Павленко Н.И. История России с древнейших времен до 1861 года. 2-е издание - файл n1.doc

приобрести
Павленко Н.И. История России с древнейших времен до 1861 года. 2-е издание
скачать (1082.4 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1083kb.09.09.2012 02:30скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26
Н. И. Павленко, И. Л. Андреев, В. Б. Кобрин, В. А. Федоров
ИСТОРИЯ РОССИИ
с древнейших времен
до 1861 года


Под редакцией Н. И. Павленко

Издание второе, исправленное


Рекомендовано
Министерством образования Российской Федерации
в качестве учебника для студентов вузов,
обучающихся по направлению и специальности «История»


Проф. Н. И. Павленко написаны введение, главы IV (текст о «Слове о полку Игореве»), VII (§ 3), VIII — XX; доцентом И. Л. Андреевым — вставки к главам I — V, главы VI, VII (§ 1,
2); проф. В. Б. Кобриным — главы I — V; проф. В. А. Федоровым — главы XXI — XXVI.
История России с древнейших времен до 1861 года: Учеб. для вузов / Н. И. Павленко, И. Л. Андреев, В. Б. Кобрин, В. А. Федоров; Под ред. Н. И. Павленко. — 2-е изд., испр. — М.: Высш. шк., 2001. — 560 с: карты. — Учебное издание.
В учебнике излагается история России с древнейших времен до 1861 г. Получили освещение основные проблемы социально-экономического и политического развития, вопросы истории культуры и быта в соответствии с представлением о них современной исторической науки.
Первое издание вышло в 1996 г.
Для студентов, преподавателей и всех интересующихся историей.

Тираж 10 000 экз. ISBN 5-06-003678-2.
УДК 947. ББК 63.3(2)4. И90.
Рецензенты: кандидат исторических наук, доцент В. В. Керов
(кафедра истории России Российского университета дружбы народов)
Редактор О. К. Смирнова. Художественный редактор
Ю. Э. Иванова. Художник В. Н. Хомяков. Технический редактор
Л. А. Овчинникова. Компьютерная верстка Г. А. Шестакова
Корректор В. А. Жилкина. Операторы М. Н. Паскарь,
Н. В. Хазраткулова.
ОГЛАВЛЕНИЕ:


Введение

Глава I. Первобытный строй в Восточной Европе и Сибири
§ 1. Хозяйственный и общественный строй первобытных племен
§ 2. Северное Причерноморье и степная зона Восточной Европы в I тысячелетии до н. э. — V — VI вв. н. э.

Глава II. Зарождение феодальных отношений
§ 1. Основные закономерности генезиса и развития феодального строя
§ 2. Восточные славяне в дофеодальный период
§ 3. Образование Древнерусского государства и его социальный и политический строй
§ 4. Принятие христианства
§ 5. Отношения Киевской Руси с ее соседями
§ 6. Культура, общественная мысль и быт Киевской Руси

Глава III. Удельный период
§ 1. Переход к удельному периоду, его предпосылки и причины
§ 2. Ростово-Суздальская земля в XI — XIII вв.
§ 3. Галицко-Волынская земля в XII — XIII вв.
§ 4. Новгородская феодальная республика в XII — XIII вв.
§ 5. Борьба русского народа против немецких, шведских и датских феодалов
§ 6. Нашествие Батыя. Установление монголо-татарского ига на Руси
§ 7. Культура русских земель в XII — XIII вв.

Глава IV. Борьба против ордынского ига. Объединение русских земель вокруг Москвы.
§ 1. Социально-экономический и политический строй Руси второй половины XIII — первой половины XV в.
§ 2. Начало объединения русских земель
§ 3. Великое княжество Литовское в XIII — первой половине XV в.
§ 4. Русь в конце XIV — первой половине XV в. Феодальная война
§ 5. Церковь во второй половине XIII — XV в.

Глава V. Единое Российское государство второй половины XV — XVI в.
§ 1. Завершение политического объединения Руси во второй половине XV — первой трети XVI в.
§ 2. Социально-экономический и политический строй Российского единого государства
§ 3. Внешняя политика России второй половины XV — первой трети XVI в.
§ 4. Внутренняя и внешняя политика 30 — 50-х годов XVI в.
§ 5. Внутренняя и внешняя политика 60-х — начала 80-х годов XVI в. Опричнина
§ 6. Культура и быт Руси второй половины XIV — XVI в.

Глава VI. Смутное время в начале XVII в.
§ 1. Московское государство в конце XVI — начале XVII в. Учреждение патриаршества
§ 2. Начало смуты. Авантюра Лжедмитрия I
§ 3. Восстание Болотникова
§ 4. «Тушинский вор»
§ 5. I и II ополчения. Освобождение Москвы

Глава VII. Российское государство при первом Романове
§ 1. Земский собор 1613 г. Избрание Романовых
§ 2. Завершение и последствия смуты
§ 3. Смоленская война

Глава VIII. Российское государство при Алексее Михайловиче
§ 1. Крепостное хозяйство и развитие крепостного права
§ 2. Возникновение мануфактур

Глава IX. Начало формирования абсолютизма
§ 1. Эволюция центрального и местного управления
§ 2. Дело патриарха Никона

Глава X. Социальные движения
§ 1. Городские восстания. Уложение 1649 г.
§ 2. Движение под предводительством С. Т. Разина
§ 3. Раскол в Русской православной церкви

Глава XI. Внешняя политика
§ 1. Воссоединение Украины с Россией и война с Речью Посполитой
§ 2. Русско-османские и русско-крымские отношения
§ 3. Освоение Сибири

Глава XII. Культура и быт
§ 1. Обмирщение русской культуры
§ 2. Быт

Глава XIII. Предпосылки и начало преобразований Петра Великого
§ 1. У истоков преобразований
§ 2. Начало борьбы за выход к Балтийскому морю
§ 3. Тяготы войны. Восстания в Астрахани и на Дону

Глава XIV. Оформление абсолютизма
§ 1. Вторжение Карла XII в Россию. Полтавская виктория
§ 2. Административные реформы
§ 3. Церковная реформа
§ 4. Внутренняя политика
§ 5. Окончание Северной войны и образование Российской империи

Глава XV. Преобразования в области культуры и быта
§ 1. Просвещение. Научные знания
§ 2. Литература. Искусство
§ 3. Дело царевича Алексея. Публицистика
§ 4. Новшества в быту

Глава XVI. Российская империя в 1725 — 1762 гг.
§ 1. Дворцовые перевороты
§ 2. Внутренняя политика в 1725 — 1762 гг.
§ 3. Церковь на службе государства
§ 4. Внешняя политика
§ 5. Культура России в 30 — 50-е годы XVIII в.

Глава XVII. Россия при Екатерине Великой
§ 1. Первые годы царствования
§ 2. Уложенная комиссия 1767 — 1768 гг.

Глава XVIII. Крестьянская война и ее последствия
§ 1. Канун крестьянской войны
§ 2. Крестьянская война под предводительством Е. И. Пугачева
§ 3. Внутренняя политика после крестьянской войны
§ 4. Церковная политика

Глава XIX. Внешняя политика
§ 1. Русско-турецкие войны
§ 2. Россия и революция во Франции. Разделы Речи Посполитой
§ 3. Внутренняя и внешняя политика Павла I

Глава XX. Культура и быт во второй половине XVIII в.
§ 1. Общественно-политическая мысль
§ 2. Просвещение и наука
§ 3. Литература и искусство
§ 4. Быт

Глава XXI. Социально-экономическое развитие России в первой половине XIX в.
§ 1. Территория, население и его социальная структура
§ 2. Кризис крепостничества
§ 3. Начало промышленного переворота
§ 4. Внутренняя и внешняя торговля

Глава XXII. Внутренняя и внешняя политика при Александре I
§ 1. Внутренняя политика в 1801 — 1812 гг.
§ 2. Войны с Ираном и Османской империей
§ 3. Участие России в антинаполеоновских коалициях 1805 — 1807 гг. Русско-шведская война 1808 — 1809 гг.
§ 4. Отечественная война 1812 г. Заграничный поход русской армии в 1813 — 1814 гг.
§ 5. Международное положение России и внутренняя политика в 1815 — 1825 гг.

Глава XXIII. Освободительное движение. Декабристы
§ 1. Формирование декабристской идеологии
§ 2. Союз спасения и Союз благоденствия
§ 3. Декабристские организации в 1821 — 1825 гг.
§ 4. Восстание декабристов

Глава XXIV. Внутренняя и внешняя политика при Николае I
§ 1. Внутренняя политика
§ 2. Основные направления внешней политики
§ 3. Восточный вопрос
§ 4. Россия и Кавказ в первой половине XIX в. Присоединение Казахстана
§ 5. Крымская война

Глава XXV. Освободительное движение и общественно-политическая мысль в России в 20 — 50-е годы XIX в.

§ 1. Кружки конца 20-х — начала 30-х годов
§ 2. Теория «официальной народности». Славянофилы и западники
§ 3. Формирование революционно-демократического направления русской общественной мысли

Глава XXVI. Русская православная церковь в первой половине XIX в.
§ 1. Управление церковью. Приходское духовенство
§ 2. Монастыри и монашество
§ 3. Система духовного образования
§ 4. Конфессиональная политика Александра I и Николая I

Глава XXVII. Культура и быт в первой половине XIX в.
§ 1. Особенности развития русской культуры
§ 2. Литература и искусство
§ 3. Просвещение. Наука и техника
§ 4. Изменения в быту

Хронология
Библиография


ВВЕДЕНИЕ


В настоящем учебнике прослежен исторический путь народов, населявших
нашу страну на протяжении первобытнообщинного и феодального строя. Он
показан с разной степенью полноты, обусловленной наличием или отсутствием
соответствующих источников, а также изученностью в исследованиях ученых.
Главная сквозная тема учебника — производительная деятельность
народных масс. Очень длительное время она протекала в малоблагоприятных
условиях — суровый климат, низкое плодородие почвы, огромные пространства,
которые можно было осваивать только лишь экстенсивным путем, чтобы
добывать необходимые средства к существованию, — все это замедляло
развитие производительных сил. Хотя географический фактор не является
определяющим, он тем не менее играет важную роль, особенно на ранних
этапах развития общества, когда зависимость человека от природы была
большей, чем в последующее время. Именно влияние географических условий
приводило к тому, что производительность труда в основной отрасли
хозяйства — земледелии — веками оставалась низкой. В районах
сосредоточения основной массы русского средневекового населения после
ордынского нашествия — в современном Нечерноземье — пашня давала
чрезвычайно низкие урожаи. Плодородные земли Дона, Кубани и Причерноморья
были пущены в достаточно ощутимый хозяйственный оборот только в конце
XVIII в.
Не способствовало интенсивному росту производительных сил и
отсутствие в определенный период морских путей сообщения, считавшихся в
средние века и новое время самыми дешевыми и удобными.
Наконец, неблагоприятное влияние на развитие страны оказало
монголо-татарское иго. На русский народ обрушился удар воинственных полчищ
Чингисхана, Батыя и других завоевателей. Нашествие принесло народам нашей
страны неисчислимые беды: цветущие города и села были превращены в
пепелища, на целые десятилетия исчезли многие виды ремесла, погибли или
оказались в плену сотни тысяч горожан и селян. Наступившее вслед за этим
иго два с половиной столетия иссушало душу русского народа и поглощало
плоды труда народных масс. Но и после его свержения русские и украинские
земли из года в год подвергались опустошительным набегам со стороны
осколка Золотой Орды — Крымского ханства. Набеги крымских феодалов на
южные уезды Русского государства в XVI — XVII вв. нанесли колоссальный
урон экономике и сопровождались потерями сотен тысяч людей, уводимых в
плен.
Совокупность перечисленных выше неблагоприятных условий задерживала
развитие производительных сил. В итоге Россия позже ряда стран Западной
Европы встала на путь капиталистического развития. Наши предки заслуживают
тем большего уважения, что они и в этой обстановке осваивали новые земли,
развивали ремесло, сохранили язык и культуру и подарили миру великих
ученых и поэтов, зодчих и живописцев, мыслителей и техников.
Развитие производительных сил от собирательства до многопольных
систем земледелия и от изготовления рубил до появления мануфактур и
фабричного производства с системой машин является важнейшей сквозной темой
учебника.
Следующая сквозная тема — рассмотрение процесса формирования
могущественного государства, от Киевской Руси до Российской империи, от
полунезависимых княжеств до многонациональной страны, объединившей
родственные русский, украинский и белорусский народы, а также другие
народности, от скромного по размерам Московского княжества до государства,
чьи границы простирались от Тихого океана до берегов Балтики и от
Ледовитого океана до Черного и Каспийского морей. В ходе длительного
процесса складывания государства русскому и другим народам нашей страны не
раз приходилось браться за оружие, чтобы отстоять свою независимость.
В средние века на суверенитет нашей Родины покушались шведские
феодалы и немецкие рыцари, монголо-татарские ханы и польские феодалы. В
новое время наша страна подверглась нападению двух агрессоров, вторгшихся
на ее территорию: шведского короля Карла XII и французского императора
Наполеона. Учебник повествует о славных страницах прошлого, о героизме и
жертвах, понесенных народами нашей страны в ходе борьбы за свою
независимость.
Третья сквозная тема — история социальных конфликтов, борьба
угнетенных против угнетателей. Долгое времяв историографии эта тема
освещалась односторонне, избегая сюжетов, не укладывающихся в сложившиеся
стереотипы.
Поскольку историки руководствовались известным высказыванием Маркса и
Энгельса о том, что история предшествующего общества есть история борьбы
классов, то игнорировался общеизвестный факт: антагонистические классы —
это не только противоположность и противостояние, но и единство, между
ними существуют определенные связи, взаимозависимость. Так, для
феодального общества характерно наличие патриархальных отношений;
обращали, например, внимание на изуверства Салтычихи и игнорировали
находящийся на поверхности факт непосредственной зависимости
благосостояния помещика от благосостояния крестьянина. Всякий
здравомыслящий помещик понимал, что разоренный крестьянин — непригодный
объект для извлечения из его хозяйства доходов, что такой крестьянин
становился для него обузой. Отсюда патернализм в их отношениях, оказание
помощи крестьянину в восстановлении хозяйства, порушенного стихийными
бедствиями и пожарами, осуществлявшейся либо самим помещиком, либо
понуждаемой к тому сельской общиной.
Второй изъян в освещении событий того времени относится к
крестьянским войнам. Он состоял в игнорировании их разбойного характера,
умалчивании грабежей и разрушений производительных сил. Не осуждались
убийства, жестокость, падение нравственных устоев, сопровождавшие
крестьянские войны. Кстати, некоторые историки насчитывают четыре
крестьянские войны, в то время как их было всего две; ни смута, ни
движение Булавина к крестьянским войнам не относятся.
Третий недостаток заключен в общей оценке крестьянских войн — на них
смотрели как на двигатель прогресса. На наш взгляд, ближе к истине был
Г. В. Плеханов, утверждавший, что крестьяне в этих войнах боролись не за
новые порядки, с которыми было сопряжено повышение уровня эксплуатации, а
за сохранение идеализированных ими старых устоев.
Наконец, предпринята попытка пересмотреть оценку движения
декабристов, преодолеть утвердившиеся в советской историографии
восхваление конституции П. Пестеля и негативное отношение к конституции
Н. Муравьева.
Четвертая сквозная тема — развитие государственности, прошедшее тоже
длительный путь от ее примитивных форм в виде княжеской администрации до
образования единого государства и создания высшей формы феодального
государства — абсолютной монархии.
Прежние догмы, как известно, решающую роль в изменении форм
государственности отводили экономике. Этому тезису придавали глобальный
характер, распространяли его на все страны, в том числе и на Россию. Между
тем поиски экономических предпосылок возникновения в России единого
государства оказались бесплодными: предпосылки отсутствовали, а единое
государство все же сложилось. Равным образом в стране отсутствовало
равновесие между дворянством и буржуазией, которое, согласно
марксистско-ленинскому учению, являлось условием возникновения
абсолютистского государства. Если быть точным, то в России в десятилетия,
когда формировался абсолютизм, буржуазии не было, а абсолютная монархия
все же сложилась.
Когда речь заходит об истории России, то следует иметь в виду, что
государство оказывало решающее воздействие на базисные явления: оно
создало сословия, оно же оформило крепостное право, сооружало крупные
предприятия, организовало цехи, Академию наук, университеты и т. д.
Огромная роль государства в истории страны была обусловлена ее
отсталостью, возникшей в результате неблагоприятных почвенно-климатических
условий. Только сильное государство способно было в известной мере
преодолевать отсталость и обеспечить суверенитет страны, мобилизовать
наличные ресурсы ее населения. Вместе с тем это же государство подавляло
личность, глушило инициативу во всех сферах жизни общества и тормозило
развитие гражданственности.
К сквозным темам относится и история культуры во всех ее
проявлениях — от иконописи до полотен Кипренского и Федотова, от «Слова о
полку Игореве» до поэзии Пушкина и Лермонтова, от зодчих, воздвигавших
храмы и крепостные стены, до архитекторов, создававших величественные
сооружения гражданского назначения.
В разделах учебника, посвященных культуре, прослеживаются этапы ее
освобождения от религиозных оков и проникновения в нее светского начала.
В число сквозных тем в учебник включена история церкви. В
предшествующих учебниках о церкви упоминали, когда речь шла о крещении
Руси и еще в двух-трех случаях. Между тем церковь играла громадную роль в
истории древней и средневековой Руси, она являлась могучим идеологическим
оружием и цементирующим фактором как в удельный период, так и в годы
борьбы с силами, покушавшимися на независимость нашей Родины. На
протяжении тысячелетнего существования России роль православной церкви
заметно изменилась: в борьбе со светской властью она из столетия в
столетие утрачивала свои позиции и в конечном счете превратилась в
служанку государства. Но и в столетия, когда церковь лишили экономической
мощи и монополии на идеологическое воздействие на массы, она пыталась
сохранять влияние на духовную жизнь общества.
Авторы сочли целесообразным включить в учебник седьмую сквозную
тему — быт. Необходимость этой темы продиктована стремлением вооружить
будущих учителей хотя бы элементарными сведениями об условиях повседневной
жизни различных слоев феодального общества.
Быт многопланов и разнообразен: быт жителей села существенно
отличается от быта горожан. Но и деревенский быт даже мелкопоместного
дворянина отличается от быта крестьянина. В жизни столицы отражен
городской уклад, но в каждой социальной прослойке складывались свои
традиции. Здесь задавал тон быт царского двора, определявшийся
интеллектом, вкусами и капризами государя или государыни; вельможи
подражали быту царского двора, за ними тянулось в меру своих материальных
возможностей столичное дворянство. Быт провинциального дворянства во
многих случаях мало чем отличался от быта «семьянистого» крестьянина:
различие состояло в том, что крестьянин добывал жизненные ресурсы
собственным трудом, а помещику получение этих ресурсов обеспечивало
крепостное право. Верхушка купечества стремилась не отстать от дворян. В
быту ремесленников, работных людей мануфактур и чиновников тоже можно
обнаружить свои особенности.
Мы столь подробно остановились на этих особенностях в связи с тем,
что далеко не все они достаточно подробно разработаны в научной
литературе, слабее всего — крестьянский быт.


Глава I

ПЕРВОБЫТНЫЙ СТРОЙ В ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЕ И СИБИРИ

§ 1. ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ПЕРВОБЫТНЫХ ПЛЕМЕН



Первой, древнейшей социально-экономической формацией был
первобытнообщинный строй. Он продолжался со времени становления человека
до перехода к классовому обществу и, следовательно, был наиболее
длительной в истории человечества эпохой, что обусловлено медленным темпом
развития общества на его первых этапах. Все стадии первобытнообщинного
строя объединяет коллективный характер производства и потребления,
вызванный тем, что производительные силы были еще весьма неразвиты. Именно
поэтому дальнейшее развитие производительных сил, переход от типично
первобытного потребляющего хозяйства к хозяйству производящему, разделение
труда (прежде всего выделение скотоводческих и земледельческих народов)
усложнило всю систему общественных отношений и в конечном итоге привело к
переходу к иным типам общественного развития.
Общепринято разделение первобытного общества на периоды по основным
материалам, которые использовались для изготовления орудий труда: каменный
век, энеолит (меднокаменный век) — переходный от каменных орудий к
металлическим, бронзовый век и ранний железный век. Эта периодизация,
естественно, не означает, что в каменном веке не изготавливали орудия из
дерева и кости, а в эпоху бронзы — из камня. Речь идет о преобладании того
или иного материала.
Каменный век, наиболее длительный в истории людей, принято делить на
палеолит — древний каменный век, мезолит — средний каменный век и неолит —
новый каменный век. В свою очередь палеолит делят на ранний (нижний) и
поздний (верхний). Иногда выделяют и период среднего палеолита.
Ранний палеолит — время становления человека.
Этот процесс — антропогенез — чрезвычайно длительный и сложный. Он
изучен еще далеко не до конца, у науки по этой проблеме накопилось больше
вопросов, чем ответов. Первыми предками человека, вступившими на путь
антропогенеза, были обезьяны-австралопитеки, ходившие уже на задних
конечностях, что высвобождало передние и тем самым создавало предпосылки
для трудовой деятельности.
Древнейшими людьми (архантропами) традиционно считали питекантропа
(обезьяночеловека) и синантропа (разновидность питекантропа, обнаруженная
в Китае), появившихся около миллиона лет тому назад. Однако в последние
десятилетия в Африке были обнаружены останки существ, живших 2 — 2,5 млн.
лет назад, ходивших на двух ногах, но с весьма примитивным строением руки
и с черепом, который по своим размерам и форме стоял ближе к черепам
человекообразных обезьян, а не людей. Тем не менее эти существа уже
изготавливали орудия труда из галек (они найдены на их стоянках). В науке
этот предок человека получил название Homo habilis (гомо габилис) —
человек умелый. Был ли он древнейшим представителем архантропов (и тогда
история человечества насчитывает более 2 млн. лет) или наиболее
прогрессивным видом австралопитека — предмет продолжающихся дискуссий.
В конце раннего палеолита (по другой классификации — в среднем), в
так называемую эпоху мустье (по одной из стоянок во Франции), около 100
тыс. лет тому назад возник неандертальский человек, или неандерталец,
названный так по первой находке в местности Неандерталь в Германии.
Впоследствии останки неандертальцев были обнаружены во многих частях
земного шара, в том числе и на территории Восточной Европы. Неандертальцев
причисляют уже к следующей ступени становления человека — к палеоантропам.
Они стоят значительно ближе к современным людям, чем архантропы, но тем не
менее у них еще сохранялось немало примитивных черт в строении черепа;
недостаточно гибкой и умелой была и рука.
Ранний палеолит — время первобытного человеческого стада. Стоянки
первобытного человека эпохи раннего палеолита обнаружены в Восточной
Европе (Украина, район р. Тиссы), на Кавказе (пещера Азых в Азербайджане,
Кударо I и III в Южной Осетии) и т. д. Севернее люди до появления
неандертальца, по-видимому, не продвинулись: на время раннего палеолита
приходится несколько крупных наступлений ледника — оледенений,
сопровождавшихся резким похолоданием. Для архантропов же было возможно
существование лишь в теплом климате, не требовавшем ни одежды, ни жилищ.
Неандертальцы распространились значительно шире. Их стоянки
обнаружены не только на Кавказе, в Крыму и в Средней Азии, но и в низовьях
Дона, в районе Волгограда. Высказываются предположения, что в конце
раннего палеолита появились примитивные жилища и одежда из шкур.
Отметим, что проблемы изучения расселения и адаптации древнего
человека — чрезвычайно сложные. На долю человека в антропогенный период
выпали тяжелые испытания. Оледенения, охватывающие огромные территории,
естественно влияли на заселение севера Евразии. Но выявить саму картину
продвижения могут только археологические данные, которые накапливаются
достаточно медленно. Кроме того, археология находится в прямой зависимости
от полноты знаний о самом древнем человеке — предмете изучения
антропологии, где также немало «белых пятен». В итоге только тесная связь
данных палеогеографии, палеоклиматологии, палеоботаники, палеонтологии и,
наконец, археологии, могут дать представление о миграции древних людей во
времени и пространстве.
Палеолитическое хозяйство было потребляющим. Основу его составляла
охота на крупных животных. Вероятно, на зверя устраивали облаву, что
требовало коллективных усилий всех членов первобытного стада. Загнанного
зверя добивали дубинами, камнями и копьями. Растительную пищу добывали,
собирая съедобные растения и выкапывая из земли корешки. Каменные орудия
использовали как для охоты (добивание животных, разделка туш), так и для
собирательства.
Уже архантропы использовали в готовом виде огонь (от лесных пожаров,
ударов молнии, извержений вулканов и т. п.) и поддерживали костры.
Неандертальцы, вероятно, уже научились добывать огонь. Это было огромное
завоевание человечества, важный шаг на пути выделения человека из природы.
Огонь дал людям защиту от холода, от диких зверей, уменьшил их зависимость
от климата. Появился очаг — символ человеческого жилища. Люди получили
возможность использовать жареную пищу, которая лучше усваивается
организмом. Еще большими были отдаленные последствия овладения огнем: без
него невозможны ни керамика, ни металлургия.
У неандертальцев, очевидно, появились уже первые зачатки религии.
Так, в пещере Тешик-Таш в Узбекистане вокруг покойника сделано окружение
из рогов горного козла. Встречаются захоронения, в которых тела умерших
ориентированы по линии восток — запад. Многие исследователи трактуют эти
факты как свидетельство существования примитивных погребальных обрядов,
зарождения представлений о противоположности жизни и смерти.
Переход от раннего палеолита к позднему (40 — 35 тыс. лет тому назад)
ознаменовался появлением человека современного вида — Homo sapiens) (гомо
сапиенс) — человек разумный. С его возникновением закончилась
биологическая эволюция человека, это был второй крупный скачок в
антропогенезе: от «предлюдей», архантропов и палеоантропов к людям.
В позднем палеолите возникает родовой строй. Основной ячейкой
человеческого общества стала родовая община с общей собственностью на
основные средства производства. Продукты охоты, рыболовства и
собирательства распределялись поровну между всеми членами рода. Авторитет
старейшин рода основывался не на принуждении, а на традиции, уважении к
опыту и умениям.
Люди позднего палеолита значительно усовершенствовали технику
изготовления каменных орудий: они стали более разнообразными, иногда
миниатюрными. Появились метательное копье и предшественник лука —
копьеметалка, что намного повысило эффективность охоты. Возникло
рыболовство: на стоянках этой эпохи неоднократно находили гарпуны и
остатки рыбы. Распространяются изделия из кости, в том числе иглы, что
свидетельствует о появлении шитой одежды. Если в конце раннего палеолита
появились первые примитивные жилища, то теперь люди уже строили землянки,
а иногда и целые поселки из нескольких жилищ. Человек научился
приспосабливаться к природе не биологически, а социально, защищаться от
холода при помощи жилища и одежды. Эти достижения позволили людям
значительно расширить пределы обитаемой части земного шара. Этому
способствовало и потепление, вызванное отступлением ледника. Стоянки людей
позднего палеолита находят уже повсеместно на территории Российской
Федерации, в том числе в Сибири, на Дальнем Востоке, близ Полярного круга.
В это время выделяются отдельные этнокультурные области: для тех или иных
групп стоянок оказываются характерными некоторые общие черты, отличающие
их от других.
Поздний палеолит — время возникновения искусства. На многих стоянках
находят женские статуэтки с подчеркнутыми признаками пола. Они
свидетельствуют о культе женщины-матери, прародительницы рода. В
большинстве общин, видимо, господствовал материнский род со счетом родства
по женской линии.
Палеолитическое искусство было связано с первобытными
религиозно-магическими представлениями, с попытками умилостивить силы
природы. Человек отождествлял тогда сам предмет и его изображение.
Вероятно, магическим целям служила и наскальная живопись, обнаруженная в
нескольких пещерах, в том числе и в нашей стране — в Каповой пещере в
Башкирии. В Каповой пещере смесью природной охры с животным клеем сделаны
изображения мамонтов, лошадей, носорога. Рисунки палеолитического человека
поражают своим реализмом и динамикой. Часто встречаются изображения копий,
пронзающих животных: человек, вероятно, надеялся таким путем добиться
успеха на охоте. В палеолите возникла также резьба по кости, появились
первые украшения.
В позднем палеолите уже, несомненно, существует религия,
прослеживается отчетливый погребальный обряд. В могилу порой клали
некоторые вещи, которыми покойник пользовался при жизни. В этом —
свидетельство возникновения представления о загробной жизни.
Таким образом, к концу палеолита человек научился не только добывать
огонь и есть несырую пищу, изготавливать сложные каменные и костяные
орудия, шить одежду, строить жилища, охотиться и ловить рыбу, но и жить
общественным строем с общественным сознанием и его важными формами —
искусством и религией. Однако человек еще не знал ни керамики, ни металла,
ни колеса, ни земледелия, ни скотоводства.
Важнейшим достижением следующей стадии каменного века — мезолита
(около XII — X тысячелетия до н. э. — VII — V тысячелетия до н. э.) стало
изобретение лука и стрел, что резко повысило производительность охоты.
Теперь наряду с охотой облавной возникла и индивидуальная, не только на
крупных стадных животных, но и на мелких. Появилась возможность создавать
запасы пищи.
В эпоху мезолита человек сделал первые шаги и в направлении
скотоводства. Началось приручение, а возможно, и одомашнивание животных.
Так, в мезолите уже появились собаки, первые домашние животные. Не
исключено, что в конце мезолита в отдельных районах были приручены свиньи,
козы, овцы.
Изменяется и техника изготовления каменных орудий. Широкое
распространение получают сложные миниатюрные каменные изделия — микролиты.
Часть микролитов служила наконечниками для стрел, часть — сменными
лезвиями-вкладышами, вставлявшимися в оправы. Развитие микролитической
вкладышевой техники позволило сделать орудия труда более
специализированными.
Появившиеся в эпоху позднего палеолита этнокультурные области в
мезолите выделяются более отчетливо, хотя в силу примитивности
общественной и хозяйственной жизни общее в быту людей еще преобладало над
особенным. Только в следующую эпоху — в неолите — появляются резкие
отличия в жизни разных групп людей, проявившиеся в возможности выделять
археологические культуры.
Археологическими культурами принято называть совокупности памятников,
которые относятся к одной территории и эпохе (или, по крайней мере,
синхронно изменяются) и имеют общие особенности — в формах общественной
жизни, в орудиях труда, жилищах, погребальном обряде, орнаменте и т. д.
Обычно (хотя и не всегда) археологическая культура в той или иной степени
соответствует этнической общности — группе родственных племен или
позднее — народу.
Переход к неолиту и его продолжительность в разных районах Евразии
существенно отличались друг от друга. Раньше всего он начался в Средней
Азии в VII — VI тысячелетиях до н. э. и продолжался до IV тысячелетия до
н. э. В лесной зоне России неолит продлился еще около двух тысяч лет, до
II тысячелетия до н. э. В этом сказалась неравномерность развития разных
регионов, связанная в первую очередь с природными условиями: теплый климат
и плодородная почва создавали благоприятные условия для развития
хозяйства.
В эпоху неолита начался переход к производящему хозяйству. Именно
тогда зародились скотоводство и земледелие, хотя охота и собирательство
все еще оставались основными источниками существования в большинстве
неолитических общин. Возникновение производящего хозяйства — одно из
оснований для того, чтобы говорить о неолитической революции. Древнейшая
земледельческая культура на территории бывшего СССР — джейтунская на юге
Туркмении — относится к VII — VI тысячелетиям до н. э. Скотоводческие
племена в эпоху неолита еще не выделились, хотя использование домашнего
скота характерно для многих культур той эпохи.
В неолите Происходит еще ряд важнейших изменений, характерных для
неолитической революции. Меняется ассортимент каменных орудий. Так, топор,
появившийся еще в мезолите, становится теперь основным орудием труда. Он
позволил осваивать лесные пространства, строить шалаши и хижины. Наряду с
прежней техникой изготовления орудий появляются во многих местах пиление
(оно давало возможность использовать те породы камня, которые не дают
отщепов), шлифование, уменьшающее силу трения и увеличивающее
производительность орудия, сверление, благодаря которому орудия можно было
не только привязывать к рукояти, но и насаживать на нее. Появились
принципиально новые материалы. Так, в неолите было освоено изготовление
керамики, еще лепной, без гончарного круга. Обожженная глина — первый
искусственный материал, не полученный в готовом виде, а созданный
человеком. Глиняная посуда дала человеку возможность готовить жидкую пищу
и хранить запасы. Керамика — главное достижение материальной культуры
неолита, но наряду с нею появился еще один искусственный материал — ткань.
Человек освоил в неолите ткачество, давшее ему одежду не только из
звериных шкур. В неолите же была изобретена лодка и тем самым было
положено начало судоходству. Первобытный челн — первое транспортное
средство человечества.
Для неолита характерен развитый родоплеменной строй, создаются
крупные объединения родов — племена, нередко начинает выделяться племенная
верхушка, встречаются погребения вождей, отличающиеся богатством
инвентаря.
Из образовавшихся племен постоянно выделяются новые. Причина этого
явления — быстрый рост и подвижность неолитического населения. Хозяйство
было экстенсивным, требовало больших просторов, а потому часто возникало
относительное перенаселение. Это разделение племен ведет к дальнейшей
дифференциации этнических общностей.
Существенная черта неолита — появление межплеменных связей и обмена.
Экзотические раковины, изделия из нефрита и других самоцветов можно
встретить подчас далеко от их месторождений.
Подлинным переворотом в истории человечества было освоение металла.
Переход к нему был долгим, сложным и не одновременным. Освоение металла
стало возможным только на основе уже возникшего производящего хозяйства,
при наличии некоторых, хотя бы минимальных избытков продуктов питания,
чтобы часть времени можно было посвятить изготовлению металлических
изделий. Именно поэтому древние кузнечное дело и металлургия зародились в
первую очередь в южных областях, где благодаря хорошим природным условиям
раньше развивалось земледелие.
Первым металлом, использованным человеком, была медь. Сначала из нее
изготовляли орудия труда и украшения методом холодной ковки, которой этот
сравнительно мягкий металл легко поддается. Разумеется, эта медь не была
химически чистой: в природных месторождениях медь, как правило, содержит
определенные примеси — мышьяк, сурьму и т. д. Но это еще не искусственные
сплавы, освоение которых было делом будущего. Эпоху, когда уже применяются
металлические орудия, но еще не появилась металлургия сплавов, принято
называть энеолитом, медно-каменным веком. В названии его подчеркнут тот
факт, что в этот период изделия из металлов не только не вытеснили
каменных орудий, но даже были редки по сравнению с ними.
Появление медных орудий активизировало обмен между племенами, ибо
месторождения меди весьма неравномерно распределены по земному шару.
Многие племена, использовавшие металл, жили далеко от его источников.
Постоянный обмен приводил к существенным сдвигам в отношениях в
первобытных обществах. Замкнутость древней неолитической общины в энеолите
значительно уменьшается. Из металлургических центров — к ним можно отнести
и Кавказ — двигались разносчики металла. Таким образом племена, которые
жили вблизи месторождений, получали дополнительные источники обогащения.
В лесостепной зоне, на территории Украины и Молдавии, в III
тысячелетии до н. э. господствовала триполъская культура. Система
земледелия здесь была экстенсивной, что сильно истощало почву. На позднем
этапе (рубеж III — II тысячелетий до н. э.) трипольцы перешли к
пастушескому скотоводству. В погребениях поздней трипольской эпохи уже
находят следы имущественного неравенства. Металл трипольцы получали в
основном из прикарпатских месторождений.
В степной зоне в энеолите жили пастушеские племена, которые по их
погребальному обряду принято относить к древнеямной культурно-исторической
области. Более экстенсивный, чем у земледельцев, характер хозяйства толкал
эти племена на усиленные передвижения. Как и многие другие пастушеские
народы, они были воинственными. Главными их противниками были
соседи-трипольцы, которых им в конечном счете удалось вытеснить.
Развитие общественных отношений в период энеолита стало предпосылкой
для перехода к бронзовому веку. Орудия из бронзы — сплава меди с оловом
или другими добавками — значительно тверже и острее, чем медные. Бронзовый
век на Древнем Востоке привел к образованию первых классовых обществ и
государств. В Европе же продолжал господствовать первобытнообщинный строй.
Появление бронзовых орудий способствовало разложению этого строя, но еще
не означало немедленного перехода к классовым отношениям во всех районах.
Если в Средней Азии в бронзовом веке продолжались традиции
предшествующих энеолитических культур, то на Кавказе переход к бронзе
привел к серьезным изменениям в общественных отношениях. Это хорошо видно
на примере майкопской культуры (II тысячелетие до н. э.). Племена
Северного Кавказа, поддерживавшие тесные экономические и культурные связи
с наиболее развитыми в то время районами Передней Азии, особенно с
древними цивилизациями Двуречья, знали уже не только имущественную
дифференциацию, но и выделение родоплеменной верхушки. Об этом
свидетельствует раскопанный под Майкопом курган племенного вождя. Власть
покойного подчеркнута высотой кургана — более 10 м. На вождя надето
облачение, украшенное десятками золотых бляшек с изображениями, ожерелья и
бусы из золота, серебра и драгоценных камней, происходящих из Средней
Азии, Ирана и Малой Азии. На голове у погребенного была золотая корона
также переднеазиатского происхождения. Серебряные трубки поддерживали
погребальный балдахин, украшенный статуэтками из золота и серебра.
В эпоху бронзы степную зону занимали земледельческо-скотоводческие
племена катакомбной и срубной культур. В лесной зоне были более
распространены охота и рыболовство; однако и здесь, в Волго-Окском
междуречье, жили оседлые скотоводы фатьяновцы, а восточнее них, в
Поволжье — племена абашевцев, знавшие и скотоводство и земледелие.
В бронзовом веке большинство племен занималось одновременно
скотоводством и земледелием, однако зачастую тот или другой тип хозяйства
был преобладающим. Это вело в конечном итоге к первому крупному
общественному разделению труда — явлению, имеющему по своим последствиям в
истории поистине революционное значение.
В бронзовом веке в Европейской части России началось формирование
племенных союзов. В I тысячелетии до н. э. появляются первые железные
орудия. Связанное с ними резкое повышение производительности труда
существенно изменило всю структуру общественных отношений. Возникли
экономические предпосылки для эксплуатации человека, межплеменной и
родовой дифференциации. Наступивший железный век уже неразрывен с кризисом
родоплеменного строя, с переходом к его последней форме общественного
устройства — военной демократии.
Наиболее развитые культуры раннего железного века известны на
территориях России и преимущественно Украины уже в I тысячелетии до н. э.
в Причерноморье: они оставлены киммерийцами, скифами, сарматами. В лесной
зоне, в Волго-Окском междуречье, с VII в. до н. э. и до начала — середины
I тысячелетия н. э. жили скотоводческие племена дьяковской культуры. Они
знали и земледелие, но использовали его главным образом для заготовки
кормов. Восточнее дьяковцев в Поволжье жили близкие к ним племена
городецкой культуры, в Приуралье в VII — I вв. до н. э. — ананьинцы,
занимавшиеся земледелием, скотоводством и охотой. Если скифы и сарматы
переживали в железном веке разложение родового строя и переход к
классовому обществу, то у племен лесной зоны появление железных орудий не
привело к столь быстрым переменам в социальных отношениях; они оставались
на стадии родового строя.
В лесостепной зоне в середине — второй половине I тысячелетия до
н. э. и первой половине I тысячелетия н. э. существовал ряд племен,
оставивших археологические культуры, в которых преобладают погребения с
трупосожжениями, хотя встречаются и трупоположения. Их нередко объединяли
под общим названием культур полей погребения (сейчас это название
применяется реже). Среди них можно назвать зарубинецкую и черняховскую
культуры. Черняховцы, жившие в Нижнем Приднепровье в первой половине I
тысячелетия н. э., применяли уже плужное земледелие, у них были широко
развиты кузнечное и бронзолитейное дело. Керамику черняховцы изготовляли
на гончарном круге, что свидетельствует об отделении ремесла от
земледелия — втором общественном разделении труда, о начале разложения
родового строя и перехода к классовому обществу. Эти племена имели связи
со многими народами. В их поселениях и погребениях находят много римских
вещей, что свидетельствует о широких контактах племен Черняховской
культуры.
Ареал распространения зарубинецкой культуры — территория Среднего и
отчасти Верхнего Приднепровья. Для этой культуры характерны бескурганные
могильники. Основное занятие — земледелие и скотоводство при широком
распространении охоты и рыболовства. Орудия труда — железные, тогда как
бронза использовалась для изготовления всякого рода украшений.
Таким образом, в эпоху железа значительно отчетливее, чем в
предшествующее время, проявляется неравномерность развития разных обществ.
На территории России, СНГ сосуществовали племена, находившиеся на разных
стадиях развития. В эпоху железа — начала разложения родоплеменного строя
стали складываться и основные этнические общности, охватывающие территорию
бывшего Советского Союза.
Проблемы происхождения народов, этнических общностей всегда
принадлежат к числу наиболее сложных, редко поддающихся однозначному
решению. Начало складывания этнической общности, как правило, относится к
весьма отдаленным эпохам первобытнообщинного строя, когда еще не появилась
письменность. Поэтому исследователь почти лишен возможности судить о
языке, на котором говорили племена, оставившие археологические памятники.
Язык же служит одним из наиболее существенных признаков этнической
общности. Следует иметь также в виду многочисленные миграции племен и
народов, смешивание их, процессы взаимной ассимиляции. При изучении
этногенетических проблем необходимо учитывать данные целого ряда смежных
научных дисциплин — археологии, лингвистики, антропологии и т. д. У нас
практически нет в распоряжении материала для того, чтобы судить о языковой
и этнической принадлежности племен эпохи каменного века и отчасти энеолита
и бронзы, живших на территории бывшего СССР. Мы можем лишь говорить о
существовании определенных этнических групп или этнокультурных областей.
Чтобы дальнейшее изложение было понятно, ниже приводятся справочные
сведения о классификации языков: лингвистическая классификация легла в
основу этнической. Все языки делят на большие семьи, связанные общим
происхождением и подразделяющиеся на группы родственных языков. Внутри
групп иногда выделяют ветви, некоторые же языки не входят в группы. В
настоящем перечне называются лишь наиболее крупные языки, «мертвые» языки
указываются в скобках после «живых».


И н д о е в р о п е й с к а я  с е м ь я

Славянская группа: восточнославянская ветвь — русский,
украинский, бело русский, [древнерусский]; западнославянская —
польский, чешский, сло вацкий; южнославянская — болгарский,
македонский, сербско-хорватский, [старославянский].
Балтийская группа: латышский, литовский, [прусский].
Германская группа: восточногерманская ветвь — [готский];
западногерманская — немецкий, английский, фламандский;
северогерманская — датский, норвежский, шведский.
Романская группа: итальянский, испанский, молдавский,
португальский, румынский, французский, [латинский].
Иранская группа: афганский, иранский, осетинский, таджикский,
[бактрийский, мидийский, парфянский, скифский, хореэмийский].
Вне групп: албанский, армянский, греческий, [древнегреческий].

У р а л о-с а м о д и й с к а я  с е м ь я

Самодийская группа: ненецкий и другие языки народов Севера.
Финно-угорская группа: финская ветвь — карельский, финский,
эстонский, коми, марийский, мордовский, удмуртский; угорская —
венгерский, мансийский, хантский.

А л т а й с к а я  с е м ь я

Тюркская группа: азербайджанский, алтайский, балкарский,
башкирский, ка захский, каракалпакский, карачаевский, кумыкский,
ногайский, татарский, тувинский, турецкий, туркменский, узбекский,
уйгурский, хакасский, чу вашский, якутский, [болгарский
волжско-камский, гуннский, печенежский, половецкий, хазарский].
Монгольская группа: бурятский, калмыкский, монгольский.
Тунгусо-маньчжурская группа: маньчжурский, нанайский,
эвенкийский.

К а в к а з с к а я  с е м ь я

Картвельская группа: грузинский.
Адыго-абхазская группа: абхазский, адыгские языки.
Чечено-дагестанская группа: ингушский, чеченский, а также
аварский, даргинский и другие языки народов Дагестана.


Хотя достоверных данных для определения этносов периода неолита и
энеолита у нас нет, некоторые сведения все же удалось получить благодаря
анализу географических названий. На территории Волго-Окского междуречья
имеется большое количество рек, названия которых (Клязьма, Вязьма,
Кинешма, Кесьма) кончаются на -жма, -сьма, -зьма и т. п. Ни из
индоевропейских, ни из финно-угорских языков объяснить эти названия
невозможно. Но вместе с тем распространение этих топонимов совпадает с
зоной памятников лъяловской археологической культуры эпохи неолита (III —
II тысячелетия до н. э.). Названия же других рек региона связаны с
угро-финскими и самодийскими народами. Видимо, в позднем неолите и начале
бронзового века ими была освоена Восточная Сибирь. В дальнейшем они начали
продвижение в Приуралье, в Прикамье и далее на запад. Уж в неолите
угро-финские племена занимали Восточную Прибалтику, а в середине III
тысячелетия до н. э. распространились по всей лесной полосе Поволжья и
Волго-Окского междуречья. С угро-финскими племенами связаны дьяковская,
Городецкая, ананьинская и некоторые другие археологические культуры
раннего железного века.
Вместе с тем основная часть Восточной Европы была издавна заселена
индоевропейцами. Так, предполагают индоевропейское происхождение у племен,
оставивших ряд археологических культур, объединенных общим названием
культур шнуровой керамики (из них в лесной зоне жили уже упоминавшиеся
выше фатьяновцы). Племена шнуровой керамики связаны с будущими балтами,
германцами и славянами. В Прибалтике наряду с угро-финскими племенами
издавна появились племена балтов.
Другая группа индоевропейцев — племена, говорившие на иранских
языках, со времен энеолита заселяли степную зону. Несомненно,
ираноязычными были племена срубной культуры. Генетическая связь срубной
культуры с древнеямной заставляет предполагать ираноязычность и
древнеямной культуры эпохи энеолита. На иранских языках во II тысячелетии
до н. э. говорили и многочисленные племена Средней Азии, Казахстана,
Сибири (даже в низовьях Иртыша и Оби). Ираноязычные племена жили в Южной
Сибири вплоть до начала нашей эры. Наследниками племен срубной культуры
были киммерийцы, скифы, сарматы.
Прародиной тюркских народов являются степи Центральной Азии. В конце
бронзового и начале железного века они начинают проникать на север, в
Сибирь и на запад, к Уралу, в Среднюю Азию и на Кавказ. Однако
значительное расширение ареала обитания тюркских племен относится к
временам гуннского нашествия и Аварского каганата.
Сложен вопрос об этнической принадлежности культур полей погребения —
милоградской, зарубинецкой, Черняховской. Многие авторы полагают, что это
культуры пра- или протославянские. Так, например, милоградскую культуру
сопоставляют с названными Геродотом в качестве соседей скифов-пахарей
неврами, которых некоторые ученые также считали предками славян. Но точка
зрения о праславянском характере культур полей погребения не является
единственной и может на нынешнем уровне изучения вопроса рассматриваться
лишь как одна из гипотез. Так, относительно зарубинецкой культуры
выдвигается предположение о ее балтском характере, что связано также с
большим количеством балтских топонимов в ареале ее распространения.
Племена, оставившие памятники Черняховской культуры, принадлежали, по
мнению большинства исследователей, к разным этническим общностям. На это
указывают различия внутри Черняховской культуры в керамике, в погребальном
обряде, в формах жилищ. Считают, что в составе черняховцев были даки (одно
из древних индоевропейских племен), скифы и сарматы, готы (германское
племя, жившее на южном побережье Балтийского моря, которое в конце II в.
н. э. начало движение на юг и в первой половине III в. заняло Северное
Причерноморье), а также венеды (славяне). Черняховскую культуру связывают
с образовавшимся в первой половине I тысячелетия н. э. готским союзом
племен, а общность ее памятников во многом обусловлена культурным влиянием
Римской империи.
Особую этногенетическую область представляет собой Кавказ, где горная
местность препятствовала большим передвижениям племен. Народы Кавказа в
основном автохтоны, т. е. являются исконным населением этих мест, хотя
подчас в результате нашествий завоевателей менялась его языковая
принадлежность.
Таким образом, в железном веке, последнем периоде первобытнообщинного
строя, началось складывание этнической карты нашей страны. Дальнейшие ее
изменения были связаны как со славянской колонизацией Восточной Европы,
так и с вторжениями кочевников, начиная с гуннов и кончая полчищами
Чингисхана и Батыя.


§ 2. СЕВЕРНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ И СТЕПНАЯ ЗОНА ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ
в I тысячелетии до н. э. — V — VI вв. н. э.

На обширных территориях Восточной Европы неравномерность
исторического развития нашла свое выражение в том, что одновременно с
племенами, жившими родовым строем, существовали племена, вступившие в
период военной демократии. Связано это было не только с благоприятными
природно-климатическими условиями и переходом к более производительным
формам хозяйствования, но и с тесными контактами с античной цивилизацией,
социальное устройство и культура которой неизмеримо превосходила
варварский мир. Последний не выдерживал этого взаимодействия и быстро
утрачивал прежнюю родовую монолитность, основанную на общности
хозяйствования и распределения.
Одними из первых в Восточной Европе с античным миром столкнулись
племена, которым античные авторы дали общее название скифов. Произошло это
около VII в. до н. э. Именно с этого времени началась колонизация греками
Северного Причерноморья. Вынужденная эмиграция свободных горожан из Греции
была вызвана возникающим там относительным перенаселением и острой
социальной борьбой. Как правило, новый город основывался выходцами из
какого-то одного полиса (города-государства) Греции и сохранял тесные
связи со своей «метрополией», хотя и был независимым. Греки создавали свои
колонии в населенных местах, где они могли получить от местных жителей
рабов и продовольствие, найти рынок сбыта для греческих товаров. Племенная
знать покупала у греков дорогие украшения, керамику, оливковое масло,
вино, платя золотом, хлебом и рабами.
Первое греческое поселение возникло на острове Березань вблизи
Днепро-Бугского лимана во второй половине VII в. до н. э. В VI в. до н. э.
выходцы из греческого города Милета (в Малой Азии) основали неподалеку от
него, на берегу лимана, город Ольвию (Счастливая). Это был классический
греческий полис с демократическим устройством (разумеется, политическими
правами пользовались только свободные, рабовладельцы). Правили городом
выбранные на народном собрании архонты. Вокруг города находилась
земледельческая территория — хора.
В земледельческих поселениях в окрестностях Ольвии жили
эллинизированные скифы — эллино-скифы, как называет их Геродот, или
«миксэллины», т. е. полуэллины. Некоторые скифы селились в самом городе,
занимаясь ремеслом. В 331 г. до н. э., когда Ольвию осаждал полководец
Александра Македонского Зопирион, скифы помогли городу отстоять
независимость. Для объединения сил при отпоре врагу были частично
освобождены рабы и даны права гражданства иностранцам, в том числе,
вероятно, скифам, жившим в Ольвии.
Демократической рабовладельческой республикой был и Херсонес
Таврический (на территории нынешнего Севастополя), основанный около 422 —
421 гг. до н. э. Херсонесу принадлежала значительная часть прибрежного
Крыма, где были многочисленные усадьбы и земельные участки. Там велось
зерновое хозяйство, возделывались виноград и садовые культуры. Рабы были
основной производительной силой как в ремесле, так и в сельском хозяйстве.
Отношения Херсонеса с коренным населением Крымского полуострова —
таврами — складывались сложно. У тавров еще не выделилась племенная знать,
и они поэтому не были заинтересованы в обмене с греками, которые к тому же
вытесняли их с их территории. С таврами и жившими в степях кочевыми
скифами Херсонес вел постоянные войны. Город был укреплен, много
укрепленных поселений встречалось и рядом с Херсонесом.
Вокруг основанного в первой половине VI в. до н. э. Пантикапея
(ныне — Керчь) возникло Боспорское государство (Боспором Киммерийским
греки называли Керченский пролив). Боспорское государство было
первоначально объединением самостоятельных городов (среди них — Танаис в
устье Дона, Фанагория на Таманском полуострове и т. д.). В дальнейшем
Боспору подчинилась также Феодосия и некоторые другие города. С самого
начала для Боспорского государства была характерна твердая центральная
власть. В начале V в. до н. э. должность архонта стала здесь
наследственной. Архонт Спарток III (304 — 284 гг. до н. э.) стал уже
именовать себя царем. С этого времени можно говорить о Боспорском царстве.
Дальнейшие судьбы рабовладельческих городов-государств Причерноморья
можно понять, только обратившись к истории коренного населения
причерноморских степей.
На рубеже II — I тысячелетий до н. э. здесь жили кочевники, которых
греческие историки называют киммерийцами. Киммерийский союз племен был
побежден в VIII — VII вв. до н. э. скифами, родственными среднеазиатским
сакам и массагетам. Трудно сказать, был ли скифский союз племен единым по
языку, но большинство скифов, видимо, говорило на языке иранской группы.
Геродот выделяет у скифов три основные группы: царских скифов, живших в
низовьях Днепра и Дона, считавшихся верхушкой союза племен,
скифов-пахарей, живших в причерноморских степях и, возможно, в лесостепной
зоне на территории нынешней Украины, скифов-кочевников, обитавших на
правобережье Дона. В конце VI в. до н. э. скифы успешно отразили попытку
персидского царя Дария I завоевать Причерноморье. Вскоре, на рубеже V —
IV вв. до н. э., у скифов появляются классы и возникает раннеклассовое
государство во главе с царями. Это сильное в военном отношении государство
сумело противостоять войскам Александра Македонского. У скифов развиваются
ремесла (в том числе металлургия), торговля, архитектура. В огромных,
достигающих высоты семиэтажного дома курганах (так называемых царских)
захоронена верхушка скифской знати вместе с женами, слугами, лошадьми. В
курганах найдены выдающиеся произведения скифского и античного искусства.
С III в. до н. э. Скифское царство испытывает натиск сарматов (или
правильнее — савроматов), родственных скифам кочевых племен, живших в
степях бассейнов Волги и Дона и в Южном Приуралье. Сарматы во II — I вв.
до н. э. завоевали значительную часть территории Скифии. В руках скифов
остается Крым, где создается новое царство со столицей в Неаполе Скифском
на берегу Салгира. К этому времени скифская верхушка была значительно
эллинизирована. Скифские цари стремились подчинить себе и греческие
города-государства Причерноморья. Царь Скилур на какое-то время завоевал
Ольвию.
Наступление скифов побуждало греческие колонии к объединению. Так,
Херсонес заключил союз с Боспорским царством. В самом же Боспорском
царстве в 107 г. до н. э. вспыхнуло восстание рабов, главным образом
скифов, во главе с дворцовым рабом Савмаком. Ему удалось даже захватить на
короткий срок царский престол. Восстание подавил понтийский царь
Митридат VI Евпатор, присоединив заодно Боспор к своему царству. Удалось
ему подчинить себе и Херсонес. Этому государству Митридат помог в войне со
скифами и таврами. Он даже захватил и разгромил Неаполь Скифский. Все
Северное Причерноморье вошло в состав Понтийского царства. Однако Митридат
вскоре погиб в борьбе с Римом, а его сын и наследник Фарнак II (свергший
отца с престола) признал было зависимость от Рима. Впрочем, он снова
вступил в войну с Римом, но был разбит Юлием Цезарем и затем погиб.
Боспорское царство попало в зависимость от Рима и потеряло Херсонес.
В III в. н. э. Боспору удалось освободиться от власти Рима, но в
конце IV в. н. э. царство пало под ударами кочевников гуннов. Гибель
Боспора была лишь одним из моментов общего процесса упадка античных
рабовладельческих государств в Причерноморье. Этому упадку способствовали
не только внешние причины, но и кризис рабовладельческой системы
хозяйства, вошедшей в противоречие с развитием производительных сил.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26


Н. И. Павленко, И. Л. Андреев, В. Б. Кобрин, В. А. Федоров
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации