Хиценко В.Е. Самоорганизация: элементы теории и социальные приложения - файл n1.doc

приобрести
Хиценко В.Е. Самоорганизация: элементы теории и социальные приложения
скачать (2800.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc2801kb.24.08.2012 04:02скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9

2.5. Природные сетевые структуры и границы биологических аналогий
Все сказанное выше убеждает нас в том, что правила и законы экономической деятельности, созданные в век машин, не соответствуют нашему веку сетей. Чтобы сегодня создать новый конкурентоспособный продукт, нужна великолепная идея и безупречное исполнение. И, если во впечатляющих идеях нет недостатка, то неясно как обеспечить реализацию этих грандиозных проектов, требующих титанических усилий и сверхчеловеческой координации тысяч голов и рук в условиях изощренной конкуренции? Как создать, поддерживать и развивать организацию, которая справится со всем этим? Как сохранить потенциал индивидуального интеллекта, коллективного творчества и демократического климата, которые принципиально необходимы для решения этих сверхзадач? И где можно увидеть что-либо подобное в действии? Ответ – в природе, в муравейнике, в жизни пчел, в совместном полете птиц, словом, в спонтанных социальных порядках, в мире, который предшествовал нашему технократическому. Но как сохранить управляемость и целеустремленность, развивая одновременно творческий дух? Как сделать это топологически правильно, чтобы получить по законам нелинейного синтеза эмерджентный энергетический выигрыш, чтобы возникла самоорганизация из простых, но жизнеспособных систем?

В книге К.Келли (Kelly) [166], посвященной таким проблемам, описан эпизод конференции в Лас Вегасе. Несколько тысяч участников, сидящих в затемненном зрительном зале, держат картонки, которые окрашены с одной стороны в красный, а с другой – в зеленый цвета. Видеокамера фиксирует зал, и на огромном экране все эти люди видят волнующееся красно-зеленое море точек. Затем ведущий рисует электронным мелом на экране окружность и просит аудиторию изобразить внутри зеленую цифру «пять». На экране медленно возникает нечто аморфное зеленое, контуры его меняются, люди поворачивают картонки и убеждаются в правильности их положений, наконец, все начинают различать цифру, контуры которой очень быстро становятся четкими.

Ведущий предлагает поиграть в одну из самых первых компьютерных игр, в пинг-понг. Народ с левой стороны управляет левой ракеткой, а с правой стороны – правой. Игра начинается и проходит довольно успешно. Ракетка часто делает, то, что вы хотите, но не всегда. Ее движение есть результат усреднения движений множества игроков, и вы не всегда в большинстве. Возбуждение зала переходит в восторг от спонтанной самокоординации.

Задание усложняется еще более. Ведущий запускает программу-тренажер, имитирующую управление самолетом. Его инструкции просты: «Ребята слева управляют поворотом, а те, что справа – высотой, полетели!». И вот эти несколько тысяч пилотов в виртуальной кабине берут управление и пытаются приземлить самолет на взлетно-посадочную полосу. Но полет самолета труднее игры в пинг-понг, динамика его сложнее, инерция больше. Связь между действием и эффектом не такая быстрая. Самолет задирает нос, кренится, все идет к катастрофе, но управление улучшается. Самолет опять идет на посадку и вдруг делает вполне профессиональный разворот. Зал ревет от восторга, никто не ждал этого виража, и никто не управлял извне. Люди просто летели вместе, как птицы. В этой виртуальной компании каждый принимал собственное решение, зная цель и средства, и достигалась необходимая координация.

В муравейнике, улье нет центрального авторитета, организующего активность особей. Насекомые взаимодействуют с ближайшим окружением, обмениваясь гормонами, и принимают согласованные решения. Результат перемещения роя, это статистический массовый эффект. Распределение вероятностей направлений движения пчел выявляет преимущественную тенденцию.

Биологические сообщества адаптивны, гибки и способны к постоянному обновлению – это созвучно основным концепциям самоорганизации. Но они явно малоэффективны, неуправляемы и непредсказуемы, так что не отвечают привычным критериям традиционного менеджмента, что так ценились в уходящем от нас веке машин. Сравните с преимуществами двух типов структур управления в предыдущем параграфе. Не слишком ли велика плата за живучесть и интеллектуальную гибкость? Но примеры последних лет, особенно в сфере высоких технологий, говорят о том, что распределенные мозги мощнее централизованной силы.

Возрастание сложности общества и экономической жизни ведет к разработке компьютерных информационных систем и сетей, в которых заложены возможности самоорганизации, саморазвития. Используя коммуникационные возможности таких сетей в современной экономике возникают и очень эффективны дистанционные деловые отношения людей, связанных компьютерной сетью, соединяющих конкурентные требования бизнеса и личные потребности, достигающих продуктивной координации в ходе свободного сотрудничества с помощью горизонтальных связей без централизованного контроля и руководства. Интерес к сетевой экономике и ее удельный вес растут очень быстро. Современные коммуникационные технологии вновь приводят нас к давно забытому этапу социальной эволюции – общинному производству, когда люди работали в тесном контакте при минимальном руководстве [59].

Если мы начнем учиться управлению у природных систем, то, прежде всего, заметим [166] :

1.Распределение суммарного знания по всей системе и самоуправляемость без предписаний сверху вниз, то есть знакомую нам избыточность командных пунктов;

2.Определенную независимость и автономию каждой части, из которых составлена эта сложность, хотя части все же нежизнеспособны вне системы (муравьи, муравейники, лес, экосистема);

3.Постоянную адаптацию, похожую на поиск нового равновесия. Но биосистемы никогда не достигают равновесия, образно говоря, не останавливаются, чтобы не упасть. Они как бы делают вид, что стремятся к равновесию, но фактически поддерживают эксцентричность, нестабильность, гибкую способность к инновациям;

4.Неизменное изменение и изменение правил изменения, то есть самоизменяющиеся правила, вокруг которых и возникает сложность поведений, адекватная сложности среды (вспомните уровни контекстов на рис.1.5);

5.Трудности проведения границы между системой и средой. Биосистемы постоянно оспаривают самые малые участки, уточняют и размывают границы, которые приобретают фрактальные очертания. Попробуйте увидеть, где кончается озеро и начинается его берег. Иначе, но не менее сложно переплетены границы между системами в социуме, это во многом смысловое разделение в сознании людей, неопределенное из-за субъективных восприятий условий нечеткой принадлежности к социальным системам.

Эффект эмерджентности проявляется в биосистемах с такой силой, что кажется появлением чего-то из ничего. Вдруг возникает клетка, сознание, самореферентность и рефлективно-интерпретативный механизм восприятия. Отсюда совершенно фантастическая приспособляемость, хотя и в ущерб управляемости. Но есть еще кое-что в поведении этих систем, что настораживает человека – равнодушие к результату, безжалостность, выживание любой ценой.

История создания программного обеспечения «Windows NT» фирмой Microsoft [213] показывает силу и слабость биологических аналогий. Проект стоимостью 150 миллионов долларов выполняли 250 программистов, среди которых было много звезд первой величины. Этот программный продукт содержит более 6 миллионов строк кода и выполнялся 3,5 года вместо запланированных 1,5. Координация была минимальной, по сути, это была толпа программистов-одиночек и очень маленьких групп с лидерами, проектировавших части программы. Отчетность была «безумно» свободной, многие «писатели» кода игнорировали даже лидеров. Работа шла на грани срыва в полный хаос с постоянным недоуправлением. При устранении ошибок люди самостоятельно искали помощи. Как при этом достичь системной согласованности и не погубить творческую атмосферу?

Шеф проекта однажды приказывает, чтобы каждый «ел только собственную собачью пищу». Это случилось через год трудного топтания на месте и означало использование в дальнейшем для написания кода незаконченных и несовершенных ранее составленных версий. В лаборатории построения наскоро «электронно сшивали» фрагменты кода и распределяли его как операционную систему для всех работ на следующей неделе. Как будто при написании романа вы пользуетесь только словами из ранее написанных глав. Это «дьявольское» правило смогло создать команду с общей системой ценностей из сборища интеллектуалов, недолюбливающих друг друга. Во-первых, они были изумлены сыростью «собачьей пищи» и количеством собственных ошибок, срывающих все планы на неделю. Во-вторых, заработала положительная обратная связь. Каждая удачная находка облегчала написание кода и приводила к новым успехам, которые повышали вероятность последующих. И, наоборот, каждая ошибка тормозила дело, пока не становилась нетерпимой и с неизбежностью устранялась. Люди вынужденно мобилизовали все силы и предельные возможности интеллекта, работали самоотверженно, самоотреченно13.

Однако “бесчеловечность” биологических сообществ, легкомысленная жестокость природы, толпы проявилась в этом социальном эксперименте. Некоторые из людей, втянутых в этот изматывающий творческий процесс, потеряли семьи, друзей, перенесли нервные расстройства. Блестящий результат, но не все его создатели счастливы. Можно найти примеры не столь рокового совместного творчества, но все же аналогия с муравьями не подходит для людей безоговорочно и должна иметь пределы. Нельзя терять из виду человека.

Об этом же говорит Репин В.С. «В дарвиновской эволюции цена прожитой жизни – ноль. Но в информационно богатой среде человек и другие виды перестают быть анонимным строительным материалом. Информация формирует личность и новые ценности существования. Силы творчества нейтрализуют инстинкты потребления. Теперь жизнь каждого человека получает значение и смысл, который не сводится к выживанию любыми путями. Чем более богаты и разнообразны цивилизация и культура, тем выше цена жизни. Новая организация жизни гарантирует права каждого на жизнь и будущее. Жизнь, личностные ценности, все сильнее зависят от сообщества и правил игры в сообществе. Силы эволюции строят "духовный ковчег" личности над древним биологическим каркасом человека» [69].

Есть, наконец, еще и значимость. Люди должны получать удовольствие от работы, от принадлежности к престижной фирме, к системе ценностей. Если, судя по тенденциям, информационные технологии современности скоро сделают для многих необязательным присутствие в офисе, то идеологические мотивы, сотрудничество с компанией, которой можно гордиться, будут играть не последнюю роль.

Анализируя природные процессы самоорганизации, замечаешь постоянное взаимодействие разных уровней описания, которые, как уже отмечалось, при относительной автономности сами по себе нежизнеспособны. Система существует и развивается, как результат непрерывного диалога между нижним уровнем и ближайшим верхним (метауровнем)14. Применительно к социуму это можно назвать совместной эволюцией характеров и мнений индивидуумов со структурами, которые они формируют, но никогда не воспринимают во всей полноте и сложности [155]. Метаправила и метаязык, как уже отмечалось, малодоступны пока элементам нижнего уровня. Здесь мы отличаемся от муравьев, лишь тем, что пытаемся понять “невидимую руку”. И эти наши попытки на трудном рефлексивном пути развития нашего мышления, как следует из вышесказанного, не безнадежны.

Можно представить себе социальную систему, как клубок индивидуальных взаимосвязанных персептуальных циклов, непрерывно уточняющих непрерывно меняющуюся от этих уточнений реальность метауровня. О равновесии говорить не приходится, более того, равновесие – это смерть. Но в своих рекурсивных уточнениях реальности мы обречены к нему стремиться. Остановка на этом пути не менее гибельна.

Еще раз подчеркнем непредсказуемое, но уже осознаваемое влияние наблюдателя на объект наблюдения, то есть, на социальную структуру, где он действует на основе своего несовершенного понимания “связи вещей”.
2.6. Функции управления в эволюционном контексте
В самом общем смысле менеджмент это деятельность, наделяющая социальную систему свойствами, обеспечивающими ее выживание. Выделим три основные функции менеджмента15.

Функция проектирования это, прежде всего, умственное воображение системы с требуемыми свойствами, особый вид творческой деятельности. Мы хотим создать основные принципы и наборы правил взаимодействия людей, которые обеспечивали бы идентичность и нужные свойства системы, т.е., ее организацию. Свойств этих множество, здесь и экономические, и социальные показатели, но главные – выживаемость, жизнеспособность. Система должна жить в условиях, которые не только невозможно предвидеть, но и перечислить нельзя. Поэтому спроектированные структура и правила должны гибко и быстро меняться, возможно, самоизменяться, сохраняя организацию. Так что проектирование должно касаться и способов изменения правил, и синтеза структур, позволяющих изменения, и анализа последствий изменений. Жизнь системы это производство товаров или услуг, как гарантия уверенного существования всех ее участников, которые должны действовать и взаимодействовать в текущей структуре и по последней версии правил и не заботиться более ни о чем. Вот идеальная цель проектирования.

Как отмечает Назаретян А.П. [52], критерием выбора проектов и путей решения проблем может служить степень их концептуальной совместимости с парадигмой самоорганизации, то есть некая самореализуемость. Утопические решения беззащитны против роста издержек и других негативных последствий, по меньшей мере, требуют специального отслеживания и тем нереальны.(перенесено из след стр.)

Построение правил это процесс внесения смысла, результат поиска общего смысла на коллективном уровне, то есть конструирование того, что воспринимается всеми как ощутимый порядок. Здесь разгадка роли мифов и ритуалов в сообществах людей.

Разумеется, задача это крайне сложна. Надежность и гибкость воспринимаются многими как антиподы. Люди боятся перемен и связанного с ними риска, нарушения установившегося баланса сил, пытаются действовать по инерции, по старинке. Собрать команду единомышленников под какой-то экономический проект непросто, важно, но недостаточно. Предусмотреть характер будущих проблем практически невозможно, но необходимо пытаться, придумывать и проигрывать правдоподобные ситуации. Эта проблематизация фактических и предполагаемых обстоятельств присутствует во всех функциях менеджмента, но особенно при проектировании систем.

Итак, система создана и пусть саморазвивается дальше по Дарвину: мутации, отбор наиболее жизнеспособных, снова мутации и т.д. и через какой-то миллион лет мы будем иметь само совершенство. К сожалению, нам некогда ждать пока наша фирма пройдет этот путь, который к тому же усеян “трупами” невыживших систем. Нужна функция поддержания, осуществляемая на основе понимания особенностей биологической эволюции и социальной самоорганизации, которые и создали эти совершенные организмы, экосистемы и общественные порядки, выживающие в непредсказуемой среде.

Организация конкуренции и кооперации в целенаправленном социальном отборе входит в функцию поддержания. Здесь возникают непростые вопросы. Как организовать стимуляцию к работе непосредственными ее результатами? Как запустить благожелательные тенденции в специально организованных контурах положительных обратных связей? Как организовать рекурсивное нарастание нужной мотивации? Как затормозить рост при приближении к желаемому “потолку” логистической кривой?

Но главным в этой функции должно стать постоянное повышение органически присущих системе уже заложенных в структуру свойств адаптивности, гибкости и маневренности, осуществляемое на основе осмысления опыта работы с прежней структурой, то есть рекурсивно.

Для адаптации к новым условиям нужно увидеть и оценить ошибки. Это относится к любым эволюционирующим системам. Ошибка – это условие выживаемости, стимул и средство перемен. Недопустимо лишь осуждать ошибки и мириться с ними как с неизбежным злом. Ошибка – это повод и направление для переговоров по совершенствованию функции поддержания.

Известен “этический императив” Г. фон Фёрстера [147] - “Поступай так, чтобы расширялись возможности выбора”. Это напоминает “Не сжигай мосты”, “Не плюй в колодец” как концентраты народной мудрости, запрещающие необратимые действия. Разрешено все, что развязывает наш маневр и запрещено все, что ведет к “закостенению” структуры и правил ее изменения. Партнер, который в ходе переговоров первым называет свою цену, сужает свои дальнейшие возможности в обсуждении условий.

Стабильные экономические условия в 60-е годы прошлого века, привели к буму системотехнических методов управления, методов исследования операций и математического программирования. Целое поколение менеджеров выросло убежденными в непогрешимости традиционной парадигмы и модели “вход-выход”. Критериями были только прибыль, рост оборота, расширение сфер влияния. При этом предполагался целенаправленный выбор действий и структур управления в условиях достаточной информированности и предсказуемости. Все это делалось в ущерб гибкости и способности к выживанию. Волна банкротств в период нефтяного кризиса, экологические и социальные проблемы показали беспомощность этих моделей и опасность таких целевых установок при изменении условий.

Поиск путей повышения гибкости подобен мутациям, но не всегда случайным, как не случаен и последующий отбор. Отмеченная выше креативность социальных процессов, самоусиление новаторских и нестандартных подходов ускоряет социальную эволюцию. Необходима периодическая переформулировка концептуальных корпоративных образов, ключевых определений проблемных ситуаций с учетом изменяющихся внешних и внутренних обстоятельств. Эти процессы уточнения контекста снова подразумевают постоянный поиск новых путей решения старых проблем, анализ возможных проблем и постоянное планирование будущих изменений, формирование повестки завтрашнего дня. Так поддерживается неравновесность, исключающая закостенение.

Именно непредсказуемость развития сложных систем заставляет экспериментировать с целью “прощупывания” тенденций, а также для повышения потенциальной гибкости. Будучи уверенными в том, что знаем тенденции, что можем предвидеть ход событий, мы перестаем учиться и будем наказаны. Вскоре проявит себя невидимая сеть связей (рис. 1.4а) и “кто бы мог подумать” каким неожиданным образом. Никто не мог подумать, но необходимо было быть готовыми к изменениям.

Процесс планирования, как полагает Р.Акофф (Ackoff) важнее результата [129]. Проблемы суть продукт наших размышлений, они лишь в наших головах, но рефлексивно управляют действиями и формируют действительность. Жизнь есть процесс создания и решения проблем; от вируса до экосистемы, все только этим и занимаются. Чем тщательнее мы домысливаем вероятные и невероятные ситуации, тем больше мы рождаем новых проблем, которые стимулируют создание специальных групп, которые снова плодят проблемы и ищут пути решения.

При этом создаются и совершенствуются внутренние референты, те самые шаблоны, которые притягивают, позволяют распознать теперь уже знакомые обстоятельства. В этом полезность деловых игр, компьютерных тренажеров и имитаторов. Новые условия могут востребовать апробированные и отложенные в запас методы и структуры управления. Это повышает интеллектуальную готовность противостоять изменениям и использовать удачный шанс и может быть поручено специально созданным небольшим группам, которые могут быть названы группами эволюционного тренинга16.

Если живой организм для существования в агрессивной среде должен обладать элементами хаотического поведения, то можно предположить, что и искусственные системы, способные адекватно взаимодействовать с меняющимся окружением, должны быть в той или иной степени хаотичными. И мы это видим. Поисковые, разведочные шаги, нерациональные на первый взгляд дела и проекты давно вошли в тактический арсенал известных компаний [87].

Запас альтернативных идей подобен запасу нефункциональных (немых) генов в геноме [67], как источнику новых доминантных форм генов. Этот потенциал вскрывается в ходе мутации и расширяет творческие возможности естественного отбора. О пользе нефункционального многообразия временно невостребованных идей пишет Назаретян А.П. [52].

Видно, что функция поддержания это во многом переговорный процесс, непрерывное обсуждение, убеждение, состязание и примирение субъективных интересов и амбиций. Переговоры с целью прояснения проблемы и путей ее решения – это, прежде всего попытка понять другие точки зрения, попытка договориться о значении, смысле проблемы. В переговорах мы ищем наши сходства и, пусть ненадолго, игнорируем наши различия. Мы пытаемся приблизиться к чужому видению ситуации. Оно не только не совпадает, но часто и не пересекается с нашим внутренним референтом. Мы иными словами излагаем свои позиции, отходя незаметно от первоначальных представлений, пока не возникнет “резонанс”. Это, говоря формально и метафорически, и есть соглашение по пониманию, которое мы и фиксируем в протоколе. Происходит некоторая потеря индивидуальности, но в обмен на взаимо- и, что характерно, самопознание. Понятно, что понимание позиций собеседников необязательно ведет к их сближению.

Как уверяет Г.Паск [190], излагая суть проблемы, мы дистанцируем свое представление, чтобы собеседники могли максимально к нему приблизиться. Общее, разделяемое всеми представление, общий смысл, как результат обсуждения, существует теперь в метауровне независимо от нас. Паск упоминает также о препятствиях аналогичных неопределенности Гейзенберга в наших попытках полностью понять друг друга [189].

Эта модель переговоров коррелирует с автопоэзийным представлением о языке, о лингвистической сопряженности, о совместном онтогенезе, который мы осуществляем с другими, непрерывно изменяясь в этом общем становлении лингвистического мира. Спонтанное структурное сопряжение такого типа (третьего порядка), когда индивидуальные онтогенезы участников являются компонентами сети онтогенезов, и порождает социальные явления. Конфликт при этом разрешается только путем выбора более широкой когнитивной области и перехода на новые позиции, где возможно сосуществование. Этот социальный императив антропоцентристской этики [181, с.217] биологической в основе своей.

Известны примеры рождения общего смысла, спасительного консенсуса в ходе трудного обсуждения проблемы людьми с разными убеждениями и целями. Вспомните православные русские соборы. Понятно, что в ходе обсуждения спонтанно происходит переоценка и, возможно, сближение позиций. Хотя, конечно, не исключены коалиции и сговор.

Итак, переговоры ведут к временным соглашениям, заменяющим авторитарное руководство. Идеальный консенсус большая редкость, но приемлемые решения и пути улучшения решений являются полезными результатами переговоров. Переговоры повышают у участников сомнения в несомненности собственных позиций и мнений и, следовательно, склоняют к необходимости компромиссов и временных соглашений. В ходе обсуждения рождается смысл, который определяет, что является разумным вопросом и каков разумный ответ. Разнообразие возможных сценариев и исходов сужается быстро и необратимо. Подробнее об этой стороне процесса управления, об управлении разнообразием сказано в главе 3.

Предельно важно понимать при этом, что интересы фирмы не вытекают из множества личных мотивов, а следуют из восприятия ее в эволюционном ключе, как автопоэзийного организма, дрейфующего в жесткой, активной среде, меняющего свою структуру и классы взаимодействий непредсказуемым образом.

Необходимо создавать условия для стремления к динамическому равновесию индивидуумов и групп с разными интересами, связывая их неизбежную дифференциацию какими-то элементами взаимной зависимости, компенсации, внося элемент комплементарности в их отношения. В книгах по управлению персоналом, групповому поведению, конфликтологии можно найти рекомендации по этому поводу. Любопытный анализ природы недоразумений в коммуникации людей приведен в работе М.Маруямы [176].

Говоря конкретнее, кроме понимания роли стандартных и привычных приемов выполнения технологических операций и принятия решений, так называемых “рутин”, упоминаемых в разделе 2.1, следует воспринимать неизбежный процесс изменения, модификации рутин как мутацию, как эволюцию генотипа. Память системы и все особенности ее экономического поведения “зашиты” в рутинах. Существующие рутины и соответствующие им системы коммуникаций могут способствовать или препятствовать отправлению функции поддержания. В общем случае необходимо целенаправленно влиять на мутацию рутин.

Сами по себе рутины, как генотип организации, наследуются и эволюционируют медленно и не всегда в лучшую сторону. Но это создает определенный автоматизм, предсказуемость и упрощает деловые отношения. Люди ценят это и неохотно воспринимают волевые изменения и новшества. И действительно, модификация рутин – огромный риск. Здесь опять же нужны переговоры для уточнения действий, преодоления оппозиционных настроений и солидаризации усилий.

Рассматривая поддержание в другой временной шкале, имея в виду долгосрочную перспективу выживания, можно ввести функцию развития. Говоря о будущей деятельности, об ответственности перед людьми, зависящими от наших решений, вплоть до экологических последствий, если такие возможны, мы можем условно различать функции поддержки и развития.

Функция развития это прощупывание путей расширения сфер деятельности, ассортимента услуг, технологических новинок и изменений. Здесь уместны разработка моделей связи системы и среды, изучение и “примерка” новых стратегий на основе моделей, долгосрочное прогнозирование и системный анализ. Все это входит в круг задач так называемого корпоративного планирования.

Уже не раз было сказано о моделировании сетей взаимодействий. Этот инструмент анализа сложных процессов путем их имитации совершенствуется вместе с возможностями компьютерной техники.





Рис. 2.11. Пересечение направлений перспективного развития.

На рис.2.11 показано пересечение результатов поиска и анализа путей развития системы в разных сферах ее интересов. Именно в этом пересечении залог будущего выживания. Это те направления усилий и инвестирований, которые признают рациональными специалисты из всех трех областей.

Покажем сущность этих задач на примере достаточно типичной ситуации. На рис. 2.12 показано изменение во времени доходности некой технологии А, скажем производство и сбыт кинокамер. Обычно это происходит по логистической кривой (см. раздел 2.2) и после максимальных темпов роста начинают действовать отрицательные обратные связи, стабилизирующие этот показатель.




Рис. 2.12. Жизненные циклы старой и новой технологий.
В момент времени t1 , когда наша технология А на подъеме, появляется новая технология В, скажем видеозапись, и первые дорогие, ненадежные видеокамеры. Но, если никто в отделе развития не сумеет увидеть перспективу или убедить совет директоров в перспективности новинки, в необходимости инвестирования в эти разработки, то к моменту t2 банкротство станет очевидным уже и для скептиков, отвергнувших спасительную инициативу.

Ясно, что любые инновации снижают текущую рентабельность, и непросто определить объем необходимых отчислений на подобные исследования. С.Бир [11] пишет о необходимости неустанного поиска новых технологий и объектов инвестирования, о точном распределении вложений, о трудностях объективного определения фазы логистической кривой. – “На подъеме или на спаде находится наша технология?”. Ведь, пытаясь оценить ее эффективность в различные моменты времени, мы не получим гладкой кривой. Скорее всего, будем иметь нечто похожее на пунктир на рис. 2.13. Возможности экстраполяции таких зашумленных кривых ограничены.

Рис. 2.13. Идеальная и реальная (пунктир) кривые доходности некоторой технологии.
Трудно поддержать “сумасшедшую” идею, и в итоге мы уступаем рынок конкурентам, у которых хватило на это смелости. Притом современный темп перемен делает прошлый опыт почти бесполезным, и мы оказываемся в положении экспериментаторов, пытающихся планировать процесс планирования. И это входит в функцию развития.

Функция развития предполагает также раннее распознавание негативных тенденций, которые могут усиливаться по той же логистической кривой. Поверхностные меры, не задевающие механизма положительной обратной связи, который и разгоняет кривую, могут давать лишь временное ее понижение с последующим нарастанием нежелательного эффекта. Возьмем примеры из социальной сферы: разовая финансовая помощь или штрафование, строительство ночлежек вместо домов, бесплатное питание, попытки ограничить рождаемость и прочие образцы ограниченности линейного мышления, инструментализма подхода “вход-выход” бесполезны, а то и опасны, поскольку не учитывают глубинных причин этой самоорганизации человеческого несчастья. Нужно найти эти механизмы и запустить полезные тенденции, которые переломят негативные и начнут менять структуру. Это создание рабочих мест, изменения налогообложения, земельной ренты, улучшение экономического климата, смена администрации. Крайне важны момент и сила таких воздействий, иначе они могут даже повредить, усилить угрожающее расслоение общества. Замечено, что нередко после гуманитарной помощи какой-нибудь из стран третьего мира возрастает экспорт в нее дорогих автомобилей и вин, а дети продолжают умирать.

И, наконец, кадровая работа в рамках функции развития подразумевает выявление и развитие творческого потенциала сотрудников. Это главный ресурс современного предприятия. Креативность мышления, компетентность в смежных областях деятельности – эти свойства гарантируют адаптацию к темпу перемен нашего информационного общества.


2.7. Перспективы и проблемы эволюционного подхода
Благодаря эволюционному подходу возникает более точное понимание сущности и роли организации в сложной сети социально-культурных, технологических, экономических и политических факторов. Проясняется и роль менеджера, рефлексивно управляющего собой в составе организации, управляющего движением к постоянно меняющейся цели, постоянно уточняющего правила движения.

Решение организационных вопросов при разработке структур управления, при внедрении корпоративной сети, обеспечивающей горизонтальные и вертикальные связи сотрудников любых уровней, должно проводиться в эволюционном ключе, с максимальными возможностями для развития. Облегчение контактов и доступ к общей информации совершенно необходимы для возникновения новых идей, инициатив. Контроль, прогноз, моделирование развития сети, анализ движения и изменения информации в ней, анализ вероятных сценариев развития событий, использование возможностей сети для координации благожелательных тенденций – это очень сложная, но реально достижимая цель нового менеджмента. Перспективы моделирования сетей кратко описаны в 2.3. Однако понятно, что все эти сети нейронов, клеточные автоматы и дифференциальные уравнения дают лишь качественную картину и уж точно не смоделируют становление смысла в социальных взаимодействиях. Опыт, интуиция, интеллект администратора, оснащенного описанными здесь моделями и артефактами теории самоорганизации, наконец, его творческий поиск в деле управления социальной сложностью остаются незаменимыми.

Сложная сеть человеческих отношений, в том числе и неформальных, непредусмотренных в корпоративной сети, и не известная полностью никому из участников, является реальной движущей силой, основой власти более чем декларируемая схема отношений подчинения. В этой сети зарождаются такие «тонкие» материи, как доверие, солидарность, преданность. Это сближает ожидания. Но этими вещами нельзя командовать, их нужно “растить” [174]. Менеджер должен видеть зарождение и развитие тенденций, культивировать положительные и умело ослаблять негативные.

Чем выше уровень руководителя в структуре системы, тем отчетливей он должен представлять автономию этого взаимосвязанного организма, свое место в нем и ограниченность силовых воздействий. Может наступить момент истины, когда он поймет, что организация не тождественна его представлениям, преследует иные цели или ее собственное поведение гибельно. Он может признать, что контроль утрачен, что сложность задачи превышает уровень его компетентности, и фактически отстраниться, понимая, что алиби лучше ответственности.

Сложные социальные явления непостижимы по многим вышеуказанным причинам. В разделе 2.4 показано, что лишь распределение знания по всей системе могло бы включить ее «коллективный мозг», адекватный ее сложности, и обеспечить выживание. Такие децентрализованные системы неуправляемы напрямую, но жизненная сила самоорганизации есть плата за потерю контроля. Высшая мудрость заключена в способности поддерживать самоуправление, управлять “вскользь”, контролировать “боковым зрением”. Кажется, это единственный путь преодоления рефлексивности управления собой в составе организации. Если при этом мы не видим смысла в реакциях системы, ее поведение не кажется нам рациональным, и система выживает явно вопреки нашим вмешательствам, то … мы – слабое звено.

Самоорганизующаяся система часто выживает не благодаря, а вопреки нашим невежественным вмешательствам. Если при этом собственное поведение системы не кажется нам рациональным, то нужно срочно искать смысл ее выживания и нашего в этом участия.

Управления такого уровня – это, как уже отмечалось, процесс формирования сознания, придания человеческого смысла событиям и обстоятельствам, процесс формирования норм и правил, определяющих границы разумного поведения. Это по плечу специалистам высшего класса, которые реорганизуют и вытягивают из кризиса фирмы, создают команды из разочарованных людей, формулируют связывающие всех системы идей и ценностей, вроде десяти заповедей. Эта тяжелая задача, творческий труд воспитателя и режиссера, политика и психотерапевта в одном лице, умеющего доводить свои замыслы до результата.

Эволюционный менеджмент признает сложность динамики автономных сетей, их биологику, условную, “своенравную” управляемость, но и их жизненную силу. Нужны не командиры и не исполнители, а катализаторы и культиваторы эволюционирующей системы [174]. Не надзор, а создание предпосылок успешности человеческих усилий, создание и совершенствование гибких структур, обеспечивающих контроль в экстренных случаях и автономную работу в ординарной обстановке, позволяющих оперативно формировать творческие коллективы с коллегиальными отношениями для решения инновационных задач и переходить к иерархическим схемам управления на стадии их внедрения.

Эволюционный менеджмент – это переориентирование корпоративной культуры с учетом особенностей новой парадигмы, новой системной методологии. Это означает сохранение вместо роста прибыли и оборота, кооперацию вместо конкуренции, партнерство вместо доминирования, внимание к отношениям в сети, а не к ее элементам [31, 98, 102]. Это попытка познать операционально замкнутый механизм вместо бесполезного изучения порождаемой им, хаотической как правило, динамики.

К сожалению, характер самоорганизации может быть и нежелательным. При недостатке власти, традиционных ценностей и правовых инструментов самокриминализируется социальная жизнь, срастается капитал и политика, и коррумпируется власть. При недостатке жизненных ресурсов или при неспособности их использования этносы самоорганизуются в замкнутые, агрессивные анклавы и сообщества [34].

Негативные тенденции в человеческих сообществах саморазвиваются весьма активно, разрушая систему, паразитируя на ней, воспринимая заявляемые ею принципы как ограничения, меняя цели и фактически смысл системы, то есть организацию. В свое время К. Поппер (Popper) говорил о незащищенности абсолютной свободы от злоупотреблений ее противников [15 с.43]. Система должна быть спроектирована так, чтобы допускать возможность быстрой коррекции структуры в целях регулировки степени автономии частей. В зависимости от текущей обстановки для сохранения организации спасительной может оказаться централизованная или децентрализованная структура. Практические аспекты регулирования отношения централизм-автономия досконально исследует Ст.Бир, справедливо полагая, что плохую свободу следует ограничивать [11].

Эволюционный менеджмент не имеет набора универсальных методик, да вероятно это и невозможно, это противоречит его логике. Есть лишь универсальная идея о беспрестанном и безграничном увеличении гибкости и совершенствовании структуры с целью повышения жизнеспособности, о распознавании собственных поведений, о поиске и осмыслении аналогий с природными системами. Кибернетическая модель жизнеспособной системы Ст. Бира, рассматриваемая в следующей главе, отвечает духу эволюционного подхода, использует ряд идей и принципов самоорганизации.
1   2   3   4   5   6   7   8   9


2.5. Природные сетевые структуры и границы биологических аналогий
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации