Реферат - Понятие этноса. Виды этнических общностей - файл n1.doc

Реферат - Понятие этноса. Виды этнических общностей
скачать (23.6 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc115kb.01.02.2011 14:15скачать

n1.doc

Понятие этноса. Виды этнических общностей

План
1. Введение

2. Понятие этноса

2.1 Структура этноса

2.2 Этнические процессы

2.3 Этническое самосознание

2.4 Особенности формирования русского национального самосознания

3. Этнические общности

3.1 Этносы как общности людей

3.2 Виды этнических общностей

4. Заключение

Введение

Этносы (в переводе с древнегреческого «этнос» означает группу, племя, народ) — это своеобразные общности людей, представляющие собой определенную социокультурную форму и способ общежития людей.

Этнические или национально-этнические отношения составляют очень важный срез социальной структуры общества. Национально-этническая структура общества является самой многообразной и многоцветной из всех видов социальной структуры. Достаточно сказать, что на 3 тыс. различных этносов, существующих на нашей планете, приходится около 180 государств, из которых лишь 20 являются однородными в этническом отношении (этнические меньшинства составляют в них менее 5% населения). В национально-этнических отношениях сходятся и перекрещиваются практически все разновидности общественных отношений: социально-экономические и государственно-политические, религиозные и расовые, социально-демографические и культурно-психологические, территориальные и языковые. Это означает, что любые изменения в экономических, политических и других отношениях так или иначе приобретают национально-этническую окраску, и напротив, всякие перемены в национально-этнических отношениях находят свое продолжение во всех важнейших сферах общественной жизни.
Структура этноса

Этнос может иметь различную структуру. Он может состоять из:

Этнос может быть весь подразделен на субэтносы - группы людей, отличающиеся своеобразием культуры, языка и определенным самосознанием. В таком случае каждый из членов этноса входит в какой-либо из составляющих его субэтносов. Так, грузины делятся на картлийцев, кахетинцев, имеретин, гурийцев, мохевцев, мтиулов, рачинцев, тушин, пшавов, хевсуров и т.п. У членов такого этноса существует двойное этническое самосознание: сознание принадлежности к этносу и сознание принадлежности к субэтносу.

Основная часть русского этноса не подразделена на субэтносы. Северные великорусы и южные великорусы таковыми никогда не были, несмотря на культурные и языковые различия. Ни те, ни другие никогда не обладали собственным самосознанием. Это не субэтносы, а всего лишь этнографические группы. Несколько субэтносов существовало и в какой-то мере продолжает существовать в основном на периферии русского этноса. Это - поморы, донские, терские, уральские казаки, колымчане, русско-устьинцы на Индигирке и т.п. Но подавляющее большинство русских сейчас прямо входит в свой этнос, минуя и этнографические группы, и субэтносы [1].




Этнические процессы
Одним из этнических процессов является процесс этнического слияния (консолидации), заключающийся в том, что несколько близких по культуре и языку соседних этносов объединяются в один, нередко долгое время продолжая сохранятся при этом в качестве частей этого нового этноса - субэтносов. Чаще всего это происходит тогда, когда все они оказываются в пределах одного геосоциального организма.

Образование в IX в. единого государства - Руси - на территории населенной несколькими родственными "племенами": полянами, древлянами, северянами, вятичами, кривичами и т.п., привело к их консолидации в один этнос, который получил название русского народа. В литературе это государство обычно именуют Киевской Русью, а народ - древнерусским, но нужно помнить, что эти названия являются искусственными. Они созданы историками много веков спустя после окончания этого периода в истории восточных славян.

Наряду с этнической консолидацией может иметь место этническое включение, или этническая инкорпорация, - превращение ранее самостоятельного этноса в субэтнос в составе крупного соседнего этноса. Так, например, к настоящему времени мегрелы, а в какой-то степени и сваны, еще недавно бывшие самостоятельными народами, превратились в субэтносы в составе грузинского этноса.

Прямой противоположностью этнической консолидации является процесс этнического расщепления, или этнической дивергенции, - разделение ранее единого этноса на несколько новых самостоятельных этнических общностей. Чаще всего это связано с распадом того или иного геосоциального организма. После монгольского нашествия Северная Русь оказалась под властью Золотой Орды. Остальные части Руси в конце концов вошли в состав либо Польши, либо Великого княжества Литовского. В результат люди, образовывавшие один этнос, оказались в составе разных геосоциальных организмов.

Как уже отмечалось, каждый социоисторический организм есть относительно самостоятельная единица исторического развития. Вхождения людей, принадлежащих к одному этносу, в состав разных социоисторических организмов, означало втягивание их в разные конкретные исторические процессы и тем самым разделение их исторических судеб. Это чаще всего, хотя и не всегда и не сразу, ведет к распаду ранее единого этноса на несколько самостоятельных этнических общностей.

Именно это и произошло с русским этносом. Он распался на три новых этноса. Один из них сохранил старое название, два других с течением времени обрели иные: белорусы и украинцы. Впрочем, нельзя не отметить, что на территории Западной Украины вплоть до самого позднего времени население называло себя русскими (русскими, русинами), а жители Карпатской Руси, которая была оторвана от Руси еще в ХI в., нередко так называют себя и до сих пор.

О том, что при формировании новых этносов решающую роль играет не степень культурной и языковой близости, а социорная граница, говорит хотя бы такой факт. Если взглянуть на "Опыт диалектологической карты русского языка в Европе" (М., 1915), отражающую картину распространения восточнославянских языков, какой она была в начале ХХ в., можно легко убедиться в том, что вся Смоленская губерния входит в зону диалектов белорусского языка. Но бoльшая часть жителей Смоленщины уже много веков считает себя русскими и никогда не считали себя белорусами. Это связано с тем, что захваченная литовцами в 1404 г. Смоленская земля уже в 1514 г. вошла в состав Московского государства и с тех пор с небольшим перерывом (1611-1654 гг.) находилась в пределах России.

И граница между сербами и хорватами не совпадает с языковыми различиями. На штокавском диалекте сербохорватского языка говорит большинство сербов, значительная часть хорватов, а также черногорцы и боснийцы. Решающим фактором были не диалектные, а социорные, политические границы, отделившие будущих сербов от будущих хорватов. За этим последовало принятие одними православия и кириллицы, другими - католицизма и латиницы и т.п.

Все приведенные выше примеры позволяют понять, почему в качестве одного из признаков этноса нередко называют общность исторической судьбы. Пребывание нескольких культурно-языковых общностей в составе одного геосоциора чаще всего ведет к их консолидации в один этнос, вхождение частей одного этноса в разные социоры - чаще всего к превращению их в самостоятельные этносы [5].



Этническое самосознание
Самым устойчивым и надежным критерием выделения этноса является этническое самосознание. В его основе лежит антитеза «мы — они», т. е. осознание своего отличия от других аналогичных общностей, своего особого общего происхождения, общих исторических предков. Антитеза «мы — они» является системообразующим фактором любого этноса, который к тому же нередко действует вопреки всем остальным факторам — социально-экономическому строю, культурным, языковым и расовым различиям. Примером такого воздействия является массовая иммиграция евреев в Израиль в 70-е годы: в страну прибывали люди разного цвета кожи, говорящие на разных языках, имеющие различные социально-политические взгляды и, тем не менее, ощущавшие себя представителями единого этноса.

Этническое самосознание, т.е. осознание людьми, составляющими этническую общность, своей принадлежности именно к этой, а не к какой-либо другой общности. И северные великорусы и южные великорусы в одинаковой степени осознавали себя русскими. Таким образом, этническое самосознание состоит в том, что человек осознает себя русским, англичанином, норвежцем. Тем самым он осознает данную общность как "свою", а остальные как "чужие", данную культуру как "свою", а остальные как "чужие".

Наличие этнического сознания необходимо предполагает существования общего названия этноса - этнонима (от греч. этнос - народ и лат. nomina - название, имя). У этноса может быть несколько названий, одно из них - самоназвание, другие - имена, даваемые данному этносу людьми, принадлежащими к другим народам. Этническое самосознание невозможно без самоназвания. Если члены той или иной культурно-языковой общности не обладают этническим самосознанием, то эта группа не является этносом.

Этнос есть общность социальная и только социальная. Но нередко она понимается не только как социальная, но и как биологическая. И это объяснимо. Члены этноса сосуществуют не только в пространстве, но и во времени. Этнос может существовать, только постоянно воспроизводясь. Он обладает глубиной во времени, имеет свою историю. Одни поколения членов этноса замещаются другими, одни члены этноса наследуют другим. Существование этноса предполагает наследование.

Но наследование наследованию рознь. Существует два качественно разных вида наследования. Одно из них - наследование биологическое, через посредство генетической программы, заложенной в хромосомах, наследование телесной организации. Другое - наследование социальное, передача культуры от поколения к поколению. В первом случае принято говорить о наследственности, во втором - о преемственности.

Передача этнической принадлежности есть наследование чисто социальное, чисто культурное, есть преемственность. Но в нормальных условиях культурное, социальное воспроизводство человека неотделимо от биологического. Дети наследуют от родителей не только телесную организацию, но и культуру, и этническое самосознание. В результате неизбежно возникает иллюзия полного совпадения социального и биологического воспроизводства, биологического и социального наследования, более того иллюзия производности социального наследования от биологического.

Отсюда вытекает представление, что этническая общность в своей основе есть общность происхождения, что этнос есть совокупность людей, имеющих общую плоть и одну общую кровь, что каждый этнос - особая порода людей. Таким образом, социальная по своему существу общность людей осознается как общность биологическая, что находит свое отражение в языке. Слово "народ", которым в обыденном языке именуют этнос, происходит от слов "род", "рождать", "порождать". И недаром, еще в XVII-XVIII, даже в XIX вв. для обозначения этноса нередко употреблялось слово "раса".

Когда перед человеком, который никогда не занимался теоретическими рассуждениями о природе этноса, встает вопрос о том, почему он принадлежит именно к этому, а не иному этносу, почему, например, он русский, а не татарин, англичанин и т.п., то у него естественно напрашивается ответ: потому что мои родители принадлежали к данному этносу, потому что мои родители - русские, а не татары, не англичане и т.п. Для обычного человека его принадлежность к тому или иному этносу определяется его происхождением, которое понимается как кровное происхождение [1, 2].




Особенности формирования русского национального самосознания
Современная Россия является государством многонациональным, однако подавляющее большинство ее населения (более 80%) составляют русские, которые проживают на всей территории страны и во всех субъектах федерации. Это обстоятельство определяет особый интерес к истории русского этноса, его формированию и развитию.

Становление русской нации неразрывно связано с процессом формирования русской национальной культуры и национального самосознания. Самосознание присуще любому этносу, именно оно несет в себе исходный признак этнической идентификации — образ «мы — они». Однако проблема этнического самосознания становится актуальной лишь в определенные периоды истории, в основном она обостряется в переломные моменты жизни общества. В России это было, например,; в начале-XVII в. (Смутное время), в начале XIX в. (Отечественная война 1812 г.), в начале XX в. (Первая мировая война, революция 1917 г., Великая Отечественная война) и в наши дни (распад СССР с последующим социально-экономическим и политическим кризисом российского общества).

Названные этапы истории России сходны в одном — в наличии угрозы существованию российского государства и русского народа как такового.

Национальное самосознание русского этноса развивалось прежде всего в связи с изменением его территориально-государственных характеристик. Это можно проследить по тому, как изменялось употребление понятий «Русь», «русская земля», «русский» на разных этапах русской истории.

Государственность всегда была важной доминантой русского национального самосознания, но с ней была связана другая не менее важная доминанта — религиозная или, если выразиться более точно — конфессиональная.

Борьба против иноземных захватчиков на Руси велась всегда не только из стремления сохранить свою этническую территорию и государственность, но и, в не меньшей мере, из стремления сохранить свою православную веру — против попыток внедрения в России католичества или протестантизма как основной угрозы национальному самосознанию.

Итак, в русском национальном самосознании, которое складывалось на протяжении столетий, можно выделить три главные черты или три ведущих, стержневых принципа:

1) православный характер религиозной идеологии;

2) государственность (авторитарно-харизматического типа);

3) этническая доминанта (образ «мы — они», общность исторической судьбы, этническая солидарность и т. п.

До 1917г. эти принципы являлись определяющими элементами русского этнического самосознания и в концентрированном виде выражались в формуле: «За веру, царя и отечество!».

В советский период в национальном самосознании русских произошли значительные изменения. Наибольшей деформации или превращению подвергся религиозный элемент национального самосознания: православная христианская идеология была заменена новой государственной идеологией — учением марксизма-ленинизма, которая приобрела в СССР характер и черты квазирелигии.

Другой элемент русского национального самосознания — государственность — за годы советской власти не только не был разрушен, но еще более укрепился, превратившись в ее главную опору.

Третий, этнический элемент русского национального самосознания под предлогом борьбы с великодержавным русским шовинизмом, за годы советской власти был практически нивелирован.

После установления советской власти центр стал проводить по отношению к национальным окраинам политику, которую нельзя определить однозначно: с одной стороны, оказание им посильной помощи, в первую очередь, экономической и культурной, с другой — унификация общественной жизни, игнорирование этнической и культурной специфики. Однако качественное отличие советской «империи» от классических империй заключалось в отсутствии привилегированного имперского народа. В Советском Союзе не было господствующей нации, им правила номенклатура, и русское население Центра оказывалось подчас в худшем положении по сравнению с жителями национальных республик.

В русском национальном самосознании, как правило, достаточно слабо было выражено «мы», т. е. этническая солидарность. В истории России чаще наблюдался раскол национального самосознания, например, раскол церкви в XVI в., раскол на «белых» и «красных» в период Гражданской войны, раскол на коммунистов и демократов в конце XX в.

Обычно у каждого народа есть некоторая объединяющая идея, которая служит стержнем его этнического сплочения7. У англичан это была «идея богоизбранности, господства над другими менее развитыми народами»; у русских этого не было. У американцев такой идеей было «противостояние старому миру на основе новых форм демократического устройства общества». У русских этого тоже не было, русские не были новой нацией. Армяне объединялись перед угрозой физического уничтожения. Русским это тоже, в общем-то, никогда не грозило, частично благодаря наличию громадной этнической территории и большой численности, частично — сильному имперскому государству.

И все же все перечисленные факторы: и переживание угрозы существованию нации, и цивилизаторская, модернизирующая роль по отношению к другим народам, и противопоставление себя «старому миру» на основе утверждения новых социальных форм жизни — все это было присуще русскому народу, хотя и В весьма своеобразной форме.

Существование русского этноса ставилось под угрозу несколько раз со времен татаро-монгольского ига, и всякий раз эта угроза преодолевалась ценой огромных жертв и усилий. Именно эти жертвы и усилия становились объединяющими факторами русского народа. Русское национальное самосознание формировалось на опыте совместных предельных усилий и страданий.

Таким образом, решающую роль в формировании русского «мы» чаще всего играли не конструктивно-созидательные мотивы, а мотивы самозащитные. Вместе с тем, в силу исторических обстоятельств, русские всегда были интегрирующим фактором для всех народов, входивших в состав, как Российской империи, так и советского Союза. Именно русский язык стал средством межнационального общения для многих населяющих Россию и страны. СНГ народов. Однако объединяющая роль русского народа никогда не выступала прямо и непосредственно, а всегда под определенным идеологическим прикрытием. Во времена царизма это была идеология самодержавия, в советский период - идеология пролетарского интернационализма.

В ходе реформ 1990-х гг. русское национальное самосознание претерпело очередное потрясение. Распад СССР и угроза распада российской государственности, крах государственной идеологии марксизма-ленинизма, социально-экономический кризис в самой России, ставший причиной массового обнищания населения, дискриминация русских «бывших союзных республиках, их миграция из районов национальной напряженности затронули все важнейшие составляющие национального самосознания русских и вызвали с их стороны ответную реакцию.

В результате распада СССР русский народ оказался в разделенном состоянии и утратил лидирующее положение не только в новых государствах СНГ (где он нередко составляет от трети до половины населения), но и «...в самой России, где доминирующее положение заняли в большинстве сфер общественной жизни представители активно действующих национальных меньшинств, которые как правило, имеют за пределами России свои государственные образования». Рост националистических настроений среди русских сегодня уже достаточно очевиден. За время существования СССР их доля постепенно снижалась, приближаясь к 50% населения. В сегодняшней России русские составляют более 80% населения, и их «этническое самочувствие» способно оказать серьезное влияние на общую политическую ситуацию в стране [2, 4].
Этносы как общности людей
Вопросы этнических общностей (этносов) издавна занимали видное место в трудах многих исследователей. При этом основное внимание Геродота, Ксенофонта, Страбона, Тацита и других ученых древнего мира концентрировалось на описании особенностей жизни известных им этносов (народов) и их характеров в связи с различиями географических условий. Примерно таким же образом рассматривается эта проблема и в новое время в учениях Кондильяка, Локка, Юма, Канта, Гегеля и др.. Так, например, у Гегеля народ, или нация (этнос, народ, нация — эти понятия тогда отождествлялись), имеет естественное происхождение, тесно связан с природным духом, ибо и образ жизни, и занятия, и особые направления ума и воли народа обусловлены самой природой — близостью потребностей и взаимодействием их удовлетворения. Однако этнос (нация), по Гегелю, — это общий, единый дух, коллективная душа, до которой поднимается живущий в народе природный дух.

У С. Н. Булгакова национальность (в отечественной литературе почти всегда понятия этнического и национального рассматривались как тождественные) — это подсознательный или даже сверхсознательный инстинкт, поскольку люди, как он считает, не делаются, но именно рождаются сынами данного народа. Он утверждает, что инстинкт национальности из слепого переходит в сознание. Этот инстинкт переживается как род эроса, любви, мистического влечения к своему народу, как переживание соборности, т. е. нахождения себя в единстве с другими. С. Н. Булгаков особо подчеркивает, что национальность (этнос) — это как трансцензус, реальный выход из себя в соборность. Поскольку все инстинктивное не преднамеренно, то национальное сознание, национальное чувство, по Булгакову, может воспитываться и извращаться. Нетрудно заметить определенное сходство взглядов Гегеля ин С. Н. Булгакова на этническое, которое рассматривается ими как нечто духовное и высшее, что изначально дано и присутствует в людях.

П. А. Сорокин целиком отвергает подобную метафизику рассмотрения национального (этноса) как вне- и сверхразумной сущности. Соответственно, он против и определения нации как коллективной души. Вместе с тем П. А. Сорокин не удовлетворен позицией, которая хотя и свободна от метафизики, но сводит этнос как общность к особой связи людей, возникающей на основе признаков единства крови, языка, религии, психологической природы. П. А. Сорокин считает, что нельзя на основе этих признаков видеть нацию (этнос) как целое, ибо отсутствует функциональное и социальное единство — специальная национальная связь. Иначе говоря, по мнению П. А. Сорокина, нет национальных проблем и национального неравенства, а есть общая проблема неравенства, поскольку нельзя отыскать специального национального (этнического) фактора, отличного от религиозных, экономических, интеллектуальных и прочих социальных факторов. В этой связи интересна сама мысль П. А. Сорокина о том, что национального (этноса) объективно не существует именно вне своего социального контекста — определенных экономических, политических, духовных отношений, взаимодействия людей в их единстве.

В современной отечественной научной литературе главным образом представлены две основные концепции по этническому бытию. Это противоборствующие друг другу концепции Л. Н. Гумилева и Ю. В. Бромлея. Рассмотрим и сравним их подходы в определении сущности этнического.

Широко распространено мнение, что Л. Н. Гумилевым представлена исключительно биологизаторская концепция этноса (нации). Однако это не совсем так. Л. Н. Гумилев действительно рассматривает этносы как часть биосферы Земли, подверженной влиянию взаимодействующих космических и земных электромагнитных полей и излучений, но он вместе с тем подчеркивает, что этнос не может считаться только биологическим, равно как и только социальным явлением. Л. Н. Гумилев соединил, как он сам об этом неоднократно говорил, служение Прекрасной Даме Истории с признанием несомненных достоинств ее Мудрой Сестры Географии, которая роднит людей с их праматерью — биосферой планеты Земля. В этой связи он' предлагает считать этнос явлением географическим, всегда связанным с вмещающим ландшафтом, который питает адаптированный этнос. Поскольку ландшафты разнообразны, подчеркивает Л. Н. Гумилев, различны и этносы.

По мнению Л. Н. Гумилева, этнос является системной целостностью и возникает в определенное историческое время. Этнос — система закрытая (т. е. замкнутая, поскольку нет жесткой связи частей, но эти части нуждаются друг в друге), он получает один раз свою энергию, с помощью которой начинает существовать (живет примерно 1200—1500 лет), и, растратив ее путем рассеяния, этнос распадается (или образуется гомеостаз).

Особое внимание Л. Н. Гумилев уделяет этнической среде, которая, согласно его взглядам, есть как бы некое биополе — продолжение предмета за его пределами, или энергетическое поле, в котором существует этнос и формируется этническая принадлежность составляющих этот этнос людей. Это значит, по мнению Л. Н. Гумилева, что ребенок в чреве матери ни к какому этносу не принадлежит. Он неэтничен. Этническая принадлежность человека формируется на базе общения в этнической среде в течение 3—5 лет после рождения. Только то, что для ребенка было близким, знакомым и приятным в первые годы его жизни, и определяет его этническую принадлежность.

Таким образом, этносы, согласно Л. Ы. Гумилеву, образуются в результате взаимодействия, симбиоза жизнедеятельности людей и ландшафта, когда они начинают дополнять друг друга. При этом получается, что ландшафт принудительно формирует соответствующий ему механизм поведения человека, в результате чего имеет место определенная форма его адаптации к данному ландшафту и складывается определенный стереотип поведения человека в нем. Поскольку этносы как системы существуют в биосфере и представляют собой естественные, природные коллективы людей, они «вписываются» в ландшафт не только общим стереотипом своего поведения, адаптацией к нему, но и осознанием своеобразия такого своего бытия этими коллективами, которые начинают противопоставлять себя, свое «мы» всем другим, кто не есть «мы». Социальные формы противопоставления «мы» и «они» связаны, как видим, с природными факторами бытия этноса. Это, по Гумилеву, как раз те формы, при помощи которых человек влияет на природу, воспринимает ее составляющие и включает их в свою культуру.

Этногенез как процесс развития этноса от его возникновения до распада, подчеркивает Л. Н. Гумилев, показывает, что все этносы своеобразны и их развитие неповторимо. Объяснением этого является, как считает Л. Н. Гумилев, различие силы самого энергетического импульса биосферы. Разными являются и ландшафтные, этнокультурные, социальные условия образования и развития этносов. Смысл этногенеза в утрате импульса, создавшего систему, до нулевого уровня — гомеостаз. Следовательно, этногенез, согласно Л. Н. Гумилеву, играет важную роль, ибо является звеном между биосферой и социосферой. Такова концепция Л. Н. Гумилева, в которой, как видим, тесно увязаны друг с другом природные и социальные факторы в определении сущности этнических образований людей.

Мне бы не хотелось как-то особым образом комментировать учение Л. Н. Гумилева, равно как с ходу отвергать или безоговорочно и целиком принимать все его суждения. Несомненно, в его учении есть положения, которые интересны и заслуживают внимания и поддержки. К таковым можно отнести:

1. Этносы как человеческие сообщества, социумы исследуются с учетом изменений в конкретных ландшафтных и климатических условиях.

2. Предложена глобальная концепция, рассматривающая все возможные варианты существования этноса, объясняющая развитие этнического облика на основе гипотезы о космобиологическом (т. е. едином и общем для всех людей) происхождении побуждений и эволюции.

3. Этнос — это сочетание природного (ландшафтного, климатического, космобиологического) явления с социальными (историческими) условиями развития жизни людей.

Вместе с тем в этой теории Л. Н. Гумилева есть, на наш взгляд, и некоторые еще недостаточно доказанные положения, равно как и просто гипотетические умозрения. Так, мне кажется не отработанным вопрос об энергетическом импульсе процессов этногенеза. Несколько слабее, чем этого хотелось бы, представлены в данной концепции социальные, в частности экономические и политические, факторы этногенеза. Но в этой теории есть и то, что подтверждается историей. Так, историческая наука подтверждает вывод Л. Н. Гумилева о том, что природная среда оказывает значительное влияние на формирование и развитие этносов, особенности проявлений их психологии и стереотипы поведения.

Другая концепция о сущности и особенностях этнического развита Ю. В. Бромлеем и поддерживается многими этнологами. Сторонники этой концепции определяют этнос как устойчивую совокупность людей, обладающих стабильными особенностями языка, культуры, психики, сознанием своего единства, которое фиксируется, в том числе в самоназвании — этнониме.

С точки зрения Ю. В. Бромлея, этнос — система, которая существует только в этносоциальной форме. Это значит, что этносов в их чистом виде в реальном процессе жизни нет, ибо этнос всегда обусловлен конкретными социальными факторами: язык, культура, психика, самосознание. Именно поэтому, с точки зрения Ю. В. Бромлея, этнос (этническая общность людей) — это, во-первых, особый исторически возникший тип группы людей и особая форма их совместного (коллективного) существования. Во-вторых, этнос складывается и развивается естественноисторическим путем, он не зависит от воли входящих в него отдельных людей, ибо существует за счет самовоспроизводства.

Ю. В. Бромлей считает, что человечество первоначально было безэтничным. По его мнению, возникновение этнических общностей относится к периоду развитого первобытного строя и связано с обособлением групп людей на основе некоторых особенностей их жизнедеятельности в определенных социотерриториальных условиях (формы быта, хозяйства, общения, верований). Однако в отличие от Л. Н. Гумилева Ю. В. Бромлей практически не выявляет и не исследует природные территориальные связи (ландшафтные, климатические) в формировании этносов, что, на наш взгляд, не способствует углубленному пониманию самих социотерриториальных условий формирования и развития этносов.

Важное место в своей теории Ю. В. Бромлей отводит этносоциальным процессам развития. Он подчеркивает, что эволюционные этнические процессы идут постоянно, ибо все время имеют место межэтническая интеграция и межэтническая дифференциация. В этой связи особое внимание он уделяет социальным факторам (экономическим, политическим), способствующим развитию этих процессов. В этом отношении у Ю. В. Бромлея в большей мере, чем у Л. Н. Гумилева, разработаны и объяснены различные состояния этносоциальной дифференциации людей. Так, например, Ю. В. Бромлей показал, что для обозначения всех групп людей, для которых характерны такие свойства, как единый этноним, общие черты культуры и психики, используется термин «этникос» (этникос — прилагательное от слова «этнос», которому в русском языке соответствует одно из значений слова «национальность» — принадлежность к этносу). Вполне понятно, что для этникоса (принадлежности к этносу) совсем не обязательна территориальная общность. Тот или иной человек или группа людей, принадлежа к какому-либо определенному этносу, могут жить и развиваться вне специфической определенной территории данного этноса. Скажем, представители русского этноса могут жить в другой стране (иной территории, ином социокультурном пространстве), но все же оставаться русскими по всем характерным для данного этноса социокультурным признакам. Не случайно в современном мире практически в любом определенном этносоциальном пространстве можно встретить различные этнические группы (людей других национальностей), обособленные в пространственном отношении от материнских этносов, ячеек.

В современном мире все чаше приходится сталкиваться и с так называемыми этнопограничными (маргинальными) группами людей, у которых прежняя этническая принадлежность утрачивается или уже утрачена, а новая еще не укрепилась. Примером таких групп, несомненно, является второе и третье поколение эмигрантов, выходцев из России, переехавших на постоянное место жительства в США или другие какие-либо страны. Понятно, что в этом случае объективно определить их этническую принадлежность довольно сложно, и чаще всего это зависит именно от того, как свою этническую принадлежность человек определяет сам.

Показывая сложность и динамичность этносоциальных процессов в жизни людей, видимо, следует учитывать особенности социальных (культурных, психологических и других) условий и их варьирование и модификацию в жизни любого этноса. Показательным в этом отношении является, например, то, что в рамках того или иного этноса можно всегда выделить субэтносы — микроэтнические единицы этноса. Так, скажем, в русском этносе существуют казаки, поморы, сибиряки и др., жизнедеятельность которых связана не только с какой-то определенной территорией (местностью), но в том числе и с осознанием групповых особенностей тех или иных определенных компонентов культуры (говора, быта, традиций). Кроме того, этнические группы не изолированы друг от друга, ибо постоянно осуществляются процессы взаимообмена культурными ценностями. Все это лишний раз доказывает, что сами по себе социальные факторы (условия) бытия этносов меняются, а вместе с ними видоизменяются и усложняются этносоциальные процессы.

Общая культура - вот, что роднит всех англичан, пока они остаются англичанами, и отличает их от американцев, ирландцев, шотландцев и других такого же рода общностей людей, говорящих на английском языке. Что же касается языковой общности, то она, как в том случае, когда эта общность в общем и целом совпадает с культурной, так и в том, когда она значительно шире последней, является одновременно и важнейшим условием возникновения и развития культурной общности и существеннейшим компонентом последней.

Конечно, иногда различия в культуре между частями одной этнической общности могут быть не меньшими, чем между разными этносами. Например, различие в традиционной духовной и материальной культуре двух групп русских, которые в этнографии принято именовать северными великорусами и южными великорусами, не меньше, чем их отличие от белорусов и украинцев. И, тем не менее эти группы этносами не являются [3].

Заключение

Рассматривая различные концепции особенностей понимания форм этнических общностей людей, следует, прежде всего, обратить внимание на то, что этнос — это все-таки социоприродное образование.

Этнос сформировался, существует и развивается в определенных географических (природно-территориальных: ландшафтных, климатических) условиях. Вместе с тем общность жизни, судьбы, истории развития народа в данных природно-территориальных условиях формирует устойчивые связи людей на основе общности языка, культуры, психики, сознания и самосознания. Данную мысль о единстве происхождения, землячества и родства языка, культуры, исторической судьбы, которое заключает в себя любое этническое образование, хотелось бы особым образом подчеркнуть.

Исторически первыми формами общностей, в которых осуществлялось становление этносоциального развития людей, являлись род и племя. Род, племя, а затем и союз племен — это, как известно, формы организации первобытного строя. Уже в этих, главным образом кровнородственных, формах единения людей складывается общность говора, более или менее фиксированной территории, однотипных мифологических и религиозных верований. С разложением первобытнообщинного строя, возникновением классов и государства на смену кровнородственным связям объединения людей приходят территориальные (полисы, провинции, княжества, графства, государства). Территориальный признак становится определяющим для такого этносоциального типа общности людей, как народность. Исторический материализм рассматривает народности специфическими формами этнических общностей людей в рабовладельческой и феодальной общественно-экономических формациях. Эти формы общностей образуются на основе единых социо-территориальных отношений людей (быт, хозяйство, диалект, культура, религия, обычаи, традиции). Каждая народность имеет и свои социоэтнические (политические, экономические, культурные) формы существования и развития.
Таким образом, Этнос - исторически возникшая устойчивая социальная группировка людей, представленная племенем, народностью, нацией. Основным условием возникновения этноса является общность: самосознания, сознания своего единства и отличия от всех других подобных образований, территории, языка и культуры.

Дополнительными условиями могут быть общность религии и близость в расовом отношении. Нередко этнос складывается из разноязычных элементов. Для более устойчивого существования этносы стремятся к созданию своей социально-территориальной организации (государства, автономии).

Список использованных источников


  1. Арутюнян, Ю. В. Этносоциология : учеб. пособие для вузов / Ю. В. Аратюнян, Л. М. Дробижева, А. А. Сусоколов. – М.: АспектПресс, 1998. – 271 с.

  2. Бельский, В. Ю. Социология : учеб. / В. Ю. Бельский, А. А. Беляев, Д. Г. Лощаков. – М.: Инфра-М., 2002. – 303 с.

  3. Грехнев, В. С. Этносы как общности людей / В. С. Грехнев // Философия и общество. – 1999. - №4. – C. 123-140

  4. Кравченко, А. И. Общая социология : учеб. пособие / А. И. Кравченко. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001. – 479 с.

  5. Сикевич, З. В. Русские: «образ» народа : (социолог. очерк) / З. В. Сикевич. – Спб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1996. – 152 с.





Понятие этноса. Виды этнических общностей
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации