Бобков А.К. Основы творческой деятельности журналиста - файл n1.doc

приобрести
Бобков А.К. Основы творческой деятельности журналиста
скачать (582 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc582kb.07.07.2012 01:08скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6


Федеральное агентство по образованию

Иркутский государственный университет

Факультет филологии и журналистики
А. К. Бобков


ОСНОВЫ ТВОРЧЕСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТА


Учебное пособие

Иркутск 2005
УДК 0.70

ББК 76.12
Печатается по решению учебно-методической комиссии

факультета филологии и журналистики

Иркутского государственного университета


Рецензенты: Редакция газеты «Восточно-Сибирская правда»,

В. П. Владимирцев, д-р филол. наук, профессор ИГУ
Бобков А. К. Основы творческой деятельности журналиста: учеб. пособие. – Иркутск: Иркут. ун-т. – 2005. – 96 с.

В пособии содержится информация о методике, методах и основах творческой деятельности журналиста.

Предназначено для студентов отделения журналистики и всех интересующихся творческой деятельностью.

Библиогр. 45 назв.

© А. К. Бобков, 2005

© Иркутский государственный

у


ниверситет, 2005

ВВЕДЕНИЕ


Журналистика начала XXI столетия качественно изменилась. Процессы глобализации мира влияют на российскую журналистику, имеющую богатый 300-летний опыт. Высоконравственные начала отечественной журналистики, ее аналитичность, художественность, публицистичность, к сожалению, уходят на второй план.

Основными в журналистике наших дней являются информационность и комментирование, сенсационность, криминальность журналистского материала. Подчас это выдается за творчество, потребность читателя.

Главная фигура в журналистике – это журналист, его творческие способности, его отношение к творчеству. На страницах газет мы видим более всего проявление ремесленничества.

«Мир – словарь. Меня можно оцарапать словом и обольстить», – писал великолепный мастер слова, художник Алексей Михайлович Ремизов. Да, слово в многогранном мире многое значит. Слово выступает некоей составляющей и ремесла, и творчества. «Жизнь есть творчество, а потому и история есть творчество», – заметил русский философ Сергей Николаевич Булгаков. Нельзя не процитировать еще одно его изречение: «Творение есть жертва»1.

Где истоки, основы журналистского творчества? На этот вопрос автор пытается найти ответ в истории, философии, эстетике, теории журналистики.

Проблеме журналистского творчества посвящены книги:

Лазутиной Г. В. Основы творческой деятельности. М., 2003;

Горохова В. М. Закономерности публицистического творчества. М., 1975;

Горохова В. М. Слагаемые мастерства. М., 1982;

Здоровега В. И. Слово тоже есть дело. М., 1979;

Ученовой В. В. Творческие горизонты журналистики. М., 1976;

Методы журналистского творчества. М., 1982 и другие.

Они отражают те или иные моменты журналистского творчества, но не дают целостного представления о составляющих журналистского творчества. Составляющие творчества журналиста разнообразны и очень объемны. Они таятся во многих областях знаний.
МЕТОДЫ И МЕТОДИКА ЖУРНАЛИСТИКИ

1. История журналистской профессии
В древности существовали т.н. информационные боги, вестники верховных богов. Они были у всех народов и осуществляли связь между богами и людьми. Гермес у греков, Меркурий у римлян, Тот у египтян, Один у скандинавов, Велес – это бог мудрости в русской ведической мифологии.

Гермес у греков – вестник богов, покровитель путников. Своим золотым жезлом – кадуцеем – Гермес усыплял людей и побеждал их. Во сне люди воспринимали мысли и волю бога. Гермес держал в своих руках функции связи, коммуникации, обмена информации, товарами, обмена земного существования на иноземное. Гермес был также информационным посредником.

Кстати, низшими божествами, или духами, у древних греков считались демоны, у римлян – гении, у славян – ангелы. Они являлись личными информационными посредниками человека.

Гений – от латинского genius – род, gigno – рождать, производить. Гений считался личным информационным вестником каждого человека. По преданию, гении рождаются вместе с человеком и руководят всеми его делами.

Демон – от греческого daimon – божество, дух в греческой мифологии, выполняют те же функции.

В христианской мифологии вестниками, информаторами, просветителями были ангелы с греч. вестники, в частности архангелы, среди которых особо следует выделить Михаила, Гавриила и Рафаила.

Михаил – архистратиг, предводитель небесного воинства, выступает и в функции вестника, ангела-писца, заносящего имена праведников в книгу, учителя людей.

Гавриил – один и старейших ангелов, вестник, раскрывающий смысл пророческих видений и ход событий.

Рафаил – по преданию, один из семи высших ангелов-архангелов, летописец, вестник, ангел-целитель.

Роль земных вестников исполняли в древности пророки (Пифагор, Сократ, Платон), прорицатели, оракулы (от лат. oraculum – изречение, пророчество) – Дельфийский оракул Аполлона.

Прямыми предшественниками информаторов в древнем обществе были ораторы (Демосфен и Цицерон).

Зарождением информационной профессии считается то время, когда издаются цезаревские газеты «Acta senatus» – вести с заседаний сената и «Acta diurnal populi Romani» – последние известия для римских граждан. Это были гипсовые оттиски на площадях и улицах Древнего Рима в I веке до н.э. для всеобщего обозрения.

В Москве глашатаи выкрикивали новости на Ивановской площади. До наших дней дошла поговорка «Орать на всю Ивановскую».

Информационные потоки шли не только от предшественников журнализма, но летописцев-историков, ученых-популяризаторов, религиозных проповедников, гуманистов-просветителей, литературоведов-публицистов. Они способствовали зарождению и формированию журналистской профессии.

Но, журналистика могла развернуться лишь с появлением печатных периодических изданий, возникших в Европе в XVI веке, в России в XVII веке.

В России предшественницей печатной газеты была газета «Куранты» («Вестовые письма»). Первым официальным редактором первой российской печатной газеты «Ведомости» (14 января 1703 г.) был директор Печатного двора в Москве Федор Поликарпов.

Положение литератора, журналиста в России всегда было тяжелым. Им доставались дубинки, пощечины, немилость властей. Эпоха начала журналистской профессии в России и других странах – это эпоха персонального журнализма. Газету издавал один человек или узкий круг лиц. Зачастую один человек являлся и автором, и редактором, и учредителем издания.

Массовой журналистика стала после отмены крепостного права. Массовым и по тиражам, и по количеству читателей, и по числу журналистов в редакциях. Коммерческая выгода заставляет выпускать массовые бульварные газеты, рассчитанные на невысокий вкус обывателя. Увеличиваются рекламные отделы. Соответственно этому выделяется два типа журналистики:

1) солидная, серьезная;

2) желтая, бульварная.

В России до начала ХХ века не существовало ни одного учебного заведения, которое готовило бы журналистов. Типичный портрет скандального репортера Шлепкина нарисовал А. П. Чехов в рассказе «Два газетчика». Шлепкин может извлечь выгоду из любой темы, даже о выеденном яйце.

Дореволюционная журналистика знала замечательных репортеров – профессионалов, мастеров своего дела, умеющих быть «мобильными, находчивыми, остроумными и подчас смелыми людьми…», – писал Б. И. Есин2. Известный репортер Влас Дорошевич говорил о необходимости поднять престиж профессии репортера3.

После 1917 года журналистика изменилась, другими стали требования к журналисту. Он должен был стать идеологическим проводником и пропагандистом решений партии. Старые газетчики в большинстве своем ушли из газеты или объявили саботаж новой власти. Было две формы саботажа:

а) полное неучастие в газете;

б) работа в качестве корректора и т.д. ( т.е. технических работников).

Газетчиков не хватало. VIII съезд ВКП(б), собравшийся в 1919 году, особое внимание уделил комплектованию кадрами. Съезд предложил партийным организациям выделить для обслуживания печати наиболее «стойких, энергичных и преданных работников».

С 1919 года занялись созданием журналистского образования. При РОСТА была открыта школа журналистов. Курсы были краткосрочными 1,5 – 3 месяца. Набор 50 человек. Выпущено 136 человек. В 1921 году школа журналистки преобразуется в Институт красных журналистов. Срок обучения один год. Было принято 110 студентов.

В 1923 году декретом Совнаркома Институт красных журналистов был преобразован в Государственный институт журналистики с трехлетним сроком обучения. К концу 20-х годов существовали и институты журналистики, и газетные техникумы, и курсы. Но, даже в 1930 году, когда уже действовала сеть журналистских школ и институтов, только 7 процентов опрошенных в более чем 300 редакциях имели специальное образование. Постоянная работа по повышению уровня журналистских кадров, развернутая система их подготовки дала свои плоды (к 1980 году уже 23 факультета и отделения университетов СССР готовили журналистов). К началу 90-х годов 95 % работников редакции имели высшее и незаконченное высшее образование, 50 % – журналистский диплом. (В районных газетах этот показатель в 2–3 раза ниже).

Перестроечные процессы внесли свои коррективы, изменив и представления о профессии, ее роли в жизни общества. Журналистика постепенно стала возвращаться во времена, характерные для журналистики XIX века. Из идеологизированной, воспитательно-пропагандистской, подчиненной партийной дисциплине журналистика становится коммерческой, зависимой от законов информационного рынка. Идеологический диктат сменяется финансовым. Во главу угла ставятся деньги и практические выгоды. Размываются этические, ценностные ориентации профессии. Можно выделить следующие характеристики современной журналистики как профессии:

1) профессия ищет свое лицо в новой медиареальности;

2) журналистика глобализировалась при помощи электронных и сетевых СМИ;

3) журналистика стала разнообразной, многообразной, многотипной;

4) журналистика стала интересней для аудитории;

5) журналистика коммерциализировалась;

6) журналистика обульварилась, пожелтела;

7) журналистика переживает размывание этических и ценностных ориентаций.

Журнализм стал глобальным. Коммуникативно-информационная деятельность журналистки преобразуется:

а) из пророческой в реальную, земную;

б) из индивидуальной в коллективную;

в) из элитарной в массовую;

г) из монологичной в диалогичную;

д) из устной в письменную;

е) из печатной в электронную;

ё) из аксиальной (осевой) в ретиальную (многолучевую);

ж) из непрофессиональной в профессиональную;

Журнализм развивается по спирали, а потому на новом витке возвращается к прежним качествам: из профессионального становится полупрофессиональным, из творческого – информационным, из реального – виртуальным.

В век информационной цивилизации, журнализма информационной эры имеются свои особенности:

а) журналистика превращается в глобальную, не имеющую пространственных и временных границ;

б) журналистика подчиняется всем закономерностям нерасчлененного информационного потока, циркулирующего в глобальных сетях, становится органично вплетенной в другие типы информации (рекламной, научной, деловой, политической, художественной, личной и т.п.);

в) становится супероперативным, когда сообщение и восприятие сообщения могут совпадать во времени;

г) журналистика характеризуется полифункциональностью, способностью выполнять любые роли и удовлетворять разнообразные потребности и интересы аудитории;

д) глобальная журналистика приобретает черты массовой культуры;

е) журналистика стандартизируется и одновременно увеличиваются возможности для проявления творчества;

ё) журналистика становится саморегулируемой;

ж) информация приобретает свойства товара;

з) расширяются возможности для получения журналистом информации по глобальным сетям;

и) журналистика становится надомной работой с компьютером;

к) усиливаются возможности журналистики к манипулированию общественным мнением;

л) журналистика становится все более толерантной к разным позициям;

м) журналистика содействует интеграции народов.

Колоссально повышается роль журналистской профессии. Качество информации становится глобальной проблемой и основой устойчивого развития цивилизации.
2. Журнализм в мире профессии
Что такое журналистская профессия? Это публичная, общественная профессия. Пришел, увидел, написал, записал на пленку, снял видео – или телекамерой и выдал в эфир. Журналист в гуще событий.

Понятие профессия восходит к латинскому profession и означает род трудовой деятельности (занятий) людей, владеющих комплексом теоретических знаний и практических навыков, приобретенных в результате специальной подготовки, опыта работы.

Профессия, как правило, является источником существования. Профессии обычно подразделяются на специальности (от лат. specialis – особенный, своеобразный, т.е. определенные виды деятельности в рамках профессии. Если мы говорим о профессии – имеем в виду журналистику. Если о специальности – газетчиков, тележурналистов, радиожурналистов, работников информационных агентств, журналистов Интернет-СМИ.

В рамках специальностей можно выделить специализации по видам деятельности, жанровой специализации, например, репортер, комментатор, интервьюер, расследователь, ведущий теле- и радиопередачи. Кроме того, журналисты обычно специализируются в определенной тематике, и такое деление называется профессионализацией: журналист, пишущий на политические, экономические, спортивные темы и т.д. И каждый из этих типов и видов журналистов имеет свои специфические черты. Различаются профессии пяти видов:

1) Социономические (от лат. soceatas – общество), предполагающие в процессе деятельности общение типа «человек – человек» (продавец, учитель).

2) Сигнономические (от лат. signum – знак) профессии «человек – знак», предполагающие взаимодействие с системами художественных образов (писатель, художник).

3) Артономические (от лат. ars, artis – образ, искусство); творческие профессии типа «человек – художественный образ», взаимодействие с системами художественных образов (писатель, художник).

4) Сельскохозяйственные, типа «человек – природа», взаимодействие с природными системами (лесовод, агроном, земледелец).

5) Технические, типа «человек – машина», взаимодействие с техническими системами (шофер, токарь). Журналистская профессия относится, как минимум, к трем первым типам, хотя и техника играет в журналистике определенную роль, опосредованное отношение журнализм имеет и к типу профессии «человек – природа», если понимать информацию широко, как социоприродную систему.

Журнализм чем-то похож на ряд профессий:

а) Журналист и писатель. Параллели журналистской профессии с писательской: одинаковый инструмент – слово, та же массовая и анонимная аудитория. Писатель творит в кабинете, объект его произведений – жизнь, зафиксированная в образе, типе, обобщении.

У журналиста объект – текущая действительность, сегодняшние злободневные конкретные ситуации. журналистика – это информационная документальная словесность.

А. Д. Аграновский, отец двух известных журналистов Анатолия и Валерия, еще в 30-е годы ярко писал об отличии журналистской профессии от писательской. Журналист должен быть оперативен, спешить за событиями, выкладывать их горячими, как блины, иначе они потеряют новизну и свежесть.

Литература – познание человеческой сущности, психологии личности и ее поступков, познание процессов жизни в художественных образах. Журналистика – понимание и отражение жизни через конкретные жизненные ситуации, факты, общности и людей на эмпирическом уровне.
Журналист и деятель искусств
Журналистику с искусством роднит множество функций и главная – создание модели мира. Но в искусстве – в образной, часто воображаемой форме, а в журналистике в реальной, конкретной, объективной форме. Средство достижения этой цели у художников – художественный образ, у журналиста – документальный факт настоящей жизни, но и он пользуется образом. Функции искусства в основном познавательные и эстетические, у журналистики – информационные, социально ориентирующие и регулирующие, художественные.

Журналист работает в реальной, можно сказать, в фотографической манере. Современная журналистика нередко рисует образ жизни далекий от нее самой, выражает тот абсурдный мир, которым часто бывает наше сегодня.

Журналист пользуется различными образами-моделями, т.е. ложными моделями. Образ в журналистике все-таки должен быть как можно более близким к реальности, однако в то же время стимулировать у аудитории созидательные, оптимистические и творческие потенции.
Журналист и ученый
Задача ученого – выявление, описание, объяснение и предсказание процессов действительности на основе открываемой наукой законов. Наука ориентирована на критерий разума, журналистика включает критерий разума и критерий веры, хотя больше опирается на разум.

Журналистика – сиюминутна, ее работа исчезает во времени, также журналистика долговременна. Наука стремится к целостному и многостороннему охвату изучаемых объектов. Журналистика фрагментарна.

Самая важная, сходная черта науки и журналистики – исследование. Хотя исследования в журналистике фрагментарны.

Продукт ученого – научная монография, или публикация в научном стиле. Продукт журналиста – текст, изложенный доступно для широкой аудитории.
Журналист и историк
Профессия историка очень близка к журналисткой. Тот и другой основывается на документальных фактах, пишет историю в ее динамичном развитии. Историк изучает прошлое, последовательно и системно, излагает основные исторические события. Журналист отражает современность фрагментарно.

Задача историка: то о чем надо говорить, должно быть рассказано так, как оно есть на самом деле. Журналист – историк быстротекущей современности. Логично назвать журналиста летописцем современности.
Журналист и политик
Слово политик в переводе с греческого означает «то, что относится к государству». Основная сфера государственной власти – регулирование политических, экономических и социальных процессов в обществе. И журналистика здесь во многом близка к управлению, но управление это опосредованное при помощи информации.

Сила влияния журналистики как четвертой власти на политические и иные процессы очень велика.
Журналист и юрист
Журналистика имеет родство с профессиями правоохранительной сферы. Однако способы расследования, сбора фактов и доказательств, процессов обвинения очень различны. Протокольно и скрупулезно – проверенные у работников правоохранительных органов. Публицистические, фрагментарные, эмоционально-субьъективные – у журналиста.
Журналист и оратор
Генетически они вышли из одного гнезда, но у них разный объем аудитории и у журналиста более широкие функции. И оратор, и журналист воздействуют на общественное мнение, формируют убеждения, взгляды аудитории.

«Риторика… учит… как сделать малое великим, а великое – малым, или как правовое представить неправовым»4.
Журналист и педагог
И тот и другой осуществляют педагогические, воспитательные, обучающие функции. Для педагога это главные задачи, для журналиста это скрытые, неясные.

Педагог работает в непосредственном контакте с аудиторией, журналист общается с аудиторией опосредованно. Учитель дает систематические знания, журналист – мозаичные.
Журналист и священник
Проповеднические, пасторские функции священника близки и профессии журналиста. И часто постулаты религии и журналистики по своему воздействию совпадают.

Аудитория у священника узкая – его прихожане. У журналиста аудитория массовая, а контакт с нею часто опосредованный. Журналистика от других профессий отличается универсальностью.

Журналистская профессия занимает одно из первых мест по степени сложности труда. Индекс характера труда журналиста в 10 раз выше, чем у актера, воспитателя детского сада, в четыре раза выше, чем у школьного учителя.

Журналистская профессия одна из самых полифункциональных, сложных, самоорганизующихся, и социально важных профессий, включающих практически любые роли и выполняющих любые функции, которые свойственны другим профессиям, но только выполняемые с помощью оперативной, актуальной информации, адресованной массовой рассредоточенной аудитории.
3. Теория и методика журналистского творчества
Современная журналистика – это столкновение мнений, воззрений, позиций. Генрих Боровик писал: «Много врут. Неплохо бы научиться многим писать и говорить по-русски правильно!»5 Ангажированность прессы сегодня очевидна, как очевидно ее деление на качественную и некачественную.

Российская журналистика многопланова: от новостных, аналитических, расследовательских изданий до пиар-изданий, рекламно-коммер­ческих изданий и др. лишь в Иркутской области издается 400 газет, а в Российской Федерации более 30 тысяч.

Сегодня уже никто не сомневается в том, что теория журналистики одна из составляющих науки. Как и всякое научное направление она постоянно развивается. Появляются новые направления, новые проблемы, а потому возникает потребность в изучении каких-либо вопросов, разделов науки.

Один из таковых разделов – это теория и методика журналистского творчества. Следует отметить, что теория и методика творчества является одной из составляющих творческой деятельности журналиста.

Еще никто не дал определения творчества, а точнее никто не «рискнул» дать точного определения творчества.

Долгое время считалось, что мозг производит мысли, участвует в творческой деятельности так же, как слюнная железа выделяет слюну. Однако процесс выделения слюны можно наблюдать. А вот каким образом мозг производит мысли? Как объяснить, когда в головах сразу у нескольких людей, живущих в разных концах света, рождается одно и то же научное открытие?

Изобретатель Александр Белл опередил своих конкурентов с заявкой на телефон всего на несколько часов. С небольшой разницей во времени несколько ученых заявляли об открытиях телеграфа, паровоза, реактивного двигателя, ядерного реактора. Как-то странно быстро нужные идеи, в нужное время начинают носиться в воздухе. Вы не замечали? Моцарт утверждал, что получал вдохновение, его творчество происходило откуда-то извне. Сократ говорил, что в своем творчестве подчинялся голосу, идущему из ниоткуда. Эйнштейн, Эдисон, Маркони, Генри Форд, мадам Кюри связывали свои успехи с «наваждением».

А может, действительно нашей мыслительной, творческой деятельностью кто-то управляет?

«Я могу экспериментально подтвердить, что работа сознания не может быть объяснена функционированием мозга. Сознание существует независимо от него и состоит из элементарных единиц «психонов», которые подают мозгу шифрованные сигналы. Извне.»6

Итак, по предположению ученых, человек – всего лишь биоробот с набором стандартных поведенческих программ. Им управляет сознание через мозг, служащий приемником и вспомогательным сервисным компьютером, который всего лишь обрабатывает информацию.

«…Исследования, проводимые в Санкт-Петербургском НИИ мозга, подтвердили: мы не можем объяснить механику творческого процесса. Мозг может генерировать лишь очень простые мысли типа, как перевернуть страницы читаемой книги или помешать сахар в стакане. Тысячи действий и поступков совершаются человеком под воздействием «матрицы памяти» – простейших ячеек, касающихся лишь нашего обихода. А творческий процесс – это проявление нового качества, которое не содержится в этих «матрицах». Как верующий человек, я допускаю участие Всевышнего в управлении мыслительным процессом. Но как ученый, я еще не нашла этому доказательств»7.

Журналистика есть творчество, а творчество – это и особое состояние души и нечто привнесенное в человека.

И тем не менее, чтобы журналистское творчество состоялось, журналисту нужны знания и изучение жизни. Писать трудно. Хорошо писать еще труднее. Можно назвать десятки журналистов, чье творчество неповторимо и многопланово. Известный журналист Юрий Рост – автор заметки о брошенной собаке, которая выходила встречать самолеты в аэропорту Шереметьева, в надежде, что за ней приехал хозяин, но беспутый хозяин так и не появился. Заметку Роста, опубликованную в «Комсомолке», перепечатали все газеты мира. Творчество Роста многопланово. Он фотохудожник, телеведущий.

Василий Песков – автор репортажа из разрушенного землетрясением Ташкента. Репортаж включен в хрестоматии по журналистике. Автор повестей, лауреат Ленинской премии, автор еженедельных «Окон в природе» в «Комсомольской правде». Он ведет около 200 тематических досье, подробные записные книжки. Ежедневно в конце рабочего дня, пусть самого трудного, Василий Михайлович садится за стол и переносит в записную книжку впечатления прошедшего дня. Делает это он, даже если очень устал или находится в командировках. Записи из его рабочих записных книжек часто целиком переходят в публикации, где множество интересных фактов, деталей.

Анатолий Аграновский великий мастер анализа и исследования всегда старался познать проблему, докопаться до истины. Темы, поднимаемые в его корреспонденциях, статьях, очерках актуальны и сегодня. Он работал много. Перед командировкой обязательно что-то читал, обдумывал, размышлял. В командировке пользовался блокнотами, куда заносил факты, какие-то детали. Анатолий Аграновский любил и умел беседовать с людьми, его будущими героями. Из бесед он всегда умел извлечь «изюминку». Потому, наверное, его статьи, очерки так убедительны и точны.

Татьяна Тэсс, великолепный мастер слова, очеркист, специальный корреспондент газеты «Известия», работала неделями, месяцами над каждым очерком. Тэсс окончила три курса Одесской консерватории, умела строить «музыкальные» фразы. Любовь журналистки к слову, к красоте, к смыслу, скрытому в словах, была безмерной. В год из под пера Татьяны Тэсс выходило 6–7 очерков… Темы она находила в письмах читателей. Над текстом она корпела до тех пор, пока не выходил номер газеты. Тэсс говорила о том, что журналистский труд тяжел, неимоверно тяжел. Оценивая его, она употребляла слово «каторга».

Виктор Шкловский как-то сказал: «Все пишут по-разному и все пишут трудно». Он говорил о писательском труде, но это характерно и для журналистской деятельности.

Очень важно писать связно и связанно, находить факты, находить слова. В словах должна выражаться мысль. Если нет мысли, а есть лишь описание пусть даже филигранное, все равно скучно. Без мысли тоска. Где взять мысли?

Записные книжки замечательно полезны. Надо записывать впрок, на авось.

Предварительное обдумывание, без записи. У одних это утро, раннее утро. У других вечер, ночь. Обдумывание необходимо.

Работа над материалом. Кто-то работает по утрам, кто-то в редакционном кабинете, а кто-то вечером, ночью дома на кухне.

Трудность в журналистской работе – это штампы. Штампы многолики: избитые сюжеты, затасканные сентенции, глубокомысленные рассуждения о пустяках.

Начало… В начальных фразах кто-то ищет музыкальный строй вещи, кто-то изысканный слог.

Конец… Здесь должен быть смысл, итог. Заканчивать материал надо неожиданно…

Технология и методика журналистского творчества индивидуальна. Более того, и технология и методика постоянно меняются, уточняются, совершенствуются. Журналистика изменяется, как меняется время, темы, события, факты. В результате непродуманных и быстрых реформ в России создался духовный вакуум в обществе, а потому требуется восполнить его здоровыми идеями и мыслями. Это очень непростое дело. И здесь множество тем для журналистских выступлений.

Еще Н. М. Карамзин писал, что самая высокая особенность России – это неуемная скорость. Мы зреем, писал он, не столетиями, как другие государства, а десятилетиями и даже годами, потому что времени на раскачку остается мало…

История учит: если есть силы, которые понимают, что нужно делать, то общество расцветает морально, духовно и, конечно, экономически. Вот и надо журналистам посмотреть, есть ли у нас такие силы.

В августе 1776 года Екатерина II писала сыну Павлу: «Признаюсь чистосердечно, что самолюбию моему очень льстит неупадающая сила русского имени».
Дневник и творчество
Дневник – интриган во многих литературных произведениях. Да вот хотя бы пьеса Островского «На всякого мудреца довольно простоты». Глумов строит мечты: «Я сумею подделаться и к тузам и найду себе покровительство… Глупо их раздражать – им надо льстить грубо, беспардонно. Вот и весь секрет успеха…» Для себя же Глумов ведет дневник: «Всю желчь, которая будет накипать в душе, я буду сбывать в этот дневник, а на устах останется только мед. Один, в ночной тиши, я буду вести летопись людской пошлости. Эта рукопись не предназначается для публики, я один буду и автором и читателем». Понятно, что в ходе развития действия дневник циничного карьериста становится достоянием публики, а точнее тузов, и те узнают всю правду о себе и о Глумове. И такое начнется…

Само понятие «дневник» предполагает, что у него – единственный писатель и единственный читатель. Невозможно писать дневник для публики. А если он пишется для публики (и такие дневники известны истории), то это уже литературное произведение. Продуманное, расчетливое. Например, дневники братьев Гонкуров. И читаются они именно как литературное произведение, а не как личные записи.

Наш современник, известный журналист Ярослав Голованов писал дневник для себя. Но наступил момент в нашей истории, когда стало возможным пускать в печать самые откровенные записи, не ограничивая себя ничем. И он стал публиковать его в «Комсомольской правде». И тогда один из его именитых друзей с укоризной заметил, что есть вещи, которые имеют право на публикацию, только «когда помрем и персонажи наши помрут». Потому что есть записи, независимо от намерений автора, обидные, оскорбительные для тех, о ком они сделаны.

Голованов никого обидеть – и тем более оскорбить – не хотел. Хотя в дневнике характеристики некоторых людей (живущий, чувствующих, способных на обиду) жесткие. Но он не посчитал нужным что-то корректировать, пропустить через самоцензуру, когда готовил их к печати. И кое-кто из персонажей действительно впал в обиду.

И в то же время Голованов сам поражался, как в опубликованных другими людьми дневниках их авторы жестко отзываются об окружающих. Своим литературным учителем Голованов считал Юрия Нагибина. Высокого был о нем мнения. Но сделал такую приписку к записи о кончине писателя: «После смерти Юрия Марковича вышли книги, которые произвели на меня гнетущее впечатление. В своих дневниках он предстает перед читателями как злой и жестокий человек. Могу только сказать, что таким я его не знал».

Нагибин и правда в дневниках предельно откровенен. И беспощаден. Прежде всего к самому себе. Он трезво оценивал свое место в литературе. Об этом свидетельствует и Голованов: «Я спросил его, почему он не возглавит некий клуб писателей-рассказчиков, не станет лидером новой литературной школы». «Да о чем ты говоришь?! Юра Казаков! Чему я могу научить его?!»

Беспощаден Нагибин к народу. Запись от 7 апреля 1982 года: «Выработался новый тип человека… Это сплав душнейшего мещанства, лицемерия, ханжества, ненависти к равным, презрения к низшим и раболепства перед власть и силу имущими; густое и смрадное тесто обильно приправлено непросвещенностью, алчностью, трусостью, страстью к доносам, хамством и злобой… Порода эта идеально служит задачам власти. Нужна чудовищная встряска, катаклизм, нечто апокалипсическое, чтобы нарушились могучие сцены и луч стыда и сознания проник в темную глубину».

И таких записей десятки. Не стал писатель искать обтекаемых выражений при характеристике современников, особенно представителей касты литературных генералов, которые тогда командовали. Да вот хотя бы: «Наши бездарные, прозрачно-пустые писатели (Софронов, Алексеев, Марков, Иванов и др.) закутываются в чины и звания, как уэллсовский невидимка в тряпье и бинты, чтобы стать видимым. Похоже, что они не верят в реальность своего существования и хотят убедить себя и самих себя, и окружающих в том, что они есть… В зеркале вечности наши писатели не отражаются, как вурдалаки в обычных зеркалах».

Нагибин не злой, не жестокий, как считает Голованов, он человек, который видел жизнь и людей такими, какие они есть на самом деле, и прямо писал об этом. «Дневник» Нагибина, как мне кажется, по психологическим и литературным достоинствам много выше почти всех его литературных произведений. Честно скажу, не тянется рука снять с полки томик Нагибина. А «Дневник» его время от времени раскрываю…

Вот Нагибин говорит о чудовищной встряске, катаклизме, нечто апокалипсическом. Через несколько лет, как была сделана эта запись, мы действительно стали свидетелями и участниками чудовищной встряски, катаклизмов, да таких, которые редко случаются в истории. И я так жалею, что сам не вел тогда дневник. Я и сам подозревал, что в необычное время живем. Било нервное напряжение: неужели начинается новая эпоха? Многое память помогает восстановить, но все же дух того времени ускользает, ощущения смутны, неясны и туманны. Дневник помог бы внятно в том разобраться. Но я не из тех, кто способен систематически вести записи день за днем, да даже время от времени. Нужна, видимо, натура иная, чтоб писалось.

Но, слава богу, нашлись люди, которые добросовестно вели в то время дневники, и что самое поразительное – на самом верху власти. Самый уникальный – «А было это так…» с подзаголовком «Из дневника члена Политбюро ЦК КПСС». И член этот – Виталий Иванович Воротников. Документ бесценный.

И другой – «Дневник помощника президента СССР», его вел Анатолий Черняев, не последний винтик в Брежневском ЦК, очень близкий Горбачеву человек в его бытность на посту Генерального секретаря. Отношения между ними можно даже назвать дружескими. Дневник Черняева эмоционален, богат на факты, откровенен и искренен. Это взгляд на политику и лидера партии изнутри. Естественно, много пишет Черняев о Горбачеве. Отзывается иногда о нем нелицеприятно, не думаю, что Михаилу Сергеевичу было приятно читать. «С тех пор, как я оказался «при Вас», мне никогда не приходило в голову, что мне опять, как при Брежневе и Черненко, придется испытывать мучительный стыд за политику советского руководства…» Письмо это Черняев написал, но Горбачева не покинул. Михаил Сергеевич, кажется, не обиделся на своего помощника, по крайней мере Черняев сейчас работает в его фонде.

Похожие обвинения предъявляет Горбачеву и Воротников, вот запись 1991 года: «Вышли наружу скрываемые до поры чрезмерное честолюбие, тщеславие, склонность к поучениям, велеречивость. Он уже мало слушает окружающих, больше говорит сам, упиваясь «собственной эрудицией». Будучи человеком нерешительным, даже малодушным. Горбачев часто становится в тупик, когда жизнь выдвигает перед ним острые вопросы… Страна катится вниз, а он любыми средствами цепляется за призрак власти». В записях Воротникова отчетливо прорезаются его политические пристрастия, иногда в них сквозит ограниченность, простоватость. Но в них виден и человек понятливый, сентиментальный. Интересно прослеживать эволюцию его отношения к Горбачеву: от восхищения его первыми шагами и поступками на посту Генерального до полного презрения к нему. «По-человечески Михаил Сергеевич мне импонировал. Меня привлекали в нем чувство товарищества, общительность, открытость дружбе. Его умение быстро устанавливать контакт, чувство юмора. Он эмоционально воспринимал как успехи, так и неудачи. Короче, это был энергичный, задорный, неунывающий, обаятельный человек, интересный человек» – это запись 1982 года. Ну а характеристику Горбачева образца 1991 года я уже привел. И ведь, что первая характеристика, что вторая, – точны.

В случаях, когда автор дневника пишет его и изначально знает, что он предназначен для публикации, нужно обладать мужеством, чтобы выставить свою жизнь на всеобщее обозрение. Изданы дневники писателя Сергея Есина под выспренным названием «На рубеже веков». Подзаголовок – «Дневник ректора», поскольку автор занимает соответствующую должность – ректор Литературного института. Широкая публика, скорее всего, и не подозревает, какая это собачья должность, значительная часть записей посвящена тупым хозяйственным хлопотам. Но полно и размышлений о литературе, о своем творческом кредо, о жизни вообще. Из записей оформляется многогранная противоречивая личность.

Человек Есин отзывчивый, редкой доброты, он из породы людей, которые сами себя сделали. Характерная запись: «Я себя за волосы втащил в категорию «хороших людей», а главное – развил в себе до автоматизма, до инстинкта доброту и сострадание». Но и такая запись, которая характеризует Есина отнюдь не как доброго и сострадательного, – о митинге лимоновцев: «Лимонов улавливает мой взгляд и вроде узнает… Отдельные плакаты типа: «Если начальник тебе не заплатил, убей его». Я им определенно сочувствую и не вижу здесь ничего фашистского». Но ведь были случаи, когда Есин как ректор, как начальник не в состоянии был выплачивать зарплату сотрудникам, и что – к стенке его?

Во многих записях автор «На рубеже веков» предстает как утонченный интеллигент в чисто западном понимании этого слова, можно даже сказать, интеллектуал высокой пробы. И в то же время у него срывается такое: «Как же мне надоел в театре Чехов и его «интеллигентность», которую наша ублюдочная интеллигенция из-за недостатка чего-либо путного в себе несет, как знамя».

Есть запись и о творческой кухне: «Очень сильно продвинулся с главой о Сталине. Здесь я пользуюсь тремя источниками: сборником М. П. Лобанова, который собрал много документов и воспоминаний, книгами о Сталине Троцкого и большим томом Родзинского. Из всех них я беру материалы, факты. цитаты, даты довольно беззастенчиво. Я не делаю никаких открытий, я только пытаюсь интонировать. Настоящему писателю незачем лезть в архивы, раскапывать неизвестное, за него это сделают другие, его задача – точно интонировать. Вольтер, когда его уличили, что он вставил в свою повесть «Кандид» без изменений несколько страниц из произведений других авторов, отрезал: «Беру свое!», и Есин тоже может повторить за Вольтером: «Беру свое!». Повезло студентам Литинститута, что у них такой учитель, такой наставник».

Очень бы хотелось почитать дневники, которые вели люди в 30-х, 40-х, 50-х годах прошлого века, но это невозможно. Если человек был думающий, то он не смог бы заносить в дневник мысли и наблюдения о мерзостях окружающей жизни, потому что понимал: это могло стать смертельно опасным для него. Опасно для жизни тогда было писать откровенные дневники. А кто писал, тот поплатился. Но кое-что сохранилось. Самое объемное – дневники Корнея Ивановича Чуковского. Но в его записях сталинского периода осторожность и еще раз осторожность. В августе 1937 года арестован муж Лидии Корнеевны, его дочери, – Матвей Бронштейн. Талантливый физик-теоретик. Чуковский много сделал, чтобы попытаться вызволить его из НКВД. Добился приема у высокопоставленного лица – не помогло. Но в дневнике об истории с Бронштейном только два слова – «Лидина трагедия».

Еще можно выделить дневники Пришвина. Это сильный документ. Жаль только, что издание его закончилось на 1922 году. А ведь про лютые 30-е и 40-е он наверняка много чего откровенного изложил…

И все-таки: все ли дневниковое можно выкладывать на всеобщее обозрение? Андрей Дмитриевич Сахаров вел дневник. Об этом несколько раз проскальзывает в его «Воспоминаниях», иногда приводятся отрывки из дневниковых записей. Кто б отказался почитать его полностью. Но Елена Георгиевна Боннэр как-то сказала: «Если б эти дневники увидели свет, то многие люди испугались бы, как они описаны пером Андрея». Наверное, перед нами предстал бы другой Андрей Дмитриевич, прочитай его дневники. Он был как ребенок: искренний до неприличия, говорил и писал, что думал. А что может быть страшнее предельной откровенности? Может, действительно настанет время, когда не останется в живых никого из тех, кто упоминается, кто подробно описан в дневнике Сахарова, тогда и можно его будет пускать в свет. Не знаю.

Сегодня издаются дневники многих великих людей, а в последнее время они просто идут потоком. Это дневники Прокофьева, Мравинского, сына Цветаевой Георгия, дочери Тютчева…

Ничего не может быть интереснее жизни – откровенной и беспощадной. Такой, какой она и предстает в дневниках.

  1   2   3   4   5   6


Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации