Курсовая работа - Политика США на Ближнем Востоке - файл n1.docx

Курсовая работа - Политика США на Ближнем Востоке
скачать (81.7 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.docx82kb.07.07.2012 01:19скачать

n1.docx

Оглавление


Введение……………………………………………………………..





3

Глава 1. Роль и значение Ближнего Востока во внешней политике

США………………………………………………………..






8

    1. Стратегическое и политическое значение Ближнего

Востока…………………………………………………………






8

    1. США на Ближнем Востоке: история взаимоотношений…….




19


Глава 2. Деятельность США на Ближнем Востоке………………...






23

2.1 Роль США на Ближнем Востоке в 1970-е годы……………..





23

2.2 Политика США в период стагнации мирного процесса

(1980-1990-е гг.)……………………………………………….






25

2.3 Подходы Соединенных Штатов к Ближнему Востоку

после окончания холодной войны (с 1991-по 2006 гг.)…….






29

2.4 Политика США в направлении трансформации

Ближнего Востока (с 2006 по настоящее время)……………





31


Заключение……………………………………………………………





39


Список использованной литературы………………………………





41

Введение


Актуальность темы. Начался XXI век, который сулит перспективу роста числа арабских народов, ведь арабский язык очень богат: в нем тысяча названий для верблюда. Арабская нация разместилась на территории, равной 13 миллионам квадратных километров. Это больше площади Европы. Это меньше, чем у нее было в VII-VIII веках, когда она вместе с чужими землями присваивала и их названия для будущих арабских народов и проблем: Египет, Сирия, Иордания, Палестина. Так образовывалась арабская цивилизация.

начало XXI века свидетельствует о трагическом состоянии арабской нации. Отчет ООН о развитии арабов за 2004 год содержит следующие данные. Арабы выпускают только 1,1% книг, издаваемых в мире, хотя они составляют 5% населения планеты. 17% этих книг - религиозная литература. Средний размер финансирования научных исследований на душу населения составляет шестую часть суммы, ассигнованной на Кубе, и пятнадцатую часть того, что вкладывает в науку Япония. Он составляет 0,4% всеарабского валового национального продукта. Среднестатистический араб учится 3,4 года, меньше учатся только в тропической Африке. В арабских странах имеется 18 компьютеров на 1000 человек (в среднем в мире 78,3). Только 1,6% населения имеют доступ к Интернету. Количество телефонных линий в арабских странах в 5 раз меньше, чем в индустриальных странах. В большинстве арабских стран безработица превышает 30%, в Палестинской автономии она больше - 50%.

Арабский мир начал XXI век с 60 миллионами неграмотных (каждый пятый араб), с все ухудшающейся системой образования, с молодежью, почти полностью неготовой к новой экономике. Качество образования подвергается существенной эрозии из-за растущей роли религии, проникающей во все ниши жизни общества. В Саудовской Аравии более четверти университетских степеней выдается за изучение ислама.

Экономический вес всех вместе арабских стран меньше испанского (совокупный валовой продукт за год составляет 600,3 миллиарда долларов, в то время как в Испании он равен 955,5 миллиарда долларов), экспорт - меньше финского. Лишь 2,8% экспорта арабских государств составляют продукты высоких технологий. Доля валового продукта на душу населения составляет около 2000 долларов, что в 11 раз меньше, чем в Испании. Этот показатель меньше только в странах тропической Африки. Экономическая стагнация, помноженная на быстрый рост населения, неумолимо уменьшает и без того низкий уровень жизни.

Арабский мир стоит перед экономической и политической катастрофой. Эта ситуация благоприятствует радикализации, террору и войне и создает почву для самоубийства режимов и отдельных людей. Движение террористов-самоубийц на тот свет отражает безнадежность жизни на этом свете. Дух сопротивления арабской молодежи status quo, являющийся следствием выражения недовольства жизнью, благословляется, узаконивается и поощряется влиятельными экстремистскими группировками (ХАМАС, "Хизбалла", "Аль-Каеда") и исламскими правительствами (Иран, Судан) и направляется против Запада, виновного во всех бедах.

Борьба арабов против Израиля, преподносимая как борьба за освобождение палестинского народа, переживает кризис. Арабо-израильский конфликт, несмотря на все предпринимаемые усилия, по-прежнему не урегулирован и остается в числе самых сложных проблем современных международных отношений. Сохраняющаяся конфронтация мешает развитию региона: тормозит хозяйственный рост, сдерживает приток инвестиций, препятствует экономической интеграции, порождает многочисленные социальные проблемы, создает условия для роста террористической активности.

Выбор политики США по отношению к Ближнему Востоку в качестве объекта курсовой работы обусловлен тем, что исторически именно США стали одним из ключевых факторов, предопределивших пути развития мирного процесса на Ближнем Востоке и формирующих в настоящее время основу его продолжения.

США с самого начала наиболее активно занимались посреднической деятельностью, и именно практические шаги американцев принесли определенные положительные результаты. Вместе с СССР они стояли у истоков арабо-израильского урегулирования в конце 60-х - начале 70-х годов ХХ века. При участии Вашингтона были достигнуты первые заметные успехи на этом направлении, в частности, заключено мирное соглашение между Египтом и Израилем. В 90-е годы ХХ века американская администрация играла ведущую роль в качестве посредника на палестино-израильском и сирийском направлениях. США также способствовали заключению мира между Израилем и Иорданией в 1994 году, предоставив гарантии и оказав сторонам финансовую и политическую поддержку.

США занимают уникальное положение, дающее им существенные преимущества по сравнению с другими потенциальными посредниками. С одной стороны, они всегда имели традиционно тесные связи с Израилем, а с другой – с середины 70-х годов ХХ века Вашингтон последовательно расширял и укреплял связи в арабском мире. В результате, к началу 90-х годов ХХ века американцы имели контакты с ООП и со всеми государствами, непосредственно вовлеченными в конфликт.

Авторитет Соединенных Штатов позволяет им при необходимости оказывать политическое давление на участников мирного процесса, чтобы подтолкнуть их к поискам компромисса. Кроме того, Белый дом, располагая богатыми ресурсами для поддержки и поощрения участников мирного процесса, имеет в своем распоряжении такой мощный рычаг для воздействия, как предоставление финансово-экономической и военной помощи.

Актуальность изучения политики США по отношению к Ближнему Востоку обусловлена еще и тем, что в настоящее время стали доступны многие ранее засекреченные документы и материалы, появились мемуары непосредственных участников событий, которые дают возможность более полно и объективно исследовать данный предмет. Отдельно надо сказать о том, что благодаря развитию Интернета стал доступен гораздо больший объем научной информации, в частности, документы, отражающие деятельность различных американских президентов.

Предмет исследования. Особая роль США в политике на Ближнем Востоке во многом предопределила значительный научно-практический интерес специалистов к исследованию характера и содержания политики США на Ближнем Востоке.

Целью нашей работы является изучение эволюции политики США по отношению к Ближнему Востоку и ее влиянию, в частности, на мирный процесс. В рамках исследования нами были поставлены следующие задачи:

  1. исследовать мотивы, определившие активное участие США на Ближнем Востоке;

  2. проанализировать ход ближневосточного мирного процесса в контексте эволюции ближневосточной политики Соединенных Штатов в 70-е годы ХХ века – начале XXI века;

  3. исследовать практическую деятельность администрации США по отношению к Ближнему Востоку;

  4. изучить посредническую деятельность США по урегулированию арабо-израильского конфликта после окончания холодной войны;

  5. осветить внутриполитические факторы, определявшие суть американской политики на Ближнем Востоке.

Хронологические рамки данной работы охватывают период с 70-х годов ХХ века по первое десятилетие XXI века. Подобный выбор объясняется тем, что именно после арабо-израильской войны 1973 года начались усиленные поиски мира, в которые активно включились США, а победа ХАМАС на выборах в палестинский парламент в 2006 году спровоцировала очередной кризис переговорного процесса и заставила Вашингтон вырабатывать новый подход к политическому урегулированию конфликта.

Степень научной разработанности темы. В отечественной научной литературе достаточно полно представлена эволюция и современное состояние политики США на Ближнем Востоке. В отдельных работах фигурирует политика США по проблеме ближневосточного урегулирования, однако, специальные комплексные исследования по рассматриваемой теме не появлялись уже более двадцати лет.

Источники, использованные в работе. Исследование вопросов, поднятых в данной работе, потребовало обращения к широкому кругу документальных материалов: документы, опубликованные в специализированных сборниках или размещенные в сети Интернет; материалы прессы; отечественные работы общего характера, посвященные Ближнему Востоку, арабским государствам и Израилю; монографии и исследования отечественных авторов о политике США на Ближнем Востоке. К сожалению, они крайне немногочисленны.

Методологическая основа исследования. При подготовке работы использовался системно-аналитический подход; изучение документов, сравнение.

Структура работы подчинена поставленным целям и задачам и отражает логику работы. Она состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.


1 Роль и значение Ближнего Востока во внешней политике

США
1.1 Стратегическое и политическое значение Ближнего Востока

Стратегическое и политическое значение Ближнего Востока определяется целым рядом причин политического, военно-стратегического и экономического порядка.

Ближний Восток является ареной открытого столкновения сил национально-освободительного движения с империализмом и колониализмом, сил прогресса с силами реакции, нового со старым. Эта борьба осложняется многими внешними и внутренними факторами.

В современном мире Восток играет все более заметную роль. Хотя эта роль ощущается прежде всего в сфере экономики и политики, современные исследования уделяют много внимания изучению и внутренней структуры стран Востока, их национально-культурной традиции, специфики их социального развития. Внимание это тем более закономерно, что почти все страны традиционного Востока в наши дни переживают мучительный процесс внутренней трансформации, связанной с неизбежной ломкой либо серьезной модификацией привычных норм и стандартов. В ходе этого процесса на передний план энергично выдвигается национально-культурная традиция, защитно-охранительные функции которой опираются на религию, как символ национального сопротивления. Все это связывает воедино общество и религию, социально-экономическое содержание серьезных процессов внутренней трансформации стран традиционного Востока и национально-религиозную форму их [1].

Нетрудно представить, какую большую роль в таких обществах играла религия. Прежде всего, она санкционировала и освящала политическую власть, способствовала обожествлению правителя, превращению его в божественный символ, связующее единство данной общности. Кроме того, тесно связанная с консервативной традицией и закреплявшая ее механизм, освящавшая ее нормы религия всегда стояла также на страже незыблемой национальной структуры. Другими словами, по отношению к государству и обществу религия была цементирующей основой, но эффективность этой основы, сила ее защитной мощи во многом зависели от нее самой. Известно, что разные религиозные системы далеко не в одинаковой степени укрепляли традиционную социальную структуру либо существующую политическую власть.

Таким образом, религия на Востоке всегда делала ставку на стабильность, консервацию существующей нормы, сохранение социально-политического статус-кво. Во многом обусловленная именно религией внутренняя стабильность, препятствовавшая структурному обновлению и активизации частнособственнического начала, мешала развитию Востока, заставляя его веками топтаться на месте. Вторжение европейского капитала и колониальные захваты дали толчок разложению старой метаструктуры и медленному, крайне болезненному созданию новой.

Все три монотеистические религиозные системы, известные истории мировой культуры, тесно связаны друг с другом, вытекают одна из другой и генетически восходят к одной и той же ближневосточной зоне.

На примере передовых арабских стран Ближнего Востока видно, как в борьбе с социально-экономическими и политическими трудностями объективного и субъективного характера руководители этих стран, сталкиваются с необходимостью перестройки экономики и ликвидации вековой отсталости, коренного улучшения условий жизни народа, убеждаются в преимуществах некапиталистического пути развития, поскольку «только на этом пути смогут народы избавиться от эксплуатации, нищеты и голода» [2].

Ближний Восток представляет наиболее конфликтогенный регион мира. На протяжении всей половины XX века там периодически вспыхивали кратковременные и долгосрочные войны, в которые в той или иной форме оказывались втянуты великие державы и прежде всего СССР и США. Арабо-израильская война 1973 г. вообще имела ярко выраженную тенденцию для международного мира и безопасности, расположенными у границ России [5].

Перманентная конфликтогенность региона превратила его в самый емкий рынок вооружений. В последней четверти XX в. в связи с резкой активизацией политической роли ислама регион превратился в мощный идеологический центр мирового значения. Его идейное влияние все более серьезно сказывается не только в Азии и Африке, но даже в Европе и США.

Формирование нового внешнеполитического курса США в регионе проходило в условиях ожесточенной внутриполитической борьбы и постоянного социально-экономического кризиса. Серьезная дискуссия развернулась по поводу отношений с двумя основными стратегическими союзниками СССР в регионе: Ираком и Сирией. Именно эти две страны были наиболее крупными покупателями советского оружия, а поскольку значительная его часть поставлялась в кредит, то к моменту распада СССР их долги составили почти 20 млрд. долларов [8]. Испытывая постоянный дефицит финансовых ресурсов, правящие круги России сочли для себя наиболее целесообразным наладить отношения с этими двумя странами, несмотря на то, что они находились в чрезвычайно сложном международном положении. Бесспорно, это была победа сторонников сохранения преемственности.

Еще более сложное сочетание черт прошлого и настоящего характерно для экономики и политики стран Ближнего Востока.

Подобно НИС нефтеэкспортирующие страны показывают форсированную динамику экономического развития. Источником сенсационного роста в этом случае являются уникальные нефтяные ресурсы и огромные финансовые средства, связанные с ростом мировых цен на нефть.

С новыми индустриальными странами эту группу стран Ближнего Востока сближает также наличие в их системе экономики и политика традиционного пласта. Но эта черта более характерна для арабских государств. Некоторые исследователи отмечают такую черту как «архаичная социальная структура». Об изменениях, происходящих в их экономике, свидетельствуют следующие факты. До 50-х гг. это были отсталые страны. Их недра эксплуатировались западными, прежде всего американскими и английскими, нефтяными монополиями. Воспользоваться своими богатствами эти государства смогли лишь в 70-е гг., проведя серию национализаций в нефтегазовом секторе и объединив свои на мировом рынке нефти в рамках нефтяного картеля Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК). Единство действий позволило странам ОПЕК увеличить цены на нефть примерно в 20 раз и получить баснословные прибыли [13].

С этого момента начался феноменальный взлет в их хозяйственном развитии. За период 1970 – 2000 гг. стоимость ВВП выросла в Саудовской Аравии с 5,1 до 210,6 млрд. долл. (по ППС), в Объединенных Арабских Эмиратах (ОАЭ) – с 0,7 до 53,0 млрд. долл., в Кувейте – с 2,9 до 29 млрд. долл. Уровень душевного ВВП увеличился в Саудовской Аравии до 11,1 тыс. долл. (по ППС), в ОАЭ – до 19,4 тыс.

Началось создание системы современных производственных сил. Возникла новая производственная структура хозяйства. Так, в 2000 г. в Саудовской Аравии она имела следующий вид: в стоимости ВВП на долю сельского хозяйства приходилось 7% промышленности – 48, сферы услуг – 45% [21].

Неблагоприятные для земледелия климатические условия приводили к зависимости стран этого региона от импорта продовольствия. В конце 70-х гг. там была разработана и реализована программа самообеспечения продовольствием. Основная роль отводилась Саудовской Аравии, где темпы роста аграрного производства в 80 – 90 гг. стояли на уровне 12% [21]. В результате Саудовская Аравия превратилась в крупнейшего экспортера пшеницы и ряда других сельскохозяйственных продуктов.

Особенно большие изменения происходят в промышленности. Основой всей экономики этих государств является нефтяная промышленность. Она – источник огромных доходов. Но нефтяные запасы ограничены. Поэтому нефтяная монокультура опасна для нефтеэкспортирующих стран, и они принимают разнообразные меры по диверсификации промышленной структуры.

В экономике этих стран, и в прошлом игравших роль «торгового перекрестка», важная роль и в настоящее время принадлежит сфере услуг, особенно торговле. В последние годы широко развивается туристический бизнес.

Радикальные изменения, происходящие в развитии производительных сил, не сопровождаются столь же быстрыми сдвигами в социальной структуре. В 50-е гг. в этой структуре главную роль играли шейхи, феодальные предводители местных племен, сеиды, высшие слои мусульманской аристократии и большое количество кочевников и полукочевников. В настоящее время число последних резко сократилось в связи с массовым оттоком сельского населения в города [23].

По отношению к местному населению осуществляется своего рода «революция сверху». Растут его доходы, формируются современные системы образования (большую известность получили, в частности, университет в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде, университет в Кувейте и др.) и здравоохранения, улучшается положение женщин, ведется жилищное строительство, благоустраиваются города и т.д.

Однако в общественной жизни нефтеэкспортирующих стран во многом сохраняется доминирующее положение шейхов и сеидов. Примером может служить клан Саудидов, которые господствуют в Саудовской Аравии. Они распоряжаются гигантскими нефтяными доходами. Им практически подчинены вооруженные силы. Они являются собственниками многих промышленных и других предприятий. По оценкам специалистов, клан Саудидов ( включает около 30 шейхов) – это самая богатая «семья» в современном мире [25]. А владык наиболее богатых эмиратов ОАЭ сравнивают по размерам контролируемых ими богатств с такими олигархическими группировками США, как Морганы и Дюпоны.

Изменения социально-экономической структуры происходят медленно. Одной из причин является большое влияние на экономику и политику этих стран мусульманской религии и мусульманской элиты, которая часто совпадает с феодальной знатью. Определенная сложность заключается в том, что Коран запрещает реализовывать прибыль, брать проценты. В обход религиозных догм придуманы различные формулы финансовой деятельности. Иногда вопрос о процентах в законодательстве просто игнорируется. Формируются различные типы финансовых учреждений, которые прибегают к использованию процентов, ссылаясь на свой особый статус. Так, существуют смешанные учреждения с участием европейских и других иностранных банков. Другой формой являются международные, т.е. межарабские, банки. Используется и форма специализированных учреждений. Отсутствие полноценного коммерческого права затрудняет развитие капиталистических отношений, а его создание наталкивается на определенное сопротивление духовенства, которое видит в этом попытку подорвать основу Корана [27].

В системе внешних экономических связей нефтеэкспортирующих стран Арабского Востока решающее значение имеют внешняя торговля и экспорт капитала.

В товарном экспорте Саудовской Аравии, например (в 2000 г. Его стоимость составила 84,1 млрд. долл.), подавляющая часть приходилась на сырую нефть и нефтепродукты, 55,3% направлялось в страны Азии (главную роль играли поставки в Японию), 19,6% - в страны ЕС, 15,7% - в США. Товарный состав импорта (его объем в 2000 г. Равнялся 32,8 млрд. долл.) был очень разнообразным (машины и оборудование, отдельные виды сырья, продовольствия и др.). Основными поставщиками Саудовской Аравии были страны ЕС (34,1%), США (27,3) и страны Азии (28,8) [25].

Доходы стран-экспортеров нефти после увеличения цен были столь велики, что национальная экономика их не смогла использовать. Значительная часть полученных средств, так называемых нефтедолларов, была вложена в экономику США, Западной Европы и других стран. Их сумма превысила сотни миллиардов долларов. Саудовская Аравия только по государственной линии выделила западным предприятиям 100-120 млрд. долл., Кувейт – 70-80 млрд., ОАЭ – 45-55 млрд. долл.[25].

Достижения были бы более значительными, если бы часть средств эти страны не тратили на милитаризацию хозяйства. Показательна высокая доля военных расходов в ВВП. Лидером является Саудовская Аравия, где на военные нужды расходуется 13-14% стоимости ВВП. Саудовская Аравия и Кувейт занимают первые места в рейтинге ООН по уровню военных расходов на одного жителя. Доля военнослужащих в населении ОАЭ составляет 2,96%, в то время как в среднем для развивающихся стран этот показатель колеблется в пределах 0,4-0,5%. Наибольшими вооруженными силами обладает также Саудовская Аравия. В конце 1999 г. В сухопутных войсках королевства находилось 70 тыс. человек, в ВМС – 13,5 , ВВС – 18 тыс. человек [24].

Еще одной экономической проблемой этих стран является паразитическое потребление накопленных богатств господствующей элитой. Происходит эволюция потребностей арабских шейхов, сказочно разбогатевших в условиях денежного перенакопления последних десятилетий.

Изменения, которые происходят в экономике стран Ближнего Востока России в последние годы, расширяют возможности их сотрудничества. Расширяется координация политики России и членов ОПЕК. Представители российских промышленных фирм подчеркивают, что Россия имеет общие интересы с этими государствами в строительстве АЭС, а также крупных ТЭС [22].

Общие перспективы во многом зависят от перехода от простейших внешнеторговых форм к более сложным: техническому содействию, совместной реализации проектов по новым технологиям, кооперации и др. Перспективными формами сотрудничества может стать внедрение новейших технологий по опреснению морской воды, в которых так нуждаются арабские страны Персидского залива.

Существуют неплохие возможности в деле поставок новейшей военной техники и подготовке военных специалистов. Оборот оружейного рынка на Ближнем Востоке приближается к 60-80 млрд. долл.

Прекращение глобального противостояния двух мировых систем – США и СССР, одной из арен которого был во второй половине XX века Ближний Восток, пошатнуло прежнюю систему политического и военного баланса. Но это вовсе не означает возложение только на США монопольной ответственности за решение любых региональных конфликтов, тем более межцивилизационных.

Арабские государства контролируют примерно 55% мировых запасов нефти. По данным Министерства Энергетики США \ Department of Energy, в 2004 году в число 14-ти государств, являвшихся крупнейшими производителями нефти (то есть теми, кто добывал более 2 млн. баррелей нефти в день), входили Саудовская Аравия (1-е место), Объединенные Арабские Эмираты (10-е место), Кувейт (11-е место) и Ирак (13-е место). Крупнейшими экспортерами нефти были Саудовская Аравия (1-е место), Объединенные Арабские Эмираты (6-е место), Кувейт (7-е место), Алжир (10-е место), Ирак (11-е место), Ливия (12-е место), Катар (14-е место). Катар, Саудовская Аравия, Алжир и Ирак входят в число стран, обладающих крупнейшими запасами природного газа [19].

В период с 1960 по 1985 годы Арабский Мир (22 страны, расположенные на Ближнем Востоке и в Северной Африке) превосходил все остальные регионы мира (за исключением "азиатских тигров" - Японии, Тайваня, Южной Кореи и пр.) по темпам экономического роста. Однако в 1985 году произошла катастрофа - мировые цены на нефть снизились с $27 за баррель (1985 год) до $12 (1998). В результате, экономика арабских государств оказалась в жесточайшем кризисе. Рост цен на нефть немедленно позитивно отражается на экономической и социальной сфере арабских государств [19].

Совокупный валовой внутренний продукт (ВВП) арабских государств (в 2004 году $600.3 млрд.) меньше ВВП Испании ($955.5 млрд.). Совокупный объем экспорта арабских государств меньше, чем объем экспорта Финляндии. Лишь 2.8% экспорта арабских государств составляют продукты высоких технологий [4].

Доля ВВП на душу населения ныне составляет примерно $2 тыс. (в той же Испании - $22.4 тыс.) - по этому показателю арабские страны опережают лишь государства тропической Африки. Каждый пятый араб живет на сумму менее $2 в день (официальный общемировой уровень бедности).

Объемы затрат арабских стран на научные исследования составляют 0.4% их совокупного ВВП. Для Кубы этот показатель равен 1.26% ВВП, для Японии - 2.9% ВВП. На 1 млн. жителей арабских государств приходится 370 ученых и инженеров, для остального мира этот показатель составляет 979 на 1 млн. [6].

Показательно, что на сайте Лиги Арабских Государств помещен впечатляющий перечень достижений арабских ученых. Перечень совершенных ими открытий, повлиявших на развитие мировой цивилизации, ограничивается 13 веком.

По данным ЮНЕСКО \ UNESCO, примерно 58 млн. взрослых арабов неграмотны (читать и писать не умеют 27% всех мужчин и 49% женщин). Среднестатистический араб учится 3.4 года (меньше - только в тропической Африке). В Саудовской Аравии более 25% всех выпускников университетов получают дипломы о религиозном образовании [1].

На 1 тыс. жителей арабских государств приходится 53 газеты, на 1 тыс. жителей индустриально развитых стран - 285 газет. При этом подавляющее большинство арабских средств массовой информации существуют в условиях жесточайшей цензуры [13].

Арабы составляют более 5% мирового населения, однако на их долю приходится лишь 1.1% книг, издаваемых в масштабах планеты. 17% издаваемых на арабском языке книг - это религиозная литература (5% в масштабах всего мира). Даже наиболее популярные книги имеют мизерные тиражи - объемы продаж бестселлеров редко превышают 5 тыс. экземпляров (в арабских государствах ныне проживает 294 млн. человек) [Там же].

Жители арабских государств не имеют достойного представления об иных культурах. Ежегодно на 1 млн. жителей арабских стран приходится 4.4 книги иностранных авторов, переведенных на арабский. Для сравнения, на 1 млн. испанцев приходится почти 920 иностранных книг, переведенных в их стране на испанский [Там же].

По данным ООН, собранным в докладе "Гуманитарное Развитие Арабского Мира" \ Arab Human Development Report, в 2003 году на 1 тыс. жителей арабских государств приходилось 26 компьютеров - в среднем , в мире 1 тыс. человек пользовались 98-ю компьютерами. Лишь 1.6% населения арабских государств имеет доступ в Интернет. Телефонных линий в арабских государствах в пять раз меньше, чем в индустриально развитых [23].

На Ближнем Востоке Мире рекордно мал разрыв между богатыми и бедными слоями общества. Однако уровень жизни в арабских государствах снижается на протяжении последних трех десятилетий. Для того, чтобы удвоить уровень жизни арабским государствам (при нынешних темпах) потребуется 140 лет (10-15 лет в остальных регионах мира, за исключением тропической Африки).

По оценкам Организации Экономического Сотрудничества и Развития \ Organization for Economic Cooperation and Development, ситуация не улучшится в обозримом будущем, поскольку год от года заметно снижается уровень инвестиций в основные фонды предприятий, а также производительность труда.

Уровень безработицы в арабских государствах составляет 15%. Самая низкая безработица - в Объединенных Арабских Эмиратах - 2.6%, самая высокая - в Палестине (51%) [23].

Арабский Мир импортирует от 35% до 55% всего потребляемого им продовольствия.

По оценкам Всемирной Организации Здравоохранения\World Health Organization, 55.9 из каждых тысячи детей, рожденных в арабских семьях, не доживают до пятилетнего возраста. Из каждых 1 тыс. беременных женщин от трех (Кувейт) до 550-ти (Йемен) погибают в результате родов - в арабском мире при родах погибает в два раза больше женщин, чем в "бедной" Латинской Америке. Арабские женщины живут меньше, чем женщины во всех остальных регионах мира (кроме тропической Африки) [1].

По данным организации Transparency International, которая ежегодно публикует рейтинг коррумпированности стран мира, наилучшая ситуация сложилась в Омане и Бахрейне (по этому показателю уступают лишь странам Запада), наихудшая - в Ливии и Ираке.

Организация Freedom House, которая ежегодно публикует рейтинг уровня гражданских свобод в различных странах, в 2004 году отнесла большинство арабских государств к категории "несвободных". К категории "частично свободных" отнесены Йемен, Бахрейн, Иордания, Марокко и Кувейт [27].

По оценкам Центра Исследований Населения \ Population Resource Center, к 2020 году в мире будет проживать 480 млн. арабов, а поколение спустя - около 600 млн. Ныне 50-65% населения арабских государств - молодые люди, в возрасте до 24-х лет. Абсолютно все арабские государства не в состоянии обеспечить свое население работой, достойным жильем, образованием и пр. В 2004 году Всемирный Банк\World Bank опубликовал исследование, в котором был сделан вывод: недостаточное развитие экономики вкупе с ростом числа молодых людей представляет собой "взрывоопасную смесь". Опросы общественного мнения, проводимые в арабских странах, показывают, что более половины молодых людей не исключают для себя возможности эмиграции [1].
1.2 США на Ближнем Востоке: история взаимоотношений


Уровень популярности США в арабском мире крайне низок. Результатом этого является поддержка террористических структур, а также трудности, которые испытывают Соединенные Штаты во внешней политике, международной торговле и пр. В результате, США начали крупномасштабную борьбу за "умы и сердца" арабов.

Антиамериканские настроения в арабском мире возникли задолго до образования "Аль Каеды" и исламской революции в Иране - они начали культивироваться еще в 1950-е годы, причем не исламистами, а националистами, сторонниками светского и даже социалистического пути развития арабской цивилизации. Комиссия Конгресса США по расследованию причин терактов 11 сентября 2001 года\9/11 Сommission пришла к показательному выводу: "Если США не будут агрессивно действовать, объясняя исламскому миру свои намерения и действия, то эту работу за нас сделают экстремисты" [28].

Роберт Сатлофф\Robert Satloff, директор Института Ближневосточной Политики\Institute for Near East Policy, в книге "Борьба Идей в Войне с Террором"\The Battle of Ideas in the War on Terror: Essays on U.S. Public Diplomacy in the Middle East, разделяет мусульман на три группы. Меньшая по количеству, но несоразмерно громогласная группа действительно ненавидит США. К этой группе относятся экстремисты и террористы всех мастей. На них не стоит тратить ресурсы публичной дипломатии. Другую группу составляют сторонники эволюционных перемен, которых возмущают некоторые аспекты американской внешней политики. Маловероятно, что внешняя политика США кардинально изменится, поэтому Сатлофф предлагает обеспечить доступ этой части населения к объективной информации о США и к различным точкам зрения. Однако десятки миллионов мусульман внешнеполитические и идеологические вопросы волнуют мало, так как они живут за чертой бедности и тратят всю энергию на выживание. Поэтому политика США должна способствовать развитию экономики и социальной инфраструктуры, чтобы эти люди могли быть включены в политические процессы. Сатлофф напоминает, что борьба идей происходит и внутри мусульманского сообщества. США должны поддержать умеренные силы в борьбе с экстремистами [11].

Через полгода после террористических атак 11 сентября 2001 года на государственной радиостанции "Голос Америки"\Voice of America была проведена крупная реорганизация. Арабская редакция "Голоса" прекратила свое существование, ее заменили две радиостанции Radio Sawa и Middle Eastern Radio Network.

Radio Sawa (арабское слово "sawa" переводится как "вместе"), с годовым бюджетом $35 млн., ориентировано в первую очередь на молодежь. Вещание в FM-диапазоне, а также через спутники, ведется из студий в Вашингтоне и Дубае (Объединенные арабские Эмираты), а также из корпунктов, расположенных практически во всех странах Ближнего Востока. Полотно вещания составляют новости, перемежаемые музыкой (как западной, так и восточной). По данным Контрольного Управления США\Government Accountability Office, слушать передачи Radio Sawa способны 51% арабской молодежи (доступность передач "Голоса Америки" была намного ниже). По состоянию на начало 2005 года считалось, что у этой радиостанции 15 млн. слушателей [7].

В феврале 2004 года компанию радиостанциям составило спутниковое телевидение Al Hurra (на арабском означает "независимое"), передачи которого транслируются на 22 страны Ближнего Востока и Северной Африки. Основу вещания, которое ведется из США, составляют новостные и публицистические передачи, перемежаемые программами о спорте, музыке, развлечениях и пр. Реклама отсутствует. Бюджет Al Hurra составляет $62 млн. в год - это самый крупный проект такого рода со времен создания "Голоса Америки" (1942). По данным британской газеты Sunday Times, опросы показывают, что не меньше 20% жителей Иордании, Кувейта, Ливана, Марокко и Садовской Аравии, имеющих "тарелки" спутникового ТВ, являются постоянными зрителями программ Al Hurra (агентство Reuters называет цифру в 25%) - ежедневная аудитория ныне достигает 21.3 млн. Главными конкурентами американского телеканала являются арабские - Al Jazeera и Al Arabiya [7].

В 2003 году в эфир вышла радиостанция Radio Farda (персидское слово "farda" переводится как "завтра"), вещающая на фарси. Ее целевой аудиторией является молодое поколение иранцев, в возрасте до 30-ти лет. Эфир состоит из новостей и смеси западной и иранской музыки. Radio Farda заменила радиостанцию "Свободный Иран"\Radio Free Iran (являлась частью сети "Радио "Свободная Европа" - Радио "Свобода"\Radio Free Europe - Radio Liberty) [Там же].

Кроме того, сообщалось, что американское государство планирует расширить вещание на мусульманские (но не арабоязычные) народы Ирана, Пакистана, Афганистана и "других стран, важных в контексте войны с терроризмом." Также разрабатываются медийные проекты, ориентированные на европейских мусульман, в том числе живущих во Франции и Германии, являющихся, по словам президента Джорджа Буша\George Bush, "потенциальными источниками экстремизма". Мусульмане бывшего СССР в сферу интереса авторов этих проектов пока не входят.

Подобные программы имеет и Министерство Обороны США\Department of Defense. После оккупации Ирака Пентагон взял под контроль саддамовское Министерство Информации и по его каналам начал распространять информацию о деятельности временной администрации Ирака. Также были созданы газета Al Sabah ("Утро"), а в 2003 году также радио- и телевизионная станция Al Iraqiyah ("Иракская"), вещающие на Ирак. Передачи Al Iraqiya способны смотреть до 85% населения Ирака (реально смотрят около 40%, намного большей популярностью пользуются Al Jazeera и Al Arabiya). Структура Пентагона Командование Специальными Операциями\Joint Psychological Operations Support Element of the U.S. Special Operations Command выделило $300 млн. на создание материалов и реклам, способных улучшить имидж США и американских военных в иных странах. Это часть "психологической войны" (в США применяется термин "психологические операции"\psychological operations или psyops) - подобные проекты нацелены на население иностранных государств, которое находится в зоне боевых действий - целью является повышение уровня сотрудничества с вооруженными силами США. Действия Пентагона не имеют отношения к публичной дипломатии [7].

Многие эксперты приходят к выводу, что пропаганда США в арабских странах - дело тяжелое и проблематичное. США слишком долго сотрудничали с репрессивными арабскими режимами. Арабы негативно относятся к поддержке Соединенными Штатами Израиля. Истории, наподобие скандала "Абу Грейб", также не улучшают ситуации. Саламе Нематт\Salameh Nematt, корреспондент газеты Al Hayat в Вашингтоне, считает, что на Ближнем Востоке существует "культурная шизофрения" - арабы испытывают склонность к американской поп-культуре, которая мирно сосуществует с недовольством американской внешней политикой. Поэтому государственные радио- и телестанции США даже могут обрести популярность, но будут неспособны повлиять на общественное мнение.

Шибли Телхами\Shibley Telhami, старший научный сотрудник Brookings Institution, утверждает, что в арабских странах число сторонников США достигло минимальных значений, причем даже в тех странах, которым США оказывают колоссальную помощь. Телхами провел ряд опросов в арабских странах и установил, что большинство арабов считают главными целями внешней политики США в этом регионе "борьбу за нефть", "поддержку Израиля" и "ослабление исламской цивилизации" [3].

2 Деятельность США на Ближнем Востоке
2.3 Роль США на Ближнем Востоке в 1970-е годы


В первой половине 1970-х годов целью американской дипломатии, и, прежде всего, госсекретаря Генри Киссинджера, было в первую очередь уменьшение опасности возобновления широкомасштабных боевых действий на Ближнем Востоке.

США вместе с СССР и ООН стали одним из спонсоров Женевской мирной конференции. Вашингтону пришлось оказать серьезное давление на израильское руководство, которое возражало против проведения конференции под эгидой ООН, где были сильнее позиции арабов. Конференция подтвердила возможность диалога между арабами и Израилем и дала американской администрации возможность значительно ускорить достижение соглашения о разъединении войск.

18 января 1974 года при посредничестве США и ООН было подписано соглашение о разъединении войск между Египтом и Израилем, которое стало первым результатом миротворческих усилий Соединенных Штатов на Ближнем Востоке. Челночная дипломатия Киссинджера доказала свою эффективность и заменила Женевскую конференцию. США сделали ставку на реализацию предложенного Киссинджером подхода «шаг за шагом», добиваясь постепенного сближения позиций сторон, переходя от одного вопроса к другому [12].

Несмотря на рост активности США в вопросе ближневосточного урегулирования в первой половине 70-х годов, в период деятельности администрации Никсона-Форда так и не произошло решительного прорыва (сохранялась оккупация Синайского полуострова, Голанских высот, Западного берега реки Иордан и сектора Газы). Однако действия Вашингтона способствовали тому, что Израиль и арабские страны сделали первые нерешительные шаги в сторону мирного разрешения конфликта. Тем не менее, обстановка в регионе оставалась сложной, и требовались дополнительные усилия для достижения дальнейшего прогресса.

В ноябре 1976 года к власти пришла новая администрация во главе с Джимми Картером. По мнению нового президента, положение «ни мира - ни войны», которое сложилось к этому моменту в регионе, не могло сохраняться долго и было чревато новой конфронтацией. Кроме того, администрация США осознавала растущую зависимость страны от поставок нефти из-за рубежа, и эмбарго, возможное в случае новой войны, рассматривалось как очень серьезная потенциальная угроза национальной безопасности [20].

В феврале 1977 года было принято решение о том, что США будут добиваться созыва в Женеве во второй половине года возобновленной Мирной конференции по Ближнему Востоку. В середине июня 1977 года администрация Картера выступила с мирной инициативой, разработанной на основе резолюции СБ ООН №242, которая должна была стать отправной точкой для переговоров. Президент Картер лично принимал участие в подготовке к возобновлению мирных переговоров, пытаясь найти такие решения спорных вопросов, которые встретили бы одобрение всех участников конфликта [11].

К осени 1977 года США удалось достичь взаимопонимания с СССР по вопросу возобновления работы Женевской конференции, однако, затем отказ Сирии от участия в ней сорвал эти планы.

Начиная с зимы 1978 года, в Вашингтоне все более склонялись к идее сепаратных переговоров между Египтом и Израилем. В течение всей первой половины 1978 года США прилагали активные дипломатические усилия по сближению позиций сторон, однако прогресс достигнут не был. В этих условиях американский президент предложил президенту Египта Садату и премьер-министру Израиля Бегину прибыть в Кемп-Дэвид для прямых переговоров и встретиться в приватной обстановке для выработки условий урегулирования. При этом Картер отводил себе роль посредника. Его личное участие в мирном процессе еще на стадии подготовки к непосредственным переговорам, во многом способствовало продвижению мирного процесса.

Переговоры проходили в исключительно сложной обстановке и неоднократно оказывались под угрозой срыва. Президенту Картеру стоило огромных усилий убедить израильского премьер-министра Менахема Бегина пойти на уступки. В итоге, 17 сентября 1978 года американская делегация все же выступила с проектом, устроившим и арабов, и израильтян [26].

Впоследствии многие исследователи заклеймили соглашения, подписанные в Кемп-Дэвиде как противоречащие интересам арабов и тормозящие развитие мирного процесса. По сей день раздаются обвинения в адрес американской администрации и президента Картера, которого подозревают в лоббировании интересов Израиля и стремлении разрушить единство арабов [Там же]. Однако изучение бумаг американского президента скорее указывает на то, что для него Кемп-Дэвид был первым шагом на пути к окончательному примирению Израиля с соседними государствами. Прецедентом, которому рано или поздно должны были последовать другие арабские страны.
2.2 Политика США в период стагнации мирного процесса (1980-1990-е гг.)


В этот период, несмотря на неблагоприятные условия для продолжения Соединенными Штатами посреднической деятельности (острое противостояние с СССР, исключительно тесные связи с Израилем, отказ Вашингтона от сотрудничества с некоторыми сторонами конфликта), вопрос арабо-израильского урегулирования, хоть и был отодвинут на второй план, все же оставался в поле зрения американского руководства.

Израильское вторжение в Ливан в 1982 году и последовавшие за этим события показали всю нестабильность обстановки на Ближнем Востоке и заставили Вашингтон активизировать миротворческую деятельность. Попыткой сдвинуть урегулирование с мертвой точки стало оглашение 1 сентября 1981 года так называемого «плана Рейгана», в котором для решения палестинского вопроса президент предложил создать автономию на оккупированных территориях Западного берега и сектора Газа, а затем по истечении пятилетнего переходного периода включить ее в состав Иордании [23].

«План Рейгана», который американская администрация рассматривала как инициативу в пользу арабов и рассчитывала с помощью умеренных прозападных режимов превратить в основу для мирного урегулирования, потерпел полное фиаско. В данном случае Вашингтон не только продемонстрировал непонимание подхода арабских стран, а также ближневосточных реалий, но и не смог добиться поддержки со стороны своего ключевого союзника в регионе – Израиля. Фактически, администрация Рональда Рейгана оказалась не готова к решению такой сложной проблемы, как арабо-израильское урегулирование.

Провал «плана Рейгана» вкупе с неблагоприятными условиями в регионе (доминирующая роль праворадикальных сил в израильской политике, а также продолжающаяся террористическая активность палестинцев) привели к тому, что в середине 80-х годов и вплоть до начала в 1987 году первой палестинской интифады, США предпринимали лишь очень осторожные попытки добиться прогресса мирного урегулирования. Основные усилия при этом были направлены на то, чтобы подтолкнуть участников конфликта к ведению двусторонних переговоров. Не исключалась возможность проведения представительной международной конференции, но только в качестве первого шага к прямым двусторонним переговорам.

Вспыхнувшее в декабре 1987 года восстание палестинцев на оккупированных территориях – первая интифада – заставило Вашингтон действовать более решительно и спешно подготовить новую мирную инициативу.

4 марта 1988 года американский госсекретарь Джордж Шульц предложил новый план урегулирования. Этот документ предусматривал созыв международной конференции под эгидой постоянных членов Совета Безопасности. Конференция должна была способствовать началу двусторонних мирных переговоров Израиля с каждым из соседних арабских государств. Президент Рейган лично приложил усилия для того, чтобы «план Шульца» обрел сторонников, прежде всего, в Израиле [26].

Несмотря на то, что участие палестинцев в предполагаемых переговорах было насущной необходимостью, президент Рейган не уставал клеймить ООП как террористическую организацию, с которой США, разумеется, отказывались иметь какие-либо контакты. В этом, как представляется, заключался существенный недостаток американского подхода, поскольку заключение соглашения между Израилем и палестинцами без участия ООП было бы просто невозможно.

«План Шульца» не получил поддержки ключевых участников ближневосточного противостояния, то есть Израиля и палестинцев, а также не встретил понимания в арабском мире. И по этой причине, несмотря на все усилия американских дипломатов и даже президента, он так и не был реализован полностью или частично [26].

Тем не менее, появление «плана Шульца» отражает определенную положительную динамику ближневосточной политики США. Важно то, что Вашингтон, пусть и допуская различные ошибки и просчеты, за счет таких попыток выдвижения мирных инициатив постепенно приобретал опыт посреднической деятельности, и, кроме того, давал понять израильским правящим кругам, что сложившийся статус-кво неприемлем. Американские инициативы заставляли враждующие стороны во всеуслышание формулировать свои условия урегулирования, конкретизировать или пересматривать свои позиции, а это можно рассматривать как опосредованный диалог.

Установление в конце 1988 года контактов с ООП стало единственным серьезным достижением американской дипломатии на ближневосточном направлении во второй половине 80-х годов.

Вскоре после избрания на пост президента Джорджа Буша США стали проводить жесткую линию в отношении Израиля, чтобы побудить его руководство занять более конструктивную позицию, делающую возможным начало диалога с палестинцами.

Подобные попытки давления на Тель-Авив (в том числе, с использованием экономических рычагов) тоже нужно рассматривать как новый и важный элемент американской политики в отношении арабо-израильского мирного урегулирования, возникший именно в 80-е годы [26].

К весне 1990 года постоянные оговорки со стороны Тель-Авива и нежелание идти на компромисс породили в американском руководстве разочарование и неверие в результативность миротворческих усилий на ближневосточном направлении. В июне 1990 года, параллельно с охлаждением американо-израильских отношений, Вашингтон принял решение «приостановить» диалог с ООП.

Надо полагать, что мирный процесс оказался в конце 80-х – начале 90-х годов в тупике, в значительной степени, из-за действий сторон конфликта: как израильтян, занявших откровенно неконструктивную позицию, так и палестинцев, не сумевших обуздать экстремистов в своих рядах. В подобных условиях любые посреднические усилия США становились просто бессмысленными.

Возобновление мирного процесса стало возможным только после Кувейтского кризиса 1990-1991 годов, который, без преувеличения, самым коренным образом повлиял на обстановку в регионе и создал условия для поиска путей урегулирования арабо-израильского конфликта [27].
2.3 Подходы Соединенных Штатов к Ближнему Востоку после окончания холодной войны (с 1991 по 2006 гг.)


В 90-е годы ХХ века США удалось добиться определенных успехов. Американская администрация умело использовала благоприятную обстановку (контакты с Сирией, ослабленные позиции ООП и Иордании), сложившуюся в регионе после Кувейтского кризиса 1990-1991 годов, для организации мирной конференции в Мадриде и возобновления мирного процесса [24].

На палестинском треке США сыграли активную посредническую роль в рамках «процесса Осло», главным образом, при подготовке и заключении Промежуточного соглашения 1995 года. Американские дипломаты также приложили немалые усилия, пытаясь спасти мирный процесс на этом направлении от краха после того, как эскалация насилия в регионе и приход в 1996 году к власти в Израиле правых поставили под вопрос реализацию достигнутых договоренностей.

Соединенные Штаты также выступили в качестве гаранта и спонсора иордано-израильского мирного договора в 1994 году [26].

Наименее успешными были действия Вашингтона на сирийском треке. Из-за ошибок американских дипломатов и нерешительности израильского руководства переговорный процесс на этом направлении продвигался очень медленно. Наконец, серьезный просчет, допущенный американцами в 1999 году при подготовке саммита в Женеве, привел к коллапсу переговорного процесса на этом треке и потере доверия сирийского руководства.

Надо отметить, что в середине 90-х годов США пришлось изменить подход к посреднической деятельности [20]. Если в первой половине десятилетия Вашингтон лишь обеспечивал ведение диалога, предоставляя сторонам самостоятельно определять параметры соглашений и время от времени помогая сглаживать особенно острые углы, то после прихода к власти в Израиле Биньямина Нетаньяху американцам пришлось оказывать на стороны давление и самим выдвигать мирные инициативы.

В начале ХХI века имело место качественное изменение подхода США к проблеме палестино-израильского урегулирования: Вашингтон стал не просто пытаться убедить стороны прекратить насилие, но и начал прикладывать немалые усилия для того, чтобы ликвидировать социальную и экономическую базу конфликта. Президент Буш развил бурную деятельность, направленную на поощрение демократических реформ в ПНА, которые рассматриваются Вашингтоном как необходимое условие для возобновления прерванного второй интифадой мирного процесса. Нельзя не отметить тот факт, что инициатива американского руководства имеет ярко выраженный мессианский характер, поскольку демократия преподносится как универсальное средство для преодоления любых внешне и внутриполитических кризисов, а содействие ее распространению в регионе объявляется едва ли не священным долгом Соединенных Штатов и их союзников [20].

Используя свой авторитет, США стали одним из учредителей и участников «квартета» международных посредников по Ближнему Востоку, призванного подтолкнуть стороны к поискам компромисса. Американский подход, который увязывал реформы ПНА с продолжением мирного процесса, лег в основу разработанного «квартетом» плана палестино-израильского урегулирования - «дорожной карты».

В рассматриваемый период США оказывали всестороннюю финансовую поддержку реформаторским усилиям палестинского руководства, что можно рассматривать как серьезный положительный фактор. При этом Вашингтон требовал от ПНА вести активную борьбу с терроризмом. Не менее важно то, что США всеми силами удерживали Израиль от агрессивных действий в отношении палестинцев в ответ на провокации экстремистских организаций [20].

В январе 2006 года, в результате победы ХАМАС на парламентских выборах на внутриполитической арене ПНА произошли значительные изменения. В этой связи от США потребуются дополнительные усилия по созданию благоприятных условий для осуществления палестино-израильского диалога, и дальнейшая стратегия американского руководства на данном направлении будет зависеть от того, удастся ли наладить контакты с новым правительством ПНА и убедить его отойти от радикальных позиций. Пока же, судя по заявлениям и действиям американских официальных лиц, США не оставили надежд на позитивное развитие ситуации и сигнализируют ХАМАС о готовности к сотрудничеству, при условии выполнения им требований международного сообщества.
2.4 Политика США в направлении трансформации Ближнего Востока (с 2006 по настоящее время)


Последние несколько лет одним из направлений политики Вашингтона является инициатива по реформированию так называемого "Большого Ближнего Востока". Этим географическим мета-термином в Белом Доме решили не столько заменить традиционные и устоявшиеся в обиходе понятия Ближнего, Переднего и Среднего Востока, сколько закамуфлировать собственную политическую линию на трансформацию огромного региона сообразно американскому пониманию прогресса и цивилизации.

В данном случае "Большой Ближний Восток" охватывает пространства двух континентов и вбирает в себя десятки суверенных государств. На западе его пределом выступает Марокко, а на востоке – Афганистан и Пакистан. Для нас же важно, что северными пределами для этой дефиниции выступают горы Большого Кавказского хребта и степи глубинной Евразии, то есть государства Южного Кавказа и Центральной Азии по большому счету также охватываются данным понятием. Впрочем, на последних американцы предпочитают не акцентировать особое внимание в своем проекте. Здесь им  уготована роль Ойкумены, главным же объектом преобразований выступают другие государства.

На этом огромном плацдарме Соединенные Штаты пытаются добиться, как они выражаются, "ощутимого прогресса" [15]. Причем не только в борьбе с угрозой исламского терроризма, но и в привитии здесь ценностей демократии и гражданского общества. В известном смысле эта линия является реинкарнацией знаменитых "14 пунктов" американского президента Вудро Вильсона, провозглашенным им еще в январе 1918 года. Именно с них берет свое начало глобалистская компонента во внешней политике Вашингтона. Америка очень любит выступать как радетель интересов народов, причем преимущественно тех, которые находятся под "гнетом" политических либо военных противников самих Соединенных Штатов [10].

Привлекательная риторика на практике оборачивается в одних случаях прямым внешним вмешательством во внутренние дела отдельных государств. При этом не считается зазорным использовать силу для смены нежелательных Вашингтону политических режимов. Издержки в расчет не принимаются, точнее их пытаются списать в духе известной поговорки "лес рубят – щепки летят". Режим иракского президента Саддама Хусейна конечно не никак не походил на образец протестантской добродетели, более того за ним действительно числилось немало преступных деяний против собственного народа. Но ведь вместо этого уже почти три года иракский народ существует в условиях ежедневного военного кошмара, с артобстрелами и авиабомбежками городских кварталов.

Вряд ли многочисленные жертвы из числа мирного гражданского населения можно признать необходимым условием для зарождения демократии на "Большом Ближнем Востоке". Военная интервенция США и их союзников в Ираке так и не смогла ни подтвердить обвинений в подготовке режимом Хусейна войны с использованием оружия массового поражения, ни стабилизировать регион в целом.

Зато специалисты видят последовательную операцию по прямому военному проникновению трансатлантических сил в то пространство, которое, по крайней мере, более полувека пыталось искать собственное место в мировой цивилизации. Но сегодня, на новом витке истории, США пытаются диктовать свои правила региону, как когда-то делали это сначала турки-османы, а затем англичане.

Трижды иракцы приходили к урнам для голосования. Была принята на референдуме новая конституция страны. Но ни она, ни выборы нового постоянного парламента не прибавили спокойствия. Наоборот, все отчетливее стала угроза раздела страны на три части по этно-конфессиональному признаку (Курдистан, суннитский и шиитский анклавы). Причем иракские сунниты, судя по декабрьским выступлениям, становятся все более склонны к радикализации своих устремлений. То есть, убрав Хусейна, Вашингтон спровоцировал не менее опасное явление, способное быстро распространиться по всему исламскому миру.

У Вашингтона явно недостает собственных возможностей реализовать план реформации на "Большом Ближнем Востоке" [9]. И не в последнюю очередь именно из-за этого США активно работают над укреплением коалиции своих партнеров (или, если использовать средневековые термины, – вассалов). Коалиция же эта никак не хочет превращаться в монолитную силу. Одних лозунгов о необходимости борьбы с исламским терроризмом явно недостаточно. Часть союзников, которых удалось привлечь в ряды коалиции, свой энтузиазм демонстрировала в силу тривиальной надежды заручиться поддержкой американской администрации в решении совершенно далеких от данного региона проблем. Типичными примерами такого подхода выступают Польша и страны Балтии. Варшава, чрезвычайно гордая тем, что ей доверили возглавить командование отведенным сектором в Ираке, вероятно уже видит себя как новый центр влияния в Европе, аналогичный "старым" лидерам, таким как Франция, Германия и Соединенное Королевство [14].

Помимо этого Соединенным Штатам невозможно скрыть того факта, что их план реформирования региона осуществляется как-то уж очень непоследовательно. Ту же Саудовскую Аравию они почему-то не пытаются силовым путем "принудить" встать на путь демократии. А вот Иран шаг за шагом окружают собственными военными базами, чередуя их появление с прямыми угрозами в адрес Тегерана. Когда в Азербайджане с грубыми нарушениями процедур, признаваемых ОБСЕ, были проведены президентские выборы, которые лишь прикрывали династическую передачу власти от отца к сыну, Вашингтон предпочитал закрывать на это глаза. Но вот сын Хафеза Асада – Башар, как новый президент Сирии, вызывает у американцев очевидное недовольство.

В Иране прошедшие в 2005 году выборы привели к власти Ахмадинежада – гораздо более радикального президента, чем ушедший Хаттами. Своей победе над другими претендентами Ахмадинежад не в последнюю очередь обязан "дуболомной" политике Соединенных Штатов. Ведь действие рождает противодействие. И сегодня мы видим, что иранский лидер намеренно провоцирует общественное мнение Запада своими эпатажными заявлениями. Словесная война уже началась, возможно, недалеко и до ее перехода в горячую стадию обмена ракетными ударами.

С Сирией у США тоже не все получилось так, как задумывалось. Конечно, удалось раздуть конфликт в Ливане, когда погибшие при до конца невыясненных обстоятельствах политики и журналисты с легкой руки Белого Дома были объявлены жертвами сирийских спецслужб. Доклад специальной комиссии ООН так и не дал юридических ответов на вопрос о том, оправданы ли эти обвинения, или они все-таки являются "заказной" версией, обслуживающей чьи-то политические интересы. Но сирийский военный контингент вынужден был покинуть Ливан.

В какой-то мере это облегчает политику Вашингтона и Тель-Авива, скажем, в палестинском вопросе. Но нельзя при этом не видеть, что в самом палестинском движении также происходит определенная радикализация [26]. Даже прежние соратники становятся политическими противниками. И куда заведет этот процесс, пока неясно.

Сила США, конечно же, изменяет лицо региона, но вот будет ли с новым лицом легче жить местному населению – это еще большой вопрос. Нет нужды говорить о заинтересованности Вашингтона в установлении своего контроля над добычей и транспортировкой нефти. Но ведь этот сектор экономики объективно не нуждается в создании большого количества рабочих мест. Между тем нельзя забывать, что на "Большом Среднем Востоке" практически повсеместно более половины населения составляют молодые люди до 25 лет. Здесь нет болезней, которые и сегодня собирают смертельную жатву, как на африканском континенте. Да и уровень жизни здесь куда как выше, чем в Африке.

А это значит, что приобщение к цивилизации по-вашингтонски неизбежно в будущем натолкнется на очень опасный риф. Соблазненные западной пропагандой миллионы и миллионы молодых людей предъявят претензии на обеспечение себя работой, причем отнюдь не по тем мизерным расценкам, которые традиционно существуют здесь в аграрном секторе. Обеспечить их работой власти, очевидно, не смогут. Путь же в благополучный мир Западной Европы и Северной Америки уже перекрывается миграционными барьерами, крепнущими с каждым годом. И тогда новые поколения молодежи вынуждены будут внимать откровениям тех лидеров, которые на их собственных примерах станут в очередной раз доказывать, что США – это враг их обществ и нет ничего более праведного, чем стремление любым путем нанести максимальный ущерб "проклятой Америке".

Впрочем, достанется не только Америке – своих тлеющих региональных и конфессиональных конфликтов в регионе предостаточно. Это небольшой по территории и чрезвычайно богатый Израиль может отгородиться бетонной стеной от Палестины. У остальных такой возможности не будет.

Исламский мир – вообще сложное явление. Здесь публичные политики определяют далеко не все. Главы исламских государств еще могут в своем большинстве уважительно высказываться в адрес Америки, но население зачастую ненавидит американцев, хотя одновременно и боится их. Пока даже в арабском сообществе нет единого консенсуса в отношении американского плана "Большого Среднего Востока". Лига арабских государств очень холодно отреагировала на нее, а конференции глав арабских государств по этой тематике неоднократно срывались. Когда ее удалось провести в Тунисе, то из 22 глав государств на нее удалось собрать лишь 13, да и тех не удалось уберечь до дня итоговых решений – часть из них покинула форум.

Вероятно, эти лидеры смогли разглядеть за предложенным американцами планом реальную цель Вашингтона – использовать данный вариант трансформации региона как средство хитроумного давления на местные политические режимы ради получения от них уступок по стратегически важным для Соединенных Штатов вопросам.

США почему-то любят экспериментировать вдали от своих границ, опасно играя и с географическими терминами, и с судьбами целых государств. География, как наука, развивалась обогащая прежние знания людей чем-то новым. В общем-то, это консервативная область человеческих знаний. И поэтому скороспелые и явно конъюнктурные новации здесь, как правило, ни к чему хорошему не могут привести.
Последний Президент США Барак Обама в своей речи во время Генассамблеи ОНН объявил о новом стиле внешней политики США [7]. Обама дал понять, что США больше не собираются играть роль мирового жандарма и предпочитают сотрудничество с другими странами насильственной «демократизации». Обама даже заявил, что США готовы уважать варианты демократии, сложившиеся в авторитарных странах.

Выступление Барака Обамы стало центральным событием сессии Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Новый глава Белого Дома впервые публично и ясно заявил – чем политика Вашингтона при новом президенте будет отличаться от действий его предшественников. Главное отличие было обозначено как отказ от «демократического мессианства»

«Демократия не может быть привнесена в какую-либо страну извне. Каждая страна должна искать свой собственный путь, и ни один путь не является совершенным. Каждая страна будет следовать по пути, который коренится в культуре ее народа, и в прошлом Америка слишком часто была избирательна в своей пропаганде демократии», – заявил Обама. Впрочем, президент Обама сказал, что «универсальные ценности все же существуют и США не отступят от поддержки желания людей по всему миру определять свою судьбу» [7].

Президент США дал понять, что намерен пересмотреть не только отдельные решения предыдущей администрации, но и весь подход Вашингтона к внешней политике. «США стремятся к новой эре взаимодействия с миром на словах и на деле. Для всех нас наступило время взять на себя свою долю ответственности. Те, кто привыкли ругать Америку за односторонние действия в мире, не могут теперь оставаться в стороне и ждать, что Америка в одиночку решит все мировые проблемы». К этим проблемам президент США отнес рост экстремизма и терроризма, геноцид, ядерные амбиции Ирана и КНДР, глобальное потепление, рост мирового населения, углубление бедности и пандемии. «Но не делайте ошибочный вывод, что заниматься всем этим должна одна Америка», – заявил Барак Обама [7].

Под конец выступления Барак Обама сформулировал свою программу из четырех пунктов, которую США предлагают поддержать всем остальным странам. Это стала борьба с распространением ядерного оружия, что включает в себя как запрет на испытания в Иране и Северной Корее, так и совместное с Россией разоружение. Еще одна важная позиция – борьба с геноцидом, в частности на африканском континенте. В рамках этой стратегии США пообещали активно участвовать в миротворческих миссиях ООН, фактически, возвращая им изначальный смысл и легитимность. В Ближневосточном конфликте от Обамы порицание получили как палестинцы, так и израильтяне – за строительство еврейских поселений и неумение идти на компромисс. Еще одним ключевым пунктом новой политики Вашингтона станет совместное с другими странами выстраивание новой финансовой политики.

Изложение столь радикально отличающейся от взглядов прежней администрации программы Барака Обамы перед Генассамблеей ООН, на заседание которой собрались около 120 глав государств, выводит эту доктрину на совершенно новый уровень. Президент США заверил их, что будет руководствоваться предвыборными обещаниями в реальной политике и по сути бороться за многополярный мир, о котором до сих пор говорили только лидеры Венесуэлы, Ирана, Ливии и России [Там же].

Тем не менее, Ближний Восток не стал стабильнее, наоборот, здесь появились новые очаги напряженности, завязались новые сложные узлы противоречий, которые могут дать о себе знать совсем скоро, возможно уже в это десятилетие.

Заключение


В первой половине 70-х годов ХХ века Соединенные Штаты начали активно осуществлять свою политику на Ближнем Востоке, в частности, в ближневосточном урегулировании, чтобы уменьшить напряженность в этом регионе, и как показала история, в ряде случаев Вашингтон сумел добиться заметных успехов.

Анализ фактического материала позволил определить следующие характерные черты американской ближневосточной политики:

• цикличность, обусловленная переходом власти от одной администрации к другой - каждый президент по-своему подходил к решению проблемы ближневосточного урегулирования; кроме того, перемещение израильского политического маятника от умеренных к правым и обратно заставляло американцев поочередно менять посредническую тактику;

• необходимость действовать в условиях, когда противники желают мира, но на совершенно разных, нередко взаимоисключающих условиях;

• глубокая вовлеченность в переговорный процесс - к определенному моменту США потратили на поддержку урегулирования столько времени и ресурсов, что не могли прекратить свое участие в нем, поскольку это отразилось бы на их престиже в мире;

• недостаточное внимание к подготовительной работе по сближению позиций сторон – нередко в результате предварительного согласования, проводимого при посредничестве США, у участников конфликта формировались неправильные представления о взглядах и намерениях оппонентов, что зачастую приводило к срыву переговоров, поскольку стороны прибывали на встречи с разными представлениями о возможных параметрах будущих соглашений и оказывались не готовы к конструктивному диалогу;

• недопонимание специфики палестино-израильского конфликта, долгая история которого породила атмосферу зачастую иррациональной взаимной ненависти и страха;

• неполное осознание мотивов сторон конфликта, для которых «героическая борьба», которая приносит общественное признание и политический вес, нередко более привлекательна, чем мир на невыгодных условиях, сопряженный с непопулярными мерами;

• особые отношения с Израилем - занимаясь поисками мирного решения, США не отказывались от поддержки Израиля, потому что, с их точки зрения, это пока единственная демократическая страна в регионе и, соответственно, ключевой союзник;

• тенденция рассматривать варианты мирного урегулирования с точки зрения статус-кво – американское руководство в своих посреднических усилиях зачастую забывало о том, что Израиль является оккупирующей стороной и, согласно международному праву, именно он должен идти на уступки.

Говоря в целом о политике США на Ближнем Востоке со 2-й половины ХХ в. – начала XXI в., можно утверждать, что за исследованный период американская администрация проделала большую работу. Однако в то же время были допущены серьезные ошибки, которые, во многом, предопределили стагнацию мирного процесса, в частности, на палестинском и сирийском направлениях, установившуюся в начале ХХI века.


Список использованной литературы



  1. Арабский мир в конце XX века [Текст]. - М., 1996.

  2. Борисов В.Г. Борьба за власть на Ближнем Востоке [Текст] / В.Г. Борисов. – М.: Феникс, 2004. – 182 с.

  3. Вавилов А.И. Политическая история американо-арабских отношений (80-е - начало 90-х годов). Опыт критического осмысления [Текст] / А.И. Вавилов. - М., 1994.

  4. Ван дер Вее Г. История мировой экономики 1945-1990 [Текст] / Г. Ван дер Вее. - М., 1994.

  5. Васильев А.Г. Россия на Ближнем и Среднем Востоке: от мессианства к прагматизму [Текст] / А.Г. Васильев. - М., 1993.

  6. Введение в теорию международных отношений [Текст] : Учебное пособие / Под ред. А.С.Маныкина. - М., 2001.

  7. Вегель Х. Планы Вашингтона угрожают миру на Ближнем Востоке [Текст] / Х. Вегель // Der Tagesspiegel. – 2007. – 31 июля.

  8. Гаджиев К.С. Геополитика [Текст] / К.С. Гаджиев. - М., 1997.

  9. Гажич С. Когда пересекутся интересы Европы и США? [Текст] / С. Гажич. – М. : Феникс, 2005. – 162 с.

  10. Гателли М. Реакция Европы на политику США [Текст] / М. Гателли. – М. : Вильямс. – 2002. – 180 с.

  11. Грегорин М. США на Ближнем Востоке [Текст] / М. Грегорин. – М.: Феникс. – 2006. – 184 с.

  12. Долгов Б. Саддам Хусейн и американская политика на Ближнем Востоке [Текст] / Б. Долгов // Издание Фонда стратегической культуры. – 2006. – 12 ноября.

  13. Друзик А.С. Мировая экономика на финише века [Текст] / А.С. Друзик. – Минск: Экономпресс, 2005. – 318 с.

  14. Европейский Союз на пороге XXI века: выбор стратегии развития [Текст] / Под ред. Ю.А. Борко и О.В. Буториной. - М., 2001.

  15. Егорин А.З. Война за мир на Ближнем Востоке [Текст] / А.З. Егорин. - М., 1995.

  16. Западная Европа в современном мире : Западная Европа в системе международных отношений [Текст]. - М.-Берлин, 1979.

  17. Интеграция в Западном полушарии на пороге ХХI века [Текст] / Под. ред. А.Н. Глинкина. - М., 1999.

  18. История европейской интеграции (1945-1994 гг.) [Текст] / Под ред. А.С.Намазовой и Б.Эмерсон. - М., 1995.

  19. Киреев А. Международная экономика [Текст] / А. Киреев. - М., 1997.

  20. Крамленко Б. Буш на Ближнем Востоке [Текст] / Б. Крамленко // Издание Фонда стратегической культуры. – М., 2007.

  21. Крейг Т. Восточные интересы США [Текст] / Т. Крейг. – М.: Вильямс. – 2003. – 244 с.

  22. Международные экономические отношения [Текст] / Под ред. проф. В.Е.Рыбалкина. - М., 1998.

  23. Омар А.А. США, исламский Ближний Восток и Россия [Текст] / А.А. Омар. - М., 1995.

  24. Орнатский И.А. Экономическая дипломатия [Текст] / И.А. Орнатский. - 2-е изд. - М., 1985.

  25. Пебро М. Международные экономические, валютные и финансовые отношения [Текст] / М. Пебро. - М., 1996.

  26. Сурков Н.Ю. Политика США по урегулированию палестино-израильского конфликта на современном этапе [Текст] / Н.Ю. Сурков // Востоковедный сборник. - Вып. 7. - М., Институт Ближнего Востока, 2006.

  27. Фомишин С.В. Международные отношения на рубеже тысячелетий [Текст] : Учебное пособие / С.В. Фомишин. – Херсон : Олди-плюс, 2002. – 560с.


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации