Родригес А.М., Пономарев М.В. Новейшая история стран Европы и Америки. XX век. Часть 1. 1900-1945 - файл n1.docx

приобрести
Родригес А.М., Пономарев М.В. Новейшая история стран Европы и Америки. XX век. Часть 1. 1900-1945
скачать (1956.1 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.docx1957kb.12.09.2012 15:11скачать
Победи орков

Доступно в Google Play

n1.docx

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
§ 3. Международные отношения в межвоенный период
„ Первая мировая война принесла с собой неисчис-

Парижская ,

мирная конфе- лимые бедствия: только людские потери исчисля-ренция лись более чем 10 млн убитых и свыше 20 млн раненых и искалеченных. За время вЬйны в странах германского блока было мобилизовано свыше 25 млн человек, а в странах Антанты — свыше 48 млн человек. Для военных нужд использовались все материальные ресурсы воюющих держав. Невиданные расходы превратили в должников даже Францию и Великобританию. Одержав столь дорогую победу, страны Антанты приступили к определению судеб послевоенного мира.

В январе 1919 г. открылась Парижская (Версальская) мирная конференция для выработки мирных договоров с Германией и другими побежденными государствами. На конференции, в которой участвовали 27 государств, тон задавала так называемая «большая тройка» — премьер-министр Франции Ж. Клемансо, избранный председателем конференции, премьер-министр Великобритании Д. Ллойд-Джордж, президент США В. Вильсон. Показательно, что побежденные страны, как и Советская Россия, не были приглашены на конференцию. Конференция подготовила и приняла серию договоров и соглашений с побежденными странами, которые в совокупности сформировали послевоенный мировой порядок.

Центральное место в решениях Парижской конференции занял Версальский мирный договор с Германией, подписанный в Зеркальном зале Версальского дворца 28 июня 1919 г., т.е. в годовщину убийства в Сараево. Согласно статье 231 договора на Германию возлагалась вся ответственность за развязывание первой мировой войны. Поэтому большая часть условий договора носила характер «наказания агрессора» или была призвана за его счет компенсировать потери победителей. Германия обязывалась провести демилитаризацию Рейнской зоны, а левый берег Рейна занимали оккупационные войска Антанты. Область Эльзас—Лотарингия возвращалась под французский суверенитет. Германия уступала Франции также угольные копи Саарского бассейна, который на 15 лет переходил под управление Лиги наций. По истечении этого срока вопрос о будущем этой области предусматривалось решить путем плебисцита среди ее населения. Были закреплены статус нейтралитета Бельгии, а также переход к ней округов Эйпен, Мальмеди и Море-не,~полная независимость Люксембурга, который отныне выходил из состава Германского таможенного союза. На территории Шлезвиг-Гольштейна должен был быть организован плебисцит о дальнейшей судьбе этой территории^

Германия обязывалась также уважать независимость Австрии в границах, которые были установлены Сен-Жерменским мирным договором 1919 г., — тем самым создавалось препятствие для возможного объединения двух национальных немецких государств. Германия также признала независимость Чехословакии, граница которой проходила по линии старой границы между Австро-Венгрией и самой Германией. Признав полную независимость Польши, Германия отказывалась в ее пользу от части Верхней Силезии и Померании, а также от прав на город Данциг (Гданьск), включенный в таможенную границу Польши. Таким образом, с отделением Восточной Пруссии территория Германии оказалась рассечена на две части. Германия отказывалась от всех прав на территорию Ме-меля (нынешней Клайпеды), которая в 1923 г. была передана Литве. Германия признавала «независимость всех территорий, входивших в состав бывшей Российской империи к l.VIII.1914», т. е. к началу первой мировой войны. Она обязывалась также отменить Брестский договор 1918 г. и другие договоры, заключенные с Советским правительством.

Германия лишалась всех своих колоний. Исходя из признания виновности Германии в развязывании войны, в Версальский договор был включен ряд положений, предусматривающих демилитаризацию Германии, в том числе сокращение армии до 100 тыс. человек, запрет новейших видов вооружений и их производства.

Договор содержал также другие статьи и положения, фактически ограничивающие суверенитет Германии и регулирующие ее экономические, финансовые, торговые и иные отношения с другими государствами. Уже после окончания работы конференции предстояло определить Германии сумму репарационных выплат. В состав Версальского договора, равно как и всех остальных договоров, подготовленных Парижской конференцией, вошел устав Лиги наций. Однако сама Германия как виновница войны в эту международную организацию допущена не была.

За исключением нескольких стран, Версальский договор был подписан и ратифицирован подавляющим большинством участников мирной конференции. Под договором не поставил подпись Китай, тем самым выразив свое несогласие с его положениями о судьбе некоторых китайских территорий. Сенат США также не ратифицировал договор из-за нежелания вступить в Лигу наций, устав которой был составной частью Версальского мирного договора. Взамен него был заключен специальный американо-германский договор 1921 г., в который не были включены статьи о Лиге наций.

Версальский мирный договор в совокупности с другими договорами — Сен-Жерменским (1919), Нёйиским (1919), Трианонс-ким (1919) и Севрским (1923) — составили систему мирных договоров, известную под названием Версальской. Сен-Жерменский мирный договор, заключенный между странами Антанты и А5|стри-ей, по сути дела официально узаконивает распад Австро-Венгерской монархии и образование на ее обломках собственно Австрии и ряда новых независимых государств — Венгрии, Чехословакии и Королевства сербов, хорватов и словенцев, которое в 1929 г. было преобразовано в Югославию. С Италией был достигнет компромисс: она получила Триест, части Истры и Далмации, Верхнюю Адиджу. Но Вильсон отказался передать Италии Фиум, провинцию, внутренняя часть которой принадлежала Югославии, а портовый город Фиум, который был объявлен свободным городом, Италии. В целом, Италия осталась разочарованной действиями своих бывших союзников.

Нёйиский мирный договор, подписанный странами Антанты и Болгарией в ноябре 1919 г., предусматривал территориальные уступки Болгарии в пользу Румынии и Королевства сербов, хорватов и словенцев. Договор обязывал Болгарию сократить свои вооруженные силы до 20 тыс. чел. и возлагал на нее довольно обременительные репарации. Она лишалась также выхода к Эгейскому морю. Австрия, Венгрия и Болгария вместе с Германией также были объявлены виновниками развязывания мировой войны.

Трианоь^щй договор (по названию Трианонского дворца в Версале) был призван упорядочить отношения стран-победительниц с Венгрией. Он, как и Сен-Жерменский мирный договор, подводил черту под историей существования Австро-Венгерской монархии. По условиям договора Венгрия вынуждена была согласиться с передачей части своей территории ряду соседних стран. Так, Трансильвания с 1 млн 300 тыс. венгерского национального меньшинства перешла к Румынии, Темешвар был разделен между Румынией и Югославией, Рутения перешла к Чехословакии, а Хорватия — к Югославии. Иначе говоря, территория Венгрии сократилась со 109 тыс. кв. миль до 36 тыс. кв. миль.

Севрский мирный договор, заключенный между странами-победительницами и Турцией, узаконил распад и раздел Османской империи. Этот договор фактически был навязан Турции в условиях оккупации войсками Антанты ряда ее стратегически важных районов — Стамбула, зоны Черноморских проливов и Смирны (Измира), а также выступления греческих войск против турецких сил. По договору Турция лишалась всех своих колониальных владений — Сирии, Ливана, Палестины, Месопотамии, Аравийского полуострова, Египта и др. Однако победа кемалийской революции помешала полной реализации Севрского договора. Распространить на саму Турцию контроль Антанты не удалось. Отношейия с Турцией на более компромиссной основе окончательно урегулировала Лозаннская конференция 1923 г.
. '% Одним из важнейших результатов работы Париж-

лига нации , * тт

скои конференции стало образование Лиги нации.

Согласно уставу, она должна была способствовать развитию сотрудничества между всеми народами, гарантировать мир и безопасность. Создание Лиги наций стало первым шагом по формированию международного правового пространства, складыванию принципиально новой философии международных отношений. Лига наций явилась первой постоянной крупной международной организацией с секретариатом из международных гражданских служащих. Она была призвана заниматься разрешением вопросов, связанных с экономикой, разоружением и обеспечением коллективной безопасности. Под ее эгидой были созданы такие международные организации, как Всеобщий почтовый союз, Международная организация труда. Вместе с тем, под эгидой Лиги наций был оформлен миропорядок, отвечавший интересам именно стран-победительниц. Это в первую очередь выразилось в фактическом переделе колоний между этими странами. Была введена так называемая мандатная система, в рамках которой отдельным государствам предоставлялись мандаты на управление территориями, составлявшими раньше владения колониальных держав, потерпевших в войне поражение. Были учреждены три категории мандатов.

В первую категорию включались бывшие территории Османской империи, признание независимости которых допускалось в связи с достижением ими определенной степени независимости. Держава, получившая мандат на управление, сама определяла срок, когда подмандатная территория становилась способной на самоуправление. Во вторую категорию подпадали бывшие колонии Германии в Центральной Африке — Того и Камерун, которые не получили гарантий на получение независимости даже в отдаленном будущем. В третью категорию вошли бывшие германские колонии на Тихом океане, в Юго-Западной и Юго-Восточной Африке, которые практически превращались во владения стран-обладательниц мандатов (Японии, Австралии, Новой Зеландии и Южно-Африканского Союза). В сущности под прикрытием мандатной системы территории, ранее принадлежавшие Германии и Оттоманской империи, были переданы во владение странам-победительницам, и в первую очередь Великобритании и Франции.
По своему политическому характеру Лига наций представляла собой прежде всего европейскую организацию, несмотря на то что в ней участвовала группа латиноамериканских, несколько независимых или полунезависимых стран Азии и Африки, а также британские доминионы. Первоначально Статут Лиги наций подписали 44 государства, прежде всего страны-победительницы. Однако США, которые отказались ратифицировать Версальский мирный договор, не вошли в число ее членов. Вплоть до 1934 г. вне Лиги оставался и Советский Союз, который был отстранен от работы Версальской конференции и, соответственно, не был допущен к подписанию Версальского мирного договора. Бесспорное лидерство в руководящих органах Лиги наций принадлежало французской и британской дипломатии. В конечном счете Лига наций, несмотря на декларации ее руководителей, была призвана прежде всего поддерживать новую систему международных отношений, которая несла отпечаток межимпериалистического договора. Это стало причиной двойственности позиции Лиги наций по многим международным проблемам и ее реального бессилия в их разрешении. Вопреки уверениям архитекторов Лиги наций и Версальско-Вашингтонской системы, дипломатия лишь на словах стала публичной, но фактически руководствовалась традиционными принципами конфиденциальности и секретности.
та Важным свидетельством несовершенства создан -

Вашингтонская * 1 ^

конференция нои в Париже международной системы стала искусственная самоизоляция США. Версальский договор, в составлении и принятии которого президент США В.Вильсон сыграл большую роль, и те глобальные обязательства, которые

этот договор возлагал на Соединенные Штаты, не нашли понимания у значительной части американцев, в том числе у националистов, изоляционистов, регионалистов-сторонников буквалистского толкования так называемой «Доктрины Монро», сторонников протекционизма и др. При этом широко было распространено мнение, что Вильсона просто обвели вокруг пальца хитроумные европейские руководители, так что война принесла выгоды только англичанам и французам. С этой точки зрения наиболее важное значение имела боязнь того, что положения статьи 10 Устава Лиги наций могут вовлечь Соединенные Штаты в международные споры, не отвечающие их национальным интересам. Несмотря на отчаянные попытки Вильсона спасти свое детище, совершив пропагандистское турне по всей стране, договор в конечном счете был провален в сенате 19 марта 1920 г. (ратификацию договора поддержали 49 сенаторов, и 35 были «против», или, иначе говоря, он не получил необходимое по конституции большинство в 2/3 голосов). Соответственно США отвергли также Лигу наций.

Вместе с тем США не могли остаться в стороне от складывания нового мирового политического пространства. Примирить их позиции с бывшими союзниками должна была новая конференция, проходившая в столице США Вашингтоне в конце 1921 — начале 1922 г. На этой конференции был принят ряд решений, которые пересматривали или уточняли положения заключенных ранее договоров. США удалось добиться расторжения существовавшего с 1902 г. англо-японского союза и заключения договора четырех стран (США, Англии, Франции, Японии) по совместной защите их островных владений в Тихом океане. Был подписан договор девяти стран по китайскому вопросу, в соответствии с которым в Китае ликвидировались зоны влияния отдельных стран и вводился принцип «открытых дверей». Он предусматривал также возвращение Японией Китаю полуострова Шаньдун. На конференции также обсуждался вопрос об ограничении морских вооружений. В частности, были определены пропорции для развития военных флотов США, Великобритании, Франции, Италии и Японии (5:5:3:1,75: 1,75), ограничены максимальный тоннаж крупных военных судов и права на строительство военно-морских баз на Тихом океане восточнее 110-го меридиана.
Противоречия Созданная в Версале и Вашингтоне система до-Версальско- говоров зафиксировала соотношение сил между Вашингтонской великими державами, сложившееся в результа-системы те мировой войны. Версальский мир провозгласил начало новой эпохи без войн и насилия. Однако последующий ход событий продемонстрировал всю шаткость, непрочность

и недолговечность системы, закрепившей раскол мира на победителей и побежденных. Стремление ведущих империалистических держав встать во главе нового мирового порядка противоречило декларируемым их же правительствами принципам коллективной дипломатии, равноправия народов, права наций на самоопределение. Сохранение империалистического характера международных отношений вступало в противоречие с объективным процессом роста национально-освободительного и революционно-демократического движения в колониальных и зависимых странах. В самой Европе Версальская система легализовала процесс формирования независимых национальных государств, возникавших на обломках империй Романовых, Габсбургов, Гогенцоллернов. Народы этих стран впервые за долгое время получили возможность создания и развития национальной государственности. Вместе с тем новая государственно-политическая карта Европы отнюдь не везде совпадала с этнона-циональной картой. Версальская система, разделив германский народ границами нескольких государств, сформировав несколько многонациональных государств, заложила основу для развития сепаратистских движений, использования национального вопроса в политических целях. Очаги этнической напряженности сформировались на территории многонациональных Югославии и Чехословакии. Многие из новообразованных государств оказались сразу ввергнуты во взаимные распри, вызванные территориальными претензиями.

Важнейшие изъяны версальско-вашингтонской системы вытекали из противопоставления ей двух ослабленных, но потенциально очень влиятельных держав — России и Германии. Жесткая антироссийская позиция британского и французского правительств сформировалась уже после заключения Брест-Литовского мира. Представители Антанты обвиняли большевиков в предательстве и сепаратизме. Недовольству французов и англичан способствовало и то, что новый советский режим аннулировал все царские долги бывшим союзникам. Красный террор, развязанный большевиками в 1918 г., включая убийство царской семьи, убедил многих на Западе в необходимости изоляции большевистского режима. Дополнительным аргументом в поддержку этого убеждения стали арест ЧК в августе 1918 г. 200 английских и французских подданных, живших в то время в Москве, а также убийство британского морского атташе. Осенью того же года союзники установили блокаду России и прервали с ней все сохранявшиеся к тому времени отношения. На Парижской мирной конференции лидеры французской делегации Клемансо и маршал Фош, британский военный министр У. Черчилль решительно высказывались за создание санитарного кордона в Восточной Европе против предполагаемой большевистской экспансии. После проведения в Москве в марте 1919 г. первого конгресса Коминтерна большинство участников конференции высказались и за прямую поддержку антибольшевистских формирований на территории России и даже за начало интервенции.

Международная ситуация вокруг Советской России начала меняться после окончания в ней гражданской войны. Сохраняя в теории приверженность идее мировой революции и всячески предавая анафеме империализм западных стран, советские руководители осознавали необходимость установления с ними нормальных экономических и политических отношений в целях налаживания торговли, получения капиталов и технологий для восстановления народного хозяйства. Уже в ноябре 1920 г. Ленин удивил многих западных наблюдателей, объявив, что «мы вступили в новый период, в котором мы завоевали право на международное существование в окружении капиталистических стран». Прорывом дипломатической изоляции Советской России стал торговый договор с Великобританией, заключенный в 1921 г. Для других западных правительств также становилась очевидной целесообразность нормализации отношений с Россией.

В январе 1922 г. на Каннской конференции стран Антанты был принят план проведения широкого международного форума; к участию в котором впервые приглашались и делегации Советской России и стран, признанных виновниками первой мировой войны. По замыслу инициаторов такая конференция должна была стать символом новой эры в развитии международных отношений, подведя черту под послевоенным урегулированием и делением европейских стран на победителей и побежденных. Однако подлинного перелома в принципах внешней политики западных держав в действительности не произошло. Речь все еще шла о попытках укрепления Версальской системы через получение дополнительных гарантий от Германии и Советской России по выполнению этими странами обязательств перед Антантой. Такой план провалился. На конференции, прошедшей в Генуе в апреле—мае 1922 г., германская и советская делегации не только отклонили предложенные проекты, но и сумели достичь между собой договоренности о взаимном отказе от каких-либо экономических и политических претензий. Соответствующий договор был подписан в апреле 1922 г. в Рапалло.

В Германии оформление новой международной системы вызывало еще более болезненную реакцию, нежели в России. Последствия военного поражения усугубились потерей колониальных владений европейских территорий с мощным промышленным потенциалом и сырьевой базой. Немецкая нация оказалась раздроблена. В стране нарастал острейший социально-экономический и политический кризис. Слабые коалиционные правительства начала 20-х гг. могли маневрировать лишь на весьма узком пространстве. Они не могли открыто выступить против основных положений Версальа-кого договора, но фактически санкционировали разнузданную волну реваншизма и националистического экстремизма. Представление Версальского договора как «удара в спину», нанесенного в шаге от победы, стало мощным оружием фашиствующих группировок. Большое беспокойство в Германии вызывали попытки Франции создать новый антигерманский блок в Европе. Так, Бельгия отказалась от своего традиционного нейтралитета и в сентябре 1920 г. заключила военный союз с Францией. Франко-польский союз 1921 г. и франко-чехословацкая Антанта 1924 г. составили восточный противовес Германии.

Фатальные последствия для Германии мог иметь вопрос о репарационных выплатах победителям. Комиссия по репарациям, образованная еще на Парижской конференции, продолжала выработку общих принципов выплаты и определение итоговой суммы. На Конференции в Спа в июле 1920 г. Франция добилась выделения ей 52 % всех германских выплат. Великобритании отошли 22 %, Италии — 10 %, Бельгии — 8 %. На конференциях в Хайте, Булоне и Брюсселе Франция предъявила к Германии счет в общую сумму 230 млрд золотых марок, хотя англичане не без оснований предупреждали, что такая сумма далеко превышает возможности Германии. В 1921 г. на Лондонской конференции Франция и Великобритания вынудили Берлин согласиться на сумму 132 млрд золотых марок, которые подлежали оплате по 2 млрд марок в год плюс 26 % от общей стоимости всего германского экспорта. Отказавшись принять это разорительное решение, канцлер Германии К. Ференбах подал в отставку, а его преемник И. Вирт примирился лишь под угрозой оккупации Рурской области. Но становилось очевидно, что Германия не способна платить такую сумму. Попытки немецкой делегации добиться пересмотра решений репарационной комиссии на Генуэзской конференции не увенчались успехом. В конце 1922 г. новое немецкое правительство В. Куно решило бойкотировать выплаты репараций. В ответ 11 января 1923 г. французские и бельгийские войска начали оккупацию Рурского бассейна. Рурский кризис вызвал новую волну реваншизма в Германии. Авантюра французского правительства не принесла каких-либо позитивных результатов и стала поводом для политического кризиса в самой Франции. Выход из тупика удалось найти лишь в 1923—1924 гг. при самом активном участии английской и американской дипломатии.

Провал попыток переложить на Германию и Советскую Россию всю тяжесть расходов по послевоенному восстановлению оказался особенно болезненным для западных держав на фоне дальнейшего развития «турецкого вопроса». После отказа правительства М. Ке-маля соблюдать условия Севрского договора Франция попыталась создать антитурецкий блок и развязать новую войну. Но в военные действия удалось вовлечь лишь греческую армию. Ее наступление на Анкару было остановлено после победы турок в сражении на реке Сакарья 24 августа 1921 г. В сентябре разгром греческих войск был довершен взятием и практически полным уничтожением Смирны, а в октябре было подписано перемирие Турции со странами Антанты. Укрепившее свои позиции турецкое правительство заняло очень жесткую позицию по вопросу о заключении нового мирного договора и фактически сорвало посвященную этому конференцию, созванную в Лозанне в ноябре 1922 г. Лишь в апреле 1923 г. Лозаннская конференция возобновила свою работу. Западным державам пришлось признать полный суверенитет Турецкого государства. В свою очередь Турция отказалась в пользу Великобритании от Кипра, в пользу Италии — от Додеканесских островов, в пользу Греции — от ряда островов в Эгейском море, а также подтвердила отсутствие претензий на арабские территории.

Вслед за Турцией вызов лидерам Версальской системы бросила Италия. 31 августа 1923 г. после предварительной бомбардировки итальянские части захватили греческий остров Корфу. Поводом стало убийство на территории Греции группы итальянских офицеров, входивших в международную группу, изучавшую вопрос о демаркации греко-албанской границы. Захват острова носил демонстрационный характер. Правительство Муссолини требовало от Греции лишь выплаты компенсации, но использовало ситуацию для «укрепления» международного престижа своей страны. После проведения арбитража под эгидой Лиги наций (завершившегося в пользу Италии) Корфу был очищен.

Итак, на протяжении 1922—1923 годов Европа вновь оказалась втянутой в серию острых международных конфликтов и кризисов. Становилось очевидно, что требуется пересмотр самих принципов послевоенного урегулирования, создание системы безопасности и сотрудничества, способной преодолеть угрозу реваншизма и экспансионизма. В ведущих странах Запаса активизируются политические силы, стремящиеся к началу конструктивного диалога «победителей» и «побежденных». Поворотным моментом в этом отношении стал 1924 г., когда к власти во Франции пришло правительство Э. Эр-рио, а в Великобритании — Р. Макдональда.
Попытки преодоления конфронтационной логики
Пацифизм на " о

4 ^ международных отношении, заложенной в Вер-

мировои арене

сальскои системе, предпринимались под эгидой Лиги наций уже в 1922—1923 гг. Так, XIV резолюция, принятая Ассамблеей Лиги наций в сентябре 1922 г., предусматривала заключение между странами — членами Лиги наций договора о коллективной безопасности. В развитие этой идеи в 1923 г. предметом обсуждения стал проект договора о взаимной помощи. Однако возникли острые противоречия относительно механизмов и условий отпора потенциальному агрессору и оказания участниками договора взаимной помощи друг другу. Лишь после Рурского кризиса и прихода в 1924 г. во Франции и Великобритании к власти новых политических сил ситуация начала кардинально меняться.

Премьер-министр Франции Э. Эррио сформулировал пацифистские принципы мировой политики, которые должны были стать основой деятельности Лиги наций. Пацифизм рассматривался как глобальная, всеобъемлющая система международных отношений, основанная на равноправии всех стран и отказе от насилия как средства политики. Под эгидой Лиги наций должна была быть сформирована система коллективной безопасности, международного арбитража, обеспечен эффективный механизм разоружения. В развитие этих идей был подготовлен Женевский протокол о мирном разрешении международных споров. Согласно этому Протоколу, все государства обязывались передать спорные вопросы Постоянному органу (Court) Международного Суда. Любое государство, отказывающееся от такого арбитража, по самому этому факту рассматривалось бы как агрессор, и Совет Лиги наделялся правом налагать на это государство соответствующие санкции в случае одобрения большинством в 2/3 голосов. Однако в ходе переговоров 1924—1925 гг. проект договора о взаимной помощи и протокол о мирном разрешении международных споров были отвергнуты британской дипломатией. Правительство Великобритании рассматривало пацифистскую политику как создание системы равновесия и «разумного баланса сил» в Европе, но не глобального арбитражного механизма, усиливающего влияние наднациональных международных структур.

Первыми шагами на пути урегулирования спорных проблем, унаследованных от Версальской системы, и создания системы равновесия в Европе стало решение «русского» и «германского вопросов». В 1924 г. началась «полоса признания» СССР. Первым официальные дипломатические отношения с Советским Союзом установило британское лейбористское правительство Р. Макдональда. Тогда же дипломатические отношения с СССР установили Италия, Норвегия, Греция, Австрия, Швеция, чуть позднее — Дания и Франция. Важное значение имело расширение взаимоотношений СССР с неевропейскими странами — Мексикой, Китаем. Первым арабским государством, установившим официальные дипломатические отношения с СССР, стал Хиджас (с 1932 г. Объединенное королевство Хиджаса и некоторых других областей стало называться Саудовской Аравией). В 1925 г. эпоха дипломатической изоляции социалистического государства завершалась установлением дипломатических отношений СССР с Японией и США. Вслед за прорывом на «дипломатическом фронте» последовало значительное расширение взаимовыгодных экономических связей СССР с зарубежными странами. В то же время вплоть до первой половины 30-х годов. СССР не играл существенной роли в развитии системы международных отношений, в том числе не был принят в Лигу наций.

Поворот к конструктивному диалогу по «германскому вопросу» был связан с окончанием рурского кризиса и формированием международной комиссии под руководством американского экономиста Ч. Дауэса, призванной выработать комплекс мер по стабилизации экономического положения Германии. На Лондонской конференции, состоявшейся в июле—августе 1924 г., был принят так называемый «план Дауэса». В соответствии с ним Франция вынуждена была окончательно вывести свои воинские подразделения из Рурского бассейна, снять экономические санкции с Рейнской области и взять на себя обязательства более никогда не налагать на Германию санкции без единогласного согласия репарационной комиссии. Было также принято решение о создании международного контрольного механизма для проведения стабилизационных мероприятий в финансовой системе Германии, предоставлении Германии международного займа (800 млн марок). Более четко определялись источники репарационных выплат — преимущественно высокие косвенные налоги на предметы широкого потребления и, в значительно меньшей степени, на прибыли железных дорог и промышленности. Сумма ежегодных репарационных выплат значительно снижалась (без изменения общей суммы).

Важным шагом по формированию новой системы коллективной безопасности в Европе стало подписание комплекса Локарнских договоров в 1925 г. По условиям Рейнского гарантийного пакта Франция, Бельгия, Германия признавали нерушимость послевоенных границ, установленных Версальским мирным договором, и брали на себя гарантии неприкосновенности германо-бельгийской и германо-французской границ. Положения, касающиеся Рейнской области, гарантировались Великобританией и Италией, которые обязывались противодействовать любой стране, попытавшейся нарушить статус демилитаризованной зоны Рейнской области. При этом Локарнские договоры оставляли «открытым» вопрос о восточных границах Германии (прежде всего с Польшей и Чехословакией, в состав которых отошли территории с компактно проживающим немецким населением). Германия подписала соглашения о том, что все территориальные вопросы будут решаться в системе международного арбитража с участием Франции, Бельгии, Польши и Чехословакии. Тем самым участники конференции косвенно признали право немецкой нации на объединение, но попытались перевести решение этого вопроса в правовое русло. В Локарно было принято и решение о вступлении Германии в Лигу наций.
Многие участники Локарнской конференции рассматривали ее как начало реальной политической консолидации европейского континента. Большую роль в подготовке конференции сыграли сторонники паневропейского движения, в том числе первый известный идеолог паневропеизма австриец граф Кудерхове-Калерги. Именно ему принадлежит первенство в развернутом идеологическом обосновании проекта объединения стран Европы с единую политическую «унию от Португалии до Польши». Куденхове-Калер-ги исходил из признания того, что пришел конец исторической эпохе превосходства Европы. Более того, утверждал он, пришел конец господства самой белой расы. Но упадок Европы должен и может быть остановлен, чтобы предотвратить превращение континента в объект игры мировой политики. Европа, по мнению Куденхове-Калерги, «распространилась» по всему миру, что привело к возникновению нескольких новых «глобальных властных полей» с корнями в одной и той же культуре. Однако, вопреки этому успеху в культурной сфере, Европа в качестве политического единого целого не существует. Под «Пан-Европой» Куденхове-Калерги как раз и подразумевал обновленный и самостоятельный европейский союз, способный противостоять другим геополитическим полюсам — Америке, России, Британской империи и Восточной Азии.

Идеи Кудерхове-Калерги оказались исключительно своевременны. В поддержку паневропейской идеи высказались ведущие французские политики Э.Эррио и А.Бриан. В январе 1925 г. Эррио выступил с речью, в которой он сформулировал идею «Соединенных Штатов Европы», региональной международной организации под эгидой Лиги наций. Успех Локарнской конференции дал возможность приступить к реализации этой идеи. В 1926 г. в Вене под руководством А. Бриана состоялся первый Паневропейский конгресс. В его работе приняли участие такие известные в тот период политические и общественные деятели, как Э.Эррио, Л.Блюм, Э.Даладье и П.Бонкур (Франция), Я. Шахт, К. Вирт, А. Эйнштейн, Т. и Г. Манны (Германия), Ф.Ноэль-Блокер (Великобритания), З.Фрейд (Австрия) и др. Делегаты конгресса заявили о необходимости расширения экономического, таможенного, военного сотрудничества европейских стран при сохранении их государственного суверенитета. По аналогии с Лигой наций был образован Паневропейский союз с межгосударственными структурами: Федеральным Советом, Федеральным Судом, Федеральной Ассамблеей. Однако форсировать складывание такой широкой общеевропейской системы не удалось.

Прологом к новому этапу паневропейского движения стало подписание в 1928 г. так называемого пакта Бриана—Келлога (по имени инициаторов — А. Бриана и государственного секретаря США Ф. Келлога). Он содержал важные международно-правовые нормы, провозглашающие отказ от войны как средства урегулирования международных споров и необходимость разрешения любых споров мирными средствами. В разное время к пакту присоединились еще 48 государств, в том числе США, Франция, Великобритания, Германия, Япония, СССР. Развивая этот успех, Бриан обратился в сентябре 1929 г. к X сессии Ассамблеи Лиги наций с Меморандумом об основных принципах паневропейского процесса. Бриан рассматривал создание паневропейской системы как важнейшее условие «для установления мира, ликвидации того анархического состояния межгосударственных связей в Европе, при которых сохраняется возможность возникновения конфликтов». В отличие от первоначальных проектов акценты теперь переносились на экономическое сотрудничество, Бриан выдвинул идею «общего рынка» — системы тесного таможенного, финансового и производственного сотрудничества европейских стран. В развитие этих идей впоследствии был разработан проект «пакта об экономическом ненападении», представлявшем собой своеобразный вариант пацифистской политики в области экономического развития. Однако пан-европейские идеи встречали неоднозначную реакцию в странах континента. При полной поддержке проекта со стороны Югославии, Румынии, Болгарии, Чехословакии, Греции против выступили Великобритания, Нидерланды и Бельгия, опасавшиеся утраты «особых отношений» со своими колониями, Германия, связывавшая создание паневропейской системы с пересмотром Версальского договора, фашистская Италия, призывавшая к союзу «молодых наций» против «старой Европы».

Второй Паневропейский конгресс, прошедший в Базеле в 1932 г., продемонстрировал необходимость расширения базы движения. Конгресс провозгласил создание Европейской партии, призванной готовить основу для принятия политических решений по созданию Соединенных Штатов Европы. Но этот проект остался на бумаге — континент все более отчетливо раскалывался на противоборствующие группировки. Не увенчалась успехом и попытка Э. Эрио вновь перенести акцент паневропейского движения на проблемы создания системы коллективной безопасности. Посвященная этому вопросу Женевская конференция 1932 г. высказалась за создание «организации мира» в Европе — объединение европейских стран пактами о ненападении и взаимопомощи при нападении, а также предоставление всем участникам этой системы равного военно-правового статуса. Но реализация подобных проектов требовала единодушия со стороны ведущих держав континента. Между тем Европа в условиях глобального экономического кризиса все более явно оказывалась охвачена волной национализма, авторитаризма. Активизировались фашистские движения. Вновь резко возросли реваншистские настроения в Германии.

Пытаясь снизить накал подобных настроений, британская и французская дипломатия предприняла в начале 30-х гг. ряд новых шагов по «умиротворению» Германии. В соответствии с разработанным в 1929 г. «планом Юнга», Гаагская конференция 1930 г. приняла решение о сокращении суммы репарационных выплат до 113,9 млрд марок, снижении суммы ежегодных выплат, ликвидации механизмов международного контроля над финансовой системой Германии. В июне 1930 г. в соответствии с планом Юнга последние армейские подразделения союзников досрочно покинули Рейнскую область. На Лозанской конференции 1932 г. было принято решение о полном прекращении репарационных выплат, а в декабре 1932 г. в Женеве страны-участницы локарнских договоров подписали декларацию о признании равноправия Германии в военно-политических правах. Однако все эти меры оказались уже несвоевременны. Приход нацистов к власти в Германии в 1933 г. коренным образом изменил ситуацию на международной арене.
„ Обострение международной обстановки в начале

Образование ОА F J F D

новых очагов ^-х гг* первоначально коснулось Дальнего Восто-

международной В 1931—1933 гг. Япония захватила китайскую напряженности территорию — Маньчжурию. Лига наций уже 24 октября 1931 г. приняла резолюцию, обязывающую Японию вывести свои войска с оккупированных ею территорий. Но правительства великих держав не предприняли никаких реальных мер для принуждения агрессора к выполнению принятой резолюции. 18 февраля 1932 г. Япония объявила о создании на оккупированных территориях марионеточного государства Манчжоу-го, а в марте 1933 г. объявила о своем выходе из состава Лиги наций. В 1937 г. она снова начала войну против Китая, предприняв наступление в районе Тяньцзиня и Пекина. Правительство Чан Кайши, вовлеченное в тот период в военные действия с районами самого Китая, контролируемыми коммунистами, не смогло оказать Японским захватчикам сколько-нибудь серьезного сопротивления. Агрессивная японская политика начинала реально угрожать интересам СССР на Дальнем Востоке. В августе 1937 г. СССР заключил с

Китаем пакт о ненападении. Ситуация в регионе предельно обострилась с началом в 1938—1939 гг. военных действий между японскими и советскими войсками у реки Халхин-Гол и озера Хасан. Несмотря на полученный отпор, Япония продолжала политику территориальной экспансии. К осени 1939 г. японцы захватили большую часть прибрежного Китая вплоть до острова Хайнань на юге страны. Надеясь на то, что эти приобретения будут достаточны для создания «системы равновесия» на Дальнем Востоке, Великобритания фактически признала японские захваты в Китае по англо-японскому соглашению 1939 г. Ошибочность и пагубность подобной стратегии с еще большей очевидностью проявилась в Европе.

Уже в 20-х гг. очаг напряженности сложился на юге Европы. Итальянские фашисты,'пришедшие к власти в 1922 г., мечтали о воссоздании «великой латинской империи», призывали к объединению «молодых наций» в их борьбе против «старых». При этом Муссолини отнюдь не стремился к разрыву отношений с западными демократиями. Его демонстративная готовность соразмерять собственные экспансионистские планы с мнением «мирового сообщества», а точнее — ведущих держав Европы* проявилась уже во время итало-греческого конфликта 1923 г. Апеллируя тогда к арбитражу Лиги наций, итальянские фашисты надеялись на готовность британского и французского правительств санкционировать усиление позиций своего бывшего союзника в регионе Средиземноморья при условии ненарушения общего «баланса сил» в Европе. Такая тактика «конструктивной агрессии» оказалась эффективна. Она позволила Италии в 20-х гг. без каких-либо осложнений добиться установления протектората над Албанией. После провозглашения Албании в 1925 г. республикой в эту страну начался массированный экспорт итальянских капиталов, товаров, рабочей силы. По договору о дружбе и безопасности 1926 г. Италия становилась гарантом албанской безопасности и получала право контролировать отношения Албании с третьими странами. Годом позже был подписан и договор об оборонительном союзе двух стран. С конца 20-х гт. итальянская дипломатия начала поиск союзников в Юго-Восточной Европе. Торговый договор 1925 г. и договор о дружбе 1927 г. Италии с Венгрией позволили фактически ввести эту страну в орбиту итальянской политики. В 1928 г. был подписан итало-греческий договор о дружбе. В начале 1930-х гг. произошло сближение Италии с Болгарией.

Приход к власти нацистов в Германии в 1933 г. радикальным образом изменил ситуацию на международной арене. Во главе одного из влиятельнейших государств мира оказалась партия, проповедующая идеологию реваншизма, оголтелого национализма и расизма. Поставив перед собой цель воссоединения немецкой нации в границах единого Рейха (что означало коренную ревизию Версальского договора), нацисты в конечном счете стремились к развязыванию тотальной войны, формированию нового мирового порядка, основанного на расовой иерархии. Причем, в отличие от идеи мировой пролетарской революции, сохранявшейся в идеологической программе коммунистов скорее теоретически, нацисты рассматривали перспективы своей борьбы за мировое расовое господство как реальную и не имеющую альтернативы цель. Оценить фанатизм и иррационализм гитлеровцев руководители ведущих западных держав вовремя не сумели. Ш> традиции нацизм рассматрш вался французскими и британскими политиками как маргинальное движение, не имеющее широкой социальной базы и лишь паразитирующее на реваншистских настроениях. По их мнению, продолжение политики умиротворения, позитивное решение вопросов о репарациях и судьбе немецких меньшинств на территории других стран, равноправное участие Германии в деятельности Лиги наций могли лишить нацистов политической инициативы и, в конечном счете, власти. В июле 1933 г. в Риме был заключен пакт между Великобританией, Францией, Германией и Италией о сотрудничестве этих держав под эгидой Лиги наций. Ратификация этого договора была сорвана отказом гитлеровского режима участвовать в работе международной конференции по разоружению, а затем и выходом Германии из Лиги наций в октябре 1933 г. Тем не менее курс на умиротворение Германии в политике Великобритании и Франции сохранялся и впоследствии.

От активного противодействия нацистской угрозе воздержалась и американская дипломатия. Сразу после окончания первой мировой войны США объявили, что возвращаются к традиционной политике изоляционизма. Суть изоляционизма, провозглашенного руководителями этой страны уже при ее возникновении, состояла в отказе от активного участия в делах, происходящих за пределами Западного полушария. Хотя принцип изоляционизма никогда последовательно не осуществлялся, в те или иные периоды он оказывал существенное влияние на внешнюю политику США. И теперь, считая, что к событиям, происходящим в Европе, Соединенные Штаты не имеют никакого отношения, правящие круги Америки заявили, что они отныне не вмешиваются в европейские дела. Такая позиция нашла отражение в законе о нейтралитете, который был принят конгрессом США в конце августа 1935 г., а в 1937 г. расширен и превращен в постоянный закон. Этот закон предусматривал запрет на продажу американской стороной оружия, амуниции и военных материалов воюющим странам, не делая при этом различия между агрессором и жертвой агрессии. Запрещалось также предоставление воюющим государствам займов и кредитов. Естественно, что от этого закона пострадали прежде всего страны, подвергшиеся агрессии, поскольку они лишались возможности приобретать в США оружие и военные материалы в целях самообороны.
Иную позицию занял Советский Союз. В условиях постоянного роста фашистской угрозы в 30-х гт. СССР перешел от разоблачения социал-демократии, пацифизма и западного милитаризма к сотрудничеству со всеми антифашистскими силами, укреплению отношений с потенциальными союзниками и поддержке инициатив по разоружению. Главным девизом советской дипломатии стал лозунг коллективной безопасности, призванной обеспечить готовность всех миролюбивых стран дать отпор попытке любой державы начать войну. В 1933 г. СССР выдвинул предложение о юридическом определении агрессора, что создавало бы основания для международных санкций, а в сентябре 1934 г. Советский Союз вступил в Лигу наций. В 1934 г. советская дипломатия поддержала инициативу французского МИД о создании «Восточного Локарно» — договорного комплекса, призванного дополнить систему Рейнского гарантийного пакта. Эта идея принадлежала новому французскому министру иностранных дел Л. Барту, который активно поддержал принятие СССР в Лигу наций, испшьзовал все свое влияние для того, чтобы ускорить установление дипломатических отношений между СССР и Чехословакией, Румынией, преодолеть антисоветские настроения в Югославии. Однако после трагической гибели Барту от рук хорватских террористов в октябре 1934 г. позиция французской дипломатии стала более умеренной. 5 декабря 1934 г. были подписаны франко-советские соглашения, в соответствии с которыми обе стороны отказывались от дальнейших шагов по подготовке регионального восточноевропейского гарантийного комплекса. Его частично сменил подписанный в мае 1935 г. договор о взаимопомощи между Францией и СССР в случае нападения какой-либо третьей стороны. Однако договор не был дополнен военной конвенцией.

Большую тревогу растущая агрессивность Германии и ее территориальные претензии вызывали у стран Юго-Восточной Европы. Ориентируясь прежде всего на Великобританию и Францию, они в то же время предпринимали попытки консолидировать свои усилия по противодействию внешней угрозе. Сближение Греции, Румынии, Турции и Югославии, заинтересованных в сохранении статус-кво да Балканах, привело к заключению в 1934 г. союза, названного Балканской Антантой. Эта организация стала дополнением к Малой Антанте, существовавшей с начала 20-х гг. и объединявшей Чехословакию, Румынию и Югославию. При всей значимости этих шагов следует признать, что они могли существенно повлиять на развитие международной ситуации только в случае поддержки их со стороны великих держав. Всю уязвимость «малых стран» продемонстрировали события в Австрии. В июле 1934 г. австрийские нацисты предприняли попытку вооруженного путча в Вене. Их выступление было подавлено, но канцлер республики Дольфус был смертельно ранен. Лишь жесткие демарши со стороны Италии заставили Гитлера отказаться тогда от прямой агрессии.

Отношения фашистских режимов Италии и Австрии с нацистской Германией первоначально складывались более чем напряженно. Причиной тому были и серьезные идеологические расхождения между национал-социализмом и фашизмом, и негативная реакция Австрии и Италии на возможность аншлюса, которого безапелляционно требовал Гитлер. В августе 1933 г. австрийский и итальянский лидеры опубликовали совместное коммюнике о «полном согласии обеих сторон в вопросе о независимости Австрии». 17 марта 1934 г. был подписан итало-австро-венгерский пакт, гарантирующий статус-кво в регионе, в том числе неприкосновенность австрийских границ (так называемые «Римские протоколы»). На своей первой встрече с Гитлером в июне 1934 г. Муссолини попытался убедить фюрера в необходимости отказаться от планов аншлюса и был крайне разочарован и возмущен событиями в Вене, последовавшими менее чем через месяц. Узнав о гибели Дольфуса, он отдал приказ о передислокации трех итальянских дивизий к границе с Австрией. Именно этот шаг в большей степени, нежели дипломатические протесты Великобритании и Франции, заставили нацистов временно приостановить давление на Австрию.

В 1935 г. впервые сложились реальные условия для оформления антигитлеровского блока западных держав. После проведения в январе предусмотренного Версальским договором плебисцита в Сааре эта область, находившаяся ранее под управлением Лиги наций, перешла в состав Рейха. Одновременно, в нарушение статей Версальского договора, в Германии была введена всеобщая воинская повинность, все более открыто развертывалось массовое производство запрещенных договором тяжелых вооружений. Все это вызвало особенно большую тревогу французской дипломатии и ужесточение ее позиции по германскому вопросу. По инициативе Франции и при полной поддержке Италии в итальянском городе Стрезе 11 апреля 1935 г. открылась международная конференция по германскому вопросу. Ее участники выступили с осуждением одностороннего нарушения Версальского договора. Несмотря на то что принятые резолюции носили весьма общий характер, политическое значение конференции было исключительно велико. Франция продемонстрировала на ней свою готовность отойти от безусловного следования курсу умиротворения и присоединиться к жесткой позиции Италии. Одновременно Муссолини и французский премьер-министр Лаваль обсудили широкий спектр вопросов по разграничению сфер влияния в средиземноморском регионе.

Первые признаки складывания франко-итальянского альянса, с учетом большого влияния этих стран в Восточной Европе, чрезвычайно встревожили британскую дипломатию. Следуя традиционной политике «баланса сил», официальный Лондон предпринял шаги в сторону Германии. Большую роль при этом сыграла искусная демагогия Гитлера, который при неофициальных контактах с британскими политиками не скупился на обещания умерить свои притязания и выступить основным гарантом против возможной экспансии большевизма в Европе. Итогом стало подписание в июне 1935 г. сенсационного англо-германского договора о морских вооружениях. Согласно ему, между военными флотами Великобритании и Германии вводилось соотношение 100:35 (при равенстве по подводным лодкам). Британские политики рассматривали заключение этого соглашения как важный шаг на пути дальнейшего ограничения морских вооружений и своевременное дополнение к аналогичным статьям «Договора пяти» Вашингтонской конференции. Однако на практике нацистская Германия получила право на беспрепятственное расширение военно-морского строительства, так как существующая разница в уровне морских вооружений позволяла обеспечить работой все верфи Рейха на десять лет, не нарушив при этом «букву договора». «Фронт Стрезы» был разрушен, фактически и не сложившись. Характерно, что сразу же после подписания договора с Великобританией Гитлер отдал приказ о подготовке операции по вводу войск в демилитаризованную Рейнскую зону.

Пагубность британской стратегии стала особенно очевидна на протяжении следующих двух лет, когда произошло образование стратегического союза Италии и Германии. Поводом к такому неожиданному повороту событий стала агрессия Италии в Северо-Восточной Африке. Начало итальянской экспансии в этом регионе положила война с Турцией 1911 г. Благодаря победе в ней итальянцам удалось закрепить свое формальное право на Триполитанию и Киренаику. С 1913 г. эта территория стала называться Ливией. Но в период послевоенного кризиса в самой Италии население Ливии развернуло широкое национально-освободительное движение. Лишь после десяти лет борьбы с повстанцами итальянцам удалось закрепить контроль над этой колонией. Дальнейшее расширение колониальных владений в Африке для Италии оказалось затруднительным, поскольку этот континент преимущественно был уже «поделен». Единственном возможным объектом экспансии^-тавалась независимая Абиссиния (Эфиопия), которую Италия безуспешно пыталась завоевать в 1896 г. По свидетельству близких к Муссолини политиков идея захвата новой колонии появилась у него еще в 1932 г. При этом Муссолини не считал эту агрессию вызовом мировому сообществу — лидеры Лиги наций еще совсем недавно сами делили африканский континент на колониальные и зависимые территории. На протяжении 1934 г. итальянский лидер уже вполне откровенно заявлял о своих планах. На границах Абиссинии начались первые военные столкновения. Поскольку параллельно происходило сближение позиций итальянской и французской дипломатии по вопросам европейской безопасности и средиземноморской политики, Муссолини предполагал, что западные державы дадут Италии карт-бланш в отношении Абиссинии. 3 октября 1935 г. началось полномасштабное вторжение итальянских войск в эту страну. Кампания против плохо организованной и плохо вооруженной абиссинской армии была скоротечной и победоносной.

После начала абиссинской войны Великобритания решительно выступила в Лиге наций за пресечение агрессии. На фоне ее пассивного поведения в Европе такая жесткость выглядела необычно, но объяснялась вполне очевидным расчетом— не допустить дальнейшего франко-итальянского сближения и превращения Средиземноморья в зону монопольного влияния этих держав. Мощная антиитальянская кампания в Лиге наций, поддержанная европейской общественностью и демократической прессой, привела к принятию Советом Лиги санкций против агрессора — накладывалось эмбарго на экспорт оружия в Италию, замораживалось предоставление Италии займов и кредитов, прекращался экспорт итальянских товаров и сокращался импорт в-Италию. На ведение боевых действий такие санкции сколько-нибудь серьезного влияния оказать не могли. 5 мая 1936 г. итальянские войска захватили столицу Абиссинии Аддис-Абебу и тем самым завершили завоевание этой страны. Характерно, что 4 июля Лига наций постановила прекратить применение санкций, ссылаясь на то, что без военных мер они в такой ситуации недейственны, а использовать против Италии силу нецелесообразно ввиду угрозы европейской войны.
Дипломатическая игра Лондона оказалась на руку прежде всего Гитлеру. Чем большая напряженность возникала во взаимоотношениях Италии с лидерами Лиги наций, тем меньше шансов оставалось на сохранение дееспособного антигерманского блока в Западной Европе. Осознавая это, Гитлер санкционировал ввод 7 марта 1936 г. немецких войск в Рейнскую зону. Лига наций даже не сочла возможным осудить этот шаг, пойдя лишь на констатацию самого факта нарушения Версальского договора со стороны Германии. 21 марта 1936 г. Гитлер, выступая в Гамбурге, торжественно объявил о том, что «дух Версаля уничтожен». При этом Италия, оказавшись в дипломатической изоляции, была вынуждена искать поддержки у своего недавнего противника. В июле 1936 г. было достигнуто итало-германское соглашение о невмешательстве Италии во взаимоотношения Германии и Австрии. Вслед за этим состоялось и подписание австро-германского договора, формально закреплявшего государственный суверенитет Австрии, но по дополнительному секретному протоколу предполагавшего ввод в австрийское правительство прогерманских политиков, свободное распространение на территории Австрии газет Рейха, австро-германские «консультации» по вопросам внешней политики. В том же месяце состоялось еще одно событие, ускорившее складывание германо-итальянского блока, — в испанском городе Кадисе высадился лидер мятежных войск генерал Франко. В последующие два года Германия и Италия неизменно оказывали антиреспубликанским силам в Испании дипломатическую и материальную помощь. Вскоре германские и итальянские войска оказались втянуты и в военные действия на территории Испании.
Мир на пороге Официальное оформление германо-итальянского войны блока произошло после интенсивных переговоров в сентябре—октябре 1936 г. По их результатам 24 октября был подписан пакт об образовании «оси Берлин—Рим», согласно которому Германия признавала аннексию Абиссинии, а обе страны обязывались проводить общую линию в отношении войны в Испании. Спустя месяц, 25 ноября 1936 г. в Берлине было подписано соглашение Германии и Японии, получившее название Анти-коминтерновский пакт. Стороны, подписавшие пакт, обязывались информировать друг друга о деятельности Коминтерна и вести борьбу против него. Третьи страны приглашались присоединиться к пакту — «принять оборонительные меры в духе этого соглашения». В ноябре 1937 г. к Антикоминтерновскому пакту присоединилась Италия, а в декабре 1937 г. она вышла из состава Лиги наций. Таким образом сложился агрессивный блок трех держав, противопоставивших себя Лиге наций и тому международно-правовому порядку, который ею поддерживался. Каждая из трех держав лелеяла далеко идущие экспансионистские планы, реализация которых грозила развязыванием мировой войны. Постепенно в орбиту прогерманской политики попадали и многие восточноевропейские страны, в которых в 30-х гг. происходило формирование военноавторитарных диктатур. В дальнейшем к прогерманскому блоку присоединились Венгрия, Маньчжоу-го, Болгария, Финляндия, Румыния и др.

К концу 30-х гг. стало очевидно, что, встав на путь умиротворения, ведущие страны Запада распространили этот принцип на те страны, которые уже являлись потенциальными агрессорами. Тем не менее изменения стратегии Великобритании и Франции в этот ответственный период не произошло. Обе страны по сути молчаливо санкционировали аншлюс Австрии. 11 марта 1938 г. на территорию этой страны вошли германские войска. Австрийские земли вошли в состав Германской империи. Призывы СССР к жесткому отпору агрессору, вплоть до готовности к военным мерам, не получили поддержки. Высшим воплощением недальновидного курса на умиротворение явились решения Мюнхенской конференции, созванной в сентябре 1938 г. для урегулирования вопроса относительно германских претензий к Чехословакии. Руководители Германии, Италии, Франции и Великобритании — А. Гитлер, Б. Муссолини, Н. Чембер-лен и Э. Даладье — подписали так называемое мюнхенское соглашение, принуждающее Чехословакию уступить Германии Судетскую область, населенную немцами. Примечательно, что мнения самой Чехословакии никто не спрашивал. Более того, ее представитель даже не был приглашен на конференцию. Вновь, как и в период аншлюса, СССР выступил с жестким протестом против германской агрессии.
С весны 1939 г. Германия приступила к новой фазе перекройки политической карты Европы. Используя как повод активизацию сепаратистских движений в Чехословакии и ввод в Словакии военного положения, Германия объявила Чехословакию очагом «постоянных беспокойств и угрозы европейскому миру». Словацкий лидер И. Тисо был вызван в Берлин, где ему предложили заявить о немедленном отделении от Чехословакии. На следующий день словацкий сейм провозгласил самостоятельное и независимое Словацкое государство, которое 18 марта было взято под охрану германским Рейхом. Чехия была фактически аннексирована и включена в состав Германии в качестве протектората. 22 марта 1939 г. Германия под угрозой военного вторжения добилась также подписания договора с Литвой о передаче Рейху Клайпеды. С каждым месяцем усиливался дипломатический нажим на Польшу, требования о передаче Германии Данцига и путей через так называемый «польский коридор». В апреле 1939 г. Гитлером был денонсирован польско-германский договор о ненападении. Одновременно Германия расторгла и договор с Великобританией о морских вооружениях, а Италия начала военйую оккупацию Албании. 22 мая агрессивный германо-итальянский блок был скреплен новым союзным договором, получившим название Стальной пакт. Он содержал обязательства сторон о взаимопомощи и союзе в случае военных действий с любой третьей страной, договоренности о широком сотрудничестве в военной и военно-экономической сферах.

Резкое обострение международной обстановки в 1939 г. заставило руководство Великобритании и Франции пойти на дополнительные меры по укреплению европейской системы безопасности. В марте-апреле 1939 г. обе эти страны предоставили гарантии независимости Польше, Греции, Румынии и Турции. Активизировались и дипломатические контакты с СССР. Советское руководство уже 18 марта 1939 г., т.е. через три дня после вступления немецких войск в Прагу, выдвинуло предложение о немедленном созыве международного совещания с участием СССР, Великобритании и Франции. На протяжении последующих трех месяцев между правительствами этих трех стран происходили дипломатические консультации о возможности заключения договора о взаимопомощи в случае нападения на одну из них, а также оказании помощи другим европейским странам, подвергшимся агрессии. С конца июня этот вопрос стал предметом обсуждения и на прямых переговорах, начавшихся в Москве. Однако со стороны Великобритании и Франции они происходили лишь на уровне послов, а не глав правительств или дипломатических ведомств. Не проявляли западные державы особой активности и в ходе самих переговоров. Причина такой позиции заключалась в том, что Великобритания и Франция с достаточно большим недоверием относились к идее заключения любого договора, позволяющего Советскому^ Союзу значительно усилить военно-политическое влияние в Европе. Министр иностранных дел лорд Галифакс сформулировал задачу западной дипломатии на этих переговорах следующим образом: «Наша главная цель заключается в том, чтобы предотвратить установление Россией каких-либо связей с Германией». Лишь сообщение о начале советско-германских торговых переговоров в конце июля 1939 г. заставило Великобританию и Францию перейти от обсуждения политических вопросов к обсуждению военных. Но сам характер переговоров практически не изменился.

Еще менее конструктивную позицию в этот период заняла Польша. Не участвуя формально в московских переговорах, польское правительство оказалось одной из наиболее заинтересованных сторон. Польша рассматривалась не только как потенциальная жертва германской агрессии, но и как страна, через территорию которой в случае начала военных действий в Европе могли передислоцироваться советские войска. Без поддержки польской стороны любая военная конвенция СССР с Францией и Великобританией не имела практического смысла. Однако польское правительство отнюдь не торопилось с принятием внешней помощи. На протяжении предыдущих лет в Варшаве вынашивались планы сближения с Германией и вхождения в широкий прогерманский блок, который также мог бы включить Италию, Румынию, Венгрию и прибалтийские государства. В конечном счете Польша была готова даже принять участие в войне против СССР. Вплоть до начала 1939 г. германская дипломатия искусно подогревала такие настроения. Резкий поворот германской политики и выдвижение ультимативных территориальных претензий стало для польского правительства неожиданностью. Однако изменить прежние установки поляки вовремя не сумели^,Схожую позицию в тот же период занимала и Румыния.

Двойственная политика западных держав и открыто недружественная позиция восточноевропейских стран заставили советское правительство пойти на активизацию контактов с Германией. Основной целью становилось уже не предупреждение войны в Европе, а избежание угрозы складывания широкой антисоветской коалиции. Германская же дипломатия уже с мая 1939 г. демонстрировала готовность к нормализации отношений с СССР. Выбирая цель для первой полномасштабной военной кампании, Гитлер стремился избежать прямого столкновения с великими державами. В том, что руководство Великобритании и Франции не способно перейти к активным военным мерам противодействия агрессии, он был уверен. Поэтому главной задачей в ходе дипломатической подготовки войны стало сближение с СССР. 7 июля 1939 г. советскому правительству было передано предложение Германии предоставить СССР кредит в размере 200 млн марок для размещения в Германии советских заказов. В ходе последовавших в июле—августе советско-германских торговых переговоров обе стороны начали зондаж позиций друг друга по широкому спектру вопросов. Германия давала косвенные свидетельства своей готовности заключить договор о ненападении и даже согласовать принципы политики в отношении восточноевропейского региона. На позицию СССР повлиял не только фактический срыв переговоров с Великобританией и Францией, но и возникновение нового военного конфликта на Дальнем Востоке. В мае 1939 г. японские войска начали агрессию против Монгольской Народной Республики. В ходе ожесточенных боев у реки Халхин-Гол советской армии удалось разгромить противника. Но боевые действия продолжались на протяжении всего лета 1939 г. и завершились лишь в последних числах августа. Получив в такой ситуации официальное предложение Германии о заключении договора о ненападении, советское правительство ответило согласием.

Советско-германский пакт о ненападении был подписан 23 августа 1939 г. Обе стороны договаривались воздерживаться от нападения в отношении друг друга и не поддерживать ни одну из третьих стран в случае нападения ее на участника пакта. Все конфликты и споры между собой стороны обязывались решать мирным путем в ходе переговоров й: консультаций. Кроме того, был подписан и секретный дополнительный протокол, согласно которому «в случае территориальных и политических преобразований» в Восточной Европе обе стороны соглашались рассматривать северную границу Литвы, линию рек Нарев, Висла и Сан на территории Польши, западную границу Бессарабии как линию раздела сфер их влияния. Тот же протокол устанавливал, что «вопрос о желательности сохранения независимого Польского государства будет решен окончательно лишь ходом будущих политических событий». Таким образом, не имея возможности остановить германскую агрессию против Польши, СССР фактически санкционировал ее. Переход от политики создания системы коллективной безопасности к оформлению собственной сферы влияния в Восточной Европе и в будущем — к открытой территориальной экспансии свидетельствовал о коренном изменении внешнеполитической стратегии СССР. Глобальная война за передел политической карты мира стала неизбежной.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


§ 3. Международные отношения в межвоенный период
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации