Грегори Р.Л. Разумный глаз - файл n1.doc

приобрести
Грегори Р.Л. Разумный глаз
скачать (787.1 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1571kb.27.05.2005 17:14скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


Рис.96. Ранние зарисовки Сатурна, сделанные Тевелиусом. По-видимому, и он неверно интерпретировал свои ретинальные изображения

о мире — а мы полагаем, что запасенные представления явля­ются основным звеном всякой перцепции, то не следует слиш­ком удивляться и тому, что отображение трехмерного простран­ства возникло уже в поздней истории развития искусства, когда

151

6. Рисование, на плоскости



Рис. 97. Серия фотографий, показывающих кольца Сатурна в разны, курсах. Для нас уразуметь то, что показано на фотографиях, не составляет труде to такли это было бы легко, если бы мы не знали, что Сатурн — шар, опоясанный тонким

плоским кольцом?

152

6. Рисование на плоскости

Рис. 98. Зарисовка туманности М-51, сделанная Тершелем в середине де­вятнадцатого столетия



Рис. 99. Та же туманность М-51, за­рисованная Россом, который открыл, что она имеет спиральную форму

Рис. 100. Современная фотография той же туманности М-51, получен­ная на обсерватории Маунт Вилсон при помощи 100-дюймового телеско­па. По-видимому, в этой фотографии достаточно информации для выработ­ки правильной перцептивной гипоте­зы даже при отсутствии каких-либо предварительных знаний у наблюда­теля. Отсюда ясно, как важно полу­чить достаточные и по возможности

недвусмысленные данные для того, чтобы увидеть нечто правильно, равно как и для того, чтобы выдвинуть и проверить хорошую научную гипотезу. Это осо­бенно важно в тех случаях, когда истина кажется невероятной, как это было, например, с Тершелем, современники которого понятия не имели о существовании спиральных туманностей



153

6. Рисование на плоскости

появилась необходимость использовать рисунок для технических нужд, то есть когда картины использовались скорее как инстру­менты, чем как самостоятельные ценности.

Описание уникальных вещей плохо поддается не только сред­ствам живописи, но и словесному выражению, потому что в обо­их случаях точная передача сообщения требует, чтобы «прием­ник» и «передатчик» владели сходными объект-гипотезами. И если можно говорить о языке живописи, то это скорее язык поэзии, чем прозы.

Рисование в трехмерном пространстве

Попробуем теперь извлечь пользу из тех сведений, что мы получили при исследовании восприятия объектов, изображен­ных на картинах. Главное, что мы узнали о картинах, сводится к следующему: как перспективные, так и неперспективные про­екции предметов чрезвычайно мало подходят для того, чтобы ясно и недвусмысленно передавать трехмерную структуру объек­тов.

Для художников в этом нет ничего неожиданного, поскольку они слишком хорошо знакомы со всеми трудностями и ограниче­ниями техники изображения трехмерных предметов на плоскости. Леонардо да Винчи писал:

«Натуру, рассматриваемую двумя глазами, невозможно пе­редать на картине так, чтобы и там она видна была с равной выпуклостью, хотя бы линии, свет, тени и цвет переданы были совершенно в точности».

Леонардо, правда, не догадывался о том, что разные позиции наблюдения, занимаемые в пространстве двумя глазами (от чего и возникает так называемая «диспаратность» ретинальных изо­бражений), совмещаются затем в мозгу, после чего и ощущается стереоскопическая глубина. Первый намек на понимание этого появился удивительно поздно — в «Трактате об оптике», изданном Джозефом Гаррисом в 1775 году. Гаррис подошел к пониманию основы стереозрения. Он писал:

155

7. Рисование в трехмерном пространстве

«И при помощи параллакса, образующегося за счет рас­стояния между глазами, мы можем различать, помимо передней стороны, еще и разные части боковых сторон предмета... а это дает нам видимый рельеф такого пред­мета, помогая различить его и отделить от плоскости, в которой он лежит. Так, нос тем более выделяется, чем больше мы видим его с обеих сторон лица одновременно!»

Гаррисявно имеет в виду реальность, а не двойные искусствен­ные картины, поскольку в то время стереоскопа еще не существо­вало; даже в течение следующих пятидесяти лет никто не видел стереокартин.

Стереоскоп был изобретен английским физиком Чарлзом Уит-стоном, скорее всего, в 1833 году; описание стереоскопа автор опубликовал в 1838 году. Идея была прекрасна в своей простоте;



Рис, 101. Стереоэффект, достигаемый скашиванием глаз к носу; усилить конвергенцию помогает булавка

156

7. Рисование в трехмерном пространстве



Рис. 102. Зеркальный стереоскоп Уитстона. Картины, составляющие стереопару,

могут быть достаточно большими, так как зеркала делают ненужной сильную

конвергенцию (утомляющую глаза наблюдателя)

берутся две картинки, по-разному изображающие один и тот же предмет: на одной картинке предмет показан так, как его видит правый глаз, на другой - так, как видит левый; затем человеку од­новременно показывают эту пару картинок, но так, чтобы каждую из них видел только один глаз. Результаты, полученные Уитсто-ном, оказались поразительными. Даже обыкновенные штриховые рисунки, без всяких оттенков или иных намеков на глубину, вос­принимались в четком и несомненном рельефе. Линии рисунков ясно выступали из плоскости, как будто совершенно не находились в ней. Говоря современным языком, Уитстон полностью устранил парадокс картин, одним-единственным приемом отделив картину

от ее фона.

В середине девятнадцатого столетия было разработано не­сколько типов стереоскопа. Но зачем, собственно, нужен какой бы то ни было аппарат? Почему бы не дать наблюдателю попросту пару соответствующих картин, так чтобы каждая была видна лишь одному глазу? Ответ заключается в следующем: во-первых, боль­шинству людей лишь с очень большим трудом удается сохранять параллельное направление зрительных осей при взгляде на близ-

157

7. Рисование в трехмерном пространстве

кие предметы, так как всегда есть сильное стремление свести оси обоих глаз к одной точке — конвергировать к близкому предме­ту; во-вторых, картинки пришлось бы делать очень маленькими. Второе объясняется тем, что трудно усилить аккомодацию бо­лее чем на 4 диоптрии, соответственно расстоянию до рисунков (25 сантиметров) ''; учитывая, что расстояние между глазами всего около 6 сантиметров, приходится делать картинки маленькими, иначе они наложатся одна на другую, когда зрительные оси станут параллельными. Некоторым людям удается, однако, видеть стерео-картинки крест-накрест (при резко усиленной конвергенции, как это показано на рис. 101). Так что рассматривание стереокартин без аппаратуры возможно, но это утомительно и не дает хорошего стереоэффекта.

Уитстон применил пару зеркал, каждое из которых повернуто под утлом 45 градусов к зрительной оси одного глаза, так что картинки располагаются по сторонам (рис. 102). Дэвид Брустер в 1849 году изобрел другую систему стереоскопии — с использова­нием линз. Картинки невелики, линзы их увеличивают; к системе добавлены отклоняющие стекла-призмы, что позволяет раздвинуть центры картинок на расстояние, превышающее базис, но не ме­шает при этом одновременно рассматривать их и сливать воедино (рис. 103). Инструмент Брустера гораздо компактней зеркального стереоскопа и лучше подходит для использования фотографиче­ских изображений. Он вошел в обиход викторианских гостиных в пятидесятых годах XIX века, когда дагерротипы стали широко известны. В сущности, стереоскопия появилась почти одновре­менно с фотографией, и, хотя к концу столетия она утратила свою популярность (за исключением сферы научного использования), сегодня она снова возрождается.

Фотоаппараты для стереосъемки достать не очень трудно. Такой аппарат — это обычная фотокамера в варианте «сиамские близнецы»: две линзы в одном теле с катушкой 35-миллиметровой

*' В оптике используется как линейное, так и диоптрийное исчисление рас­стояний; между обоими имеется простая (обратная) связь: расстоянию 1 метр соответствует 1 диоптрия, расстоянию ОД метра — 10 диоптрий и т.д. — Прим. перев.

158

7. Рисование в трехмерном пространстве



Рис. 103. Линзовый стереоскоп Брустера

пленки. Каждая линза дает такую картинку, какую получил бы глаз, расположенный в той же точке. Рассматривать картинки можно либо в ручном стереоскопе, в основе своей сходном с ап­паратом Брустера (причем картинки так малы, что обыкновенных линз вполне достаточно и призм не требуется), либо способом проекции. В последнем случае проекция ведется (с диапозити­вов) через пару обычных проекторов на посеребренный экран; оба

159

7. Рисование в трехмерном пространстве

изображения совмещаются. В одном проекторе свет поляризован под углом 45 градусов, в другом - - 135 градусов, а наблюдатель смотрит через очки, состоящие из поляроидных фильтров, каждый из которых тоже ориентирован под углом 45 градусов к горизон­тали и под прямым — к парному фильтру. В итоге правый глаз получает только «правое», а левый — только «левое» изображение. Эффект бывает исключительно реалистическим, особенно при хорошей цветной фотографии, причем движения головы не вызы­вают соответственного параллактического смещения «предметов»: стереокартина смещается в ту же сторону, куда движется голо­ва, как будто предметы переднего плана соединены с головой наблюдателя.

Довольно скоро стало известно, что при перестановке картин стереопары (стереоскопия «навыворот», или псевдоскопия: когда правую картину «показывают» левому глазу, а левую картину -правому) воспринимаемое глубинное расположение деталей сте-реокартины меняется на обратное. Однако это происходит не все­гда, и тут исключения из правил чрезвычайно интересны. Так, например, невозможно увидеть вогнутый рельеф человеческого лица (когда нос и прочие выдающиеся части лица представля­ют собой впадины — рис. 104). А вот статуя, расположенная в глубине ниши, при псевдоскопии будет выглядеть совершен­но нормально, зато ниша вывернется и вместе со статуей будет выпирать из стены, а не восприниматься погруженной в стену (в последнем случае мы говорили бы о полной неэффективности псевдоскопии).

(Читатель может сам получить опыт псевдоскопического вос­приятия, рассматривая стереокартины в этой книге через очки, повернутые так, чтобы правый глаз смотрел через красный фильтр.)

Этот пример показывает, что стереоскопическая информация отвергается, когда она дает в высшей степени маловероятный ответ на вечный вопрос восприятия: если это объект, то что он такое и как он расположен? Это поразительный пример разумности Разумного Глаза.

Вдавленный в глубину нос не такой уж невероятный предмет. Рассматривая настоящую гипсовую маску лица на близком рассто­янии и при хорошем освещении, мы видим ее изнутри как лицо,

160

7. Рисование в трехмерном пространстве









d

Рис. 104. Внутренняя поверхность гипсовой маски лица. Но видно ли, что это-вогнутая маска? Вероятность того, что лицо «вдавлено», так мала, что восприятие

начисто отвергает истину

6 зак, 47

7. Рисование в трехмерном пространстве

все выпуклые черты которого вдавлены, а все вдавленные вы­пуклы. В этом случае информация о глубине настолько полна, что малая вероятность соответствующей гипотезы не мешает правиль­ному восприятию реальности. Но рассматривая ту же маску при слабом свете или при ровном освещении, которое не дает теней или не обнаруживает фактуры, мы воспринимаем лицо с обычны­ми глубинными конфигурациями. Чтобы мозг отверг привычную перцептивную гипотезу, нужна сильнейшая, абсолютно недвусмы­сленная сигнализация, поступающая из аппарата пространствен­ного зрения, а для того, чтобы сработала привычная гипотеза, нужно — как все мы знаем по карикатурам — очень немного информации.

В тех случаях, когда внутренняя поверхность маски восприни­мается как выпуклое лицо, оно «поворачивается» в соответствии с движениями головы наблюдателя точно тем же странным мане­ром, как это происходит со стереоизображением, проецируемым на экран; только размах движения в последнем случае меньше, чем при наблюдении реальной маски или перцептивно «перевер­нутого» проволочного куба. Дело в том, что маска и куб дают подлинный параллакс движения, поскольку детали этих предметов действительно находятся на разных расстояниях от наблюдате­ля, но параллакс воспринимается мозгом как сигнал вращения объекта, поскольку положение ближних и дальних его частей в это время перцептивно инвертировано — предмет «вывернут наизнанку». Исследовать этот эффект в самостоятельных опытах с маской и кубом, безусловно, стоит. Не исключено, что именно он лежал в основе старинных храмовых «чудес» — статуи дви­гались, словно живые, провожая каждого верующего поворотом вдавленных лиц, пока он в священном полумраке пробирался к излюбленному месту.

Первыми стереограммами Уитстона были простые штриховые рисунки — кубы, цилиндры и тому подобное. Рисунки выпол­нялись в соответствии с правилами проективной геометрии так, чтобы дать отдельно ракурсы наблюдения с позиций правого и ле­вого глаза. Эта техника выполнения стереограмм применяется иногда и сейчас.

162

7. Рисование в трехмерном пространстве



Рис. 105. Эскиз машины, рисующей в трех измерениях: стереофотокамера и по­движный источник света. На пленке получится стереослед движений луча в трех измерениях. Если сделать так, чтобы стереослед наблюдался в процессе движения, получится машина для рисования в трехмерном пространстве

Несколько лет назад автору этой книги подумалось, что бы­ло бы интересно и небесполезно иметь простое устройство для автоматического рисования стереокартин. Первый аппарат, по­строенный нами для рисования в трехмерном пространстве, был основан на оптическом принципе: рисунки выполняются световой точкой, движущейся в пространстве трех измерений.

Рисовать в трех измерениях, располагая стереофотоаппаратом и маленьким источником света, просто: для этого достаточно в тем­ной комнате открыть полностью оба затвора фотоаппарата и пере­мещать перед ним (в стороны и в глубину) источник света. Кон­туры движений источника (безразлично, соответствующие очерта­ниям какого-либо предмета или произвольные) будут запечатлены на пленке в виде стереопары изображений, поскольку два объекти­ва фотокамеры «увидят» свет с разных позиций. Однако на практи­ке такой способ вряд ли удобен, поскольку полученную стереокар-тину можно рассмотреть только после ее завершения, после того, как фотопленка будет проявлена и снимки отпечатаны. Похоже

163

7. Рисование в трехмерном пространстве

на рисование с закрытыми глазами, только еще труднее, так как здесь «рука», выполняющая рисунок, движется в трех измерениях. Чтобы, сохранив идею, развить и реализовать ее, надо найти способ сделать оптический след рисунка непосредственно и по­стоянно видимым в процессе рисования. Этого можно достичь, если вместо пленки использовать покрытую светящимся составом пластинку. Поместим пару таких пластинок в подходящий сте­реоскоп и с помощью двух объективов спроецируем на них наш рисующий свет — получим парный след, который мы будем ви­деть стереоскопически, воспринимая непосредственно движение

светового пятна в трехмерном пространстве (светящиеся линии на темном фоне).

Возможности использования такого устройства ограничены, поскольку фосфоресцирующие составы обладают очень малым временем послесвечения. Нам нужно средство, гораздо дольше сохраняющее светящийся след. Такое средство появилось не так давно, это инертная электролюминесцентная панель; она дол­го сохраняет собственное свечение после предварительного воз­действия света. Стирание картинки с такой панели произво­дится простым выключением напряжения (100 вольт, постоян­ный ток).

На рис. 106 показана схема устройства аппарата для рисования в трехмерном пространстве с помощью электролюминесцентных панелей, сохраняющих изображение. Работать с таким аппаратом чрезвычайно увлекательно.

Немало, конечно, и других возможностей для реализации процесса рисования в трехмерном пространстве. Мы уже зна­комы со стереопроекцией теневых изображений реальных трех­мерных объектов; если каждое теневое изображение — «пра­вое» и «левое» раздельно — обвести прямо на экране цвет­ным мелком или тушью (правое — красным, левое — зеле­ным цветом), то полученную стереопару можно рассматривать через цветные очки. Этот способ удобен для получения сте­реоизображений реальных трехмерных предметов (конечно, при условии, что они дают хорошие теневые изображения). Способ подходит главным образом для «скелетных» предметов, сделан­ных из проволоки; объекты могут быть как угодно сложны,

164

7. Рисование в трехмерном пространстве



Рис. 106. Эскиз действующего устройства для рисования в трех измерениях; разработано автором. Вместо фотопленки применяются «запоминающие» (инер­ционные) электролюминесцентные панели. Они продолжают хранить светящийся след после того, как свет перестал действовать на поверхность непосредственно. Движущаяся пара световых точек — парное изображение точечного источника света — представляет собой непосредственно видимое стереоизображение тра­ектории перемещения источника в трехмерном пространстве. Большие зеркала и оборачивающие телескопические окуляры дают правильное соотношение всех глубинных перемещений рисующего светового луча

7. Рисование в трехмерном пространстве

лишь бы при проекции одни части предмета, важные для харак­тера изображения, не закрывали других частей, не менее важных в том же отношении.

Очень интересное приложение теневых проекций стереокар-тин — демонстрация анатомических моделей и кристаллических структур. Их легко показать большой аудитории на экране любой стандартной величины, причем модель можно вращать, демонстри­руя разные ее положения; возникающий при вращении параллакс движения добавляет пространственную информацию. Сочетание информации стереозрения с параллаксом движения позволяет од­нозначно воспринять даже пространство незнакомых форм, в от­ношении которых это наиболее трудно и наиболее важно. Если использовать двухцветную (а не поляроидную) стереоскопию, то можно показать в стереопроекции даже полупрозрачные анатоми­ческие макеты из пластмассы. Эффективность такого способа на­глядного обучения очень велика: видны все внутренние структуры муляжа в точных пространственных позициях сквозь те наружные структуры, которые создают внешнюю поверхность «тела».

Рисовать можно и прямо на бумаге (а еще лучше — на мо­лочном стекле, подсвеченном с обратной стороны) с помощью •довольно простого механического устройства. Основа приспосо­бления — пара перьев с разноцветными чернилами (красный и зе­леный цвета); перья закреплены в одном держателе; промежуток между ними можно менять (благодаря чему возникает различ­ная удаленность стереоскопически видимых деталей); держатель должен свободно перемещаться над всей плоскостью бумаги (сте­кла). Чем больше промежуток между перьями, тем ближе окажется нарисованная деталь в стереоскопическом пространстве. Механи­ческое приспособление для закрепления перьев в горизонтальной плоскости и для изменения ширины промежутка между перьями показано на рис. 107.

Это простое устройство можно связать с теневым стереопро­ектором и рисовать на поверхности молочного стекла2\

21 Это лучше, чем рисовать на шлифованном стекле, поскольку молочное дает более равномерную освещенность; впрочем, при пользовании поляроидами нужно брать именно шлифованное стекло.

166

7. Рисование в трехмерном пространстве



Рис. 107. Простое механическое устройство для рисования в трех измерениях. Два пера — одно с красными, другое с зелеными чернилами — перемещаются со­вместно над всей поверхностью листа. Глубина задается изменением расстояния

между перьями

Стекло освещают двумя точечными источниками света для получения теневой стереопроекции; в потоке света за стеклом помещают объект и, осветив его, наносят двойные очертания сте­реоизображения на поверхность стекла. А спроецировав на стекло

еще и сетку-шкалу, можно повысить точность рисунка.

Машину для рисования в трех измерениях можно скомби­нировать и с проекцией стереофотографий. Последние проеци­руют на поверхность, предназначенную для рисования, а затем обводят — точно или с изменениями — парой цветных перьев. Фактически это открывает целый ряд возможностей, полезных для инженеров, художников-конструкторов, даже для студентов, изу­чающих медицину, так как многим людям нередко очень трудно ясно представить себе трехмерные структуры и хорошо усвоить их

строение и связи по плоским картинам.

167

7. Рисование в трехмерном пространстве

Особенно заманчиво выглядит применение трехмерного ри­сования в проектировании. Обычно, если рисунок двумерный, необходимо как минимум наметить окружающие структуры, что­бы интересующая вас деталь приобрела определенные размеры и позиции. Так, архитектор, пытаясь, например, показать в своих эскизах точное положение окна, вынужден рисовать и часть стены, а также указывать, как расположена эта стена относительно других частей здания. Но предположим, что архитектор еще не обдумал стену; ему нужно показать только определенную позицию окна. Обычным способом сделать это трудно, но рисуя в трех изме­рениях, проектировщик может поместить свое окно куда угодно, а затем рассмотреть и положение частей здания, пространствен­но связанных с окном. Другими словами, машины, рисующие в трех измерениях, могут стать очень полезными инструментами для конструирования любых структур, для демонстрации первых набросков и детально разработанных проектов.

Бьшо бы чрезвычайно интересно использовать машины, рису­ющие в трех измерениях, при обучении, чтобы попытаться повы­сить точность зрительного восприятия, особенно у детей. Может быть, чаще сочетая активное движение с трехмерным восприятием, удастся обогатить запас объект-гипотез у подрастающего человека; нашим объект-гидотезам не помешала бы большая точность, если учесть сложность и необычность структур, которые современному человеку приходится видеть и проектировать.

Картины, символы, мысль и язык

Наша способность видеть картину как определенный пред­мет — картину — и как «вместилище» совсем иных предметов сама по себе замечательна. Но еще более замечательна наша спо­собность использовать определенные формы в качестве символов, которые помогают работе мысли и действуют в роли средства общения с другими людьми, отделенными от нас пространством

и временем.

История письменности очень богата фактами. Известно не­сколько древнейших способов письма, благодаря которым изобра­жения символов сохранились до наших дней — на скальных стенах пещер, на бивнях слонов, на костях, на металле, на папирусных свитках в Египте, на кожах, которые употребляли для этой цели семиты, оставившие после себя свитки Мертвого моря.

Интересно, что самые ранние рисунки выполнены во всех случаях не в детальной реалистической манере, а в лако­ничном стиле, напоминающем стиль карикатуры; на них, как правило, изображены знакомые вещи, часто — сцены охоты (рис. 108). А вот развились ли лаконичные рисунки на основе более ранних детальных картин или, напротив, пришли на сме­ну рисункам, еще более лаконичным, на которых людей, птиц и зверей изображали с помощью всего лишь нескольких чер­точек, неизвестно. Ранние китайские идеограммы удивительно сходны с египетскими иероглифами, хотя те и другие возни­кли независимо. Основная особенность всех идеограмм состо-

169

8. Картины, символы, мысль и язык



Рис. 108. Пещерная живопись. Фигуры показаны в напряженном движении, драматизм которого передан очень сильно. Стиль напоминает карикатуру. По-видимому, этот стиль, подчеркивающий самые существенные черты фигур, пред­шествовал реалистическому

ит в том, что структура знака не передает предмет целиком. Это как бы наброски набросков.

Идеографическое письмо постепенно превратилось в систему знаков, отражающих связь с устной речью того времени. Сна­чала это произошло с месопотамскими, египетскими, критскими и хеттскими шрифтами; в них, а вслед за ними и во всех остальных постепенно выявилась связь между начертанием идеографических знаков и звучанием слова. Существует два типа письма, различа-

170

8. Картины, символы, мысль и язык

ющихся по роду связи с устной речью. Письменные знаки могут соответствовать либо произносимым слогам (силлабическое, или слоговое, письмо), либо буквам алфавита (буквенно-звуковое, или алфавитное, письмо). Заметим, что ни символы, используемые слоговым письмом (старинная клинопись и древние иероглифы, а также современные японские и китайские шрифты), ни сим­волы алфавитного письма не утратили полностью своего родства с изображением, с картиной. Язык, впервые достигший значи­тельной полноты, развился в четвертом тысячелетии до н.э.; это был язык шумеров. Шрифт шумерского письма — клинопись. Глиняные дощечки с надписями, выполненными шумерской кли­нописью, были обнаружены в Месопотамии; расшифровали их в XIX веке. Образцы более ранней письменности, обнаруженные в том же районе, не были клинописными; это было рисуноч­ное письмо, в котором можно различить около 900 различных символов. Последние постепенно упрощались, и в более поздних знаках исходные символы-картины едва различимы. (Любопыт­но, что при переходе от символов-картин к клинописи сначала изменилась ориентация знаков: примерно в 3200 году до н. э. знаки, вдавленные в поверхность глиняных дощечек, оказались повернутыми «вниз головой» по сравнению с первоначальны­ми символами-картинами. Символы, вырубленные в камне, были повернуты на несколько столетий позднее. Именно эти древ­ние повернутые пиктограммы превратились в клинописные буквы

первого письменного языка.)

На этом этапе в простом изобразительном письме появилось

важное нововведение. Поскольку знаки использовались не толь­ко для обозначения определенных предметов, но и для выраже­ния абстрактных понятий, отдельные знаки приобрели несколько значений — символы стали неоднозначными. Возникшая пробле­ма идентификации значения знака была разрешена с помощью детерминативов (определителей). Последние не произносились, а использовались лишь для того, чтобы указать читателю значение символа в данном употреблении. Детерминативы не изобретались специально, их заимствовали из существующих идеограмм. Для того чтобы указать произношение, соответствующее данному сим­волу в данном сочетании, употреблялись другие детерминативы —

171

8 Картины, символы, мысль и язык



Мужчина Женщина

Лошадь

Тигр

Рис. 109. Ранние пиктограммы. Постепенно с развитием пись­менности изображения стано­вятся все более абстрактными

Рис. 110. Ранние китайские пиктограммы Это рисунки обычных предметов, выполнен­ные в стиле карикатуры. Они удивительно похожи на ранние египетские символы, хотя возникли независимо от них



Женщина — знак пола

Рыба

почти так же, как в английском язы­ке применяется немое «е», чтобы опре­делить произношение предшествующего слога, к примеру «fin(e)»'\

Древнеегипетское иероглифическое письмо известно лучше, чем клинопись. Слово «иероглиф» образовано от гречес­ких слов hieros (святой) и glyphein (вы­резать, высекать, гравировать), что зна­чит «священные, высеченные на камне письмена», хотя иероглифы применялись и для текстов, не имевших религиозного

характера. Сами египтяне называли свои письмена «mdw-ntr», что означало «речь богов». Не исключено, что «mdw-ntr» покажет­ся не слишком легко произносимым звукосочетанием. Египтяне не использовали специальных знаков для обозначения гласных (лишь иногда, в начале слова), хотя в устной речи у них, ко­нечно, были гласные звуки. Правда, иногда, как правило, в тек­стах учебного характера, например в медицинских текстах, глас­ные все же фигурировали. Между прочим, можно ведь и по-

Рис. 111. Ранняя месопо-тамская клинопись

Fin [fin] — плавник; fine [fain] — хороший (ая), тонкий (ая) и т. д. — Прим.

перев

172

8 Картины, символы, мысль и язык

английски читать без символов, обозначающих гласные. Напри­мер, можно разобрать, что значит «Th gptns wr vr clvr»2\ По­нять смысл такой фразы помогает контекст, но ошибки при чте­нии неизбежны. Обозначение гласных в тексте особенно важно для правильного чтения вслух, но, возможно, в древности вслух

читали нечасто.

Начало иероглифического письма относится к первому отрез­ку третьего тысячелетия до н. э. Как и клинопись, оно развивалось от пиктограмм к фонетическому письму, в которое в конце кон­цов и превратилось. Один из очень ранних образцов — палетта Нар-мера — показан на рис. 112. На па-летте, которая изображает египет­скую армию, поражающую врагов, имеются не только пиктографиче­ские, но и фонетические письме­на, обозначающие имена и титулы и потому представляющие особый

интерес.

Возможно, что звукосочета­ния, соответствующие пиктограм­мам, впервые появились в резуль­тате процесса, родственного ро­ждению ребуса или каламбура. Ведь собственные имена, такие, как у правителей страны, нельзя изобразить в виде картинки, хотя вообще некоторые имена и подда­ются такому изображению (напри­мер, фамилия Горицветов).

Иероглифическое письмо яв­ляется В СУЩНОСТИ ДВОЙНЫМ ПИСЬ­МОМ, так как каждая мысль пред­ставлена одновременно пиктограм-



„,.. ш. палетта Нармера, Верх-ний Египет. Это один из самых ранних образцов египетской пись­менности; ясно, что стилизован-

на11 пиктограмма возникла на осно­ве Аетальных рисунков, сгруппиро­ванных в информативной последо­вательности «рассказа»

2л Автор, по-видимому, «обезгласил» фразу «The Egyptians were very clever», что в переводе значит «Египтяне были очень умны». — Прим. перев

8. Картины, символы, мысль и язык

мой и фонограммой. Смысл пиктограмм ясен просто из формы лаконичного рисунка, что же касается фонограмм, то их можно понять, лишь зная устную речь.

Назначение детерминативов состоит в том, чтобы избежать, насколько это возможно, неоднозначности, возникающей неми­нуемо, раз всего несколько сотен пиктографических знаков ис­пользуются для отображения огромного числа разных предметов, ситуаций, мыслей.

На ранних этапах развития других древних языков (а также на примерах современных примитивных наречий) видно такое же движение — от пиктограмм, изображающих предметы и классы предметов, к абстрактным понятиям, связанным с этими объек­тами, и к грамматической письменности, связанной с конкрет­ным звучащим языком — живой устной речью. Фонетическими единицами могут служить силлабические символы, как в иерогли­фическом египетском письме, либо алфавитные знаки-буквы, как в европейских языках. Алфавит — одно из величайших изобрете­ний человека — дает возможность, используя всего около тридцати символов, выразить самые сложные и тонкие мысли, какие только могут возникнуть в мозгу человека. В рамках допустимых комби­наций алфавитных символов заключена своего рода математика смысла.

Примеры успешного использования в письменности таких единиц, где отдельные знаки соответствуют не буквам, а слогам и даже словам, демонстрируют египетская иероглифическая пись­менность, миноанская письменность, образцы которой найдены на Крите (датируются двадцать восьмым столетием до н. э., а око­ло второго тысячелетия до н. э. этот шрифт переходит в пиктогра­фический), а также китайская письменность четырех™сячелетлей давности. Такие знаки менее удобны, но зато обладают и преиму­ществами.

Мы знакомы с тем, как высказываются мысли на языках, пользующихся алфавитом, например на английском; здесь пер­воначальные пиктограммы чувствуются в начертаниях букв лишь как чрезвычайно отдаленное эхо минувшего. А как люди выра­жали свои мысли с помощью древних знаков-картин, например египетских иероглифов?

174

В. Картины, символы, мысль и язык

Некоторые иероглифические символы за все четыре тысячи лет существования языка не утратили ясного изобразительного сходства с предметом, который они обозначают. Вот некоторые

примеры:

змея, 1 А* беременная женщина

Имеются и символы, используемые для обозначения абстракт­ных понятий, например:

движение j\>cuyia \t /\> ceem или время

Эти символы явно отображают схематизированные объекты — ноги и руки, ассоциирующиеся с движением и силой. Находим мы и такие символы, которые отображают еще более отвлечен­ные понятия, связанные порой с мистическими или магическими

ъз

представлениями, например: зло

Почти за каждым египетским словом следует идеографический знак — либо изображение объекта, либо символ, отождествляемый с более широким понятием клаи/еа x>fc8KixJB.

бык может быть написано как

II ^ Э. ~ Ч VV

причем знак /ГА изображает животное, а знак iAA — шкура —

служит обозначением группы четвероногих животных. Этот знак есть детерминатив, указывающий тот общий класс, к которому следует отнести символ быка. Любой знак, в том числе и тот, который является изображением (например, изображением быка), может использоваться не только для обозначения объекта, но и как фонетический символ, обозначающий звук разговорного языка. Некоторые идеографические символы выражают действие

конкретно. Стена или крепость обозначается так: п

гол строить передается знаком стена плюс строитель:

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации