Доклад - Город и село: социальные проблемы - файл n1.doc

Доклад - Город и село: социальные проблемы
скачать (81 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc81kb.01.06.2012 12:27скачать

n1.doc

1. Город: его соц.особенности и проблемы

В научной литературе обычно население города вычленяется в специфическое социальное образование, территориальную общность людей, которая и является субъектом городского образа жизни, в то время как население деревни как социально-территориальная общность становится субъектом сельского образа жизни. И очевидно, что само содержание городского образа жизни невозможно понять без выявления особенностей городских условий жизнедеятельности в их отличии от сельских условий.

Социально-экологические особенности городских условий жизни характеризуют город как особую среду обитания человека, глубоко отличную от среды обитания сельского типа. В свою очередь специфика города как среды обитания — явление производное от общественного производства, от общественного труда, в частности, от его разделения на сельскохозяйственный и несельскохозяйственный виды. В интересующем нас аспекте главное заключается в том, что эти виды труда отличаются различным соотношением природных и социально-исторических начал, отчетливо выраженным различием самого способа получения необходимых человеку жизненных средств, и, в силу этого, глубоко неодинаковыми результатами взаимодействия общества и природы.

Искусственная и сконцентрированная среда, базирующаяся на «неприродном» труде, конкретным образом определяет жизнедеятельность человека. Усложнение и развитие производства сопровождается ростом требований к работнику, его образованию и квалификации. Разнообразие же видов труда создает потенциальную возможность для более универсального, нежели в деревне, развития человека. Разрыв с землей в конце концов приводит к становлению разветвленной сферы обслуживания. В свою очередь концентрация культуры и информации обусловливает возможности высокой степени развития духовной сферы. Разрушение соседских связей и контактов влечет за собой преобладание анонимного общения. В этих условиях главное значение приобретает необходимость регулирования жизнедеятельности на основе внешних по отношению к индивиду социальных норм, одним из выражений чего и становится так называемая функционально-ролевая структура деятельности, сводящая к минимуму существующие личностные связи. социально-экологические особенности городских условий жизни определяют не столько сам образжизни, сколько стереотипы бытового поведения населения.

Разумеется, не существовало и не существует образа жизни, единого для всех обитателей российских городов. В соответствии с глубокой дифференциацией условий жизнедеятельности, выступающей одним из проявлений социально-классовой дифференциации, складывается и сама реальная жизнедеятельность, социальное поведение тех либо иных классов и социально-классовых групп городского населения. Вместе с тем характер жизнедеятельности горожан имеет и достаточно много общих черт.

Коренным противоречием образа жизни российского горожанина становится в условиях города разрыв между теми возможностями для развития человека, которые аккумулирует город, и характером использования этих возможностей, т.е., говоря иными словами, результатами этого развития для человека. Типичный городской образ жизни, людей уже давно и прочно преобладает в развитых капиталистических странах.

Процесс перехода к нему неизбежен, объективно обусловлен и в целом позитивен. Однако использование новых возможностей в интересах удовлетворения потребностей и развития способностей происходит в соответствии с социальной групповой принадлежностью горожанина, а отнюдь не с его простой принадлежностью к городскому сообществу в целом. В результате качественно больший выбор сфер трудовой деятельности, к примеру, опосредован возможностью получения соответствующего образования и хозяйственной конъюнктурой, а сама трудовая деятельность может быть рассмотрена прежде всего как средство получения индивидуальных доходов. В этих условиях господствующей установкой типичного горожанина, его смыслом жизни становятся доход и потребление.

Не менее отчетливо воспроизводится в крупных российских городах и духовная отсталость, бывшая в прошлом характерной чертой развития деревни. С той лишь разницей, что в городе она получает иное выражение и существует как широчайшее распространение «массовой» культуры, ослабление установок на высокие, подлинные духовные ценности, своего рода стандартизация потребностей и вкусов и т.д. Можно сказать, что односторонность развития человека в деревне как социально-территориальной периферии в новой форме воспроизводится и в крупном городе. Удаленность человека от культуры и подлинно духовного развития проявляется здесь не как территориальная изоляция от этих благ, но становится внутренне присущим его образу жизни качеством. Разумеется, суть дела и в этом случае в социально-экономической детерминации. Но она срабатывает теперь как бы напрямую, без пространственной опосредованности. Человек в городе не только рядом с культурой, но она и абсорбируется им. Город как в условиях российского социализма, так и в случае перехода к рынку по-прежнему не становится благом для человека. По многим данным, в крупных российских городах уровень преступности гораздо выше, чем прежде. Для них характерно и широкое распространение наркотиков. Отчуждение человека наиболее уродливые формы приобретает именно в условиях крупного города.

Таким образом, сущностные черты городского образа жизни лишь на основе социально-экологических факторов городской среды выявлены быть не могут. Городские условия жизнедеятельности, городская среда должны рассматриваться уже не только с социально-экологической, но и социально-экономической точки зрения. Сама городская среда выступает в этом случае конкретным проявлением общественно-экономических условий. И сопоставление ее с сельской средой лишь теперь обретает конкретно-исторический характер.

И городские, и сельские условия жизнедеятельности представляют собой конкретное проявление существующих общественных условий. Уже в силу этого понятно, что образ жизни как категория, обусловленная прежде всего характером общественных отношений, присущ и деревне, и городу.

Становление определенных черт образа жизнив городах, не лишено противоречий, носящих неантагонистический характер и отражающих, в конечном счете, известную ограниченность городской среды (как и сельской), существующую вплоть до преодоления, разумеется, в далеком будущем существенных различий между городом и деревней.

Конечно, полное преодоление анонимности общения в условиях города — дело невозможное, да и вряд ли нужное. Однако качественное оживление работы органов местного самоуправления, действующих зачастую лишь в работах публицистов, — крайне назревшая проблема.

Основное противоречие в системе городского образа жизни развертывается как несоответствие между потребностями человека как социально-биологического существа, с одной стороны, и нарастанием искусственных компонентов городской среды обитания — с другой. Дело не в только в отдалении от природы.

Определенные проблемы встают здесь и в сфере физического состояния человека. Горожанин остается в условиях крупного города субъектом ограниченных отношений с природой. Биологическая природа человека э этих условиях не получает необходимого простора в своем функционировании. Данное противоречие имеет несколько аспектов своего проявления: отравление воздуха, воды, негативные последствия для здоровья человека, выступающие результатом ярко выраженной гиподинамии городского жителя, возрастающая стрессовая нагрузка. Складывается впечатление, что адаптационный механизм человека отнюдь не беспределен, сегодня он работает с явной перегрузкой. Нетрудно видеть, что преодоление этого противоречия вряд ли возможно в рамках городской среды обитания. Решение этой проблемы возможно лишь на путях формирования интегрированных систем расселения, в пределах которых деревня не исчезает, не заменяется городом, а существует как среда обитания, доступная горожанину и являющаяся органической составной частью непосредственных условий его жизнедеятельности.
Переселение городских жителей в сельскую местность действительно имеет место. В 1991 г. Сальдо миграций городского населения было еще положительным, хотя и меньшим, чем сальдо миграций сельского населения (112 тыс. человек и 172,4 тыс. человек соответственно). В 1992 г. зафиксировано отрицательное сальдо миграций городского населения (-113,4 тыс. человек) при положительном миграционном сальдо сельского населения страны (289,5 тыс. человек). Причем внешнее миграционное сальдо России в 1991— 1992 гг. было положительным и составляло по этим данным 284,4 тыс. человек в 1991 г. и 176,1 тыс. человек в 1992 г. Одновременно можно говорить и о начале субурбанизации в наиболее развитых регионах страны, и о миграции городского населения на село вследствие экономического кризиса. Субурбанизация все-таки имеет место, по-видимому, в Московском регионе, в окрестностях Санкт-Петербурга, а также в других наиболее развитых городских агломерациях России. В Москве отрицательное миграционное сальдо наблюдается с 1991 г, а Санкт-Петербурге — с 1990 г. (правда, при этом не учитываются незарегистрированные мигранты, которых в последние годы прибывает значительно больше, чем раньше).

Миграция городского населения, вызванная кризисом, — прежде всего отток из районов Севера и Дальнего Востока. Население в этих районах в основном городское, а переселяется оно в значительной доле в сельскую местность регионов Юга и Средней полосы России.

Но основной источник увеличения численности сельского населения в эти годы совсем не миграция из городских поселений, и тем более не естественный прирост (который отрицателен с 1992 г.). Растет сельское население России в основном за счет административно-территориальных преобразований. Так, в 1992 г. из общего прироста сельского населения в 721,2 тыс. человек на миграция приходилось 289,5 тыс., а на административно-территориальные преобразования — 461,9 тыс. человек (естественная убыль составила 30,2 тыс.) то есть миграции составили лишь чуть более 1/3 прироста, а почти 2/3 «новых» сельских жителей перестали быть горожанами, не меняя места жительства. Аналогичное соотношение между миграционным приростом и административно-территориальными преобразованиями наблюдалось и в 1991 г., в котором сельское население России выросло (впервые за 40 лет) на 300 тыс. человек.

2. Соц. проблемы современной деревни.

В настоящее время село переживает едва ли не самый драматичный период в своей истории. Оно отброшено в развитии на десятилетия назад. Усугубились негативные явления доперестроечного периода, возникли и прогрессируют новые – безработица, массовая бедность, недоступность образования, медицинской помощи, культурных, торговых, бытовых услуг, социально-психологический стресс, порожденный отступлением от ранее завоеванных позиций, неуверенностью в завтрашнем дне, «отсутствием света в конце туннеля», нравственная деградация. Итогом стала небывалая для мирного времени демографическая катастрофа.

Усиливается несоответствие между численностью сельского населения и громадными размерами территорий, что выражается в обезлюдении села, измельчении поселенческой сети, росте экспансии со стороны других государств на слабозаселенные и интенсивно теряющие сельское население регионы (Дальний Восток, Республика Карелия) и, в конечном счете, может привести к утрате контроля над территориями. За период между последними переписями населения российское село утратило 10,7 тыс. населенных пунктов (7,5%). Число поселений, не имеющих постоянных жителей, увеличилось на 40% и достигло 13,1 тыс., доля поселений с числом жителей до 10 человек возросла с 19,7 до 22,4%. Средняя плотность сельского населения снизилась с 2,3 до 2,2 чел. на 1 кв. км. В обезлюдении сельских территорий все больший вес приобретает естественная убыль. Если абстрагироваться от административно-территориальных преобразований, то можно сказать, что в 2001 г. Вклад естественной убыли в снижение численности сельского населения составил 76%, а миграционного оттока – 24%. С 2003 г. за счет превышения смертности над рождаемостью село уже потеряло 89% своего людского ресурса и только 11% – за счет механического выбытия. Таким образом, «выморочный» фактор обезлюдения села в 8 раз весомее миграционного. Российскую деревню захлестнула безработица и бедность. Официальный показатель сельской безработицы в последние годы 2балансирует на уровне 11% (против 7-8% в городе), но ее реальный масштаб, по расчетам, вдвое больше. Половина фактически безработных причисляется статорганами к экономически неактивному населению, которое не ищет работу. На самом деле эти люди не предъявляют спрос на работу не потому, что они довольствуются ведением личного подсобного хозяйства, а в связи с бесполезностью этого занятия и трудностями при постановке на учет в качестве безработного. В 2003 г. из 1,8 млн. официально учтенных сельских безработных только 498 тыс. (27%) были поставлены на учет в государственных службах занятости, а пособие по безработице получало еще меньше – 23% .
Современное российское село является сферой массовой и застойной бедности. Правда, в последние годы, по мере стабилизации и некоторого роста аграрной экономики она стала отступать, но этот процесс идет крайне медленно, разрыв между городом и селом по этому показателю увеличивается (табл. 3). За три последних года доля горожан, проживающих за чертой бедности, снизилась на 20,4%, а соответствующая доля сельчан – 5на 12,6, в результате разрыв в уровне бедности в городе и на селе возрос с 1,2 до 1,5 раза. Это по благоприятному варианту, при котором базой для сравнения с прожиточным минимумом являются среднедушевые располагаемые ресурсы домохозяйства. Сельская бедность, измеренная по денежному доходу, дистанцирует от городской в 1,6 раза. Доля сельского населения, пребывающего в крайней бедности (с располагаемыми ресурсами и денежными доходами в 2 и боле раза ниже ПМ), на селе выше, чем в городе, соответственно, в 2,4 и 3 раза. В 2003 г. за чертой бедности находилось: по располагаемым ресурсам – 20,2 млн., а по денежным доходам – 25,2 млн. сельских жителей. Это в первом случае 35, во втором – 37% от всех российских бедных. Распространение бедности в сельской России, по международным меркам, в 5-6 раз превышает критический уровень, составляющий 10%. Основная причина широкомасштабной бедности на селе – это низкая доходность сельскохозяйственной занятости. С 1994 г. сельское хозяйство по уровню оплаты труда находится на последнем месте среди отраслей отечественной экономики и межотраслевой разрыв увеличивается с каждым годом. В 2003 г. среднемесячная номинальная заработная плата в сельском хозяйстве равнялась 2164 руб. (70 долларов США). По отношению к заработной плате наиболее высокооплачиваемых работников топливной промышленности она составляла 14%, а к уровню зарплаты наименее оплачиваемых работников легкой и лесной промышленности, соответственно, 78 и 66%. В среднем за 1 час работающий в сельском хозяйстве получает 14 руб., тогда как работающий в промышленности – 50 руб. Реальная заработная плата в сельском хозяйстве составляет 35% от уровня 1990 г.

В крайне тяжелой ситуации находится социокультурная сфера села. Создаваемый в течение многих десятилетий потенциал сельских школ, детских садов, клубов, больниц, амбулаторий и т.д. сокращается из года в год. За 1991-2003 г. село потеряло 19,8 тыс. детских садов (49%), 8,2 тыс. начальных и основных школ (27,5%), 1,8 тыс. участковых больниц (38%), 15,6 тыс. клубов (25%), 4,3 тыс. библиотек (4,3%), 9 тыс. почтовых отделений (10%), практически полностью разрушена система бытового обслуживания сельского населения.

Уровень, качество и устойчивость жизни являются главными

факторами, определяющими социально-психологический климат в социуме. Как показали полевые исследования, проведенные Центром всероссийского мониторинга социально-трудовой сферы села в 2004 г. в сельских районах 18 субъектов Российской Федерации (опрошено 3 тыс. респондентов), реформирование экономики не только не принесло положительных перемен в социально-психологическом климате деревни, но обусловило рост социальных разочарований, напряженности и угроз. В оценках сельским населением изменений в жизни за последние 10-12 лет в целом преобладают негативные позиции: 42,6% респондентов считают, что жизнь ухудшилась, в том числе 25,5% – сильно ухудшилась. Положительно оценивают перемены 29,6% сельчан, при этом значительное улучшение отмечают только 6,9%. Более половины (54,1%) жителей села недовольны своим материальным положением (в том числе 19,3% крайне недовольны); 1/3 – не очень довольна и только 7,3% очень довольны. Таким образом, в картине удовлетворенности материальным благосостоянием абсолютно преобладают темные и полутемные тона. Преобладают они и в ожиданиях, которые являются весьма важной детерминантой социально-психологического климата. Только 1/3 сельчан надеется на улучшение материального положения своей семьи в течение ближайшего года, 29,7% – не рассчитывают на какие-либо изменения, а 14,4% – полагают, что семья станет жить хуже.
Подводя итоги, можно утверждать, что российское село по-прежнему остается в кризисе созидания, т.е. в нем не происходит наращивания позитивных изменений. Небольшой прирост показателей развития животноводства, процессов кооперации и стабилизация жизненного уровня

примерно третьей части населения еще не свидетельствует об изменении тенденции. Смысл подручности среды обитания нарушен по всему кругу причин и детерминаций: сельчане изолированы от благ коллективного хозяйства, сельскохозяйственные угодья как основной источник получения благ выключены из хозяйственного оборота (значительная их часть пришла в12 полное запустение); нет единого этоса, соединяющего власть, организацию и культуру, поскольку нет единства интересов акторов сельской жизни. Претерпевает изменения и культура сельских общностей, так как наряду с отчуждением сельчан от активных преобразований в стране, они отчуждены друг от друга, ведь каждый крестьянский двор выживает в одиночку, по своей стратегии, без особого интереса в контактах с поселенческой общиной. Кризис созидания отразился и на социально-демографическом воспроизводстве населения сельской России. Демографическая ситуация в сельской местности развивалась под влиянием сложившихся ранее тенденций рождаемости, смертности и миграции населения. В последнее десятилетие численность лиц пенсионного возраста превышала число детей до 16 лет. При сохранении сложившихся тенденций, до пенсионного возраста из нынешнего поколения 16-ти летних мужчин до пенсии доживут лишь немногим более половины родившихся. Переход от воспроизводства населения на основе положительного естественного прироста к режиму депопуляции произошел в подавляющем большинстве регионов России в 1991-1992 гг., когда впервые за годы мирной жизни число умерших превысило число родившихся. За счет положительного миграционного процесса с 1992 по 2004 гг. сельское население трудоспособного возраста в России увеличилось на 2,2 миллиона человек (на 11%), при этом численность занятых в сельскохозяйственном производстве сократилась с 10,1 млн. человек до 6,8 млн. человек. Одной из наиболее уязвимых социальных групп на сельском рынке труда остается молодежь. В возрастной структуре занятого сельского населения доля молодежи моложе 30 лет постоянно снижается. Сокращается и доля молодых специалистов в составе руководителей и специалистов сельскохозяйственных предприятий. Сохраняется высокая доля молодежи среди сельских безработных. Среди всех учтенных безработных она составила в августе 2003г. 44,7%.
Оснований для вывода, что экономическое положение селян, а соответственно и социально-психологический климат, улучшаются, нет [1]. Оно подтвердило действие закономерностей, зафиксированных нами в предыдущих исследованиях, проведённых в рамках Всероссийского мониторинга социально-трудовой сферы села, и выводы других исследователей, полученные по аналогичным методикам в разных российских региона. Для эффективного и устойчивого функционирования агропромышленного производства и обеспечения продовольственной безопасности страны, выполнения селом других производственных задач, демографической, трудоресурсной, культурной, рекреационной, природоохранной и других функций, необходимо создание для сельского населения адекватных задачам условий жизнедеятельности, восстановление и развитие инфраструктуры сельских территорий – расширение сети благоустроенных дорог, повышение уровня и качества электрогазоснабжения, обеспечение телефонной и телекоммуникационной связи, доступного и качественного медицинского обслуживания, необходимого образования, сохранение и развитие культурного потенциала

села.

Среди наиболее острых социальных проблем села, в том числе Нижегородского, следует назвать:

– увеличение количества сельских населённых пунктов без жителей (в Нижегородской области 8,6 % от всех населённых пунктов (на 1.01. 2005 г.);

– рост количества сельских населённых пунктов, не имеющих

работодателей;

– рост безработных в связи с банкротством сельхозпредприятий;

– снижение уровня и качества жизни сельских жителей;

– усиление дифференциации сельского населения по уровню дохода;

– задержка выплаты заработной платы;

– миграция из села социально активного и квалифицированного населения;

– неукомплектованность сельхозпредприятий специалистами,

механизаторами, работниками других профессий;

– снижение уровня квалификации кадров для сельского хозяйства;

– разрушение социальной инфраструктуры в связи с отсутствием

надлежащего финансирования учреждений дошкольного и школьного

образования, здравоохранения, культуры, бытового обслуживания и в связи с

этим, снижение уровня образования и культуры сельской молодёжи,

примитивизация досуга;

– рост заболеваемости во всех возрастных группах сельских жителей и

недоступность соответствующей медицинской помощи;

– низкий уровень культурно-бытового обслуживания;

– значительная доля ветхого и неблагоустроенного жилья;

– несоответствие уровня инженерных и транспортных коммуникаций (дорог,

электро- и газосетей, телефонной и телекоммуникационной связи)

потребностям производства и сельского населения;

– увеличение доли одиноких лиц пожилого возраста сельских жителей;

– низкая мотивация проживания в сельской местности и падение престижа

сельского образа жизни в общественном мнении; 15

– снижение уровня подготовки кадров для сельского хозяйства в вузах и

других учебных заведениях;

– отказ молодых специалистов от трудоустройства в сельской местности

после окончания учебных заведений, и др.
Деревня от города отличается меньшим уровнем социально-экономического развития, прославленным отставанием уровня материального обеспечения людей, их быта, что естественно сказывается на образе жизни населения и социальной структуре. Для нее свойственны относительная - в сравнении с городом - малочисленность видов рабочей деятельности, большая профессиональная и социальная однородность. Деревня собой представляет относительно самостоятельную устойчивую систему. Она тождественна основными компонентами городу; совместно с городом формирует исторически целостность территориальной и социальной структуры общества.

Основные отличия от городского сельского образа жизни– менее сформированный труд в социальном воспроизводстве, его отставание по энерговооруженности и механизации, в сфере приложения труда относительно слабая дифференциация, рабочих мест меньшее разнообразие и для их выбора слабые возможности, подчиненность труда циклам и ритмам природы, неравномерность занятости трудовой, более тяжкие условия труда и т.д.

Также характерны для сельского образа жизни трудоемкость и необходимость работ в подсобном и домашнем хозяйстве; малое колличество видов досуга; слабая мобильность трудовая; большая слитность быта и труда. Специфичны в деревне и межличностные отношения. Здесь преобладают национально и социально гомогенные семьи, анонимность общения отсутствует, социальные роли слабо формализованы. Большой смысл имеют над поведением людей сильный общественный контроль общности, обычаи, традиции, авторитеты местные. Ритм жизни в деревне главным образом по сравнению с городом менее напряженный, человек меньшие психологические нагрузки испытывает, более простые формы общения использует.

1. Город: его соц.особенности и проблемы
Учебный материал
© nashaucheba.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации