Хрестоматия по социологии. В 2-х частях - файл n1.doc

приобрести
Хрестоматия по социологии. В 2-х частях
скачать (404.8 kb.)
Доступные файлы (2):
n1.doc899kb.27.02.2011 09:21скачать
n2.doc1051kb.27.02.2011 08:48скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
социология

ХРЕСТОМАТИЯ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Магнитогорск 1999
Социология: предмет, структура,

методы .•

Э.ГИДДЕНС

социология

Социология: вопросы и проблемы

Социология - дисциплина с удивительно неоднозначной репу­тацией. У многих она ассоциируется с подстрекательством к вос­станию, со стимулом к бунту. Даже если у них весьма смутное представление о предмете социологии, они тем не менее связы­вают ее с какими-то подрывными действиями, с назойливыми тре­бованиями обросших волосами, воинствующе настроенных студен-тов.| Существует и противоположная, возможно, более распростра­ненная точка зрения в среде тех, кто непосредственно сталкивался с социологией как предметом в школе или университете. Согласно этой точке зрения, социология - скучная и бесполезная дисципли­на. Изучающие ее, скорее, умрут от тоски, чем побегут на баррика­ды. Такая социология отдает академической сухостью, хотя она и не столь точна, как естественные науки, которым пытаются упо­доблять социологию представители некоторых ее направлений. С моей точки зрения, те, у кого возникает такая реакция на социо­логию, во многом, правы. Это связано с тем, что многие социологи - можно даже сказать большинство из них, - облекают самые обычные понятия в псевдонаучную терминологию. Представление о том, что социология относится к естественным наукам и, как следствие, должна неуклонно копировать их процедуры и цели, несомненно ошибочно. Поэтому даже ее незадачливые критики в немалой степени правы, когда скептически относятся к социоло­гическим «достижениям», выражаемым в такой форме.

Я тяготею, скорее, к первой точке зрения, чем ко второй. При этом я совершенно не отождествляю социологию с бездумны­ми нападками на общепринятые нормы поведения, хотя и считаю, что социология с необходимостью носит подрывной характер. С моей точки зрения, подрывной или критический характер социо-

Гидденс Энтони (1938), английский социолог и политолог, сторонник интегрального макро-микроподхода к социальным явлениям.

логии не подразумевает (или не должен подразумевать), что в ин­теллектуальном отношении она является чем-то предосудитель­ным. Ведь критический характер социологии определяется как раз тем, что она занимается (во всяком случае должна заниматься) наиболее насущными для нас проблемами, проблемами, лежащи­ми в основе коренных противоречий и конфликтов всего общества.

Независимо от того, нравятся нам или нет протестующие сту­денты или какие-либо другие радикальные группы, между потреб­ностями, толкающими их на действия, и социологическим понима­нием ими проблем общества прослеживаются определенные свя­зи. Социальные потрясения не являются (или являются крайне редко) результатом подстрекательства социологов. Именно социо­логическое сознание в подлинном смысле слова неизбежно высве­чивает те острейшие социальные проблемы, с которыми сталкива­ется современное общество. Каждый из нас в определенной мере осознает их, однако изучение социологии придает им большую от­четливость в нашем сознании. Таким образом, социология не должна оставаться чисто академической дисциплиной, если под «академичностью» понимаются беспристрастность и безучастность научных знаний, проходящих исключительно в стенах университе­тов.

Социология не является одной из дисциплин, предлагаемых в подарочной упаковке, открыв которую сразу же доберешься до сущности предмета. Подобно всем общественным наукам, а к ним можно также отнести, в первую очередь, антропологию, экономику и историю, содержание социологии носит внутренне противоречи­вый характер. Иными словами, социология характеризуется посто­янными разногласиями относительно самой ее природы. Однако это не слабость социологии, хотя многие из тех, кто считают себя профессиональными «социологами» именно так и думают. Точно так же, как многие несоциологи обескуражены тем, что существует множество конкурирующих концепций относительно того, как сле­дует подходить к предмету социологии и трактовать его. Многие из тех, кто расстроены постоянными разногласиями между социоло­гами и частым отсутствием единства мнений относительно спосо­бов разрешения этих разногласий, обычно считают, что таков при­знак незрелости науки. Им хотелось бы, чтобы социология была аналогична одной из естественных наук, чтобы она выработала аппарат универсальных законов, подобных тем, которые открыва­ются и подтверждаются естественными науками. Я выдвигаю точку зрения, согласно которой социология не должна точно копировать естественные науки. Более того, «естественная наука» об общест-

ве практически невозможна. Под этим я не подразумеваю, что ме­тоды и задачи естественных наук совершенно неприменимы для изучения социального поведения людей. Предметом социологии являются объективно наблюдаемые факты, социология опирается на эмпирические исследования и имеет целью формулировать теории и делать обобщения на основе эмпирически полученных фактов. Вместе с тем люди и материальные объекты в природе -не одно и то же. Изучение людьми своего собственного социально­го поведения радикально отличается от изучения природных явле­ний.

Контекст социологии

Развитие и актуальные проблемы социологии необходимо рас­сматривать в контексте тех изменений, которые сформировали и продолжают формировать современный мир. Мы живем в мире обширных социальных преобразований.

Последние два столетия отличались особой стремительностью социальных изменений В современном мире их темпы продолжа­ют нарастать. Первоначальным источником изменений была За­падная Европа. Впоследствии влияние социальных изменений приобрело глобальный характер. Результатом данного процесса стало то, что в современном мире привычные на протяжении предшествующих тысячелетий формы социальной организации во многом прекратили свое существование. Суть и истоки происшед­ших преобразований заключаются в двух так называемых «великих революциях»» XVIII - XIX столетий в Евррпе. Первая - Француз­ская революция 1789 г. - представляла "собой ряд исторически специфических событий и стала символом политических преобра­зований нашей эпохи. Дело в том, что революция эта существенно отличалась от восстаний предшествующих времен. И до нее кре­стьяне восставали против помещиков-феодалов, однако их высту­пления, как правило, представляли собой попытки устранить кон­кретных лиц от власти или же добиться снижения цен и налогов. В период Французской революции (с некоторыми оговорками здесь можно провести аналогию и с антиколониальной революцией 1776 г. в Северной Америке) впервые в истории произошло полное разрушение общественного строя под воздействием социального движения, руководствовавшегося исключительно политическими идеалами всеобщей свободы и равенствa. Несмотря на то что эти идеалы не реализованы до сих пор, они тем не менее создали оп­ределенные условия для политических изменений, ставших одним из наиболее динамических процессов современной эпохи. Так,

в мире вряд ли найдется государство (независимо от его фактиче­ского устройства), руководители которого не говорили бы о его де­мократической сущности. В истории человечества потребность в демократических свободах - явление совершенно новое. Конеч­но, история знала и другие республики, главным образом в Древ­ней Греции и Риме, однако то были редкие случаи. Во всех случаях «свободные граждане» составляли меньшинство населения, в то время как большинством являлись либо рабы, либо другие соци­альные группы, не обладавшие привилегиями избранных «граждан».

Второй великой революцией стала так называемая «промышленная революция». Началась она во второй половине XVIII века в Англии, распространившись в XIX. веке по всей Запад­ной Европе и в Америке. Промышленную революцию иногда пред­ставляют просто как ряд технических достижений, особенно что касается использования энергии пара в промышленности и тех но­вых машин, которые приводились ею в действие. Однако техниче­ские изобретения периода промышленной революции составляли лишь часть гораздо более широкого спектра социально-экономических изменений. Наиболее важным из них стала массо­вая миграция рабочей силы из сельской местности в расширяю­щийся сектор промышленного производства. В конечном итоге од­ним из результатов процесса стала широкая механизация сельско­хозяйственного производства.Подсчитано, что до XIX века даже в наиболее высокоурбанизированных обществах в городах прожи­вало не более 10% населения. В других же аграрных государствах и империях процент был гораздо ниже. По современным стандар­там даже самые крупные города в доиндустриальиых обществах были относительно малы. Так, подсчитано, что до XIV века насе­ление Лондона составляло около 30 000 человек. Население Фло­ренции в тот же период составляло приблизительно 90 000 чело­век. К началу XIX века численность населения Лондона уже намно­го превышала численность населения любого другого известного истории города и составляла около 900 000 человек. Тем не менее в 1800 г. даже при наличии такой густонаселенной метрополии как Лондон, лишь незначительная часть всего населения Англии и Уэльса проживала в городах. 100 лет спустя около 40% жителей Англии и Уэльса проживали в городах с населением 100 и более тысяч человек и около 60% жили в городах с населением 20 000 человек и больше...

Наряду с индустриализацией и урбанизацией, основательно преобразовавшими большинство традиционных форм общества,

необходимо также отметить и третий, связанный с ними глобаль­ный процесс. Речь идет о невероятно быстром, по сравнению с прошлыми эпохами, росте населения земного шара. Подсчитано, что ко дню Рождества Христова население земного шара должно было составлять без малого 300 миллионов. Это население, хотя и медленно, но постоянно увеличивалось и к началу XVIII века, по всей видимости, удвоилось. С тех пор происходит так называемый «демографический взрыв», о котором слышали практически все.

В то время как последствия такого роста населения для чело­вечества являются предметом многочисленных споров и вполне могут оказаться драматичными, причины, вызвавшие демографи­ческий взрыв, более понятны по сравнению с движущими силами развития процессов индустриализации и урбанизации. Они сводят­ся к тому, что на протяжении большей части человеческой истории сохранялось приблизительное равновесие между уровнями рож­даемости и смертности. Несколько упрощая вопрос, можно выде­лить два основных фактора, лежащие в основе беспрецедентного роста населения. Во-первых, еще 200 лет назад средняя продол­жительность жизни равнялась 35 и менее годам. Во-вторых, резко снизился уровень детской смертности. В средневековой Европе и других частях света почти половина детей умирали, не достигнув совершеннолетия. Именно увеличение средней продолжительно­сти жизни и резкое снижение уровня детской смертности, вызван­ные улучшившимися санитарными условиями, общей гигиеной жизни и полученными средствами борьбы с массовыми инфекци­онными заболеваниями, и послужили основными причинами бес­прецедентного роста населениям

Социология. Определение и некоторые предварительные соображения

Социология возникла в период, когда европейское общество, охваченное изменениями, последовавшими в результате «двух ве­ликих революций», стало пытаться осмыслить причины и возмож­ные последствия этих двух революций. Несмотря на то что возник­новение любой науки нельзя точно зафиксировать во времени, можно тем не менее проследить прямую связь между идеями со­циальных философов XVIII века и социальной мыслью последую­щих периодов. Следует также отметить, что сам идеологический климат в период становления социологии способствовал зарожде­нию двух параллельных революционных процессов.

Какое определение можно дать понятию «социология»? Можно
начать с очевидного. Социология изучает человеческое общество.

Однако понятие общества можно сформулировать только в самом общем смысле. Дело в том, что понятие «обществе» - очень широ­кая категория, включающая в себя не только промышленно разви­тые страны, но и такие крупные аграрные империи, как Римская империя и Древний Китай. Под обществом также могут подразуме­ваться малочисленные племенные группы, состоящие всего из не­скольких индивидов.

Общество - совокупность или система институализирован-

ных форм поведения. Под «институализированными» формами социального поведения подразумеваются формы сознания, и дей­ствий, которые повторяются или, выражаясь языком современной социальной теории, воспроизводятся обществом в длительной пространственно-временной перспеетиве. Язык - хороший пример одной из таких форм институализированной деятельности или ин­ститута, поскольку он лежит в основе всей социальной жизни Мы все говорим на том или ином языке. Хотя языком мы и пользу­емся творчески, сами мы его не создавали. Существуют и другие аспекты социальной жизни, которые могут быть институализирова-ны, т.е. становятся общепринятой практикой, сохраняющейся в ос­новном в неизменной форме на протяжении ряда поколений. Так, мы говорим об экономических институтах, политических институ­тах. При этом употребление понятия «институт» отличается от его обыденного употребления в английском языке в качестве синонима понятия «учреждение» типа тюрьмы или больницы. Все вышеска­занное помогает лучше понять смысл слова «общество», хотя пол­ностью и не исчерпывает его содержания.

Общество является предметом изучения не только социоло­
гии, но и других общественных наук. Отличительная черта социо­
логии в том, что ее в первую очередь интересуют те формы обще­
ственного устройства, которые возникли в результате «двух вели­
ких революций». Такие формы общественного устройства включа­
ют в себя как промышленно развитые страны Запада, Японию и
страны Восточной Европы, так и ряд видоизменившихся в XX веке
общественно-экономических формаций в других частях земного
шара. Социальные системы всех этих стран в той или иной мере
ощутили на себе последствия «двух великих революций».
Что 'касается так называемых «развитых» обществ, то их нельзя
рассматривать в изоляции от форм социального устройства других
стран мира или же от обществ, им предшествовавших.
К сожалению, подобный «изоляционизм» до сих пор характерен
для современных социологов.

B свете вышесказанного можно предложить следующее определение социологии. Социология - общественная наука, предметом изучения которой являются социальные институ­ты, возникшие в результате промышленных преобразований за последние 200 - 300 лет.

Между социологией и другими общественными науками не су­ществуют и не могут существовать жестко установленные барьеры. Ряд вопросов социальной теории, касающихся проблем концептуа­лизации человеческого поведения в обществе и социальных инсти­тутов, являются общим предметом изучения для всех обществен­ных наук. Различные «сферы» человеческого поведения, изучае­мые отдельными общественными науками, представляют собой «интеллектуальное» разделение труда, существование которого весьма условно. Так, антропология, к примеру, изучает в основном ««более примитивные формы общества», а именно: племенные, клановые, аграрные. Однако под воздействием глубочайших соци­альных изменений, которые претерпело человечество, такие фор­мы социальной организации либо полностью исчезли, либо нахо­дятся в процессе адаптации к условиям современных промышлен­ных государств. Предметом экономики является производство и распределение материальных благ. Однако экономические ин­ституты всегда тесно связаны с другими социальными институтами. Последние оказывают на экономические институты определенное влияние и сами подвержены влиянию экономических институтов. Наконец, история как наука, изучающая события постоянно уда­ляющегося прошлого, является источником данных для всего ком­плекса общественных наук...

Социологическое воображение: социология как критика

Одна из мыслей, которую я привожу в данной книге, заключа­ется в том, что социолог - по меткому выражению Чарлза Райта Миллса - должен обладать «социологическим воображением». Этот термин настолько часто цитируется, что рискует стать общим местом, к тому же сам Миллс употреблял его в весьма расплывча­том смысле. Что касается меня, то я вкладываю в него совершенно определенное содержание. Под «социологическим воображением» я подразумеваю определенные взаимосвязанные формы воспри­ятия действительности как неотъемлемые составляющие социоло­гического анализа в том виде, в каком я его себе представляю. По­нимание социального мира, возникшего как следствие формирова­ния современного промышленного общества западных стран, мо­жет быть достигнуто лишь при наличии у индивида «трехмерного»

10

воображения. Три аспекта такого социологического воображения представляют собой историческое, антропологическое и крити­ческое восприятие социальной действительности.

Человеческие существа, в генетическом отношении идентич­ные нам, по всей видимости существуют около 100 000 лет. Архео­логические данные свидетельствуют о том, что «цивилизации», основывающиеся на оседлом сельском хозяйстве, существуют не более 8 000 лет. Это очень длительный период по сравнению с очень коротким отрезком современной истории развития про­мышленного капитализма. Среди историков нет единого мнения относительно точного времени возникновения западного капита­лизма как ведущего способа экономической деятельности. Однако трудно найти убедительные аргументы в пользу того, что капитали­стический способ производства возник в Европе ранее XV или XVI веков. Промышленный капитализм - как результат соединения ка­питалистической предприимчивости с машинным производством в рамках отдельных предприятий - возник не раньше второй поло­вины XVIII века в некоторых районах Великобритании. За послед­ние 100 лет промышленный капитализм распространился по всему миру и привел к социальным изменениям, по своему масштабу и радикальности неизвестным всей предыдущей истории человече­ства. Западные страны приняли на себя первый удар. Современ­ные поколения считают вполне естественным, что окружающее их общество ориентировано на постоянные технологические иннова­ции, что большинство населения проживает в городах, работает в производственной сфере и является «гражданами» националь­ных государств. Однако столь привычный нам социальный мир, возникший столь стремительно и драматично в очень короткий пе­риод, на самом деле является уникальным событием во всей исто­рии человечества.

Первое усилие социологического воображения аналитика со-временных типов индустриального общества должно быть направ­лено на осмысление нашего совсем недавнего прошлого - «мира, который мы потеряли». Лишь благодаря сознательному интеллек­туальному усилию, основывающемуся на исторических фактах, мы можем понять, насколько образ жизни людей современных индуст­риальных обществ отличается от образа жизни людей в обществе относительно недавнего прошлого. Такое понимание, естественно, должно опираться на объективные факты, подобные тем, которые я приводил выше, обсуждая процесс урбанизации. Однако этого мало. Необходимо также пытаться восстановить в сознании со­держание тех форм социальной жизни, которые в настоящее время


практически не существуют. При этом между ремеслом социолога и искусством историка не будет никакого различия. В английском об­ществе XVII века, начавшем испытывать на себе первые воздейст­вия промышленной революции, продолжали сохранять влияние обычаи местных общин, чья жизнь регулировалась канонами рели­гии. Это было общество, остаточные явления которого можно на­блюдать и в Англии XX века, однако его отличия от общества со­временной Англии поистине разительны. Организации, столь при­вычные в настоящее время, существовали не более, чем в своих рудиментарных формах. Достаточно сказать, что не только фабри­ки и учреждения, но и школы, колледжи, больницы и тюрьмы полу­чили широкое распространение лишь в XIX веке...

Изменения в формах социальной жизни в значительной степе­ни носили материальный характер... Современная технология соз­дала вещи, которые в доиндустриальную эру человек не мог себе даже представить. Это, к примеру, фотоаппарат, автомобиль, са­молет, всевозможные электронные изделия, начиная с радио и кончая быстродействующим компьютером, атомная электростан­ция и многое другое... Изменения в образе жизни человека, вы­званные резко увеличившимся количеством и ассортиментом из­делий и услуг, можно сравнить разве что с изменениями, последо­вавшими за открытием огня. Можно сказать, что по своему матери­альному окружению англичанин, живший в 1750 г., был ближе к ле­гионерам Юлия Цезаря, чем к собственным правнукам.

Беспрецедентный масштаб и повсеместность технических новшеств несомненно являются одной из отличительных черт со­временного индустриального общества. С процессом технологиче­ских инноваций тесно связан процесс вырождения традиций, яв­лявшихся основой повседневной жизни сельской общины и сохра­нявших свое влияние в докапиталистическую эпоху даже в городах. Традиции прошлого воплощались в настоящем, отражая воспри­ятие времени, отличное от восприятия времени в современных за­падных обществах. В сознании человека день не подразделялся на «рабочее время» и «свободное время» так жестко, как это про­исходит сегодня. Ни в пространственном, ни во временном отно­шениях «работа» так жестко не отграничивалась от других занятий.

Ранее речь шла о том, что в основе преобразований обществ Западной Европы лежали две великие революции. Второй из них была политическая революция, результатом которой стало возник­новение национальных государств. В формировании современного мира этот феномен играет такую же важную роль, как и процесс

индустриализации обществ. Жители западных стран восприни­мают как нечто само собой разумеющееся то, что они являются «гражданами» отдельных государств. При этом все прекрасно по­нимают, какую важную роль в их жизни играет государство (централизованное правительство и местная администрация). Ме­жду тем, утверждение гражданских прав и, в частности, всеобщего избирательного права - явление относительно, недавнего прошло­го. То же самое, можно сказать и о национализме как чувстве при­надлежности к определенной национальной общности, отличной от

других. Гражданские права и национальное сознание стали харак- терными чертами «внутренней» организации национальных госу­дарств, однако в равной степени важны и отношения между нацио-

нальными государствами. Эти отношения являются фундамен­тальной отличительной чертой современной эпохи.

Современная мировая система не имеет аналогов в истории человечества. Каждая из «двух великих революций» приобрела глобальные масштабы. Промышленный капитализм основывается на чрезвычайно сложной специализации производства, на разде­лении труда, при котором отношения обмена охватили весь мир...

если первое измерение социологического воображения пред­полагает развитое историческое сознание, то второе подразумева­ет глубокую антропологическую проницательность. Говорить об этом опять-таки означает подчеркивать условность общепризнан­ных границ между различными общественными науками. Культиви­рование исторического понимания того, насколько новы и драма­тичны социальные преобразования последних двух столетий, -дело непростое. Однако, по всей видимости, еще сложнее изба­виться от явного или подспудного убеждения в том, что образ жиз­ни, получивший распространение на Западе, в чем-то превосходит образ жизни других культур. Такое убеждение обусловлено распро­странением западного капитализма, повлекшим за собой притес­нение и уничтожение большинства других культур, с которыми ка­питализм вступал во взаимодействие. Идеи социального превос­ходства получили свое дальнейшее конкретное воплощение и в работах многих социальных мыслителей, пытавшихся втиснуть

историю человеческого общества в схемы социальной эволюции, где в качестве критерия «эволюции» имеется в виду способность различных типов общества контролировать или подчинять себе окружающий их материальный мир. В таких схемах западный инду­стриализм неизменно занимает главенствующее положение, по-

скольку несомненно обеспечивает уровень материального произ-


13


12



водства, намного превосходящий уровни производства всех из­вестных истории общественно-экономических формаций]

Социологическое воображение призвано развенчать этноцен-тризм подобных эволюционных схем. Этноцентризм представляет со­бой концепцию, в которой в качестве критерия оценки всех других об­ществ и культур используется точка зрения данного конкретного обще­ства. Нет никаких сомнений в том, что подобное отношение глубоко укоренено в западной культуре. Характерно оно и для других обществ. Однако на Западе убеждение в собственном превосходстве является выражением и оправданием жадного поглощения индустриальным капитализмом других форм жизни. Следует четко понимать, что было бы ошибкой отождествлять экономическую и военную мощь западных стран, позволившую им занять ведущие позиции в мире, с вершиной эволюционного развития общества. Столь ярко проявляющаяся на Западе оценка уровня развития общества исключительно на основе критерия материального производства сама по себе представляет со­бой аномальное явление, если сравнивать ее с установками других культур.

Антропологическое измерение социологического воображения по­зволяет осознать то многообразие форм организации человеческой жизни, которые имели место на нашей планете. Ирония современной эпохи проявляется в том, что систематическое изучение разнообразия человеческой культуры - «полевая работа антропологии» - впервые стало проводиться как раз в то время, когда всепоглощающее расши­рение промышленного капитализма и усиление военной мощи запад­ных государств активно способствовали уничтожению этого разнооб-

разия.

Соединение первого и второго аспектов социологического вооб­ражения освобождает нас из прокрустова ложа мышления исключи­тельно с точки зрения того типа общества, которое мы непосредствен­но знаем. Каждый из этих двух аспектов тесно связан с третьей сторо-

а ной социологического воображения, на которой я вкратце останов­люсь. Она касается возможностей развития. Критикуя представления о том, что социология подобна естественным наукам, я подчеркнул, что социальные процессы не управляются неизменными законами. Как индивиды, мы не обречены на пассивное подчинение силам, дейст­вующим с непреложностью законов природы. Это означает, что мы должны быть готовы рассматривать альтернативные варианты бу­дущего, потенциально открытые для нас. В своем третьем смысле социологическое воображение тождественно задаче социологии спо­собствовать критике существующих форм общества.

Гидденс Э. Социология//Социс. - 1994.-Ма 2.-С. 129-138.
П.А. СОРОКИН

ГРАНИЦЫ И ПРЕДМЕТ СОЦИОЛОГИИ.

[Определить область социологии как и любой науки - это зна­чит выделить тот разряд фактов, который является объектом её изучения или, иными словами, установить особую точку зрения на ряд явлений, отличную от точек зрения других наук.

Как бы разнообразны ни были те определения, посредством которых социологи характеризуют сущность социального или на-дорганического явления, - все они имеют нечто общее, а именно, что социальное, явление - объект социологии -есть прежде всего взаимодействие тех или иных центров или взаимодействие, обла­дающее специфическими признаками. Принцип взаимодействия лежит в основе всех этих определений, все они в этом пункте со­гласны и различия наступают уже в дальнейшем - в определении характера и форм этого взаимодействия.

Наиболее популярное и распространённое определение со­циологии, как науки об организации и эволюции общества по само­му своему характеру уже предполагает категорию взаимодействия, ибо общество немыслимо вне взаимодействия составляющих его

единиц.

Вне взаимодействия нет и не может быть никакого агрегата, ассоциации и общества и, вообще, социального явления, так как там не было бы никаких отношений...

Раз утверждаемся, что взаимодействие тех или иных единиц составляет сущность социального явления, а тем самым объект социологии, то для полного уяснения, этого понятия требуется ещё ответ, по меньшей мере, на следующие вопросы:

1 Для того чтобы процесс взаимодействия можно было счи­тать социальным явлением, между кем или чем должно происхо­дить это взаимодействие? Каковы единицы или центры этого взаи­модействия? Иначе говоря, каковы специфические свойства соци­ального взаимодействия, позволяющие считать его особым разря­дом явлений?

Сорокин Питирим Александрович (1889-1968) русско-американский социолог, разработчик концепции «интегральной» социологии.

15

2) Если так или иначе решен этот вопрос, то спрашивается дальше, безразлична или нет длительность этого взаимодействия для понятия социального явления? Предполагается ли, что только в длительном и постоянном взаимодействии можно видеть соци­альное явление, или же оно возникает при всяком взаимодействии, как бы кратковременно и случайно оно ни было?

Без точных ответов на эти вопросы, в особенности же на пер­вую категорию их, понятие «взаимодействия» (а тем самым и соци­ального явления) становится пустым звуком и вот почему Как из­вестно, процесс взаимодействия не есть процесс, специфически свойственный какому-либо определённому разряду явлений, а процесс общемировой, свойственный всем видам энергии и об­наруживающийся хотя бы в виде «закона тяготения» или закона «равенства действия противодействию». Поэтому понятно, что(раз взаимодействие хотят сделать специальным объектом социальной науки, то необходимо указать такие специфические признаки (differentia specifica) этого общемирового и, в этом смысле, родово­го процесса, которые отделяли бы этот вид взаимодействия от ос­тальных его видов и тем самым конституировали бы социальное явление как особый вид мирового бытия, а поэтому и как объект особой науки..

II

Социология есть наука, изучающая наиболее общие свойства психического взаимодействия тех или иных единиц, в их структур­ной организации и в их временной эволюции.

1) Это положение основывается прежде всего на том принци­пе, что там, где дано несколько видов одного и того же рода, там должна быть дана и наука, изучающая общеродовые свойства дан­ного разряда явлений. Здесь вполне применима теорема Л.И. Петражицкого, гласящая: «Если есть п видов сродных предме­тов, то теоретических наук, вообще теорий, должно быть п+1». Растения и животные - это два вида, принадлежащие к общему роду организмов; наряду с их специфическими свойствами они имеют общие свойства. Изучение этих общих свойств и составляет задачу общей биологии. То же приложимо и к социальным явлени­ям.

Различные явления социальной жизни, будучи правильно под­разделены и классифицированы, образуют собою виды общеродо­вого психического взаимодействия и, как таковые, должны обла-

дать и известными общими свойствами, изучение которых и явля­ется первой задачей общей социологии,

2) Далее нет надобности доказывать, что социология как наука индуктивная неразрывна от частных наук, анализирующих мель­чайшие факты социального взаимодействия, и только от них и че­рез них она получает данные для формулировки своих обобщений и в этом смысле она может быть названа соrpus'ом социальных наук.

Что такая наука действительно необходима, это вытекает из следующего. Различные разряды социальных явлений, изучае-мые отдельными науками, например, экономика, религия, этика, эстетика и т.д., в действительной жизни не отделены друг от друга, а неразрывно связаны и постоянно влияют одни на других «Заработная плата рабочих, например, зависит не только от отно­шений между спросом и предложением, но и от известных мораль­ных идей. Она падает и подымается в зависимости от наших пред­ставлений о минимуме благополучия, которое может требовать для себя человеческое существо, т.е. в конце концов от наших пред­ставлений о человеческой личности»...

Поэтому, если экономист ограничился бы только экономиче-О скими явлениями, игнорируя не экономические, то вместо законов, формулирующих действительные отношения экономических явле- ний, он дал бы лишь воображаемые законы, не способные совер- шенно объяснить подлинные экономические процессы. А раз это так, то ему волей-неволей приходится быть уже не только специа- листом-экономистом, но и социологом, координирующим отноше-• ния основных форм социальной жизни. То же mutatis mutandis при­менимо и ко всякой специальности. Сознательное и планомерное установление и формулировка этих отношений между различными разрядами социальных явлений составляют вторую задачу социо­логии.

3) Мало того, уже само выделение определённой стороны со- циального бытия, например, религиозной, в качестве особого объ- екта, из общего комплекса социальных явлений предполагает на- личность общего понятия социальных явлений, их основную клас­сификацию, черты сходства и различия между членами этой клас­сификации с выделяемым членом (например, религией) и т.д. Без этих логических предпосылок невозможно само выделение, определение и изучение отдельного вида психологического взаи­модействия. Ибо в противном случае получится не научная разра­ботка определённого разряда фактов, а бессистемное изучение


17


16



случайного скопления различных явлений. Значит, уже каждый спе-

циалист есть всегда и социолог и должен им быть. И если социологии

бросают упрёк в дилентантизме ввиду того, что невозможно-де охва-

тить все стороны социального психологического бытия, то тот же упрёк

с тем же правом можно бросить и каждому специалисту, ибо и специа-

лист явно или тайно неизбежно должен быть социологом Различие

здесь будет лишь в том, что в первом случае, т.е. когда специалист не

учитывает этого факта, его «социология» в большинстве случаев бу-

дет плохой социологией ввиду некритического отношения его к общей сфере социальных явлений, а потому неизбежно будут или «хромым»

или «прыгающим» и само определение объекта его науки и все по­строения, касающиеся этого объекта...

4) Вообще же говоря, положение социологии по отношению к частным дисциплинам буквально то же самое, что положение общей биологии по отношению к анатомии, физиологии, морфологии, эм- бриологии, патологии растений и животных; положение физики - к аку­стике, электрологии, учению о тяжести, теплоте и т.д.; положение хи- мии по отношению к неорганической, органической химии и т.д. По-

этому тот, кто вздумал бы говорить, что социологии как единой науки
нет и не может быть, а есть только социальные науки, тот должен был
бы доказать, что нет физики - как единой науки, нет химии и биологии,
так же как единых наук, а есть только акустика, электрология, учение
о тяжести, учение о свете, теплоте и т.д. !

5) Наконец, вместо того чтобы спорить «быть или не быть социо- логии», следует обратиться к фактам и спросить себя: сделала ли со- циология хоть что-нибудь научно-продуктивно^ за своё недолгое су- ществование, что фактически давало бы ей право на самобытие? Стоит так поставить вопрос и ответ получится довольно определён- ный:принципы социальной дифференциации и её основные законы, закон постепенного роста солидарных кругов и расширения идеи «ближнего», закон ускоряющегося темпа социального прогресса, закон социальной инерции Die Treue («закон запаздывания»), законы «социальной непрерывности и социальной наследственности», зако­ны, определяющие влияние числа на характер группы и т.д. и т.п. - все ' эти, как и множество других более или менее точных теорем, были выдвинуты и разрешены социологами. В настоящее время они стали основами почти любого сколько-нибудь значительного социального исследования. Стоит далее вспомнить ту весьма продуктивную транс- формацию, которую испытали и испытывают отдельные дисциплины при социологической трактовке вопроса.

Социология в России Х1Х-начала XX веков. Тексты / Под ред. В.И. Добренькова. - М., 1997. -С. 55-57; 77*80.

р. пэнто, м. гравитц

РАЗЛИЧНЫЕ ОТРАСЛИ СОЦИАЛЬНЫХ НАУК

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


социология ХРЕСТОМАТИЯ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации