеи, в том числе и гипотезы. Наряду с теоретическими существуют и практические проблемы.

Гипотеза — форма теоретического знания, содержащая пред­положение, сформулированное на основе ряда фактов, истинное значение которого неопределенно и нуждается в доказательстве. Гипотетическое знание носит вероятный, а не достоверный харак­тер и требует проверки, обоснования. В ходе доказательства вы­двинутых гипотез — а) одни из них становятся истинной теорией,

1 Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М., 1987. С. 228.

Глава III. Структура научного познания 183

б) другие видоизменяются, уточняются и конкретизируются, в) тре­тьи отбрасываются, превращаются в заблуждения, если проверка дает отрицательный результат. Выдвижение новой гипотезы, как правило, опирается на результаты проверки старой, даже в том случае, если эти результаты были отрицательными.

Так, например, выдвинутая Планком квантовая гипотеза пос­ле проверки стала научной теорией, а гипотезы о существовании «теплорода», «флогистона», «эфира» и др., не найдя подтвержде­ния, были опровергнуты, перешли в заблуждения. Стадию гипо­тезы прошли и открытый Д. И. Менделеевым периодический за­кон, и теория Дарвина, и др. Велика роль гипотез в современной астрофизике, геологии и других науках, которые окружены «ле­сом гипотез».

Выдающиеся философы и ученые хорошо понимали важную роль гипотезы для научного познания. Д. И. Менделеев считал, что в организации целеустремленного, планомерного изучения явлений ничто не может заменить построения гипотезы. «Они, — писал великий русский химик, — науке и особенно ее изучению необходимы. Они дают стройность и простоту, каких без их допу­щения достичь трудно. Вся история наук это показывает. А пото­му можно смело сказать: лучше держаться такой гипотезы, кото­рая может со временем стать верною, чем никакой»1. Ф. Энгельс рассматривал гипотезу как «форму развития естествознания, по­скольку оно мыслит» и связывал ее с понятиями теории, закона,

истины.

Крупный британский философ, логик и математик А. Уайт-хед подчеркивал, что систематическое мышление не может про­грессировать, не используя некоторых общих рабочих гипотез со специальной сферой приложения. Такие гипотезы направляют на­блюдения, помогают оценить значение фактов раз личного типа и предписывают определенный метод. Поэтому, считает Уайтхед, даже неадекватная рабочая гипотеза, подтверждаемая хотя бы не­которыми фактами, все же лучше, чем ничего. Она хоть как-то упорядочивает познавательные процедуры. Указывая на важное значение гипотез для прогресса научного познания, британский ученый отмечает, что «достаточно развитая наука прогрессирует в двух отношениях. С одной стороны, происходит развитие знания

1 Менделеев Д. И. Основы химии. Т. 1. М.—Л., 1947. С. 150—151.

184 ' Основы философии науки

в рамках метода, предписываемого господствующей рабочей ги­потезой; с другой стороны, осуществляется исправление самих рабочих гипотез»1.

Наука нередко вынуждена принимать две или более конкури­рующие рабочие гипотезы, каждая из которых имеет свои досто­инства и недостатки. Поскольку такие гипотезы несовместимы, то, по мнению Уайтхеда, наука устремится примирить их путем создания новой гипотезы с более широкой сферой применения. При этом выдвинутая новая гипотеза должна быть подвергнута критике с ее же собственной точки зрения.

Таким образом, гипотеза может существовать лишь до тех пор, пока не противоречит достоверным фактам опыта, в против­ном случае она становится просто фикцией. Она проверяется (ве­рифицируется) соответствующими опытными фактами (в особен­ности экспериментом), получая характер истины. Гипотеза явля­ется плодотворной, если может привести к новым знаниям и но­вым методам познания, к объяснению широкого круга явлений.

Говоря об отношении гипотез к опыту, можно выделить три их типа: а) гипотезы, возникающие непосредственно для объяс­нения опыта; б) гипотезы, в формировании которых опыт играет определенную, но не исключительную роль; в) гипотезы, кото­рые возникают на основе обобщения только предшествующих кон­цептуальных построений.

В современной методологии термин «гипотеза» употребляет­ся в двух основных значениях: а) форма теоретического знания, характеризующаяся проблематичностью и недостоверностью; б) метод развития научного знания. Как форма теоретического знания гипотеза должна отвечать некоторым общим условиям, которые необходимы для ее возникновения и обоснования и кото­рые нужно соблюдать при построении любой научной гипотезы вне зависимости от отрасли научного знания. Такими непремен­ными условиями являются следующие:

  1. Выделяемая гипотеза должна соответствовать установленным
    в науке законам. Например, ни одна гипотеза не может быть
    плодотворной, если она противоречит закону сохранения и пре­
    вращения энергии.

  2. Гипотеза должна быть согласована с фактическим материа-

1 Уайтхед'А. Избранные работы по философии. М., 1990. С. 625—626.

Глава III. Структура научного познания 185

лом, на базе которого и для объяснения которого она выдви­нута. Иначе говоря, она должна объяснить все имеющиеся достоверные факты. Но если какой-либо факт не объясняется данной гипотезой, последнюю не следует сразу отбрасывать, а нужно более внимательно изучить прежде всего сам факт, искать новые — более лучшие и достоверные факты.

3. Гипотеза не должка содержать в себе противоречий, которые
г запрещаются законами формальной логики. Но противоречия,
I: являющиеся отражением объективных противоречий, не толь-
tf ко допустимы, но и необходимы в гипотезе (такой, например,
р \ была гипотеза Луи де Бройля о наличии у микрообъектов про-
II тивоположных — корпускулярных и волновых — свойств, ко­
торая затем стала теорией).

  1. Гипотеза должны быть простой, не содержать ничего лишне­
    го, чисто субъективистского, никаких произвольных допуще­
    ний, не вытекающих из необходимости познания объекта та­
    ким, каков он в действительности. Но это условие не отменя­
    ет активности субъекта в выдвижении гипотез.

  2. Гипотеза должна быть приложимой к более широкому клас­
    су исследуемых родственных объектов, а не только к тем, для
    объяснения которых она специально была выдвинута.

6. Гипотеза должка допускать возможность ее подтверждения
или опровержения; либо прямо — непосредственное наблю­
дение тех явлений, существование которых предполагается
данной гипотезой (например, предположение Леверье о су­
ществовании планеты Нептун); либо косвенно — путем выве­
дения следствий из гипотезы и их последующей опытной про­
верки (т.е. сопоставления следствий с фактами). Однако вто­
рой способ сам по себе не позволяет установить истинность
гипотезы в целом, он только повышает ее вероятность.
Развитие научной гипотезы может происходить в трех основ­
ных направлениях. Во-первых, уточнение, конкретизация гипоте­
зы в ее собственных рамках. Во-вторых, самоотрицание гипоте­
зы, выдвижение и обоснование новой гипотезы. В этом случае
происходит не усовершенствование старой системы знаний, а ее
качественное изменение. В-третьих, превращение гипотезы как
системы вероятного знания — подтвержденной опытом — в дос­
товерную систему знания, т. е. в научную теорию.

4

186 Основы философии науД

Гипотеза как метод развития научно-теоретического значим в своем применении проходит следующие основные этапы. 1

  1. Попытка объяснить изучаемое явление на основе известных '
    фактов и уже имеющихся в науке законов и теорий. Если та­
    кая попытка не удается, то делается дальнейший шаг.

  2. Выдвигается догадка, предположение о причинах и законо­
    мерностях данного явления, его свойств, связей и отноше­
    ний, о его возникновении и развитии и т. п. На этом этапа
    познания выдвинутое положение представляет собой верояя
    ное знание, еще не доказанное логически и не настолько поя
    твержденное опытом, чтобы считаться достоверным. Чапя
    всего выдвигается несколько предположений для объяснен™
    одного и того же явления. 11

  3. Оценка основательности, эффективности выдвинутых предку
    положений и отбор из их множества наиболее вероятного iH
    основе указанных свыше условий обоснованности гипотезыИ

  4. Развертывание выдвинутого предположения в целостную сян
    стему знания и дедуктивное выведение из него следствийЯ
    целью их последующей эмпирической проверки. Щ

  5. Опытная, экспериментальная проверка выдвинутых из гшюЦ
    тезы следствий. В результате этой проверки гипотеза либо
    «переходит в ранг» научной теории, или опровергается, «схо­
    дит с научной сцены». Однако следует иметь в виду, что эм­
    пирическое подтверждение следствий из гипотезы не гаран­
    тирует в полной мере ее истинности, а опровержение одного
    из следствий не свидетельствует однозначно о ее ложности в
    целом. Эта ситуация особенно характерна для научных рево­
    люций, когда происходит коренная ломка фундаментальных
    концепций и методов и возникают принципиально новые (и
    зачастую «сумасшедшие», по словам Н. Бора) идеи.

Таким образом, решающей проверкой истинности гипотезы является в конечном счете практика во всех своих формах, но оп­ределенную (вспомогательную) роль в доказательстве или опро­вержении гипотетического знания играет и логический (теорети­ческий) критерий истины. Проверенная и доказанная гипотеза пе­реходит в разряд достоверных истин, становится научной теорией.

Благодаря выдвижению гипотезы намечаются только общие , контуры концептуальной структуры теории, обоснование же ги-

Глава III. Структура научного познания 187

потезы в основных чертах завершает формирование этой струк­туры.

Следует иметь в виду, что сам поиск гипотезы не может быть сведен только к методу проб и ошибок, как полагал К. Поппер. В формировании гипотезы существенную роль играют принятые ис­следователем идеалы познания, картина мира, его ценностные и иные установки, которые целенаправленно направляют творчес­кий поиск.

Говоря о гипотезах, нужно иметь в виду, что существуют раз­личные их виды. Характер гипотез определяется во многом тем, по отношению к какому объекту они выдвигаются. Так, выделя­ют гипотезы общие, частные и рабочие. Первые — это обоснова­ние предположения о закономерностях различного рода связей между явлениями. Общие гипотезы— фундамент построения основ научного знания. Вторые — это тоже обоснованное предпо­ложение о происхождении и свойствах единичных фактов, конк­ретных событий и отдельных явлений. Третьи — это предполо­жение, выдвигаемое, как правило, на первых этапах исследова-, ния и служащее его направляющим ориентиром, отправным пун­ктом дальнейшего движения исследовательской мысли. ■ Существуют и так называемые, «ad hoc-гипотезы» (от лат. ad hoc — к этому, для данного случая). Каждая из них — это пред­положение, выдвинутое с целью решения стоящих перед испы­тываемой теорией проблем и оказавшееся в конечном итоге оши­бочным вариантом ее развития. Обычно такие гипотезы логически не связаны с основными положениями данной теории и являются нарушением общепризнанных критериев научности. Однако уче­ные иногда сознательно идут на нарушение этих критериев, при­бегая к помощи ad hoc-гипотез «во имя спасения» испытываемой теории, которая сталкивается с конкретными трудностями (невоз­можность предсказания новых фактов, адаптации к новым экспе­риментальным данным и др.).

! Следует иметь в виду, что гипотезы, позволяющие успешно решать определенные проблемы, вполне могут оказаться в даль­нейшем гипотезами ad hoc. Вместе с тем отдельные ad hoc-гипо-г тезы временно обеспечивают исходной теории некоторые важные прагматические преимущества (например, достаточную степень согласованности с экспериментальными данными).

188 Основы философии науки

Теория — наиболее сложная и развитая форма научного зна­ния, дающая целостное отображение закономерных и существен­ных связей определенной области действительности. Примерами этой формы знания являются классическая механика Ньютона, эволюционная теория Ч. Дарвина, теория относительности А. Эйн­штейна, теория самоорганизующихся целостных систем (синер­гетика) и др.

А. Эйнштейн считал, что любая научная теория должна отве­чать следующим критериям: а) не противоречить данным опыта, фактам; б) быть проверяемой на имеющемся опытном материа­ле; в) отличаться «естественностью», т. е. «логической простотой» предпосылок (основных понятий и основных соотношений меж­ду ними); г) содержать наиболее определенные утверждения: это означает, что из двух теорий с одинаково «простыми» основными положениями следует предпочесть ту, которая сильнее ограничи­вает возможные априорные качества систем; д) не являться логи­чески произвольно выбранной среди приблизительно равноцен­ных и аналогично построенных теорий (в таком случае она пред­ставляется наиболее ценной); е) отличаться изяществом и красо­той, гармоничностью; ж) характеризоваться многообразием пред­метов, которые она связывает в целостную систему абстракций; з) иметь широкую область своего применения с учетом того, что в рамках применимости ее основных понятий она никогда не будет опровергнута; и) указывать путь создания новой, более общей те­ории, в рамках которой она сама остается предельным случаем1.

Любая теоретическая система, как показал К. Поппер, долж­на удовлетворять двум основным требованиям: а) непротиворе­чивости (т. е. не нарушать соответствующий закон формальной логики) и фальсифицируемости — опровержимости, б) опытной экспериментальной проверяемости. Поппер сравнивал теорию с сетями, предназначенными улавливать то, что мы называем ре­альным миром, для осознания, объяснения и овладения им. Ис­тинная теория должна, во-первых, соответствовать всем (а не не­которым) реальным фактам, а, во-вторых, следствия теории дол­жны удовлетворять требованиям практики. Теория, по Попперу, есть инструмент, проверка которого осуществляется в ходе его применения и о пригодности которого судят по результатам таких применений. Рассмотрим теорию более подробно.

' CiZ: Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 139—143, 204.

Глава III. Структура научного познания 189

§4. Структура и функции научной теории. Закон как ключевой ее элемент

Любая теория — это целостная развивающаяся система ис­тинного знания (включающая и элементы заблуждения), которая имеет сложную структуру и выполняет ряд функций. В современ­ной методологии науки выделяют следующие основные компо­ненты, элементы теории: 1. Исходные основания — фундамен­тальные понятия, принципы, законы, уравнения, аксиомы и т. п. 2. Идеализированные объекты — абстрактные модели существен­ных свойств и связей изучаемых предметов (например, «абсолют­но черное тело», «идеальный газ» и т. п.). 3. Логика теории — совокупность определенных правил и способов доказательства, — нацеленных на прояснение структуры и изменения знания. 4. Фи­лософские установки и ценностные факторы. 5. Совокупность за­конов и утверждений, выведенных в качестве следствий из осно­воположений данной теории в соответствии с конкретными прин­ципами.

Например, в физических теориях можно выделить две основ­ные части: формальные исчисления (математические уравнения, логические символы, правила и др.) и содержательную интерпре­тацию (категории, законы, принципы). Единство содержательно­го и формального аспектов теории — один из источников ее со­вершенствования и развития.

Методологически важную роль в формировании теории игра­ет абстрактный, идеализированный объект («идеальный тип»), построение которого — необходимый этап создания любой тео­рии, осуществляемый в специфических для разных областей зна­ния формах. Этот объект выступает не только как мысленная модель определенного фрагмента реальности, но и содержит в себе конкретную программу исследования, которая реализуется в построении теории.

В. С. Степин считает необходимым выделить в структуре те­ории в качестве ее основания особую организацию абстрактных объектов — фундаментальную теоретическую схему, связанную с соответствующим ей математическим формализмом. В содержа­нии развитой теории, кроме ее фундаментальной схемы, автор выделяет еще один слой организации абстрактных объектов — уро­вень частных теоретических схем. Фундаментальная теоретичес-

190 Основы философии науки

кая схема в совокупности с ее производными образованиями пред­ставляется как «внутренний скелет теоретического знания». Про­блема генезиса теоретических схем называется коренной пробле­мой методологии науки. При этом отмечается, что в теории нет линейной цепочки абстрактных объектов, а есть их сложная мно­гоуровневая иерархическая система1.

Говоря о целях и путях теоретического исследования вообще, А. Эйнштейн отмечал, что «теория преследует две цели: 1. Охва­тить по возможности все явления в их взаимосвязи (полнота). 2. Добиваться этого, взяв за основу как можно меньше логически взаимно связанных логических понятий и произвольно установ­ленных соотношений между ними (основных законов и аксиом). Эту цель я буду называть «логической единственностью»2.

Многообразию форм идеализации и соответственно типов иде­ализированных объектов соответствует и многообразие видов (ти­пов) теорий, которые могут быть классифицированы по разным основаниям (критериям). В зависимости от этого могут быть вы­делены теории: описательные, математические, дедуктивные и индуктивные, фундаментальные и прикладные, формальные и содержательные, «открытые» и «закрытые», объясняющие и опи­сывающие (феноменологические), физические, химические, со­циологические, психологические и т. д.

Так, математические теории характеризуются высокой сте­пенью абстрактности. Решающее значение во всех построениях математики имеет дедукция. Доминирующую роль в построении математических теорий играют аксиоматический и гипотетико-дедуктивный методы, а также формализация. Многие математи­ческие теории возникают за счет комбинации, синтеза несколь­ких основных или порождающих абстрактных структур.

Теории опытных (эмпирических) наук — физики, химии, био­логии, социологии, истории и др. — по глубине проникновения в сущность изучаемых явлений можно разделить на два больших класса: феноменологические и нефеноменологические.

Феноменологические (их называют также эмпирическими) опи­сывают наблюдаемые в опыте свойства и величины предметов и процессов, но не вникают глубоко в их внутренние механизмы

1 См.: Степин В. С. Теоретическое знание. М., 2000. С. 122—127.

2 Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 264.

Глава 14- Структура научного познания 1ЈИ

(например, геометрическая оптика, термодинамика, многие педа­гогические, психологические и социологические теории и др.). Такие теории не анализируют природу исследуемых явлений и поэтому не используют сколь-нибудь сложные абстрактные объек­ты, хотя, разумеется, в известной мере схематизируют и строят некоторые идеализации изучаемой области явлений.

Феноменологические теории решают прежде всего задачу упо­рядочивания и первичного обобщения относящихся к ним фак­тов. Они формулируются в обычных естественных языках с при­влечением специальной терминологии соответствующей области знания и имеют по преимуществу качественный характер. С фе­номенологическими теориями исследователи сталкиваются, как правило, на первых ступенях развития какой-нибудь науки, когда происходит накопление, систематизация и обобщение фактоло­гического эмпирического материала. Такие теории — вполне за­кономерное явление в процессе научного познания.

С развитием научного познания теории феноменологического типа уступают место нефеноменологическим (их называют так­же объясняющими). Они не только отображают существенные связи между явлениями и их свойствами, но и раскрывают глу­бинный внутренний механизм изучаемых явлений и процессов, их необходимые взаимосвязи, существенные отношения, т. е. их законы.

Но это уже не эмпирические, а теоретические законы, кото­рые формулируются не непосредственно на основе изучения опыт­ных данных, а путем определенных мыслительных действий с абстрактными, идеализированными объектами. «В основании сло­жившейся теории всегда можно обнаружить взаимосогласован­ную сеть абстрактных объектов, определяющую специфику дан­ной теории»1.

Одним из важных критериев, по которому можно классифи­цировать теории, является точность предсказаний. По этому кри­терию можно выделить два больших класса теорий. К первому из них относятся теории, в которых предсказание имеет достовер­ный характер (например, многие теории классической механики, классической физики и химии). В теориях второго класса пред­сказание имеет вероятностный характер, который обусловливает-

1 Степин В. С. Теоретическое знание. М., 2000. С. ПО.

192 Основы философии науки

ся совокупным действием большого числа случайных факторов. Такого рода стохастические (от греч. — догадка) теории встреча­ются не только в современной физике, но и в большом количе­стве в биологии и социально-гуманитарных науках в силу специ­фики и сложности самих объектов их исследования.

А. Эйнштейн различал в физике два основных типа теорий — конструктивные и фундаментальные. Большинство физических теорий, по его мнению, являются конструктивными, т. е. их зада­чей является построение картины сложных явлений на основе не-- которых относительно простых предположений (такова, напри­мер, кинетическая теория газов). Исходным пунктом и основой фундаментальных теорий являются не гипотетические положе­ния, а эмпирически найденные общие свойства явлений, принци­пы, из которых следует математически сформулированные кри­терии, имеющие всеобщую применимость (такова теория относи­тельности). В фундаментальных теориях используется не синте­тический, а аналитический метод. К достоинствам конструктив­ных теорий Эйнштейн относил их законченность, гибкость и яс­ность. Достоинствами фундаментальных теорий он считал их логическое совершенство и надежность исходных положений1.

Несмотря на то, какого бы типа теория ни была, какими бы методами она ни была построена, «всегда остается неизменным самое существенное требование к любой научной теории — тео­рия должна соответствовать фактам... В конечном счете только опыт вынесет решающий приговор»2, — резюмирует великий мыс­литель.

В этом своем выводе Эйнштейн вовсе не случайно использу­ет выражение «в конечном счете». Дело в том, что, как разъяснял он сам, в процессе развития науки наши теории становятся все более и более абстрактными, их связь с опытом (фактами, наблю­дениями, экспериментами) становится все более сложной и опос­редованной, а путь от теории к наблюдениям становится длиннее, тоньше и сложнее. Чтобы реализовать нашу постоянную конеч­ную цель — «все лучшее и лучшее понимание реальности», надо четко представлять себе следующее объективное обстоятельство. А именно, что «к логической цепи, связывающей теорию и на­блюдение, прибавляются новые звенья. Чтобы очистить путь, ве-

Т~См.: Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 247—248. 2 Там же. С. 260.

Глава III. Структура научного познания 193

дущий от теории к эксперименту, от ненужных и искусственных допущений, чтобы охватить все более обширную область фактов, мы должны делать цепь все длиннее и длиннее»1. При этом, до­бавляет Эйнштейн, чем проще и фундаментальнее становятся наши допущения, тем сложнее математическое орудие нашего рассуждения.

В. Гейзенберг считал, что научная теория должна быть непро­тиворечивой (в формально-математическом смысле), обладать про­стотой, красотой, компактностью, определенной (всегда ограни­ченной) областью своего применения, целостностью и «оконча­тельной завершенностью». Но наиболее сильный аргумент в пользу правильности теории ее «многократное экспериментальное под­тверждение». «Решение о правильности теории оказывается, та­ким образом, длительным историческим процессом, за которым стоит не доказательность цепочки математических выводов, а убе­дительность исторического факта. Завершенная теория так или иначе ведь никогда не является точным отображением природы в соответствующей области, она есть некая идеализация опыта, осу­ществляемая с помощью понятийных оснований теории и обеспе­чивающая определенный успех»2.

Специфическую и сложную структуру имеют теории соци­ально-гуманитарных наук. Так, исходя из идей американского со­циолога Р. Мертона в современной социологии принято выделять следующие уровни социологического знания и, соответственно, типы теорий:

  1. Общая социологическая теория («теоретическая социология»),
    дающая абстрактно-обобщенный анализ социальной реально­
    сти в ее целостности, сущности и истории развития; на этом
    уровне познания фиксируется структура общие закономерно­
    сти функционирования и развития социальной реальности. При
    этом теоретическим и методологическим базисом общей со­
    циологической теории выступает социальная философия.

  2. Уровень предметного рассмотрения — частные («среднегоран­
    га») социологические теории, имеющие своим теоретическим
    и методологическим базисом общую социологию и дающие
    описание и анализ социально особенного. В зависимости от

1 Эйнштейн А. Физика и реальность, М., 1965. С.298.

2 Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М., 1987. С.185—186.

7 Основы философии науки

194 " Основы философии науки

своеобразия своих объектов исследования частные теории ока­зываются представленными двумя относительно самостоя­тельными классами частных теорий — специальными и от­раслевыми теориями:

а) Специальные теории исследуют сущность, структуру, общие закономерности функционирования и развития объектов (про­цессов, общностей, институтов) собственно социальной сфе­ры общественной жизни, понимая последнюю как относитель­но самостоятельную область общественной деятельности, от­ветственную за непосредственное воспроизводство человека и личности. Таковы социологии пола, возраста, этничности, семьи, города, образования и т. д. Каждая из них, исследуя особый класс социальных явлений, выступает прежде всего как общая теория этого класса явлений. По сути, отмечал П. А. Сорокин, эти теории делают то же самое, что и общая социология, «но в отношении специального класса социокуль­турных явлений».

б) Отраслевы е теории исследуют социальные (в указанном выше смысле этого термина) аспекты классов явлений, принадле­жащие к другим сферам общественной жизни — экономичес­кой, политической, культурной. Таковы социологии труда, по­литики, культуры, организации, управления и т. д. В отличие от специальных теорий отраслевые не являются общими тео­риями данных классов явлений, ибо исследуют лишь один из аспектов их проявления — социальный. Однако некоторые социологи считают, что «здание социоло­гической науки состоит из пяти этажей». Другие полагают, что схема Мертона (общая теория — теория среднего уровня — эмпи­рические исследования^ сыграв определенную роль в развитии социологии, «исчерпала свои возможности». Поэтому эту схему не следует совершенствовать, а «надо отказаться от нее»1.

Таким образом, теория (независимо от своего типа) имеет следующие основные осдбенности:

1. Теория — это не отдельно взятые достоверные научные поло­жения, а их совокупность, целостная органическая развиваю­щаяся система. Объединение знания в теорию производится

1 Qm.: Структура и уровни социологического знания: традиции и новые концепции // Социологические исследования. 2003. № 8.

Глава III. Структура научного познания 195

прежде всего самим предметом исследования, его закономер­ностями.

  1. Не всякая совокупность положений об изучаемом предмете
    является теорией. Чтобы превратиться в теорию, знание дол­
    жно достигнуть в своем развитии определенной степени зре­
    лости. А именно — когда оно не просто описывает определен­
    ную совокупность фактов, но и объясняет их, т. е. когда зна­
    ние вскрывает причины и закономерности явлений.

  2. Для теории обязательным является обоснование, доказатель­
    ство входящих в нее положений: если нет обоснований, нет и
    теории.

  3. Теоретическое знание должно стремиться к объяснению как
    можно более широкого круга явлений, к непрерывному уг­
    лублению знаний о них.

  4. Характер теории определяется степенью обоснованности ее оп­
    ределяющего начала, отражающего фундаментальную зако­
    номерность данного предмета.

  5. Структура научных теорий содержательно «определена сис­
    темной организацией идеализированных (абстрактных) объек­
    тов (теоретических конструктов). Высказывания теоретичес­
    кого языка непосредственно формулируются относительно те­
    оретических конструктов и лишь опосредованно, благодаря
    их отношениям к внеязыковой реальности, описывают эту ре­
    альность»1.

  6. Теория — это не только готовое, ставшее знание, но и процесс
    его получения; поэтому она не является «голым результатом»,
    а должна рассматриваться вместе со своим возникновением и
    развитием.

В современной философии науки (как западной, так и отече­ственной) теория уже не рассматривается как неизменная, «зак­рытая» статичная система с жесткой структурой, а строятся раз­личные модели динамики (роста, изменения, развития) знания (см. гл. IV, §1). В этой связи подчеркивается, что при всей плодо-

1 СтепинВ. С. Теоретическое знание. М., 2000. С. 707. Наряду с теоре­тическими конструктами, логическими реконструкциями действитель­ности («точка», «идеальный газ» и т. п.) автор выделяет эмпирические идеальные объекты — это абстракции, фиксирующие признаки реаль­ных предметов опыта («Земля*, «провод с током» и т. д.).

196 Основы философии науки

творности формализации и аксиоматизации теоретического зна­ния нельзя не учитывать, что реальный процесс конструктивного развития теории, ориентированный задачами охвата нового эмпи­рического материала, не укладывается в рамки формально-дедук­тивного представления о развертывании теорий.

Однако развитие теории не есть только «движение мысли внут­ри ее самой» («идей»), а активная переработка мыслью многооб­разного эмпирического материала в собственное внутреннее со­держание теорий, конкретизация и обогащение ее понятийного аппарата. Образ действительного развертывания (развития) тео­рии, данный Гегелем — «снежный ком», — не утратил своей актуальности и по сей день. Вот почему важнейшим методом по­строения, развертывания и изложения теорий является метод вос­хождения от абстрактного к конкретному1.

К числу основных функций теории можно отнести следую­щие:

1. Синтетическая функция — объединение отдельных достовер­
ных знаний в единую, целостную систему.

2. Объяснительная функция — выявление причинных и иных за­
висимостей, многообразия связей данного явления, его суще­
ственных характеристик, законов его происхождения и разви­
тия, и т. п.

3. Методологическая функция — на базе теории формулируют­
ся многообразные методы, способы и приемы исследователь­
ской деятельности.

4. Предсказательная — функция предвидения. На основании те­
оретических представлений о «наличном» состоянии извест­
ных явлений делаются выводы о существовании неизвестных
ранее фактов, объектов или их свойств, связей между явлени­
ями и т. д. Предсказание о будущем состоянии явлений (в
отличие от тех, которые существуют, но пока не выявлены)
называют научным предвидением.

5. Практическая функция. Конечное предназначение любой тео­
рии — быть воплощенной в практику, быть «руководством к
действию» по изменению реальной действительности. Поэто-

1 См-: Ильенков Э. В. Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом исследовании. М., 1997.

Пива III. Структура научного познания 197

му вполне справедливо утверждение о том, что нет ничего практичнее, чем хорошая теория. Но как из множества конку­рирующих теорий выбрать хорошую? Как считает К. Поппер, важную роль при выборе теорий играет степень их проверяе­мости: чем она выше, тем больше шансов выбрать хорошую и надежную теорию. Так называемый «критерий относитель­ной приемлемости», согласно Попперу, отдает предпочтение той теории, которая: а) сообщает наибольшее количество ин­формации, т. е. имеет более глубокое содержание; б) являет­ся логически более строгой; з) обладает большей объяснитель­ной и предсказательной силой; г) может быть более точно проверена посредством сравнения предсказанных фактов с на­блюдениями. Иначе говоря, резюмирует Поппер, мы выбира­ем ту теорию, которая наилучшим образом выдерживает кон­куренцию с другими теориями и в ходе естественного отбора оказывается наиболее пригодной к выживанию. В ходе развития науки о связи с новыми фундаментальными открытиями (особенно в периоды научных революций) происхо­дят кардинальные изменения представления о механизме возник­новения научных теорий. Как отмечал А. Эйнштейн, важнейший методологический урок, который преподнесла квантовая физика, состоит в отказе от упрощенного понимания возникновения тео­рии как простого индуктивного обобщения опыта. Теория, под­черкивал он, может быть навеяна опытом, но создается как бы сверху по отношению к нему, и лишь затем проверяется опытом. Сказанное Эйнштейном не означает, что он отвергал роль опы­та как источника знания. В этой связи он писал, что «чисто логи­ческое мышление само по себе не может дать никаких знаний о мире фактов; все познание реального мира исходит из опыта и завершается им. Полученные чисто логическим путем положе­ния ничего не говорят о действительности»1. Однако Эйнштейн считал, что «не всегда является вредным» в науке такое использо­вание понятий, при котором они рассматриваются независимо от эмпирической основы, которой обязаны своим существованием. Человеческий разум должен, по его мнению, «свободно стро­ить формы», прежде чем подтвердилось бы их действительное существование: «из голой эмпирии не может расцветать позна-

1 Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 62.

198 Основы философии науки

ние». Эволюцию опытной науки «как непрерывного процесса ин­дукции» Эйнштейн сравнивал с составлением каталога и считал такое развитие науки чисто эмпирическим делом, поскольку та­кой подход, с его точки зрения, не охватывает весь действитель­ный процесс познания в целом. А именно — «умалчивает о важ­ной роли интуиции и дедуктивного мышления в развитии точной науки. Как только какая-нибудь наука выходит из начальной ста­дии своего развития, прогресс теории достигается уже не просто в процессе упорядочения. Исследователь, отталкиваясь от опытных фактов, старается развивать систему понятий, которая, вообще говоря, логически опиралась бы на небольшое число основных предположений, так называемых аксиом. Такую систему поня­тий мы называем теорией... Для одного и того же комплекса опытных фактов может существовать несколько теорий, значи­тельно различающихся друг от друга»1.

Иначе говоря, теории современной науки создаются не просто путем индуктивного обобщения опыта (хотя такой путь не исклю­чается), а за счет первоначального движения в поле ранее создан­ных идеализированных объектов, которые используются в каче­стве средств конструирования гипотетических моделей новой об­ласти взаимодействий. Обоснование таких моделей опытом пре­вращает их в ядро будущей теории. «Именно теоретическое иссле­дование, основанное на относительно самостоятельном опериро­вании идеализированными объектами, способно открывать новые предметные области до того, как они начинают осваиваться прак­тикой. Теоретизация выступает своеобразным индикатором раз­вития науки»2.

Идеализированный объект выступает таким образом не толь­ко как теоретическая модель реальности, но он неявно содержит в себе определенную программу исследования, которая реализует­ся в построении теории. Соотношения элементов идеализирован­ного объекта — как исходные, так и выводные, представляют со­бой теоретические законы, которые (в отличие от эмпирических законов) формулируются не непосредственно на основе изучения опытных данных, а путем определенных мыслительных действий с идеализированным объектом.

1 Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. С. 228—229.

2 Степин В. С. Теоретическое знание. М., 2000. С. 704.

Глава III. Структура научного познания 199

Из этого вытекает, в частности, что законы, формулируемые в рамках теории и относящиеся по существу не к эмпирически данной реальности, а к реальности, как она представлена идеали­зированным объектом, должны быть соответствующим образом конкретизированы при их применении к изучению реальной дей­ствительности. Имея в виду данное обстоятельство, А. Эйнштейн ввел термин «физическая реальность» и выделил два аспекта это­го термина. Первое его значение использовалось им для характе­ристики объективного мира, существующего вне и независимо от сознания. «Вера в существование внешнего мира, — отмечал Эй­нштейн, — независимого от воспринимающего субъекта, лежит в основе всего естествознания»1.

Во втором своем значении термин «физическая реальность» используется для рассмотрения теоретизированного мира как со­вокупности идеализированных объектов, представляющих свой­ства реального мира в рамках данной физической теории. «Реаль­ность, изучаемая наукой, есть не что иное, как конструкция наше­го разума, а не только данность»2. В этом плане физическая ре­альность задается посредством языка науки, причем одна и та же реальность может быть описана при помощи разных языков.

Характеризуя науку, научное познание в целом, необходимо выделить ее главную задачу, основную функцию — открытие за­конов изучаемой области действительности. Без установления за­конов действительности, без выражения их в системе понятий нет науки, не может быть научной теории. Перефразируя слова известного поэта, можно сказать: мы говорим наука — подразу­меваем закон, мы говорим закон — подразумеваем наука.

Само понятие научности (о чем выше уже шла речь) предпо­лагает открытие законов, углубление в сущность изучаемых яв­лений, определение многообразных условий практической при­менимости законов.

Изучение законов действительности находит свое выражение в создании научной теории, адекватно отражающей исследуемую предметную область в целостности ее законов и закономернос­тей. Поэтому закон — ключевой элемент теории, которая есть не что иное, как система законов, выражающих сущность, глубин­ные связи изучаемого объекта (а не только эмпирические зависи-

1 Эйнштейн А. Собр. науч. трудов: В 4 т. М., 1967. Т. 4. С. 136.

2 Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. М., 1986. С. 20.
200 Основы философии науки

мости) во всей его целостности и конкретности, как единство мно­гообразного.

В самом общем виде закон можно определить как связь (от­ношение) между явлениями, процессами, которая является:

а) объективной, так как присуща прежде всего реальному миру,
чувственно-предметной деятельности людей, выражает реаль­
ные отношения вещей;

б) существенной, конкретно-всеобщей. Будучи отражением су­
щественного в движении универсума, любой закон присущ
всем без исключения процессам данного класса, определен­
ного типа (вида) и действует всегда и везде, где развертыва­
ются соответствующие процессы и условия;

в) необходимой, ибо, будучи тесно связан с сущностью, закон
действует и осуществляется с «железной необходимостью» в
соответствующих условиях;

г) внутренней, так как отражает самые глубинные связи и зави­
симости данной предметной области в единстве всех ее мо­
ментов и отношений в рамках некоторой целостной системы;

д) повторяющейся, устойчивой, так как «закон есть прочное (ос­
тающееся) в явлении»Г «идентичное в явлении», их «спокой­
ное отражение» (Гегель). Он есть выражение некоторого по­
стоянства определенного процесса, регулярности его протека­
ния, одинаковости его действия в сходных условиях.
Стабильность, инвариантность законов всегда соотносится с

конкретными условиями их действия, изменение которых снима­ет данную инвариантность и порождает новую, что и означает изменение законов, их углубление, расширение или сужение сфе­ры их действия, их модификации и т. п. Любой закон не есть нечто неизменное, а представляет собой конкретно-исторический феномен. С изменением соответствующих условий, с развитием практики и познания одни законы сходят со сцены, другие вновь появляются, меняются формы действия законов, способы их ис­пользования и т. д.

Важнейшая, ключевая задача научного исследования — «под­нять опыт до всеобщего», найти законы данной предметной обла­сти, определенной сферы (фрагмента) реальной действительнос­ти, выразить их в соответствующих понятиях, абстракциях, тео­риях, идеях, принципах и т. п. Решение этой задачи может быть успешным в том случае, если ученый будет исходить из двух ос-

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35


Глава III. Структура научного познания 179
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации